УИД 31MS0046-01-2023-002730-37 Дело № 12-34/2024

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление

по делу об административном правонарушении

г. Короча 29 июля 2024 года 

Судья Корочанского районного суда Белгородской области Петров М.С. (

<

...>),

с участием привлекаемого к ответственности – ФИО1 и его защитника Чуева А.И. (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Корочанского района Белгородской области от 29 февраля 2024 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ в отношении ФИО1 с ходатайством о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи жалобы,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Корочанского района Белгородской области от 29 февраля 2024 года ФИО1 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 7 месяцев. 

Не согласившись с таким постановлением, ФИО1 обратился в районный суд с жалобой, в которой просит об отмене вышеупомянутого постановления и прекращении производства по делу в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно было вынесено, приводя следующие доводы в обоснование жалобы:

- в протоколе об отстранении от управления транспортным средством указано время отстранения его от управления транспортными средствами – 08 часов 30 минут, однако это же время является и временем совершения правонарушения, следовательно, время его отстранения в соответствующем протоколе указано неверно, поскольку время отстранения и совершения правонарушения не могут быть одновременным событием;

- в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения наименование прибора, которым проводилось освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, указано как «Алкотектор Юпитер», вместо «Алкотектор Юпитер-К»; 

- перед освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения инспектор не проинформировал его о результатах поверки технического средства измерения;

- приобщенная к материалам дела видеозапись не позволяет без сомнения идентифицировать процессуальные документы относительно полноты и правильности фиксирования в них содержания и результатов проводимых процессуальных действий, кроме того видеозапись не является непрерывной;

- в пункте 2 акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения не указаны реквизиты протокола, являющегося основанием для проведения освидетельствования, а в пункте 13.1 не указана погрешность технического средства измерения, которым проводилось исследование выдыхаемого воздуха; 

- описание события правонарушения, имеющееся в протоколе об административном правонарушении не содержит формулировки согласно фабуле ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ; также в протоколе отсутствуют его объяснения, как лица, в отношении которого оно возбуждено; при составлении протокола ему не были разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ.

Указанные выше обстоятельства с точки зрения ФИО1 являются существенными недостатками, а в связи с чем полагает, что: протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протокол о направлении на медицинское освидетельствование, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения, протокол об административном правонарушении, являются не допустимыми доказательствами по делу об административном правонарушении, поскольку получены с нарушением требований закона.

Одновременно с жалобой заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока обжалования постановления. В обоснование уважительности причин пропуска такого срока заявителем указано, что жалоба на постановление была им подана 15 марта 2024 года, а не 18 марта 2024 года, поэтому права на обжалование постановления мирового судьи в районный суд им не утрачено.

В судебном заседании ФИО1 и его защитник Чуев А.И. доводы жалобы поддержали. 

На рассмотрение жалобы представитель ОГИБДД ОМВД России по Корочанскому району Белгородской области, будучи надлежащим образом уведомленным о дате и времени судебного заседания, не явился, об отложении судебного заседания не ходатайствовал. При таких обстоятельствах, полагаю возможным рассмотреть жалобу в отсутствие указанного лица. 

Выслушав мнение участников процесса, а также изучив материалы дела об административном правонарушении, прихожу к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ жалоба на постановление по делу об административном правонарушении может быть подана в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления.

В силу ч. 2 ст. 29.11 КоАП РФ копия постановления по делу об административном правонарушении вручается под расписку лицу, в отношении которого оно вынесено, либо высылается ему по почте заказным почтовым отправлением в течение трех дней со дня вынесения указанного постановления.

Из материалов дела следует, что 29 февраля 2024 года в отношении ФИО1 вынесено постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ (л.д. 71-75), копия которого, судя из расписки, заполненной ФИО1 (л.д. 76-а) получена им 06 марта 2024 года, в связи с чем определением судьи Корочанского районного суда Белгородской области от 19 июня 2024 года (л.д. 82) первичная жалоба, зарегистрированная в мировом суде 18 марта 2024 года (л.д. 78-80), была снята с рассмотрения и возвращена из-за истечения срока обжалования и отсутствия ходатайства о его восстановлении. 

