УИД 35RS0015-01-2024-000118-46

Дело № 2-83/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Кичменгский Городок 28 мая 2024 года 

Кичменгско-Городецкий районный суд в составе: председательствующего судья Шемякиной Р.В.,

при секретаре Суворовой Т.А.,

с участием прокурора района Ивойлова В.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению А.Г.А. к Г.А.А. о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

А. Г.А. обратилась в суд с исковым заявлением к Г. А.А. – виновнику дорожно-транспортного происшествия, в котором погиб её сын, о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000,00 рублей.

В обоснование исковых требований указала, что 17 августа 2023 года на 3 км автодороги с.Кичменгский Городок-Еловино с подъездом с.Косково по вине ответчика произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием транспортного средства – автомобиля Ниссан Альмера, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, находившегося под управлением ответчика. В результате ДТП её сыну причинена сочетанная тупая травма тела с фрагментацией селезенки, разрывом печени, гемоперитонеумом, переломами левых бедренной и плечевой костей, осложнившейся травматическим шоком, которая находится в прямой причинной связи с наступлением смерти сына на месте происшествия. Приговором Кичменгско-Городецкого районного суда Вологодской области от 19 февраля 2024 года Г. А.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 264 УК РФ, и ему назначено наказание виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком 2 года 6 месяцев. Владельцем автомобиля являлся отец Г. А.А. В рамках уголовного дела гражданский иск ею не заявлялся, в счет возмещения морального вреда ФИО1 перечислил ей на банковскую карту 100 000,00 рублей. Однако данная сумма не соразмерна её физическим и нравственным страданиям, понесенным со смертью сына. 

В судебном заседании истец А. Г.А. иск поддержала. К доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнила, что погибший сын В. был младшим ребенком в семье, своей семьи не имел, работал на Северстали в г. Череповце, где около 5 лет проживал, снимая квартиру, и два раза в год приезжал к ней в отпуск и помогал в выполнении сезонных работ и ведении домашнего хозяйства. В последний приезд с сыном планировали сделать ремонт в доме. С рождения и до призыва в Армию сын постоянно проживал с ней, помогал в ведении домашнего хозяйства, был очень отзывчив и всю тяжелую работу брал на себя. По жизни с сыном у неё никогда не было конфликтов, претензий по его поведению не было, у них были доверительные отношения, ежедневно с сыном созванивалась не менее трех раз, по всем вопросам она обращалась к В. Сын помогал ей материально, она не работала, являлась безработной, так как по месту жительства сложности с трудоустройством. Она надеялась на сына и рассчитывала, что в старости будет проживать вместе с ним. Получив сообщение о смерти сына, она испытала боль, долго не могла прийти в себя, и до настоящего времени события произошедшего полностью не может вспомнить. Она до сих пор испытывает нравственные страдания, не может жить полноценной жизнью, её мучает бессонница, не может успокоиться и смириться, постоянно плачет, что отражается на физическом здоровье. После похорон сына она обращалась на прием к терапевту (невролога в больнице нет) и ей были выписаны рецептурные препараты, рекомендовано обратиться к психотерапевту, но такой специалист в ЦРБ отсутствует. Потеря сына является для неё невосполнимой утратой и её страдания омрачены тем, что кладбище, где похоронен сын, находится через дорогу от дома, где она проживает, и она постоянно видит могилу сына.

Ответчик Г. А.А. в судебное заседание не явился, надлежаще извещен, судебная повестка ему вручена лично 11 апреля 2024 года.

Представитель ответчика, адвокат Карелин А.С. правовые основания для удовлетворения иска не оспаривал, полагал заявленный размер компенсации морального вреда существенно завышенным и не соразмерным понесенным нравственным страданиям. Просил учесть грубую неосторожность потерпевшего, который в автомобиле находился в состоянии опьянения, не был пристегнут ремнем безопасности, тем самым нарушил п. 5.1 Правил дорожного движения. Личная небрежность, противоправное бездействие и нарушение п. 5.1 ПДД РФ А. В.В. содействовали причинению вреда. В настоящее время Г. А.А. не работает, группы инвалидности, ограничений к труду не имеет, тяжелыми хроническими заболеваниями не страдает, проживает с матерью в деревне, отец находится на СВО. Полагает, что выплаченная компенсация морального вреда в размере 100 000,00 рублей, с учетом фактических обстоятельств гибели А. В.В., является соразмерной перенесенным нравственным страданиям.

Третье лицо Г. А.А. в судебное заседание не явился, судебная повестка возвращена с отметкой «истек срок хранения». 

Заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав письменные доказательства, суд находит иск подлежащим удовлетворению.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

В соответствии с п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 – 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 ГК РФ). 

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). 

Материалами дела установлено, что 17 августа 2024 года около 01 часа водитель Г. А.А., находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем Ниссан Альмера, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим отцу Г. А.А., и двигаясь по правой полосе третьего километра автодороги с. Кичменгский Городок - Еловино с подъездом с. Косково, в направлении из с. Кичменгский Городок, не предвидев возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение требований пункта 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090 (ПДД), согласно которым водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения; требований пункта 2.1.2. ПДД, обязывающего водителя при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, быть пристегнутым и не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями; требований пункта 10.1. абз. 1. ПДД, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом состояние транспортного средства и обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД; п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, в соответствии с которым запрещается эксплуатация автомобилей при наличии неисправностей и условий, предусмотренных перечнем неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, п. 5.1. Перечня неисправностей и условий при которых запрещается эксплуатация транспортных средств (в редакции по состоянию на 17 августа 2023 года), если остаточная глубина рисунка протектора шин легкового автомобиля составляет не более 1,6 мм; перевозил в салоне автомобиля, оборудованном ремнями безопасности, не пристегнутыми ремнями безопасности пассажиров А. В.В. на переднем пассажирском сиденье, Г. Л.А. и Ж. А.С. - на задних пассажирских сиденьях в автомашине с остаточной высотой протекторов шин менее установленной - на переднем правом колесе 1,5 мм, на заднем правом колесе - 0 мм, на заднем левом колесе 1 мм, на переднем левом колесе 0,5 мм, при которой эксплуатация транспортного средства запрещена, не выбрал такую скорость движения автомобиля и применяемые приемы управления автомобилем, которые обеспечивали бы ему возможность постоянного контроля за траекторией движения автомобиля в любом режиме движения по соответствующей полосе проезжей части дороги, допустил выезд за пределы проезжей части дороги и последующее опрокидывание автомобиля.

