Судья Богославский А.А.

РЕШЕНИЕ

 № 7-23/2017

(дело № 5-3/2017)

27 марта 2017 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Костин Игорь Владимирович (

<

...>), при секретаре Филонове Е.О., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>, №, №,

на постановление судьи Крымского гарнизонного военного суда от 31 января 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно постановлению судьи водитель Быковский признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. в 

<

данные изъяты>. на 

<

адрес> в 

<

адрес>, управляя транспортным средством, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим Быковскому назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В жалобе на судебное постановление Быковский, считая постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы КоАП РФ и приводя собственный анализ доказательств по делу, утверждает, что дело рассмотрено судьёй необъективно, его выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Неустранимые сомнения в доказанности вины должны были толковаться в его пользу.

Так, транспортным средством в состоянии опьянения он не управлял, данный факт в ходе судебного разбирательства не доказан. Находясь в салоне своего транспортного средства, припаркованного возле дома по месту жительства, он вместе со своим знакомым ФИО7 действительно употреблял спиртные напитки, однако начал делать это лишь после остановки транспортного средства в указанном месте. Спустя 10 минут к ним подошли сотрудники военной полиции ФИО8 и ФИО9 и предъявили претензии по поводу управления им транспортным средством в состоянии опьянения. Его пояснения об обратном сотрудники полиции оставили без внимания. Более того, изначально отобранное у него сотрудниками полиции письменное объяснение от ДД.ММ.ГГГГ г. о неуправлении им транспортным средством в материалах дела отсутствует. При этом к делу приложено лишь второе его объяснение, написанное им ДД.ММ.ГГГГ., в котором он признаёт лишь факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Однако судья необоснованно положил в основу своего постановления второе из указанных объяснений, не дав оценки содержанию первого из них.

Судья также необоснованно положил в основу обжалуемого постановления не соответствующие действительности показания сотрудников полиции ФИО8 и ФИО9 о наличии у него признаков опьянения, поскольку исходя из обстановки, в которой они производили наблюдение (тёмное время суток, неосвещённый участок местности, расстояние, их отделявшее), последние объективно не могли заметить признаков опьянения. При этом к числу признаков опьянения, о наличии которых указали эти свидетели, судья отнёс неспособность водителя 

<

данные изъяты> Однако такого признака опьянения законом не предусмотрено.

Судья не дал оценку несоответствию приложенных к материалам дела письменных объяснений ФИО8 и ФИО9 о якобы задержании ими транспортного средства под его управлением, однако, как показали в суде указанные свидетели, они подошли к транспортному средству, когда оно уже было припарковано на стоянке.

Вместе с тем, по мнению автора жалобы, судья необоснованно отверг показания свидетелей ФИО7 и ФИО15 об управлении им транспортным средством в трезвом состоянии и начале употребления спиртных напитков лишь после его остановки, поскольку эти показания согласуются как с его объяснениями, так и показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО9, пояснивших, что, находясь в салоне транспортного средства, он и ФИО7 держали в руках бутылки с пивом.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, нахожу, что судебное постановление соответствует фактическим обстоятельствам содеянного Быковским и основано на исследованных судьёй доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает. Нормы материального и процессуального права применены правильно.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление Быковского на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 11 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признаётся законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (т. 1 л.д. 6), составленного в отношении водителя Быковского в связи с наличием запаха алкоголя изо рта и резким изменением окраски кожных покровов лица, обстоятельством, послужившим законным основанием для направления Быковского на медицинское освидетельствование, явился его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заявленный сотруднику полиции.

Эти обстоятельства подтверждаются приобщённой к материалам дела видеозаписью, согласно содержанию которой Быковский отказался от прохождения как освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и медицинского освидетельствования на состояние опьянения (т. 1 л.д. 13), что и не оспаривается автором жалобы.

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и с применением видеозаписи, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Свидетели ФИО8 и ФИО9, сотрудники полиции, каждый в отдельности, в суде подтвердили, что 22 октября 2016 г. они являлись очевидцами управления Быковским транспортным средством, с наличием у последнего таких признаков опьянения, как неустойчивость позы, нарушение речи и поведение, не соответствующее обстановке (т. 2 л.д. 37-44). При этом, вопреки ошибочному мнению автора жалобы, пояснения указанных свидетелей о неспособности водителя «ровно припарковаться» как раз и свидетельствовали о наличии у Быковского поведения, не соответствующего обстановке.

Процессуальных препятствий для признания относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу показаний указанных свидетелей, являвшихся очевидцами управления Быковским транспортным средством, как и оснований не доверять им, у судьи не имелось. Заинтересованность сотрудников полиции, в том числе сотрудника полиции ФИО32, составившего административный материал, в исходе дела материалами не подтверждена.

Утверждение в жалобе о неспособности сотрудников полиции ФИО8 и ФИО9, исходя из обстановки, в которой они производили наблюдение за транспортным средством под управлением Быковского, заметить у последнего признаки опьянения, является необоснованным и противоречит материалам дела.

Что касается несоответствия между содержанием рапортов ФИО8 и ФИО9 и их показаниями в суде применительно к обстоятельствам задержания (либо самостоятельной остановки) транспортного средства под управлением Быковского, то они носят несущественный характер и не влияют на оценку судьёй показаний данных свидетелей как относимых, допустимых и достоверных доказательств по делу, подтверждающих вину Быковского.

Довод Быковского о том, что он транспортным средством в состоянии опьянения не управлял, опровергается совокупностью перечисленных выше доказательств, которым судьёй гарнизонного военного суда дана надлежащая оценка. Не согласиться с выводами судьи оснований не имеется, а утверждение в жалобе об обратном является необоснованным.

Версия Быковского об употреблении им спиртных напитков лишь после остановки транспортного средства правильно отвергнута судьёй как противоречащая материалам дела и не заслуживающая доверия, поскольку согласно показаниям свидетелей ФИО8 и ФИО9 они подошли к транспортному средству непосредственно после его остановки, и Быковский с пассажиром ФИО7 в это время спиртных напитков не употребляли.

При этом судья обоснованно отверг по мотивам, приведённым в постановлении, как не нашедшие своего подтверждения, показания свидетелей ФИО7 и ФИО15 об управлении Быковским транспортным средством в трезвом состоянии и начале употребления последним спиртных напитков лишь после его остановки, указав, что эти показания опровергаются совокупностью иных доказательств по делу и направлены на избежание последним административной ответственности.

В связи с вышеизложенным ссылка автора жалобы на данные им 22 октября 2016 г. сотруднику полиции письменные объяснения о неуправлении транспортным средством к тому моменту, когда подошли сотрудники полиции ФИО8 и ФИО9, не влияет на правильность оценки судьёй доказательств по правилам ст. 26.11 КоАП РФ с точки зрения их достаточности для вывода о том, что Быковский являлся надлежащим субъектом вменённого административного правонарушения.

Исходя из вышеприведённых фактических обстоятельств по делу, довод жалобы о наличии по делу неустранимых сомнений в доказанности вины Быковского в совершении вменённого административного правонарушения, нельзя признать состоятельным.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьёй в достаточном объёме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях Быковского события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены судебного постановления, из дела не усматривается.

Назначенное Быковскому административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Крымского гарнизонного военного суда от 31 января 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья И.В. Костин