ФИО1 в ходатайстве о восстановлении срока обжалования от 25 июня 2024 года (л.д. 85) акцентировал внимание на то, что жалоба на постановление была им подана в предусмотренный законом срок – 15 марта 2024 года (пятница), однако в суде зарегистрирована она была только после выходных дней в первый рабочий день, то есть 18 марта 2024 года. 

Доводы ФИО1, изложенные в ходатайстве, подтверждены мировым судьей судебного участка №1 Корочанского района, который в соответствующей справке указал, что фактически жалоба ФИО1 была подана именно 15 марта 2024 года в конце рабочего дня, а зарегистрирована только 18 марта 2024 года в первый рабочий день после выходных (л.д. 86). 

В этих условиях, исходя из общих принципов правосудия, прихожу к выводу о том, что изложенные ФИО1 доводы о том, что он не утратил право обжалования постановления мирового судьи в районный суд, являются убедительными, а причины пропуска подачи повторной жалобы уважительными, в связи с чем срок обжалования постановления мирового судьи подлежит восстановлению.

Что же касается существа жалобы, прихожу к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 01 ноября 2023 года в 08 часов 30 минут ФИО1 в районе 

<

адрес> управлял автомобилем «Ниссан Laurel» с государственным регистрационным № в состоянии алкогольного опьянения, чем нарушил п. 2.7 ПДД РФ. 

Такие обстоятельства дела подтверждаются собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении, в котором зафиксировано место, время совершения и событие административного правонарушения (л.д. 2); протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л.д. 3); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с приобщенным бумажным носителем с записью результатов исследования (л.д. 4, 5); протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (л.д. 6); актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения (л.д. 7); протоколом о задержании транспортного средства (л.д. 8); рапортом инспектора ДПС (л.д. 10); видеозаписью, засвидетельствовавшей ход и результаты административных процедур и другими материалами, которым дана оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности по правилам ст. 26.11 КоАП РФ. 

Вина ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, вопреки его доводам, полностью нашла свое подтверждение. 

Для привлечения к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, правовое значение имеет факт нахождения лица, управляющего транспортным средством в состоянии опьянения. 

Факт управления ФИО1 транспортным средством в состоянии опьянения объективно подтвержден совокупностью собранных по делу доказательств, которые получены с соблюдением процессуальных требований КоАП РФ, последовательны, непротиворечивы и обоснованно признаны судом достоверными относительно события правонарушения. 

Основанием полагать, что водитель ФИО1 при управлении автомобилем в 08 часов 30 минут 01 ноября 2023 года находился в состоянии опьянения, послужило наличие выявленных у него должностным лицом ГИБДД признаков опьянения: запах алкоголя изо рта; резкое изменение окраски кожных покровов лица, что согласуется с пунктом 2 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 октября 2022 года № 1882 (далее – Правила). 

В связи с наличием у сотрудника ГИБДД достаточных оснований полагать о нахождении водителя ФИО1 в состоянии опьянения, он был отстранен от управления транспортным средством, о чем в 08 часов 40 минут 01 ноября 2024 года составлен соответствующий протокол 31 БД 278712. Указание инспектором в соответствующем протоколе – в графе «Дата, время, место отстранения от управления транспортным средством» времени совершения правонарушения (времени в которое ФИО1 был остановлен правоохранителями), не свидетельствует о незаконности отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, не влечет признание такого протокола недопустимым и не влияет на юридическую квалификацию действий последнего. 

Оснований полагать, что процедура отстранения ФИО1 от управления транспортным средством не была зафиксирована должным образом, не имеется. Содержание имеющейся в материалах дела видеозаписи подтверждает факт принятия в отношении ФИО1 обеспечительных мер, предусмотренных ст. 27.12 КоАП РФ.

