Мировой судья судебного Дело №10-4/2024

участка №58 ФИО1 

(дело в суде первой инстанции №1-11/2024,

УИД 75MS 0058-01-2024-002113-71) 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

4 июня 2025 года 

село Улёты Улётовского района Забайкальского края 

Улётовский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Крюковой О.Н.,

при секретаре Рябоконь Н.К.,

с участием: 

помощника прокурора Улётовского района Забайкальского края Кошечкина А.А.,

потерпевшего Потерпевший №1,

представителя потерпевшего Потерпевший №1 – адвоката Улётовского филиала коллегии адвокатов Забайкальского края Кузьмина Н.П., представившей удостоверение №, выданное ДД.ММ.ГГГГ, 

и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ

осужденного ФИО3,

защитника осужденного ФИО3 – адвоката адвокатского кабинета № Палаты адвокатов Забайкальского края Андриевский А.В., представившего удостоверение №, выданное ДД.ММ.ГГГГ, 

и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО3 – адвоката ФИО8, на приговор мирового судьи судебного участка № Улётовского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

ФИО3, данные изъяты не судимый,

осужден по п. «в» ч.2 ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации к обязательным работам на срок 260 часов. С осужденного взысканы в федеральный бюджет процессуальные издержки, выплаченные адвокату, назначенному судом, за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве в размере данные изъяты. Исковые требования Потерпевший №1 о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда удовлетворены частично. С ФИО3 взысканы в пользу Потерпевший №1 компенсация морального вреда в размере данные изъяты рублей и расходы, понесенные потерпевшим за участие в уголовном деле в качестве его представителя адвоката Кузьмина Н.П. в размере данные изъяты рублей.