В результате ДТП пассажир автомобиля А. В.В. скончался, получив следующие повреждения: сочетанная тупая травма тела с фрагментацией селезенки, разрывом печени, гемоперитонеумом, переломами левых бедренной и плечевой костей, ссадинами лобной области, левой скуловой области, правой щеки, шеи, левого плеча, правого плеча, грудной клетки, кровоподтек левого бедра. Данные телесные повреждения расцениваются в комплексе по признаку опасности для жизни как причинившие тяжкий вред здоровью. Смерть А. В.В. наступила в результате сочетанной тупой травмы тела с фрагментацией селезенки, разрывом печени, гемоперитонеумом (кровоизлиянием в брюшную полость), переломами левых бедренной и плечевой костей, осложнившейся травматическим шоком. Данные повреждения находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего на месте происшествия.

Между нарушением водителем Г. А.А. требований пункта 10.1. абз.1 Правил дорожного движения РФ, п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, в соответствии с которым запрещается эксплуатация автомобилей при наличии неисправностей и условий, предусмотренных перечнем неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, п. 5.1. Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, и наступившими последствиями в виде смерти А. В.В. имеется прямая причинно-следственная связь. 

Данные обстоятельства установлены приговором Кичменгско-Городецкого районного Вологодской области от 19 февраля 2024 года, вступившим в законную силу 25 апреля 2024 года и в соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ имеют для суда преюдициальное значение.

Из приговора следует, что Г. А.А. управлял автомобилем Ниссан Альмера, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, на законных основаниях, был включен в страховой полис ОСАГО как лицо, допущенное к управлению ТС, поэтому обязан возместить истцу моральный вред, причиненный в результате ДТП источником повышенной опасности. 

Очевидно, что вследствие гибели родного сына А. Г.А. испытала нравственные (душевную боль, стресс, страх, невозможность вести привычный образ жизни) страдания. 

Из похозяйственной книги на адресное хозяйство: с

<

адрес> следует, что с рождения А. В.В. до 2018 года проживал вместе с матерью и отчимом.

Как следует из амбулаторной карты А. Г.А. 13 ноября 2023 года она обращалась на прием к терапевту (невролог, психотерапевт в ЦРБ по месту жительства отсутствует) с жалобами на плохой сон, тревогу, плаксивость после смерти сына и ей было назначено амбулаторное лечение.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает: индивидуальные особенности потерпевшей, которая на момент причинения смерти находилась в предпенсионном возрасте, не работала и в содержании жилья полагалась на помощь сына, который работал и оказывал физическую помощь, что не оспаривается представителем истца; обстоятельства его причинения: ответчик находился в состоянии алкогольного опьянения, двигался со скоростью, которая не обеспечивала постоянный контроль за траекторией движения, что спровоцировало ДТП; характер перенесенных истцом нравственных страданий, вызванных потерей сына, с которым она связывала надежды на достойную старость; поведение причинителя вреда – Г. А.А., который в период следствия своим поведением доказал потерпевшей, что не раскаялся в содеянном и перекладывал вину в ДТП на погибшего; одновременно суд учитывает иные заслуживающие внимания обстоятельства, а именно: материальное и семейное положение ответчика: официально трудоустроился только на период рассмотрения уголовного дела в суде первой инстанции, в браке не состоит, на иждивении никого не имеет, ограничений к труду нет, инвалидность ему не установлена, в собственности имеется земельный участок, в пользовании у него находится автомобиль. 

При таких обстоятельствах заявленный А. Г.А. размер компенсации морального вреда в один миллион рублей соответствует требованиям разумности и справедливости, соразмерен перенесенным нравственным страданиям, поэтому исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, за минусом перечисленной ответчиком компенсации в размере 100 000,00 рублей в рамках уголовного дела, что истцом не оспаривается. 

Суд не усматривает в действиях погибшего А. В.В., который находился в автомобиле в состоянии опьянения и не был пристегнут ремнем безопасности, грубой неосторожности и не находит оснований для снижения размера компенсации морального вреда, поскольку действия пассажира, нарушившего п. 5.1 ПДД не состоят в причинное-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и нормы Правил дорожного движения Российской Федерации не предусматривают запрета на перевозу пассажиров, находящихся в состоянии опьянения, а в соответствии с п. 2.1.2. ПДД, обязанность не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями, возлагается на водителя, а не пассажира. 

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца следует взыскать государственную пошлину в размере 300 рублей

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, 

решил:

исковые требования А.Г.А. удовлетворить. 

Взыскать с Г.А.А. (паспорт 

<

данные изъяты>, выдан 

<

данные изъяты>) в пользу Г.Г.А. (паспорт 

<

данные изъяты>, выдан 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 900 000,00 (девятьсот тысяч рублей 00 копеек), а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300,00 рублей (триста рублей 00 копеек).

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Кичменгско-Городецкий районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья - Р.В.Шемякина

Решение в окончательной форме принято 28 мая 2024 года.