Дело № 2-443/2025

УИД 44RS0005-01-2025-000529-07

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 августа 2025 года г. Буй, Костромской области

Буйский районный суд Костромской области в составе председательствующего судьи Одинцовой Ю.Ю., при секретаре судебного заседания Перской Ю.К., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к МО МВД России «Буйский» о признании незаконным отказа компенсировать работу в ночное время, выходные и праздничные дни за период службы в органах внутренних дел, обязании выплатить компенсацию и проценты за задержку выплаты компенсации, взыскании компенсации морального вреда.

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с требованиями к МО МВД России «Буйский», в обоснование указав, что с 2005 года по 24 марта 2025 года он проходил службу в органах внутренних дел, является обладателем статуса ветерана боевых действий. В период службы с 2020 по 2022 год он регулярно привлекался к выполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни, количество которых составило 111 дней или 886 час. На момент увольнения со службы в ОВД, ему не произведена оплата за работу в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни за период службы с 2020 по 2022 гг., что, полагает, является незаконным. Нарушение ответчиком трудовых прав привело к нравственным страданиям, чувству незащищенности законом, что вызвало у него депрессию, раздражительность, головную боль, подавленное настроение и бессонницу. Размер компенсации причиненного морального вреда оценивает в 30 000 рублей. 

На основании изложенного, с учетом уточненной редакции исковых требований, просит суд признать незаконным отказ МО МВД России «Буйский» в выплате компенсации за работу в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за период службы в органах внутренних дел РФ за 2020, 2021 год, эквивалентную 838 часам, взыскать с ответчика задолженность по выплате компенсации в размере 157 716,66 руб., проценты за задержку выплаты компенсации со дня, следующего за днем увольнения, в размере 3 520,12 руб., взыскать компенсацию морального вреда в сумме 30 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные требования в уточненном виде. Дополнительно пояснил, что он привлекался к выполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени в период всего прохождения службы. В частности в 2020 году и в 2021 году он работал и в ночное время, и в выходные и нерабочие праздничные дни. Во время службы компенсация за отработанное время сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени ему не нужна была, ему необходимы были дополнительные дни отдыха, однако он не смог реализовать свое право на предоставление дополнительных дней отдыха, поскольку удобное для него время не всегда совпадало со временем, определенным работодателем, и чтобы взять дополнительные дни отдыха ему необходимо было пройти согласование. В 2023 году он серьезно заболел, после чего у него не было возможности реализовать дополнительные дни отдыха. В дальнейшем работодатель издал приказ о его увольнении и ему пришлось обратиться суд. Относительно пропуска срока для обращения в суд с иском, полагал срок не пропущенным, т.к. при издании приказа об увольнении он считал, что поскольку переработка имело место быть, работодатель при увольнении выплатит компенсацию за такую переработку, однако этого не произошло. Также отметил, что табель учета служебного времени за 2020, 2021 года он вел сам, а потому при заполнении табелей он знал, что у него имеются часы работы в сверхурочное время. При этом за 2020 год ему было компенсировано 48 сверхурочно отработанных часов, что также нашло свое отражение в табеле учета служебного времени. Относительно иных приказов работодателя, в которых указано, что ему было компенсировано больше сверхурочно отработанного времени и предоставлены дополнительные дни отдыха за работу в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни, пояснил, что сомневается в достоверности указанных приказов и не помнит, чтобы им были поданы рапорты, послужившие основанием для издания таких приказов. Доказательств его ознакомления с данными приказами, работодателем не предоставлено. Полагал, что время, отработанное им в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни, необходимо считать по табелю учета служебного времени, утвержденному начальником МО МВД России «Буйский», в который не была внесена какая-либо коррекция. При этом он, как лицо, ответственное за ведение табеля учета служебного времени, не привлекался к дисциплинарной ответственности за неверное ведение указанного табеля. 