Заслушав осужденного ФИО3 и его защитника Андриевский А.В., поддержавших апелляционную жалобу, потерпевшего Потерпевший №1 и его представителя адвоката Кузьмина Н.П., помощника прокурора Кошечкина А.А., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 признан виновным в совершении умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В суде первой инстанции ФИО3 не признал себя виновным в совершении инкриминируемого ему преступления, пояснил, что удары потерпевшему не наносил, только оттолкнул его от себя, когда Потерпевший №1 ударил его палкой в область затылка.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 – адвокат ФИО8, выразил несогласие с приговором мирового судьи, считая его незаконным и подлежащий отмене в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора, по следующим основаниям. В суде первой инстанции, стороной обвинения не доказано событие преступления, точное время не установлено дознанием, соответственно отсутствует событие преступление (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления). Полагает, что вина ФИО3 в совершении инкриминируемого преступления материалами уголовного дела однозначно не доказана, в материалах дела отсутствуют категорические основания для убедительного вынесения обвинительного приговора подзащитного ФИО3 по ч.2 п.«в» ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации, а имеющиеся в материалах дела противоречия, ставящие под сомнение совершение ФИО3 инкриминируемого ему преступления не устранены в установленном законом порядке. По мнению стороны защиты, дознание по настоящему уголовному делу проведено формально, необъективно, более того, предвзято по отношению к подзащитному ФИО3, а в его ходе были допущены грубые нарушения уголовно-процессуального законодательства, которые повлияли на полноту, всесторонность, объективность расследования по делу и тем самым привели к нарушению права на защиту и к лишению, стеснению иных гарантированных законом прав ФИО3 Сторона защиты полагает, что предъявленное обвинение подзащитного ФИО3 не нашло своего подтверждения в суде первой инстанции, пи одним из исследованных и представленных доказательств, государственного обвинению не удалось обосновать виновность ФИО3 Показания свидетеля ФИО10 сторона защиты полагает надуманными и просит суд апелляционной инстанции отнестись к ним критически, который пояснил в суде первой инстанции, что в один из дней осенью 2023 года он шел по улице из магазина, увидел, что между ФИО9 и ФИО3 происходит конфликт из-за картошки. ФИО3 стал долбить по калитке. В это время из калитки вышел Потерпевший №1 ФИО24 отобрал у Потерпевший №1 костылек и им стал наносить удары Потерпевший №1 по телу. В разговоре с Потерпевший №1 ему стало известно, что ФИО3 ударил его деревянной палкой. Таким образом, очевидцем начала конфликта свидетель ФИО10 не являлся, в связи, с чем не видел событие происшедшего. Просит суд апелляционной инстанции признать показания свидетеля ФИО10 недопустимым доказательством на основании ч.2 ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так как показания вышеуказанного свидетеля основаны на догадке, предположении, слухе, который не может указать источник своей осведомленности. Кроме того, свидетель ФИО11, допрошенный в суде первой инстанции по ходатайству стороны защиты, пояснил, что знаком со свидетелем ФИО12, ранее в ходе совместного распития спиртных напитков свидетель ФИО10 говорил, что банковская карта, на которую приходит его пенсия и паспорт находится у Потерпевший №1, кроме того, он ФИО10, часто помогает Потерпевший №1 по хозяйству. К показаниям свидетеля ФИО9, просит отнестись критически, поскольку вышеуказанный свидетель является сожительницей потерпевшего Потерпевший №1 на протяжении длительного времени, в связи с чем заинтересована в исходе настоящего уголовного дела. Просит суд апелляционной инстанции признать показания свидетеля ФИО9 недопустимым доказательством на основании ч.2 ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Таким образом, показания свидетелей ФИО10 и ФИО9, не согласуются с иными доказательствами по уголовному делу. К показаниям свидетеля ФИО17 сторона защиты, просит отнестись критически, поскольку она не была очевидцем какой-либо драки между подзащитным ФИО3 и потерпевшим Потерпевший №1, в связи с чем не может подтвердить факт нанесения Потерпевший №1 ударов, со стороны подзащитного ФИО3, она не видела, что конкретно происходило за оградой, только слышала голоса. Просит суд апелляционной инстанции признать показания свидетеля ФИО17 недопустимым доказательством на основании ч.2 ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. К показаниям свидетелей ФИО13, ФИО14 сторона защита просит суд апелляционной инстанции отнестись критически, так как они являются должностными лицами и заинтересованы в исходе уголовного дела. Свидетель ФИО13 в должности оперуполномоченного ОУР ОМВД России по Улётовскому району, свидетель ФИО14 участковый ОМВД России по адрес. Анализируя показания подзащитного ФИО3 никоим образом не заинтересованным в результатах расследования уголовного дела, но заинтересованного в установлении объективной справедливости, т.е. в раскрытии истины по делу, которые на предварительном следствии и в судебном заседании дал взаимоподтверждающие, дополняющие друг друга четкие, последовательные и логичные показания, дающие им основания предположить совершенно иную картину происходившего события. Допрошенный в суде первой инстанции, подзащитный ФИО3 пояснил, что ударов потерпевшему Потерпевший №1 не наносил, только оттолкнул его от себя, когда Потерпевший №1 ударил его палкой в область затылка, что подтверждается наличием телесных повреждений у ФИО3 куда он обратился за медицинской помощью в ГУЗ «Улётовская ЦРБ» после происшествия с потерпевшим Потерпевший №1 и заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого, у ФИО3 имеются ссадина в щёчной области и ушиб мягких тканей в затылочной области слева. Также, обращает внимание суд апелляционной инстанции, что обвинительный акт по уголовному делу в отношении ФИО3 составлен с нарушением требований норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в частности неправильно указано имя ФИО3 Данные доказательства получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона и не может быть положено в основу обвинения подзащитного ФИО3 Также в материалах уголовного дела имеются материалы дела об административном правонарушении в отношении потерпевшего Потерпевший №1, в частности постановление мирового судьи судебного участка № Улётовского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ согласно которого, Потерпевший №1 признан виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного ст.6.1.1 кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 (пяти) тысяч рублей. В данном постановлении, которое вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ в описательно-мотивировочной части постановления мирового судьи подробно дана оценка доказательств свидетельствующих о виновности потерпевшего Потерпевший №1 в совершении административного правонарушения. Таким образом, в действиях потерпевшего Потерпевший №1 является аморальность поведения, явившегося поводом для преступления, характеризуется, в том числе его провоцирующим влиянием на преступное поведение потерпевшего Потерпевший №1 Однако, суд первой инстанции, не учел в качестве смягчающего обстоятельства в соответствии п. «з» ч.1 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации, и не дал правовую оценку данного обстоятельства в приговоре. Кроме того в описательно-мотивировочной части приговора судом первой инстанции не выяснен вопрос о процессуальных издержках защитника – адвоката, участвующего по назначению в защиту интересов подзащитного ФИО3 Решение суда о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета или о взыскании их с осужденного должно быть мотивированным. Такое решение судом первой инстанции в приговоре не мотивировалось, и не дана надлежащая оценка данному доводу соответствующим образом. Сторона защиты полагает, что данный вопрос не выяснялся у подзащитного ФИО3, так как он официально не трудоустроен, не имеет заработка, имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей. Таким образом, допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона при принятии решения о взыскании процессуальных издержек в доход федерального бюджета с осужденного являются существенными, повлиявшими на исход дела и в соответствии с ч.1 ст.401.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации служат основанием к отмене приговора и последующих судебных решений в части взыскания процессуальных издержек с осужденного с передачей уголовного дела в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст.ст.396-399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, потерпевшим Потерпевший №1 в суде первой инстанции было заявлено исковое заявление о взыскании морального вреда с подзащитного ФИО3, причиненного преступлением в данные изъяты. Сторона защиты, полагает, что судом первой инстанции нарушены правила подсудности рассмотрения искового заявление потерпевшего ФИО15, иск не подлежит удовлетворению и подлежит возвращению. Из искового заявления потерпевшего Потерпевший №1 следует, что требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушений имущественных прав истца и является производным от основного имущественного требования о взыскании денежных средств, в цену иска не входит и подлежит рассмотрению и разрешению тем судьей, к подсудности которого относятся основные требования. Таким образом, учитывая изложенные в исковом заявлении потерпевшего Потерпевший №1 требования, поскольку цена иска но имущественному требованию превышает данные изъяты. гражданский иск подлежит рассмотрению районному суду, а не мировому судье. Сторона защиты не согласна, с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого у потерпевшего Потерпевший №1 по представленного медицинского документа имеются рваная рана в области левой ушной раковины, гематомы на поверхности левого предплечья, левого бедра и левой голени с ушибами мягких тканей, данные телесные повреждения могли образоваться в результате травматического воздействия тупых твердых предметов (твердых поверхностей); имеющаяся рваная рапа в области левой ушной раковины, согласно п.8.1 Приложения к приказу Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 N194н (ред. от 18.01.2012) "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" (Зарегистрировано в Минюсте Российской Федерации 13.08.2008 №12118), вызвало за собой кратковременное расстройство здоровья, продолжительностью не свыше 3-х недель (21-го дня) и поэтому признаку расценивается как легкий вред здоровью. Сторона защиты, полагает, что имеющаяся рваная рана в области левой ушной раковины у потерпевшего Потерпевший №1 является поверхностным повреждением, и согласно п.9 вышеуказанных Медицинских критериев поверхностные повреждения, в том числе: ссадина, кровоподтек, ушиб мягких тканей, включающий кровоподтек и гематому, поверхностная рана и другие повреждения, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Таким образом в суде первой инстанции сторона обвинения не доказало следующие факты, которые расписаны в обвинении:

-не доказано событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);

-не доказана объективная сторона состава преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 адрес кодекса Российской Федерации в отношении ФИО3 Обвинительный приговор по данному уголовному делу в отношении ФИО3 основан лишь на предположениях: показания свидетелей в целом не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. установленных судом первой инстанции.; их показания не стабильны, не последовательны, не дополняют друг друга, обвиняющих подзащитного ФИО3 и не подтвержден совокупностью исследованных судом доказательств. Учитывая, что сомнения в виновности подзащитного ФИО3 в инкриминируемом преступлении, предусмотренных п. «в» ч.2 ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации не были устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, доказательства, подтверждающие его вину в совершении данного преступления по уголовному делу отсутствуют, вынесение обвинительного приговора отношении ФИО3 судом первой инстанции является грубым нарушением конституционного принципа презумпции невиновности. Полагает, что доводы изложенные в материалах уголовного дела, обвинительном заключении, а также выводы суда первой инстанции ошибочны и не основаны на материалах дела в отношении ФИО3 не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия по уголовному делу в суде первой инстанции. Суд первой инстанции формально подошел к оценке доказательств, опровергающих вину подзащитного ФИО3, лишь назвав их в приговоре, но не проанализировав их относительно других доказательств. Вышеизложенное позволяет сделать вывод о несоответствии выводов органов дознания, изложенных в обвинительном акте, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенном нарушении уголовно-процессуального закона и неправильном применении уголовного закона. Таким образом, судом первой инстанции неправильно применен уголовный закон, а обжалуемый приговор является несправедливым в силу отсутствия признаков инкриминируемого состава преступления в действиях ФИО3, в связи с чем подлежит отмене судом апелляционной инстанции. Просит приговор мирового судьи судебного участка № Улётовского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО3 – адвоката ФИО8, потерпевший Потерпевший №1, его представитель адвокат Кузьмина Н.П. и прокурор Улётовского района ФИО16, приводя свои доводы, просят приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст.389.9 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Мировой судья нашел установленным, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 совершил преступление при обстоятельствах, указанных в приговоре.