При этом следует отметить, что факт управления транспортным средством ФИО1 не отрицал ни при проведении административных процедур инспектором, ни при рассмотрении дела мировым судьей. Протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен в его присутствии, ФИО1 с ним ознакомлен, каких-либо замечаний при его составлении не высказывал и в процессуальном документе не отразил.

В связи с наличием указанных признаков опьянения, должностным лицом в порядке, предусмотренном Правилами, ФИО1 предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. 

Такое освидетельствование проходило с использованием алкотектора «Юпитер-К» заводской номер 002171, срок поверки которого действителен до 16 августа 2024 года, на что указывает соответствующее свидетельство о поверке (л.д. 11). 

По результатам проведенного освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, на основании положительных результатов определения алкоголя в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,678 мг/л, превышающей 0,16 мг/л – возможную суммарную погрешность измерений, у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения. 

С результатом освидетельствования о наличии алкогольного опьянения ФИО1 не согласился, что зафиксировано в соответствующей графе акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и удостоверено его подписью.

Доводы ФИО1 о том, что он перед освидетельствованием на состояние алкогольного опьянения не был проинформирован о результатах поверки технического средства измерения, не состоятельны и опровергаются исследованной видеозаписью, на которой помимо информирования последнего о порядке освидетельствования, также зафиксировано, что он был ознакомлен с наименованием прибора, его заводским номером и сведениями о результатах поверки этого средства измерений в Федеральном информационном фонде по обеспечению единства измерений. На видеозаписи также видно, что перед использованием алкотектора инспектор продемонстрировал его работоспособность и отсутствие на нем значений наличия паров алкоголя в окружающем воздухе. Для проведения освидетельствования инспектором ДПС был использован соответствующий одноразовый мундштук, извлеченный из герметичной упаковки, в нарушении целостности которой сомнений не имеется.

Отбор пробы выдыхаемого воздуха проводился в соответствии с требованиями приведенных Правил, а фиксация алкотектором результата освидетельствования лишь после нескольких попыток продува ФИО1 указанного прибора была обусловлена действиями последнего, многократно досрочно прерывавшего выдох им воздуха.

Лишь после того как у ФИО1 была отобрана проба выдыхаемого им воздуха, алкотектор выявил в нем наличие абсолютного этилового спирта в концентрации 0,678 мг/л.

При этом вышеупомянутой видеозаписью зафиксировано, что после оглашения ФИО1 результата его освидетельствования и предъявления такового, отображенного на дисплее алкотектора, указанный бумажный носитель был изготовлен печатным устройством этого прибора. 

Доводы жалобы о том, что на видеозаписи не видны показания алкотектора на дисплее, не свидетельствуют о нарушении процедуры освидетельствования. С результатами освидетельствования ФИО1 был ознакомлен. Приведенный результат освидетельствования соответствует указанному в акте освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения.

Действительно, в акте освидетельствования техническое средство измерения поименовано как алкотектор «Юпитер», а в свидетельстве о поверке он значится как алкотектор «Юпитер-К», однако такое разночтение, с учетом соответствия номера прибора в акте и свидетельстве (заводской номер 002171), не дает оснований усомниться в том, что освидетельствование ФИО1 проведено одним и тем же прибором. Отсутствие литеры «К» при описании названия прибора в акте освидетельствования и чеке к алкотектору, не свидетельствуют о недопустимости таких доказательств. 

При составлении акта освидетельствования у ФИО1 имелась возможность отразить все допущенные должностным лицом нарушения, однако, замечаний по порядку освидетельствования у ФИО1 не имелось.

В связи с несогласием с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения должностным лицом ФИО1 было выдвинуто требование пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинской организации. Такое требование являлось законным и обоснованным, поскольку соответствует положениям ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ и пунктам 8, 9 вышеуказанных Правил. 

В протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 выразил, согласие на прохождение медицинского освидетельствования.

Согласно пункту 8 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н (далее – Порядок) в процессе проведения медицинского освидетельствования его результаты вносятся в акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), форма которого предусмотрена приложением № 2 к названному приказу (далее также – акт).