В письменных дополнительных пояснениях, ссылаясь на нормативно-правовую базу, ФИО1 также отметил, что в период службы он был намерен получить конкретные дни отдыха вместо денежной компенсации за работу в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за 2020-2021 гг., однако до увольнения работодатель, продолжая привлекать его к такой работе, не предоставлял возможность использовать ранее возникшее право на их предоставление. Также работодатель вследствие бездействия, в том числе вызванного объективными обстоятельствами, связанными со служебной необходимостью и в интересах службы, согласования конкретной даты использования дней отдыха и не достижения соглашения по дате использования дней отдыха в удобное для него время, препятствовал ему в реализации права на все дни отдыха, часть из которых им все же была использована. Исковые требования о взыскании компенсации за работу в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни обусловлены тем, что работодатель не предоставил ему возможность использовать указанные дни отдыха до увольнения, законность которого он также оспаривает. Также отметил, что он, являясь действующим сотрудником и занимающий подчиненное место, не имея возможности влиять на решение работодателя о предоставлении дополнительных дней отдыха за работу в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни, полагал, что реализация его права на предоставление дополнительных дней все же наступит, и если не во время службы, то хотя бы при увольнении, а потому нельзя сказать, что его трудовые права и законные интересы на реализацию дополнительных дней отдыха, могли быть нарушены до увольнения. Кроме того, ссылаясь на ч. 4 ст. 153 ТК РФ, ФИО1 отметил, что на момент увольнения работника, если имеется день отдыха за работу в выходной или нерабочий праздничный день, не использованный им в период трудовой деятельности у работодателя, с которым прекращается трудовой договор, то в день увольнения работнику выплачивается разница между оплатой работы в выходной или нерабочий праздничный день, полагавшейся ему в соответствии с ч. 1-3 настоящей статьи, и фактически произведенной оплатой работы в этот день.

Представитель ответчика МО МВД России «Буйский» ФИО2 заявленные требования не признала, поддержав позицию, изложенную в письменном отзыве на исковое заявление, в котором указано на то, что в 2020 году, исходя из имеющихся приказов в МО МВД России «Буйский», истец был привлечен к выполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни в количестве 32 часов, а в 2021 году в количестве 75 часов. Таким образом, приказами МО МВД России «Буйский» заявленное истцом в количестве 838 часов время привлечения к выполнению служебным обязанностям сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни не подтверждается. Также отмечено, что в связи с нормами действующего законодательства, начисление денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени обусловлено наличием рапорта сотрудника. При этом за время службы истцом был подан рапорт 02 декабря 2024 года, в котором истец просил выплатить компенсацию только за 2022-2023 г., а не за 2020-2021 гг. Также указано и на пропуск истцом срока на обращении в суд с настоящим иском, поскольку истец, не получая компенсационное возмещение за сверх установленную нормальную продолжительность служебного времени путем получения денежной компенсации за 2020-2021 годы, знал или же при должной осмотрительности должен был знать о нарушении своего права на получение спорной выплаты в январе месяце года, следующего за отработанным, однако к руководителю с рапортом об использовании дополнительных дней отдыха в виде предоставления компенсации либо дней отдыха, в том числе путем присоединения этих дней к ежегодному оплачиваемому отпуску не обращался, в связи с чем, отсутствует обязательное условие для реализации права на выплату компенсации.

Представитель ответчика МО МВД России «Буйский» ФИО3 заявленные требования не признала, поддержав позицию представителя ответчика ФИО2, а также письменную позицию, отраженную в отзыве. 

Представитель третьего лица УМВД России по Костромской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дате и месте судебного разбирательства. 

Изучив материалы данного гражданского дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел с 24 июня 2005 года по 24 марта 2025 года. 

В соответствии с дополнительным соглашением к контракту о прохождении службы в органах внутренних дел от 14 августа 2018 года, ФИО1 состоял в должности инспектора оперативного направления МО МВД России «Буйский» (л.д. 92).

Согласно должностной инструкции старшего инспектора оперативного направления МО МВД России «Буйский» капитана полиции ФИО1, старшему инспектора оперативного направления устанавливается ненормированный служебный день (л.д. 38).

Приказом начальника МО МВД России «Буйский» от 19 февраля 2025 года № л/с расторгнут контракт со ФИО1 и он уволен со службы в органах внутренних дел, последний день службы – 24 марта 2025 года (л.д. 16). 

После увольнения со службы, т.е. 16 апреля 2025 года ФИО1 обратился к начальнику МО МВД России «Буйский» с заявлением, в котором просил выплатить денежную компенсацию за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за 2020-2021 года эквивалентно 504 часам и 334 часам соответственно (л.д. 18). 

В ответ на указанное заявление, 15 мая 2025 года начальником МО МВД России «Буйский» дан ответ (л.д. 19-20) об отсутствии оснований для выплаты вышеуказанной денежной компенсации за 2020-2021 года, поскольку в период прохождения службы ФИО1 с рапортом о выплате денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверхустановленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за 2020-2021 года не обращался.