Действия ФИО3 квалифицированы по п. «в» ч.2 ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Мировой судья правильно установил фактические обстоятельства дела и пришел к верному выводу о доказанной виновности ФИО3 в совершении умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Выводы мирового судьи основаны на надлежащей и объективной оценке совокупности исследованных в судебном разбирательстве дела достаточных доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

Вопреки доводам жалобы, вина ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, доказана полностью совокупностью исследованных в ходе судебного следствия доказательств, и получивших мотивированную оценку в приговоре, в соответствии со ст.ст.17, 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, каждое из которых является относимым и допустимым, их совокупность является непротиворечивой, достаточной для постановления обвинительного приговора.

Доводы жалобы о недопустимости показаний свидетелей ФИО10, ФИО17, ФИО9 являются необоснованными, поскольку ФИО10 и ФИО9 являлись непосредственными свидетелями нанесения телесных повреждений ФИО3 Потерпевший №1, о чем в судебном заседании дали соответствующие показания. ФИО17 пояснила суду о том, что не видела, наносил ли ФИО3 Потерпевший №1 телесные повреждения, поскольку обзор закрывал автомобиль, но по обстановке поняла, что между ними был конфликт, о чем ей также стало известно со слов ФИО3

Согласно ч.2 ст.75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, полученные с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. К недопустимым доказательствам относятся, в том числе, показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности.

Оснований для признания показаний свидетелей ФИО10, ФИО17, ФИО9 недопустимыми не имеется, они не противоречат иным доказательствам по делу, согласуются с ними, в связи с чем обоснованно положены в основу приговора судом первой инстанции.

Обстоятельства, о которых в судебном заседании сообщил свидетель ФИО18, указав, что со слов ФИО10 ему известно, что последний помогает по хозяйству Потерпевший №1, у которого находится банковская карта, на которую зачисляются пенсионные выплаты ФИО10, не влияют на объективность и правдивость показаний последнего, не влекут их признание недопустимым доказательством.

Доводы жалобы о заинтересованности свидетелей ФИО13 и ФИО14 в исходе уголовного деда в связи с тем, что они проходят службу в ОМВД России по адрес, не состоятельны, поскольку в судебном заседании они пояснили, что в сентябре 2023 года находились в составе опергруппы, опрашивали ФИО24, ФИО25 и Пылыпчак, каких-либо-показаний по обстоятельствам нанесения телесных повреждений ФИО24 ФИО25 не давали.

Несогласие стороны защиты с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому рваная рана левой ушной раковины потерпевшего расценивается как легкий вред здоровью, не влечет признание данного доказательства недопустимым, поскольку защитник не обладает специальными познаниями в области медицины, не может самостоятельно сделать вывод о степени тяжести вреда, причиненного здоровью ФИО25, доказательств, опровергаюстих вывод эксперта, стороной защиты не представлено, в материалах дела не имеется.

Довод жалобы о том, что обвинительный акт составлен с нарушением требований норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в частности неправильно указано имя ФИО3, суд считает несостоятельным, поскольку обвинительный акт составлен в соответствии с требованиями норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ошибок в указании установочных данных обвиняемого в обвинении не имеется. Поименование в заключительной части, обвинительного акта обвиняемого ФИО2 является технической ошибкой, не влечет отмену приговора.

