Дело №2-29/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Сергач 21 февраля 2018г. 

Сергачский районный суд Нижегородской области в составе:

Председательствующего судьи Гусева С.А.,

С участием ст.пом. Сергачского межрайонного прокурора Пулькиной Е.Е.,

При секретаре Зиминой Н.Г.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ПолиПром» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ПолиПром» о взыскании компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей в связи с получением телесных повреждений на производстве.

ФИО1 в судебное заседание не явился. Имеется ходатайство о рассмотрении дела без его участия. 

Представитель истца- ФИО2 поддержал в судебном заседании исковые требования и пояснил, что ФИО1, работал в ООО «ПолиПром» с 01.02.2017г. рабочим по комплексному обслуживанию и ремонту зданий 2 разряда.

22 марта 2017г., примерно в 14 час. 30 мин., ФИО1 получил задание от руководителя работ К.: в составе бригады рабочих по комплексному обслуживанию и ремонту зданий С., М. переместить камеры КВК-300 в помещении каркасно-сварочного участка №3 - от стены к противоположной стене помещения. Камеры КВК-300 имели следующие габариты: 1,5 х 1,7 х 2,7 м, масса 750 кг. Для перевозки груза была предоставлена ручная гидравлическая тележка с малыми габаритами, явно несоответствующими габаритам перемещаемого груза. Платформа для перемещения и крепления груза на тележку в распоряжение рабочих предоставлена не была. Также не были предоставлены средства для крепления груза. В результате груз был размешен на тележке в неустойчивом вертикальном положении, при этом, высота груза в значительной степени превышала рост рабочих, сопровождавших груз. В целях стабилизации неустойчивого положения груза на тележке работодатель обязал ФИО1 удерживать груз слева по ходу движения тележки.

Выполняя фактически обязанности грузчика, ФИО1 в составе бригады стал перемещать седьмую по счету камеру. Ручной гидравлической тележкой управлял руководитель работ К.- специалист по охране труда. ФИО1 придерживал камеру с левой стороны по ходу движения. С. придерживал с правой стороны, М.- сзади. В процессе перемещения, камера опрокинулась на ФИО1 и он был доставлен в ГБУЗ Сергачская ЦРБ, где ему, в соответствии с заключением №** о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 03.04.2017г. ГБУЗ НО Сергачская центральная больница был поставлен диагноз: «МКБ-10: (***). Согласно Схеме определения тяжести повреждения здоровья несчастных случаев на производстве указанное повреждение относится к категории тяжелых».

Причиной данного несчастного случая послужили нарушения требований безопасности и охраны труда со стороны работодателя, предусмотренные Правилами по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении груза, утвержденными Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 17.09.2014г. №642н, а именно: пп.1 п.13, пп.1 и 4 п.29, пп.1 п.97 Правил, а также Инструкцией по охране труда для грузчиков, содержащейся в методических рекомендациях по разработке инструкций по охране труда, утвержденных Первым заместителем Министра труда и социального развития Российской Федерации 13 мая 2004 года, а именно: п.3.13, П.3.22, п.3.40, п.3.41, Инструкции.

Представитель истца считает, что нельзя согласиться с выводами акта о несчастном случае (п.9.2 акта) о том, что сопутствующей причиной несчастного случая стало нарушение работником производственной дисциплины, выразившейся в том, что ФИО1 пытался удержать камеру КВК-300 при ее опрокидывании в его сторону, вместо того, чтобы переместиться на безопасное расстояние от места ее падения. Данная обязанность прописана в Инструкции №57 по охране труда при ручном перемещении грузов, разработанной ООО «ПолиПром». Однако, из каких источников права это положение было взято- неизвестно. Кроме этого, ФИО1 не имел физической возможности отбежать от падающей на него камеры, что подтверждают свидетели-очевидцы этого несчастного случая.

ФИО1 длительное время (более 5 месяцев) находился на лечении в ГБУЗ Сергачская ЦРБ (с 22.03.2017г. по 24.08.2017г.). Последствия травм не прошли и по настоящее время правая рука не поднимается. Полноценно использовать правую руку невозможно, что подтверждается справкой ВК ГБУЗ НО «Сергачская ЦРБ» от 06.02.2018г. и ответом ГБУЗ НО «Сергачская ЦРБ» на запрос суда от 09.02.2018г.