Также в указанном ответе имеется ссылка на п. 11 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел РФ, утвержденного приказом МВД России от 31 марта 2021 года № 181, согласно которому денежное довольствие причитающееся сотруднику и своевременно не выплаченное или выплаченное в меньшем, чем следовало размере, выплачивается за весь период, в течение которого сотрудник имел право на него, но не более чем за три года, предшествовавшие обращению за получением денежного довольствия. При этом отмечено, что 02 декабря 2024 года ФИО1 обращался с рапортами о выплате денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверхустановленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за 2022-2023 гг. Согласно приказа МО МВД России «Буйский» № л/с от 06 декабря 2024 года, ФИО1 выплачена денежная компенсация за выполнение служебных обязанностей сверхустановленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за 2022-2023 гг.

Не согласившись с отказом МО МВД России «Буйский» в выплате компенсации за выполнение служебных обязанностей сверхустановленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни за 2020-2021 гг., ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.

Вместе с тем, суд полагает, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 23 октября 2014 г. N 2306-О, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. 

Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (постановление от 6 июня 1995 г. N 7-П, определения от 21 декабря 2004 г. N 460-О, от 16 апреля 2009 г. N 566-О-О и от 25 ноября 2010 г. N 1547-О-О). 

Определяя службу в органах внутренних дел как особый вид государственной службы, законодателем регламентированы, в том числе условия и порядок прохождения указанной службы, а также вопросы компенсаций и социальных гарантий, связанных с особыми условиями несения данной службы. 

Порядок прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации регламентирован Федеральным законом N 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». 

В силу ч. 2 ст. 53 указанного Федерального закона № 342-ФЗ нормальная продолжительность служебного времени для сотрудника органов внутренних дел не может превышать 40 часов в неделю. 

В соответствии с ч. 6 ст. 53 Федерального закона № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел в случае необходимости может привлекаться к выполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел. 

В этом случае сотруднику предоставляется компенсация в виде отдыха соответствующей продолжительности в другие дни недели. 

В случае, если предоставление такого отдыха в данный период невозможно, время выполнения служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни суммируется и сотруднику предоставляются дополнительные дни отдыха соответствующей продолжительности, которые по его желанию могут быть присоединены к основному или дополнительному отпуску. 

По просьбе сотрудника вместо предоставления дополнительных дней отдыха ему может быть выплачена денежная компенсация. 

Приказом МВД России от 1 февраля 2018 года N 50 утвержден Порядок организации прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 284 указанного Порядка сотруднику, привлеченному к выполнению служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, предоставляется компенсация в виде дополнительного времени отдыха, равного продолжительности выполнения служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время. Сотруднику, привлеченному к службе в выходной или нерабочий праздничный день, предоставляется компенсация в виде дополнительного дня отдыха. 

На основании пункта 285 Порядка, компенсация в виде отдыха соответствующей продолжительности предоставляется сотруднику в другие дни недели. В случае если предоставление такого отдыха в другие дни недели невозможно, время выполнения служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни суммируется и сотруднику предоставляются дополнительные дни отдыха соответствующей продолжительности, которые по его желанию могут быть присоединены к основному или дополнительному отпуску в текущем году либо в течение следующего года. В приказе о предоставлении основного или дополнительного отпуска указывается количество дополнительных дней отдыха, подлежащих компенсации. 

В силу пункта 286 Порядка сотрудники, которым установлен ненормированный служебный день, могут эпизодически привлекаться к выполнению служебных обязанностей сверх установленной для них нормальной продолжительности служебного времени по решению прямого руководителя (начальника). За выполнение указанными сотрудниками служебных обязанностей сверх установленной для них нормальной продолжительности служебного времени компенсация в виде отдыха соответствующей продолжительности не предоставляется. Сотрудникам, которым установлен ненормированный служебный день, предоставляется дополнительный отпуск в соответствии с частью 5 статьи 58 Закона о службе. 

Привлечение сотрудников, которым установлен ненормированный служебный день, к выполнению служебных обязанностей в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни, а также предоставление им в связи с таким привлечением компенсации в виде отдыха соответствующей продолжительности осуществляются в соответствии с главой XIII настоящего Порядка (п. 287 Порядка). 