Указание в апелляционной жалобе на незаинтересованность ФИО3 в исходе уголовного дела не соответствует действительности, поскольку подсудимый заинтересован в вынесении оправдательного приговора, непризнание им вины и дача выгодных ему показаний является его защитной позицией, направленной на избежание уголовной ответственности за содеянное.

Судом верно указано на отсутствие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п«з» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку ФИО3 сам приехал к потерпевшему, стучал по воротам, потерпевший не высказывался грубой нецензурной бранью в адрес ФИО3, не оскорблял его, о чем пояснял сам подсудимый, в связи с чем поведение ФИО25 не являлось аморальным, спровоцировавшим ФИО24 на совершение преступления.

Вопреки доводам жалобы, вопрос о возмещении процессуальных издержек был рассмотрен судом, обоснованно и мотивированно принято решение о взыскании с ФИО3 расходов, понесенных потерпевшим на оплату услуг представителя, а также издержек, связанных с оплатой труда защитника подсудимого, поскольку стороной защиты не представлено доказательств материальной несостоятельности подсудимого, исключающих взыскание с него процессуальных издержек. Кроме, того, подсудимый является трудоспособным, нелишен возможности произвести их оплату, как в период отбывания наказания, так и после его отбытия.

Довод жалобы о нарушении судом правил подсудности при рассмотрении гражданского иска потерпевшего является необоснованным, поскольку в силу ч.10 ст.31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подсудность гражданского иска, вытекающего из уголовного дела, определяется подсудностью уголовного дела, в котором он предъявлен. Нормы гражданского законодательства о подсудности, на которые ссылается защитник в жалобе, не применимы, поскольку гражданский иск заявлен в рамках производства по уголовному делу.

По ходатайству участников уголовного процесса со стороны защиты к материалам уголовного дела судом апелляционной инстанции приобщено заключение специалиста ФИО21, согласно выводам которого он не согласен с выводом судебно-медицинской экспертизы №168 (экспертизой живого лица по медицинским документам). Из заключения эксперта следует: «...Рваная (рвано-ушибленная) рана левой ушной раковины...». Поскольку рана расположена на завитке ушной раковины, а в данной области кожные покровы «тонкие» непосредственно прилежат к ушному хрящу, который в данном случае является неповрежденным, то есть рана ограничена только кожей ее следует считать поверхностной. Необходимо подчеркнуть, что любые раны в области ушной раковины без повреждения хряща носят поверхностный характер. Таким образом, квалификацию раны левой ушной раковины у Потерпевший №1, как повреждение, причинившее легкий вред здоровью, следует считать необоснованной, поскольку данное повреждение не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, что обязательно для квалификации повреждения, как причинившего легкий вред здоровью. В подтверждение «поверхностного» характера раны свидетельствует и тот факт, что рана не ушивалась, что является обязательным при более серьезных повреждениях кожных покровов. Говорить о расстройстве здоровья не приходиться, так как ушная раковина функционально не нагружена и не ограничивает какую-либо жизнедеятельность. К отрицательным момента заключения эксперта следует отнести то, что экспертиза проводилась только по медицинским документам без объективного обследования самого потерпевшего судебно-медицинским экспертом, а практикующий хирург не обязан детализировать характер повреждения применительно к последующей его квалификации по тяжести причиненного вреда здоровью.

По ходатайству участников уголовного процесса со стороны защиты с целью устранения сомнений в тяжести вреда здоровью, причиненного осужденным ФИО3 потерпевшему Потерпевший №1, судом апелляционной инстанции назначена повторная судебная медицинская экспертиза по медицинским документам.