В силу пункта 9 Порядка после указания в акте персональных данных освидетельствуемого проведение медицинского освидетельствования во всех случаях начинается с первого исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, после которого врачом-специалистом (фельдшером) производится сбор жалоб, анамнеза и осмотр в целях выявления клинических признаков опьянения, предусмотренных приложением № 2 к Порядку.

Положительным результатом исследования выдыхаемого воздуха считается наличие абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха. При положительном результате первого исследования выдыхаемого воздуха через 15 - 20 минут после первого исследования проводится повторное исследование выдыхаемого воздуха. Результаты первого исследования указываются в подпункте 13.1 акта, повторного - в подпункте 13.2 акта (абз. 2-3 п. 11 Порядка).

Пунктом 15 Порядка определено, что медицинское заключение «установлено состояние опьянения» выносится в случае освидетельствования лиц, указанных в подпункте 1 пункта 5 Порядка, при положительном результате повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо при обнаружении по результатам химико-токсикологических исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и (или) психотропных веществ.

Результаты медицинского освидетельствования ФИО1 зафиксированы в акте от 01 ноября 2024 года № 290 медицинского освидетельствования на состояние опьянения, проведенного имеющим специальное образование и прошедшим необходимую подготовку – врачом-психиатром ОГБУЗ «Корочанская ЦРБ» . (л.д. 41, 42).

Согласно копии журнала ОГБУЗ «Корочанская ЦРБ» регистрации медицинских освидетельствований на состояние опьянения (л.д. 43-46) ФИО1 был направлен 01 ноября 2024 года на медицинское освидетельствование ИДПС, протокол о направлении на медицинское освидетельствование имеет серию и номер – №.

Концентрация абсолютного этилового спирта в выдыхаемом ФИО1 воздухе в результате первого исследования в 09 часов 45 минут составила 0,560 мг/л, в результате второго исследования в 10 часов 03 минуты составила 0,560 мг/л, что подтверждено копией бумажных носителей с записью результатов (л.д. 47). 

Исследование проведено анализатором концентрации паров этанола в выдыхаемом воздухе АКПЭ-01М № 13043, последняя поверка проведена 18 сентября 2023 года, поверка действительна до 17 сентября 2024 года, что подтверждено копией свидетельства о поверке (л.д. 48).

Согласно руководству по эксплуатации анализатора концентрации паров этанола в выдыхаемом воздухе АКПЭ-01М пределы допускаемой погрешности при диапазоне измерений массовой концентрации этанола от 0,200 до 1,500 мг/л составляет ± 10 % (л.д. 67-69).

То есть, погрешность в настоящем случае составляет: ±0,056 мг/л (0,560 мг/л * ±10%).

Результаты исследований внесены в соответствующие пункты 13.1, 13.2 акта медицинского освидетельствования, в том числе с указанием наименования технического средства измерения, его заводского номера и датой последней поверки.

Исследование выдыхаемого воздуха проводилось в соответствии с требованиями Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения без нарушения установленного Порядком интервала, акт подписан врачом, скреплен печатью медицинского учреждения, имеющего соответствующую лицензию.

Оснований для сомнений в выводах врача о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения у мирового судьи не имелось.

С учетом изложенного доводы автора жалобы о ненадлежащем оформлении акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения со ссылкой на отсутствия в его пунктах 2 и 13.1 соответствующей информации (полных реквизитов протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения; сведений о погрешности прибора) не свидетельствуют о нарушении порядка проведения медицинского исследования и ничтожности его результатов. Тем более что данная информация в части даты и номера протокола о направлении на медицинское освидетельствование, а также значения погрешности технического средства измерения проверена при рассмотрении дела мировым судьей.