Предоставление дополнительного времени отдыха или дополнительных дней отдыха за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни осуществляется на основании рапорта сотрудника, согласованного с непосредственным руководителем (начальником) (п. 290 Порядка). 

Выплата сотруднику вместо предоставления дополнительных дней отдыха денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни регулируется пунктом 61 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 31 марта 2021 № 181 - такая компенсация выплачивается сотруднику по его просьбе, изложенной в рапорте, по данным учета служебного времени и на основании приказа руководителя (начальника), наделенного правом принимать решение о предоставлении сотруднику отпуска. 

Таким образом, исходя из приведенных выше положений законодательства следует, что для реализации сотрудником органов внутренних дел права на использование дополнительных дней отдыха (замена дополнительных дней отдыха денежной компенсацией) за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, а также в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни необходимо соблюдение трех обязательных условий: 

- наличие выполнения служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, дополнительно отработанных дней в выходные и нерабочие праздничные дни; 

- волеизъявление самого сотрудника, выраженное в форме рапорта, согласованного с непосредственным руководителем; 

- соблюдение срока обращения сотрудника к руководителю, поскольку, как следует из положений пункта 285 Порядка, дни отдыха, образовавшиеся в период рабочего ежегодного периода, присоединяются к ежегодному основному или дополнительному отпуску сотрудника в текущем или в следующем году, и не суммируются по истечении этого срока к предстоящим отпускам за последующие годы. 

При этом срок обращения с рапортом о предоставлении дополнительного времени отдыха либо замены такого отдыха денежной компенсацией при наличии к тому оснований ограничен периодом прохождения сотрудником службы в органах внутренних дел. 

В отсутствие волеизъявления сотрудника, выраженного в форме поданного в текущем или следующем году рапорта о предоставлении вместо дней отдыха денежной компенсации, являющихся обязательным условием реализации права на получение этой компенсации, ее выплата после увольнения невозможна. 

Пунктом 11 Приказа МВД России от 31.03.2021 № 181 «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации» предусмотрено, что денежное довольствие, причитающееся сотруднику и своевременно не выплаченное или выплаченное в меньшем, чем следовало, размере, подлежит выплате за весь период, в течение которого сотрудник имел право на него, не более чем за три года, предшествовавшие обращению за получением денежного довольствия (установлению недоплаты). 

Так, как было указано выше, истец обратился за выплатой денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени за 2020-2021 года после своего увольнения - 16 апреля 2025 года, в чем работодателем ФИО1 было отказано, поскольку в период службы ФИО1 не обращался с рапортом о выплате указанной компенсации за 2020-2021 года.

При этом истец ФИО1 поясняет, что за спорный 2020 год ему было компенсировано время, отработанное им сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени в размере 48 часов, что отражено в табеле учета служебного времени. 

В ходе рассмотрения дела представителями МО МВД России «Буйский» представлены приказы о выплате ФИО1 компенсации за выполнение обязанностей в сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени от 27 января 2021 года № л/с, где истцу предоставлена компенсация за 72 часа, от 10 февраля 2021 года № л/с, где истцу предоставлена компенсация за 48 часов, от 08 февраля 2021 года № л/с, где истцу предоставлена компенсация за 12 часов, от 09 декабря 2021 года № л/с, где истцу предоставлена компенсация за 8,25 дней. 

В подтверждение факта перечисления истцу соответствующей компенсации, стороной ответчика представлен расчетный листок ФИО1 за декабрь 2021 года, где в разделе «начислено» указано «доплата за сверхурочные показатели – сумма 13 969,77 руб.» выплачено 7 090,51 руб., расчетный листок ФИО1 за январь 2021 года, где начислена доплата за сверхурочные показатели в размере 14 647,32 руб. выплачено 7 434,45 руб., расчетный листок ФИО1 за февраль 2021 года, где начислена доплата за сверхурочные показатели в размере 2 449,25 руб., денежная компенсация за работу сверх нормы служебного времени в размере 9 797 руб.

Также стороной ответчика в материалы дела представлены приказы о предоставлении ФИО1 дополнительных дней отдыха за работу в выходные и нерабочие праздничные дни от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, где ФИО1 предоставлены дни отдыха с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, где ФИО1 предоставлен день отдыха ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, где ФИО1 предоставлены дни отдыха с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, где ФИО1 предоставлен день отдыха ДД.ММ.ГГГГ.