Заключением экспертов ГУЗ «адресвое бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что из справки о наличии телесных повреждений за подписью врача-хирурга ГУЗ «Улетовская ЦРБ» ФИО19 у Потерпевший №1 при осмотре от ДД.ММ.ГГГГ имелась «в области левой ушной раковины рваная рана 3,0x1,0 см», в разделе «Объем оказанной медицинской помощи, дальнейшее лечение, рекомендации» записано «ПХО ран». ПХО – это первая хирургическая операция, выполняемая пациенту с раной с соблюдением асептических условий, при обезболивании и заключающаяся в последовательном выполнении следующих этапов: рассечение раны, ревизия раневого канала, иссечение краев, стенок и дна раны, гемостаз, восстановление целостности поврежденных органов и структур и наложение швов на рану. В материалах представленного уголовного дела протокол ПХО раны отсутствует. В зависимости от глубины раны подразделяются на поверхностные, затрагивающие только кожу и глубокие, проникающие в подкожную клетчатку и глубже и, как следствие, требующие ушивания. Для лечения поверхностных ран достаточно наружного медикаментозного лечения (обработка антисептиками, асептическая повязка и пр.). Основу ушной раковины составляет эластичный хрящ, образующий характерные гребни и выступы, мускулатура ушной раковины у человека редуцирована и не обеспечивает ее подвижности (имеется шесть слабо развитых мышц, крепящихся к хрящевой части слухового прохода), подкожно-жировая клетчатка отсутствует, кожа тонкая и плотно прилегает к эластичному хрящу. Таким образом, при поверхностной ране на ушной раковине повреждается только кожный покров, а при глубоком повреждается и ушной хрящ. При допросе от ДД.ММ.ГГГГ (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ) врач ГУЗ «Улетовская ЦРБ» ФИО19 пояснил, что Потерпевший №1 «обращался, мы обработали, и я дал справку», то есть первичная хирургическая обработка (ПХО) раны на левой ушной раковине не проводилась, рана не ушивалась, а была выполнена обработка раны антисептиками. Вышеизложенное свидетельствует в пользу того, что рана на левой ушной раковине была поверхностная в пределах кожи, так как не требовала ушивания. Кроме того, на фото, находящемся в томе № на листе №, видно, что имеет место нарушение целостности только кожного покрова, без повреждения ушного хряща. Таким образом, учитывая вышеизложенное, у Потерпевший №1 имелась поверхностная рана на завитке левой ушной раковины, которая, согласно п.9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложение к Приказу Минздравсоцразвития от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека») и «Правилам определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденным Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому признаку квалифицируется как повреждение, не причинившее вреда здоровью. Диагноз, по официальному определению ВОЗ (всемирной организации здравоохранения), это медицинское заключение о сущности заболевания, отображающее его нозологию, этиологию, патогенез и морфо-функциональные проявления, выраженные в терминах, предусмотренных Международной Классификацией Болезней (МКБ). При проведении судебно-медицинской экспертизы судебно-медицинский эксперт принимает во внимание не диагноз, выставленный врачом, а объективные данные, такие как результаты осмотра (в частности, описание повреждений), результаты дополнительных методов исследования (КТ, рентген и др.), данные из протоколов операций и пр., то есть для правильной квалификации повреждения по степени тяжести вреда, причиненного здоровью значение имеют морфологические особенности и признаки самого повреждения, а не диагноз, указанный в медицинской документации. Таким образом, противоречия в диагнозах, выставленных ДД.ММ.ГГГГ врачом ГУЗ «Улетовская ЦРБ» ФИО19 в справке, выданной потерпевшему, содержащейся в томе № материалов уголовного дела на листе № (рваная рана левой ушной раковины), и в журнале регистрации пациентов ГУЗ «Улетовская ЦРБ», содержащемся в томе № материалов уголовного дела на листах №№ под порядковым номером 257 (рвано-ушибленная рана левого уха), не имеют значения для правильного определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью Потерпевший №1

По ходатайству участников уголовного процесса со стороны обвинения с целью устранения сомнений в тяжести вреда здоровью, причиненного осужденным ФИО3 потерпевшему Потерпевший №1, судом апелляционной инстанции назначена повторная судебная медицинская экспертиза по медицинским документам с освидетельствованием потерпевшего.