По окончании отпуска по временной нетрудоспособности, работодатель не предложит ФИО1 перевестись на более легкий труд. В связи с этим, ФИО1, осознавая физическую невозможность продолжать работу по предыдущей специальности, вынужден был уволиться.

В период нахождения на излечении представители работодателя не пришли к нему, не поинтересовались состоянием его здоровья, работодатель не предпринял мер, направленных на исполнение своей обязанности возместить причиненный ему моральный вред. Не предпринимает он их и в настоящее время, когда истец обратился в суд за защитой своего нарушенного права. Напротив, ответчик не только не содействует согласованию условий мирового соглашения, но и не признает фактов причинения истцу физической боли и нравственных страданий.

ФИО3 оценивает причиненный ему моральный вред в сумме 2000 000 рублей.

Представитель истца на основании ст. 151 ГК РФ, ст.ст.22,212,237 ТК РФ, просит суд взыскать с ООО «ПолиПром» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в сумме 2000 000 рублей.

Представитель ответчика ООО «ПолиПром» ФИО4 исковые требования не признала. Считает, что в несчастном случае на производстве имеется вина ФИО1, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве, который не оспорен. После получения телесных повреждений ФИО1 уклонялся от лечения, что подтверждается листками нетрудоспособности. Это могло способствовать наступлению негативных последствий для его здоровья, что подтверждается медицинскими документами ГБУЗ НО «Сергачская ЦРБ» и показаниями свидетеля- врача П. ФИО1 по своей инициативе обратился с заявлением о расторжении трудового договора, от предложения перейти на более легкую работу отказался, хотя и оснований для перевода на более легкую работу не имелось, т.к. ФИО1 при выписке с больничного, был признан трудоспособным.

08.04.2017г. ФИО1 обратился с заявлением о выплате ему материальной помощи. 10.04.2017г. ему была выплачена материальная помощь на лечение в размере 10000 рублей. При этом, ФИО1 не нес никаких расходов на лечение, что подтверждается справкой филиала № 24 ГУ - Нижегородского регионального отделения Фонда социального страхования. После выплаты материальной помощи истец с требованиями о компенсации морального вреда к работодателю не обращался. Следовательно, выплаченную ему работодателем сумму он посчитал достаточной. Иных оснований для взыскания компенсации морального вреда истцом не указано. Кроме этого, выплаченную ФИО1 сумму- 10000 руб., нужно считать возмещением морального вреда, а невыплату материальной помощи, т.к. выплата морального вреда не предусмотрена положением о выплатах денежных средств в ООО «ПолиПром».

Доводы иска о том, что работодателем допущены нарушения Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении груза, Инструкции по охране труда для грузчиков, представитель ответчика считает несостоятельными, т.к. ФИО1 грузчиком не являлся и применять указанные нормативные документы к рассматриваемому случаю нельзя. ФИО1 перемещал камеры КВК-300 в помещении каркасно-сварочного цеха- от одной стены к другой при помощи ручной гидравлической тележки. Он должен был сопровождать тележку с грузом- камерами КВК-300. Указанные представителем истца нормативные акты применяются при проведении погрузо-разгрузочных работ, а не при перемещении грузов. Площадка, по которой перемещались камеры КВК-300, были свободными от каких-либо предметов, т.е. перемещению камер ничто не препятствовало и не мешало, что подтверждается представленными фотографиями, которые были сделаны в момент осмотра места несчастного случая. Кроме этого, ручная гидравлическая тележка не является транспортным средством, поэтому подпункт 1 п.97 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении груза- неприменим. Должна применяться инструкция №57 по охране труда при ручном перемещении грузов, разработанная в ООО «ПолиПром». С данной инструкцией ФИО1 был ознакомлен.

Представитель ответчика просит суд при вынесении решения учесть принципы разумности и справедливости, учесть, что истец является лицом, злоупотребляющим спиртными напитками. Обоснования непризнания иска представитель выразила в возражениях (л.д.58-60, 125-127,141-147).