Листы ознакомления с указанными приказами стороной ответчика не предоставлены, также как и рапорты ФИО1, послужившие основанием для принятия вышеперечисленных приказов. Из пояснений ФИО3 следует, что рапорты ФИО1 уничтожены по истечении трех лет на основании приказа МВД России № от 29 марта 2023 года «Об утверждении Перечня документов, образующихся в процессе деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков их хранения».

При этом стороной ответчика представлена справка инспектора-руководителя ГДиР МО МВД России «Буйский» от ДД.ММ.ГГГГ №, в которой отмечено, что ФИО1, проходивший службу в должности старшего инспектора оперативного направления МО МВД России «Буйский» до ДД.ММ.ГГГГ, имел открытый доступ к Сервису электронного документооборота Единой системы информационного обеспечения деятельности МВД России, обладал полномочиями просмотра карточек зарегистрированных документов во всех разделах, их электронных образов (в несекретных разделах), резолюций, контролей и выполнения расширенного поиска.

Представлены стороной ответчика и приказы МО МВД России «Буйский» «Об организации работы по ведению учета рабочего времени сотрудников МО МВД России «Буйский» от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, в приложении к которым утвержден список личного состава подразделений МО МВД России «Буйский», ответственных за составление и ведение табелей учета рабочего времени, где по дежурной части таким ответственным лицом указан старший инспектор оперативного направления ФИО1

В ходе рассмотрения дела ФИО1 не оспаривал, что являлся ответственным лицом за составление табеля учета служебного времени и в отношении себя такой табель он вел самостоятельно. В дальнейшем табель утверждался начальником МО МВД России «Буйский», каких-либо изменений в табель не вносилось, к дисциплинарной ответственности за составление табеля он, являясь ответственным лицом, не привлекался. 

Вместе с тем ФИО1 выразил несогласие с представленными стороной ответчика приказами о выплате ему денежной компенсации и предоставлении дополнительных дней отдыха за работу в сверх нормы служебного времени, за исключением приказа от 10 февраля 2021 года о выплате ему компенсации за 48 часов отработанного времени, полагая, что с соответствующими рапортами он к работодателю не обращался, отработанное им время сверх нормы служебного времени ему в каком-либо виде не компенсировалось. 

При этом истец ФИО1 утверждал, что с заявлением о выплате компенсации за отработанное им время сверх нормы служебного времени за 2020-2021 года он обратился только в апреле 2025 года после своего увольнения, ранее с соответствующими рапортами не обращался ввиду невозможности согласования дополнительных дней отдыха с руководством.

Вместе с тем каких-либо доказательств невозможности такого согласования или отказа работодателя в предоставлении дополнительных дней отдыха или в выплате компенсации за отработанное ФИО1 время сверх нормы служебного времени за 2020-2021 года, в материалы дела не представлено. Сам ФИО1 пояснил, что такое согласование производилось устно, с какими-либо письменными заявлениями/рапортами он не обращался. 

Таким образом, с учетом вышеприведенных правовых норм, предусматривающих возможность компенсации отработанного сверх нормы времени в течение текущего или следующего года, и принимая во внимание, что заявление о выплате денежной компенсации за периоды работы 2020-2021 гг. было подано ФИО1 только после увольнения со службы, а именно 16 апреля 2025 года, суд приходит к выводу об обоснованности действий МО МВД России «Буйский», которыми было отказано ФИО1 в выплате соответствующей денежной компенсации за спорный период. 

Вопреки позиции истца относительно того, что денежная компенсации за отработанное время сверх нормы служебного времени должна была выплачена работодателем в любое время, в том числе при увольнении, суд обращает внимание на то, что нормативно-правовое регулирование выплаты требуемой истцом денежной компенсации не предполагает произвольное, неограниченное по времени обращение сотрудника с рапортом о выплате такой компенсации, а предусматривает разрешение этого вопроса путем предоставления, по общему правилу, дней отдыха в другие дни недели или же присоединение таких дней к ежегодному оплачиваемому отпуску в текущем или следующем году, и только при наличии обращения сотрудника - рассмотрение возможности выплаты денежной компенсации вместо предоставления дополнительных дней отдыха.