Таким образом, действия ФИО1 образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Довод жалобы о том, что ФИО1 не были разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ, при составлении протокола об административном правонарушении, не может являться состоятельным, поскольку опровергается как имеющейся в деле видеозаписью, из содержания которой следует, что вышеуказанные процессуальные права были разъяснены ФИО1 инспектором ДПС перед отстранением от управления транспортным средством, так и отдельно отобранной у него подпиской о разъяснении прав с их полным перечнем и с его собственноручной записью о том, что права ему ясны, ходатайств не имеет, в защитнике не нуждается (л.д. 1). Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит требований об обязательном неоднократном разъяснении лицу в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, его процессуальных прав, в связи с чем нарушений прав на защиту, ФИО1 судом не установлено. Очевидно, что объем его прав ему был разъяснён и понятен.

Отсутствие в протоколе об административном правонарушении объяснения ФИО1 не является невосполнимым недостатком протокола, поскольку пояснения ФИО1 зафиксированы видеозаписью, право дать объяснение реализовано им и при рассмотрении дела мировым судьей. 

Кроме того, при составлении протокола об административном правонарушении у ФИО1 имелась возможность дать объяснения и отразить все допущенные должностным лицом нарушения, однако ФИО1 таким правом воспользоваться не пожелал. 

Протокол об административном правонарушении и другие вышеизложенные материалы соответствуют требованиям административного законодательства. Замечаний по содержанию этого протокола об административном правонарушении от ФИО1 не поступало. Вопреки доводам жалобы в протоколе зафиксировано место, время совершения и событие административного правонарушения, описание которого изложено в достаточном объеме, позволившем квалифицировать действия ФИО1 по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. 

На видеозаписи, приобщенной к материалам дела, запечатлены процедуры и результаты: разъяснения ФИО1 его прав; его отстранения от управления транспортным средством; освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; направления на медицинское освидетельствование, которые в полной мере соотносятся со сведениями, зафиксированными в соответствующих документах.

Доводы жалобы о недопустимости видеозаписи, в связи с тем, что видеозапись не позволяет без сомнения идентифицировать процессуальные документы относительно полноты и правильности фиксирования в них содержания и результатов проводимых процессуальных действий, несостоятельны. Все значимые процедурные аспекты, указывающие на соблюдение требований законности при совершении процессуальных действий по делу, на видеозаписи запечатлены. К тому же каких-либо требований, устанавливающих порядок применения видеозаписывающих устройств, нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не содержат. Доказательств, свидетельствующих о фальсификации видеозаписи, не представлено. 

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно и объективно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения, в основу обжалуемого судебного акта положены допустимые доказательства. 

Оснований для переоценки выводов мирового судьи и имеющихся в материалах дела доказательств, подтверждающих установленные обстоятельства, при рассмотрении жалобы не имеется.

Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренных КоАП РФ требований. 

В соответствии с положениями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные ст. 26.1 данного Кодекса. 

Данных о какой-либо заинтересованности должностного лица, находившегося при исполнении служебных, обязанностей, в исходе дела, его небеспристрастности по отношению к заявителю, или допущенных им злоупотреблениях по делу не установлено.

Принципы законности, закрепленные в ст. 1.5 и ст. 1.6 КоАП РФ, не нарушены, каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО1, которые должны толковаться в его пользу, материалами дела не установлено. 

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено судом с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч.ч. 1, 5 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел. 

При назначении наказания судья учел данные о личности ФИО1, а также характер совершенного им противоправного деяния, объектом которого является безопасность дорожного движения. Административное наказание в виде административного штрафа с лишением права управления транспортными средствами назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст.ст. 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 КоАП РФ в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. 

Нарушений норм материального и процессуального права мировым судьей не допущено.

Оснований для отмены или изменения постановления мирового судьи не имеется.

Руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

Восстановить срок обжалования постановления мирового судьи судебного участка № 1 Корочанского района Белгородской области от 29 февраля 2024 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ в отношении ФИО1.

Постановление мирового судьи судебного участка № 1 Корочанского района Белгородской области от 29 февраля 2024 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без изменения, а его жалобу – без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано или опротестовано прокурором в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Судья М.С. Петров