Заслушав представителя истца, представителя ответчика, заключение прокурора, допросив свидетелей и изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч.3 ст.37 Конституции РФ, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Согласно ст. 41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья, в том числе при осуществлении профессиональной деятельности.

Согласно ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить в том числе:

безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;

создание и функционирование системы управления охраной труда;

соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте;

обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда;

недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда;

принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи.

Согласно ст. 219 ТК РФ, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, обучение безопасным методам и приемам труда за счет средств работодателя.

В силу ст. 220 ТК РФ, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 3 ст. 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. При возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом (ст. 237 ТК РФ).

Согласно п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.д.), или нарушающими его личные неимущественные права, например, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены и т.п.

В судебном заседании установлено, что с 01 февраля 2017г. ФИО1 работал в ООО «ПолиПром» по срочному трудовому договору № *** в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий 2 разряда (л.д.36).

Из акта № 3 о несчастном случае на производстве от 18.04.2017г. (л.д.8-10) следует, что 22.03.2017г. рабочий по комплексному обслуживанию и ремонту зданий ФИО1 пришел на работу в 8 час. 00 мин. согласно рабочей смены. В течении дня занимался различной работой, порученной ему.

Примерно в 14 часов 30 мин. ФИО1 получил задание от руководителя работ К. в составе бригады рабочих по комплексному обслуживанию и ремонту зданий (С., М.) переместить камеры КВК-300 в помещении каркасно-сварочного участка №3 от стены к противоположной стене помещения. ФИО1 в составе бригады стал перемещать седьмую по счету камеру. Ручной гидравлической тележкой управлял руководитель работ К., ФИО1 придерживал камеру с левой стороны по ходу движения. С. придерживал с правой стороны, М. сзади, чтобы камера находилась в устойчивом положении. Переместив камеру на тележке примерно около 2 м, камеру качнуло в сторону ФИО1, он пытался ее удержать, у него это не получилось. ФИО1 не успел отпрыгнуть в сторону, камера опрокинулась на него. К нему подбежали К., С., М. помогли выбраться. К. сообщил о случившемся руководству. Была вызвана скорая помощь. ФИО1 был доставлен в ГБУЗ Сергачская ЦРБ, где ему был поставлен диагноз: «(****).

Согласно Схеме определения тяжести повреждения здоровья несчастных случаев на производстве указанное повреждение относится к категории тяжелых», (медицинское заключение №** о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести 03.04.2017г. ГБУЗ НО Сергачская центральная районная больница ).

Основной причиной несчастного случая признано неудовлетворительная организация производства работы, выразившаяся в том, что специалист по охране труда К. не в полной мере осуществил контроль за выполнением работ по перемещению камеры КВК-300, чем нарушены требования ст. 212 ТК РФ, п. 2.22 «Должностная инструкция специалиста по охране труда».

Сопутствующей причиной несчастного случая признано нарушение работником производственной дисциплины, выразившееся в том, что рабочий по комплексному обслуживанию и ремонту зданий ФИО1 пытался удержать камеру КВК-300 при ее опрокидывании в его сторону, вместо того, чтобы переместиться на безопасное расстояние от места ее падения, чем нарушены требования 214 ТК РФ, п. 1.7 Инструкции № 57 «По охране труда при ручном перемещении грузов» ООО «ПолиПром».

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда в акте указаны специалист по охране труда К., который не в полной мере осуществил контроль за выполнением работ по перемещению камеры КВК-300, чем нарушены требования ст. 212 ТК РФ, п. 2.22 «Должностная инструкция специалиста по охране труда», а также рабочий по комплексному обслуживанию и ремонту зданий ФИО1, который пытался удержать камеру КВК-300 при ее опрокидывании в его сторону, вместо того, чтобы переместиться на безопасное расстояние от места ее падения, чем нарушены требования 214 ТК РФ, п. 1.7 Инструкции № 57 «По охране труда при ручном перемещении грузов».