ФИО1, не реализовавший свое право на получение компенсации в виде дополнительных дней отдыха за работу в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни в 2020, 2021 годах, которые в дальнейшем не могли быть суммированы к предстоящим отпускам за последующие годы, должен был соответственно не позднее 2021, 2022 гг. соответственно обратиться к начальнику МО МВД России «Буйский» с рапортом о выплате ему денежной компенсации вместо предоставления дополнительных дней отдыха, однако данным правом не воспользовался.

При таких обстоятельствах, суд не находит законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о возложении на ответчика обязанности произвести выплату компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени.

Кроме того, если учитывать приобщенные к материалам дела приказы МО МВД России «Буйский», которыми ФИО1 в период 2020-2021 гг. были предоставлены дополнительные дни отдыха или выплачена денежная компенсация за отработанное время сверх нормы, суд принимает во внимание положения п. 11 Приказа МВД России от 31.03.2021 № 181 «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации», которым предусмотрено, что денежное довольствие, причитающееся сотруднику и своевременно не выплаченное или выплаченное в меньшем, чем следовало, размере, подлежит выплате за весь период, в течение которого сотрудник имел право на него, не более чем за три года, предшествовавшие обращению за получением денежного довольствия (установлению недоплаты). 

В этой связи, на момент обращения с заявлением о выплате денежной компенсации, датированном 16 апреля 2025 года, истекли три года, предшествовавшие обращению ФИО1 за получением денежного довольствия, которое, по мнению истца было ему не выплачено или выплачено в меньшем размере за период службы 2020-2021 гг., что также свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требования истца.

Также стороной ответчика заявлено о применении судом пропуска срока для обращения в суд с настоящим иском, с чем суд соглашается на основании следующего.

Частью 4 статьи 72 Федерального закона от 30.11.2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» определено, что сотрудник органов внутренних дел или гражданин, поступающий на службу в органы внутренних дел либо ранее состоявший на службе в органах внутренних дел, для разрешения служебного спора может обратиться к руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю либо в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а для разрешения служебного спора, связанного с увольнением со службы в органах внутренних дел, в течение одного месяца со дня ознакомления с приказом об увольнении.

Из представленных суду табелей учета служебного времени за 2020-2021 года, а также из пояснений самого истца следует, что указанные табели с отражением времени службы, которую ФИО1 исполнял сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, ФИО1 составлял самостоятельно, а потому суд приходит к выводу, что каждый раз, при заполнении табеля в спорный период времени, истец должен был знать о факте своей службы сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени.

При даче пояснений ФИО1 не оспаривал, что он знал о своем праве обратиться с рапортом о предоставлении дополнительных дней отдыха или о выплате соответствующей компенсации, однако с рапортом он не обращался, как отметил истец в связи с тем, что он не мог согласовать с руководством время предоставления дополнительных дней отдыха.

Вместе с тем в материалах дела отсутствуют доказательства подтверждения слов истца о том, что ему было отказано работодателем в согласовании дополнительных дней отдыха. 

Кроме того, в соответствии с пунктом 4 Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД России от 31 марта 2021 г. N 181 (далее-Порядка) установлено, что выплата денежного довольствия за текущий месяц производится один раз в период с 15 по 25 число каждого месяца, в связи с чем о нарушении своих прав в части выплаты денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной нормальной продолжительности служебного времени, в ночное время, в выходные и нерабочие праздничные дни в неполном объеме истец ФИО1 должен был знать всякий раз при получении денежного довольствия.

В этой связи, суд считает, что истцом пропущен срок для обращения в суд с заявленными требованиями.

Поскольку требование истца о взыскании процентов за задержку выплаты денежной компенсации, компенсации морального вреда за незаконный отказ компенсировать работу в ночное время, выходные и праздничные дни за период службы в органах внутренних дел является производным требованием от основных требований, в которых истцу отказано, суд приходит к выводу о том, что данные требования удовлетворению также не подлежит.

При изложенных обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворений требований истца в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ суд,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 (паспорт № выдан отделом внутренних дел города Буя и Буйского района Костромской области) к межмуниципальному отделу МВД России «Буйский» о признании незаконным отказа компенсировать работу в ночное время, выходные и праздничные дни за период службы в органах внутренних дел, обязании выплатить компенсацию и проценты за задержку выплаты компенсации, взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд в апелляционном порядке через Буйский районный суд Костромской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ю.Ю.Одинцова

Мотивированное решение изготовлено 07 августа 2025 года.