Заключением экспертов филиала № ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что телесные повреждения (рана в области левой ушной раковины, гематомы на поверхности левого предплечья, левого бедра и левой голени с ушибами мягких тканей) могли быть причинены в результате травмирующего воздействия тупого твердого предмета (предметов) с ограниченной травмирующей поверхностью, на что указывает их характер (ушибленная рана в области левой ушной раковины, гематомы на поверхности левого предплечья, левого бедра и левой голени с ушибами мягких тканей (размерами до 20,0x5,0). Данные телесные повреждения - гематомы на поверхности левого предплечья, левого бедра и левой голени с ушибами мягких тканей не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья и (или) незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и по этому признаку, согласно п.9 приказа МЗ и СР №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Рана на завитке левого уха, зажившая рубцом повлекло за собой кратковременное расстройство здоровья сроком не более 21 дня (не более 3-х недель), и по этому признаку согласно п.8.1 приказа МЗ и СР №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расценивается как повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Судом апелляционной инстанции допрошен эксперт филиала № ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз» ФИО20, который пояснил о том, что при проведении экспертизы ими был обследован Потерпевший №1, у которого обнаружен рубец, свидетельствующий о том, что Потерпевший №1 причинено повреждение, причинившее легкий вред здоровью. Кожа имеет защитную функцию, потерпевший был подвержен риску проникновения инфекций через эту рану, испытывал болевые ощущения. Рана у Потерпевший №1 не была поверхностной. В связи с морфологическими особенностями уха под кожей не имеется жировой клетчатки и мышц, имеется только хрящ, который не поврежден. По рубцу экспертам не представляется возможным установить морфологию раны: рваная, ушибленная и адрес осмотре раны врач-хирург ГУЗ «Улетовская ЦРБ» ФИО19 классифицировал её, как рваную, больше никто рану не видел. Никаких оснований утверждать, что рана была поверхностной, нет. 

Судом апелляционной инстанции допрошен специалист ФИО21, который пояснил о том, что все раны кожи (в том числе с повреждением всех её слоев) без повреждения низлежащих тканей: мышц, органов и пр., являются поверхностными, не повлекшими за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, что обязательно для квалификации повреждения, как причинившего легкий вред здоровью. Следовательно, имевшаяся у Потерпевший №1 рана не причинила вред здоровью. Ушная раковина имеет декоративную функцию, её повреждение не может причинить расстройство здоровья. 

Проанализировав заключения специалиста и экспертов, суд приходит к выводу о том, что рана на завитке левого уха, зажившая рубцом, повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья сроком не более 21 дня (не более 3-х недель), и по этому признаку согласно п.8.1 приказа МЗ и СР №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», расценивается как повреждение, причинившее легкий вред здоровью. Данных, свидетельствующих о том, что у Потерпевший №1 была поверхностная рана, не имеется. Врачем-хирургом ГУЗ «Улетовская ЦРБ» ФИО19 рана описана, как рваная, о чем свидетельствует оставшийся рубец, зафиксированный экспертами филиала № ФГКУ «111 Главный государственный центр судебно-медицинских и криминалистических экспертиз».

Иные доводы, указанные защитником осужденного в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции также считает несостоятельными, направленными на уклонение от ответственности за содеянное.

Наказание ФИО3 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, наличия смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Наказание является соразмерным содеянному и справедливым, вид и размер наказания в приговоре суда должным образом мотивированы. Мировой судья пришел к обоснованному выводу о назначении наказания в виде обязательных работ. Выводы судьи о принятом решении и невозможности применения иного наказания надлежаще мотивированы, не согласиться с ними оснований не имеется. 

При исследовании материалов уголовного дела судом апелляционной инстанции не выявлено обстоятельств, свидетельствующих о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора. Выводу мирового судьи о виновности ФИО3 в содеянном соответствуют установленные фактические обстоятельства дела.

Все приведенные в приговоре доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, являются допустимыми и достаточными для признания ФИО3 виновным в совершении указанного преступления, и, проанализировав их в совокупности, мировой судья правильно пришел к выводу о совершении преступления ФИО3

Таким образом, вывод о доказанности вины осужденного в содеянном сделан мировым судьей в результате всестороннего, полного исследования собранных по делу доказательств и соблюдения требований ст.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, что позволило мировому судье правильно установить фактические обстоятельства совершенного преступления и дать им верную юридическую оценку.

Судебное разбирательство, несмотря на доводы жалобы, мировым судьей было проведено с достаточной полнотой и соблюдением норм уголовного судопроизводства. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора в отношении осужденного и влекущих его отмену, не имеется. Также суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения, либо отмены приговора мирового судьи по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № Улётовского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО3 – адвоката ФИО8, - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (адрес) в порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд, постановивший приговор. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий судья О.Н. Крюкова