При этом грубой неосторожности в действиях пострадавшего комиссия, проводившая расследование несчастного случая, не усмотрела – п.10.2 (л.д.9 об.).

Акт о несчастном случае на производстве в установленном законом порядке не обжалован.

Как установлено в судебном заседании, камеры КВК-300 имели следующие габариты: 1,5 х 1,7 х 2,7 м, масса 750 кг. Для перевозки груза была предоставлена ручная гидравлическая тележка DB2000, грузоподъемностью 2000 кг (л.д.128-130).

В соответствии со статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации и подпунктом 5.2.28 Положения о Министерстве труда и социальной защиты Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 610, Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 17.09.2014г. №642н утверждены Правила по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении груза.

Согласно п.1 указанных Правил, они устанавливают государственные нормативные требования охраны труда при выполнении погрузочно-разгрузочных работ и размещении грузов.

Правила обязательны для исполнения работодателями - юридическими и физическими лицами независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, осуществляющими погрузочно-разгрузочные работы и размещение грузов.

Согласно п.2 Правил, работодатель обеспечивает контроль за соблюдением Правил.

На основе Правил работодателем разрабатываются инструкции по охране труда, которые утверждаются локальным нормативным актом работодателя с учетом мнения соответствующего профсоюзного органа либо иного уполномоченного работниками представительного органа (при наличии).

В соответствии с пп.1 п.13 Правил, перед выполнением работ на постоянных площадках проводится подготовка рабочих мест к работе, погрузочно-разгрузочная площадка, проходы и проезды освобождаются от посторонних предметов.

Как установлено в судебном заседании, в нарушение указанных требований, перед выполнением погрузо-разгрузочных работ проезд для тележки с грузом не был освобожден от посторонних предметов, что подтверждается фотографиями (л.д.72-74) и показаниями свидетелей К. и М.

В соответствии с пп.1 и 4 п.29 Правил, при перемещении груза на тележке необходимо соблюдать следующие требования:

1) груз на платформе тележки размещается равномерно и занимает устойчивое положение, исключающее его падение при передвижении;

2) борта тележки, оборудованной откидными бортами, находятся в закрытом состоянии;

3) скорость движения как груженой, так и порожней ручной тележки не превышает 5 км/ч;

4) прилагаемое работником усилие не превышает 15 кг;

5) при перемещении груза по наклонному полу вниз работник находится сзади тележки.

Перемещать груз, превышающий предельную грузоподъемность тележки, запрещается.

Как установлено в судебном заседании, гидравлическая тележка, на которой перевозились камеры КВК-300, имела недостаточные габариты для перевозки камер, в результате чего груз был размещен на тележке в вертикальном положении, без дополнительного крепления, т.е. неустойчиво, не исключающим его падение при передвижении, прилагаемое работником усилие для удержания груза превышало допустимые 15 кг, т.к. вес камеры составлял 750 кг. ФИО1 было поручено удерживать камеру слева по ходу движения, что он и выполнял до того момента, когда камера стала опрокидываться на него.

В соответствии с п.3.13 Инструкции по охране труда для грузчика, содержащейся в методических рекомендациях по разработке инструкций по охране труда, утвержденных Первым заместителем Министра труда и социального развития Российской Федерации 13 мая 2004 года, при сопровождении тележки с грузом не допускается нахождение сбоку от тележки.

Как установлено в судебном заседании, в нарушение указанной нормы, работодатель обязал ФИО1 сопровождать тележку с грузом сбоку от тележки и дал указание удерживать ее в вертикальном положении.

В соответствии с п.3.40 Инструкции при эксплуатации ручных тележек высота уложенного на тележку груза не должна превышать уровня глаз грузчика.

Как установлено в судебном заседании, в связи с предоставлением работодателем тележки с явно малыми габаритами, высота уложенного на тележку груза, который перевозился в вертикальном положении, превышала уровень глаз ФИО1 более, чем на метр. Камера была расположена на тележке вертикально, высота камеры- 2,7м. + 0,15 м- высота тележки, т.е. всего- 2,85 м, а рост ФИО1 около 1,8 м.

