№ 2-1060/2019

(УИД 56RS0032-01-2019-001270-31)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 декабря 2019 года г. Соль-Илецк

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области, в составе:

председательствующего судьи Журавской С.А.,

при секретаре Банниковой С.А.,

с участием: истца – ФИО1,

представителя ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФКУ ИК - 6 УФСИН России по Оренбургской области о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с инспектора отдела безопасности ФИО3 за незаконные действия и угрозы в отношении него, которые причинили ему моральные страдания, компенсацию в сумме 30 000 руб.

В обоснование своих требований ссылался на то, что 14 августа 2019 года его с личными вещами перевели из жилой камеры в банный бокс пятого поста корпуса №, для последующего этапирования в другую колонию. При переводе, отвечая на вопросы сопровождающего его инспектора, истец сказал, что более 18-ти лет пыток для него закончились и он рад уехать. После чего инспектор ФИО3 стал придираться к нему с разными претензиями, провоцируя на неадекватные действия, чтобы применить спецсредства. Не добившись желаемого, стал оскорблять его и учинил несанкционированный обыск личных вещей, грубо нарушая процедуру, а именно, был один и не имел видеорегистратора, доставал вещи из сумки, досматривал и бросал их на грязный пол банного бокса, умышленно уронил на пол электробритву, сломав защитный колпачок, изъял ежедневник с адресами и телефонами родных и знакомых, а также тетрадь с личными записями.

При этом, он находился в наручниках (руки за спиной) и не мог ни принять, ни собрать свои вещи. Ответчик же, издевался над ним, оскорбляя в присутствии других осужденных. После того, как он сказал, что обратится в суд, ответчик стал угрожать ему расправой, и что может не уехать из колонии. В результате незаконных действий ответчика он испытал сильные моральные страдания, унижение, страх и опасение за свою жизнь.

Определением суда от 21.10.2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено ФКУ ИК - 6 УФСИН России по Оренбургской области (л.д. 18).

Истец – ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал по изложенным в иске основаниям. Уточнив, что ФИО3 называл его «ничтожеством» (другие слова не помнит), угрозы в его адрес заключались в том, что он может не уехать в другую колонию, угрозу эту он воспринимал реально. Поведение ответчика угнетало и вызывало страх. В банном боксе велся досмотр только его вещей. 

Ответчик – ФИО3 в судебное заседание не явился. Извещен надлежащим образом.

Будучи ранее опрошенным в судебном заседании, пояснил, что иск не признает. 14.08.2019 года он был в составе резервной группы, которая сопровождает осужденных. При сопровождение ФИО1 последний говорил, что 18 лет пыток для него закончились, на его вопрос кто пытал, истец ответил, что не он. В банном боксе он досматривал личные вещи осужденных, угрозы и оскорбления в адрес истца не высказывал. Осужденные были без наручников. Видеорегистратора у него не было. Вещи после досмотра складывал в пакеты, на пол не бросал, тетради пролистывал. Рядом с ним находились другие осужденные и сотрудники ИУ (ФИО, ФИО). Вопросы этапирования он не решает, полномочиями оставить осужденного в ИУ не наделен. 

На основании ч. 4 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным разрешить дело в его отсутствие.

Представитель ответчика – ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области, ФИО2, действующий на основании доверенности (в деле), возражал по заявленным требованиям. В обоснование пояснил, что действия ФИО3 не нарушали права истца. Обыск этапируемых осужденных предусмотрен приказом Минюста России № 64 ДСП. Видеорегистратор при досмотре не обязателен. Грубить и угрожать осужденным не допустимо. Старшим в резервной группе 14.08.2019 года был ФИО, он нарушений не установил. 

Выслушав пояснения сторон, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующем выводу. 

Пределы свободы выражения мнения закреплены в положениях ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, согласно которой достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления.

Учитывая, что любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание, которым является умозаключение лица, и его выражение не должно быть ограничено какими-либо пределами, кроме закрепленных ч. 2 ст. 29 Конституции Российской Федерации, то форма выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности и должна исключать возможность заблуждения третьих лиц относительно изложенного факта.

При таком положении, в случае если указанные выше требования не выполняются, то лицо, высказывающее какое-либо суждение относительно действий или личности иного лица, должно нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются.

Как указано в ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под нематериальными благами в ст. 150 ГК РФ понимаются, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда:

вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (ст. 1100 второй части ГК РФ), что следует из п. 3 постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007). 

Судом установлено, что ФИО1 прибыл в ФКУ ИК - 6 УФСИН России по Оренбургской области для отбывания наказания 14 марта 2001 года, убыл 14 августа 2019 года в ФКУ ИК-6 п. Эльбан УФСИН России по Хабаровскому краю (л.д. 12).

В этот же день из ФКУ ИК - 6 УФСИН России по Оренбургской области в ФКУ ИК-6 п. Эльбан УФСИН России по Хабаровскому краю на основании Указания ФСИН России совместно с истцом были этапированы следующие осужденные: ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 (л.д. 13).