В соответствии с п.3.41 Инструкции необходимо убедиться в устойчивом положении груза на вилочном захвате или платформе транспортной тележки с механическим или гидравлическим рычажным приводом подъема перед началом подъема груза на нужную высоту. Перевозимый груз размещать равномерно по всей площади платформы или симметрично относительно левой и правой сторон вилочного захвата, не допускать выступание груза за габариты платформы.

Как установлено в судебном заседании, работодателем для перевозки груза была предоставлена тележка без дополнительной платформы (поддона) с габаритами, явно недостаточными для перевозки камеры КВК-300- габариты камеры: ширина и длина - 1,5 м х 1,7 м, расстояние между вилами тележки- 0,22м (л.д.129). В результате этого, груз в значительной части выступал за габариты платформы, что подтверждается фотографией (л.д.74) и показаниями свидетелей К. и М.

Как следует из паспорта и руководства по эксплуатации гидравлической тележки DB2000, груз должен перевозиться на поддонах и размещаться соответствующим образом (л.д.128-130).

Рассматривая доводы представителя ответчика о том, что указанные нормативные акты применяются при проведении погрузо-разгрузочных работ, а не при перемещении грузов, как это было в рассматриваемом случае, суд находит их несостоятельными, т.к. погрузочно-разгрузочные работы представляют собой комплекс различных мер, направленный на перемещение грузов. В рассматриваемом случае, производились погрузо-разгрузочные работы по перемещению камеры КВК-300, при этом, груз перевозился с помощью ручной гидравлической тележки. Правила перемещения груза таким способом, предусмотрены Инструкцией по охране труда для грузчика. Кроме этого, как следует из Инструкции № 57 «По охране труда при ручном перемещении грузов» ООО «ПолиПром», перемещение грузов производится путем выполнения погрузо-разгрузочных работ (п.1.9 инструкции).

Рассматривая доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 не являлся грузчиком, суд находит их также несостоятельными. Фактически, ФИО1 выполнял обязанности грузчика и был допущен работодателем к выполнению указанной работы, что подтверждается актом о несчастном случае и показаниями свидетеля К. Если бы ФИО1 не был допущен к работе по перемещению грузов, т.е. к выполнению погрузо-разгрузочных работ, тогда вообще необъяснимо, на каком основании он находился около тележки и что он делал около перевозимых камер КВК-300.

Рассматривая доводы представителя ответчика о том, что в несчастном случае на производстве имеется вина ФИО1, т.к. он нарушил требования 214 ТК РФ, п. 1.7 Инструкции № 57 «По охране труда при ручном перемещении грузов» ООО «ПолиПром», что подтверждается актом о несчастном случае, суд находит их несостоятельными.

Как следует из акта о несчастном случае, грубой неосторожности в действиях пострадавшего комиссия, проводившая расследование несчастного случая, не усмотрела. Кроме этого, неизвестно каким образом и на основании каких нормативных актов разрабатывалась Инструкции № 57 «По охране труда при ручном перемещении грузов» ООО «ПолиПром» и возможно ли ее применять (л.д.111). Как следует из инструкции, она разработана в соответствии с требованиями ст.ст.212,214 ТК РФ. Согласно п.1.7 инструкции, в случае незапланированного перемещения груза, падения, опрокидывания, работник должен подать сигнал, прекратить работу и переместиться на безопасное расстояние от места падения груза. Из каких нормативных актов, предписывающих действия, направленные на предотвращение несчастных случаев на производстве, взяты прописанные в ст.1.7 инструкции положения - неизвестно. Представитель ответчика в судебном заседании не смог дать этому пояснения. 

Как показал в судебном заседании свидетель К., данную инструкцию разрабатывал он и начальник участка ООО «ПолиПром» (л.д.65 об.). Каким образом при падении или опрокидывании груза работник мог успеть подать сигнал, прекратить работу и переместиться на безопасное расстояние от места падения груза- непонятно. 

При этом, как следует из показаний свидетелей К. и М., опрокидывание камеры КВК-300 произошло очень быстро, ни ФИО1, ни они не успели ничего сделать. Камера упала на ФИО1 неожиданно, это заняло не более 2-3 секунд. ФИО1 не имел ни времени, ни физической возможности переместиться на безопасное расстояние от падающей на него камеры.

Таким образом, ФИО1 не имел возможности выполнить требования п.1.7 Инструкции № 57 «По охране труда при ручном перемещении грузов» ООО «ПолиПром». Следовательно, вины ФИО1 в несчастном случае на производстве не имеется. 

Рассматривая доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 возмещен моральный вред работодателем в размере 10000 рублей, суд считает их несостоятельными, т.к. работодателем было удовлетворено заявление ФИО1 об оказании материальной помощи, что подтверждается представленными документами (л.д.53,54,55,56). ФИО1, в период временной нетрудоспособности, не работал, никаких доходов не имел, при этом, ему необходимо было на что-то жить, ездить в больницу на лечение, которое продолжалось около 5 месяцев. Как показал свидетель ФИО5, в период нахождения ФИО1 на амбулаторном лечении, ему выписывались лекарства, но приобретать он их должен был за свой счет. Поэтому, доводы представителя ответчика о том, что выданные ФИО1 денежные средства следует отнести к возмещению морального вреда, т.к. лечение ФИО1 проходил бесплатно- несостоятельны.

Рассматривая доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 в добровольном порядке уволился с работы и это не было результатом полученной им производственной травмы, отказался от перевода на легкий труд, суд считает их несостоятельными. Руководитель ООО «ПолиПром» не предлагал ФИО1 легкий труд, доказательств этого суду не представлено. Как показала в судебном заседании свидетель ФИО6, она работает в ООО «ПолиПром» главным бухгалтером. У не был с ФИО1 разговор о переводе его на легкий труд. Однако, это был просто разговор, т.к. она полномочий по переводу работников не имеет. 

Суд частично соглашается с доводами представителя ответчика о том, что причиной длительного лечения ФИО1 и имеющихся в настоящее время последствий- плохо работает правая рука из-за перелома ключицы, является то, что он уклонялся от лечения и проведения соответствующих медицинских процедур. Данные доводы подтверждаются листками нетрудоспособности (л.д.51-52), справкой ВК ГБУЗ НО «Сергачская ЦРБ» (л.д.135), письмом ГБУЗ НО «Сергачская ЦРБ» (л.д.139), показаниями свидетеля ФИО5 (л.д119 об.- 121). Однако, данные обстоятельства не являются основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании морального вреда с работодателя, т.к. это предусмотрено законом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В судебном заседании установлено, что виновником несчастного случая на производстве является работодатель- ООО «ПолиПром».

В результате несчастного случая здоровью ФИО1 был причинен вред, квалифицированный по характеру полученных травм как тяжелый. ФИО1 длительное время испытывал и испытывает в настоящее время физическую боль, длительное время (более 5 месяцев) он находился на лечении в ГБУЗ «Сергачская ЦРБ».

Нравственные переживания ФИО1 также выразились в переживаниях за состояние своего здоровья, за дальнейшую судьбу, вынужденное приобретение медикаментов, в которых, до несчастного случая на производстве он не нуждался, невозможности продолжать активную общественную жизнь, невозможности устроиться на достойную работу, которую он ранее в состоянии был выполнять, а следовательно, и невозможности обеспечить себе достойное существование.

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Учитывая обстоятельства причинения вреда, степень вины причинителя вреда и поведение после несчастного случая- отсутствие каких-либо действий, направленных на заглаживание вреда, характер причиненных физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего, исходя из принципов разумности и справедливости, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению – в размере 400000 рублей.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Следовательно, подлежит взысканию с ООО «ПолиПром» в доход бюджета Сергачский муниципальный район Нижегородской области государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично. 

Взыскать с ООО «ПолиПром» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 400000 (четыреста тысяч) рублей.

Взыскать с ООО «ПолиПром» в доход бюджета Сергачского муниципального района Нижегородской области государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца, с момента изготовления в окончательной форме, в Нижегородский областной суд путем подачи жалобы через Сергачский районный суд.

Судья: Гусев С.А.

Решение в окончательной форме изготовлено 26 февраля 2018г.

Судья: Гусев С.А.