ФИО3 проходит службу в ФКУ ИК - 6 УФСИН России по Оренбургской области в должности младшего инспектора отдела безопасности с 07.04.2011 года. 

По месту службы характеризуется с положительной стороны (л.д. 17).

14.08.2019 года ФИО3 нес службу в резервной группе, в круг обязанностей сотрудников которой входит: сопровождение осужденных к месту назначения, проведение обысков и досмотров осужденных, их личных вещей, камер и иных объектов учреждения. 14.08.2019 года ФИО3 видеорегистратор не использовал (л.д. 11).

Согласно требованиям п. 9 приказа Минюста России от 20.03.2015 № 64-ДСП полный обыск осужденного обязателен при его переводе в другое исправительное учреждение (далее по тексту – ИУ). 

При проведение обыскных мероприятий наличие записывающих устройств не обязательно, что следует из п. 5 приказа Минюста России от 20.03.2015 № 64-ДСП.

На основании приказа № от 13.08.2019 года совместно с ФИО3 на дежурство в резервную группу 14.08.2014 года заступили ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 (л.д. 14).

Судом были опрошены в качестве свидетелей ФИО22 (дежурный на посту № 14.08.2019 года), ФИО17, ФИО21, ФИО16 (старший резервной группы), ФИО20

Из пояснений которых установлено, что со стороны ФИО3 в адрес истца оскорбления и угрозы не высказывались, конфликта не было, при досмотре в банном боксе присутствовали ФИО21, ФИО16 и ФИО6, последний осуществлял досмотр. Вещи осужденного на пол не бросал, после досмотра складывал их в сумки. ФИО16, как старший группы, осуществлял контроль, замечаний не было. 

Данные пояснения суд берет за основу, поскольку они стабильны, логичны, носят последовательный характер.

Оценивая пояснения свидетелей со стороны истца, судом учтено, что они противоречивы.

Так, свидетель ФИО23 суду пояснил, что когда его для этапирования в другую колонию привели в банный бокс 14.08.2019 года, там уже инспектор досматривал вещи ФИО1, бросая их на пол. ФИО1 просил не делать этого, а тот смеялся. Инспектор в банном боксе был один, остальные сотрудники стояли в коридоре. Лично его досматривал конвой. Угроз и оскорблений в адрес ФИО1 от инспектора он не помнит. 

ФИО14 пояснил, что в его присутствии инспектор по имени «ФИО7» обыскивал вещи ФИО1 в банном боксе 14.08.2019 года перед их этапированием, разбрасывал, а истец просил этого не делать. Инспектор был один. Что говорил инспектор в адрес истца, не помнит. 

Свидетель ФИО24 пояснил, что истца досматривал инспектор, а остальных – конвой. Инспектор придирался к ФИО1, вызывал на конфликт, бросал вещи после досмотра, затем он ушел. Фамилия инспектора – ФИО3. Инспектор говорил истцу, чтобы тот молчал, пока не уехал, нецензурно выражался. 

Свидетель ФИО13 видел, как истца выводили из камеры, для сопровождения в банный бокс 14.08.2019 года. По пути у истца был конфликт с инспектором, который к нему придирался. При досмотре в банном боксе инспектор бросал вещи истца на грязный пол, на замечания не реагировал, выражался нецензурно в адрес ФИО1.

Однако, сам истец отрицал тот факт, что в его адрес имелись высказывания нецензурного характера.

Два других свидетеля: ФИО23 слова оскорбления в адрес истца отрицал, а ФИО14 забыл, были ли они.

Относительно разбрасывания вещей при досмотре, судом оценены пояснения свидетеля ФИО13, который указал, что ФИО3 в ходе досмотра вещи перепутал и сложил в чужую сумку. Указанное опровергает пояснения истца, который утверждал, что вещи в ходе обыска разбрасывались ответчиком на пол, досмотр велся только его одного.

Доводы истца о том, что он боялся отмены этапирования в иное ИУ, суд находит надуманными, поскольку полномочиями отмены решения ФСИН России ответчики не обладают. 

Кроме того, угроза нарушения прав оставлением в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области как таковая по себе отсутствует, поскольку 14.08.2019 года истец готовился к этапированию для дальнейшего отбытия наказания, а не к освобождению из мест лишения свободы.

Таким образом, по мнению суда, в действиях ответчиков не установлено нарушений в ходе досмотра личных вещей ФИО1 14.08.2019 года, также, как не установлен факт оскорбительных, унижающих высказываний в его адрес со стороны ФИО3

Поскольку факт причинения нравственных и физических страданий ФИО1 не нашел своего подтверждения в судебном заседании, то суд не усматривает законных оснований для удовлетворения его исковых требований о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л

ФИО4 в удовлетворении исковых требований к ФИО3, ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд, через Соль-Илецкий районный суд, в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Журавская С.А.

Мотивированный текст решения изготовлен 09 декабря 2019 года