Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 сентября 2018 г. г.Иркутск 

Кировский районный суд г.Иркутска в составе

председательствующего судьи Бакановой О.А., 

при секретаре Зуевой А.В., 

с участием прокурора Петуховой О.Х., 

истца ФИО1, 

представителя ответчика ОАО «Российские железные дороги» - ФИО2, действующей на основании доверенности,

представителя третьего лица СПАО «Ингосстрах» - ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2364/2018 по исковому заявлению ФИО4, ФИО5, ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги», ВСЖД – филиалу ОАО «РЖД» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, судебных расходов, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4, ФИО5, ФИО1 обратились в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ОАО «Российские железные дороги», ВСЖД ОАО «РЖД» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, судебных расходов.

В обоснование исковых требований указали, что ДД.ММ.ГГГГ на ст. Алзамай Нижнеудинского района Иркутской области (на 4587 км ВСЖД) грузовым железнодорожным поездом был смертельно травмирован ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Пострадавший скончался в машине скорой медицинской помощи в ходе транспортировки в ФИО7. Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным старшим следователем Братского следственного отдела на транспорте Восточно – Сибирского следственного управления на транспорте СК России ФИО8 Смерть ФИО6 наступила вследствие воздействия источника повышенной опасности. ФИО6 являлся мужем ФИО4 и отцом ФИО5, ФИО1 Гибель ФИО6 для истцов является невосполнимой утратой, им причинен неизмеримый моральный вред, поскольку они потеряли близкого, родного и любимого человека, нарушился обычный уклад их жизни. Истцы испытали и продолжают испытывать сильные нравственные страдания, чувство горя, утраты и одиночества. В результате пережитых страданий у истцов нарушился сон (развилась бессонница), ухудшилось состояние здоровья, возникло подавленное эмоциональное состояние. ФИО5 (сын), ФИО1 (дочь) и ФИО6 проживали раздельно, однако поддерживали близкие семейные отношения (добрые, доверительные), постоянно общались. Кроме того, ФИО6 и ФИО4 вели личное подсобное хозяйство (коровы, свиньи, куры, гуси), большую часть работ по хозяйству выполнял ФИО6 После его гибели от части подсобного хозяйства пришлось отказаться, так как ФИО4 не может одна вести хозяйство. Ранее подсобное хозяйство вели двое, а при отсутствии мужской поддержки и опоры это стало невозможно. Следовательно, уровень дохода у ФИО4 снизился, что привело к изменению ее материального положения. Полагают, что размер компенсации морального вреда соответствует следующему: в пользу вдовы ФИО4 – 

<

данные изъяты> рублей, в пользу сына ФИО5 – 

<

данные изъяты> рублей, в пользу дочери ФИО1 – 

<

данные изъяты> рублей.

В число расходов на погребение помимо средств, затраченных на приобретение гроба, венка, одежды, могут быть включены ритуальные расходы (поминальный обед, за исключением расходов на спиртные напитки). ФИО5 (сыном погибшего) были понесены материальные затраты на погребение ФИО6 в размере 

<

данные изъяты> рублей, которые состоят из: ритуальные услуги в размере 

<

данные изъяты> руб. (квитанция – договор № от ДД.ММ.ГГГГ); услуги морга и бальзамирование артерий в размере 

<

данные изъяты> рублей (квитанция – договор № от ДД.ММ.ГГГГ); оплата поминального обеда в размере 

<

данные изъяты> рублей (копия товарного чека № от ДД.ММ.ГГГГ); оградка для могилы – 

<

данные изъяты> рублей; цветник – 

<

данные изъяты> рублей. Итого, всего 

<

данные изъяты> рублей.

В связи с тем, что ФИО6 УПФР в Нижнеудинском районе Иркутской области была выплачена сумма на социальное погребение в размере 

<

данные изъяты> рублей, указанная сумма исключена из расходов на погребение, предъявляемых истцом ко взысканию.

Истцами в досудебном порядке было предложено ответчику компенсировать причиненный моральный вред и расходы на погребение, что подтверждается претензией, направленной в адрес филиала ОАО «РЖД» Восточно – Сибирская железная дорога. В ответ на претензию от ответчика было получено письмо от ДД.ММ.ГГГГ, которое не содержит ответ, а сводится к цитированию ст. 1101 ГК РФ.

С учетом уточнения к иску просят взыскать с ОАО «Российские железные дороги» компенсацию морального вреда в пользу ФИО4 в размере 1 000 000 рублей, в пользу ФИО5 – 500 000 рублей, в пользу ФИО1 – 500 000 рублей; взыскать с ОАО «РЖД», ВСЖД – филиала ОАО «РЖД» в пользу ФИО5 расходы на погребение ФИО6 в размере 45 775,30 рублей.

Определением Кировского районного суда г.Иркутска о дополнительной подготовке от 16.08.2018 г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечено СПАО «Ингосстрах».

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, на удовлетворении исковых требований настаивала.

В судебное заседание истцы ФИО4, ФИО5, извещенные о дате, времени и месте судебного разбирательства, не явились, обратились к суду с ходатайством о рассмотрении дела в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» - ФИО2, действующая на основании доверенности, заявленные требования не признала, в удовлетворении иска просила отказать по доводам и основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление. Также суду пояснила, что заявленная сумма компенсации морального вреда является необоснованной, чрезмерно завышенной и противоречащей норме закона, устанавливающей принцип недопущения неосновательного обогащения истца.

Участвующая в судебном заседании представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» - ФИО3, действующая на основании доверенности, разрешение заявленных требований оставила на усмотрение суда.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора Петуховой О.Х., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исходя из принципов разумности и справедливости, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентирована ст. 1079 ГК РФ, согласно которой юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. 

В соответствии с ч. 3 ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу п. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на 4587 км. ВСЖД ст. Алзамай неустановленным поездом травмирован ФИО6, впоследствии скончавшийся в автомашине «Скорой медицинской помощи» в ходе транспортировки в ФИО7.

Согласно постановлению старшего следователя Братского следственного отдела на транспорте Восточно – Сибирского следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ. в ходе проведения проверки по факту смертельного травмирования ФИО6 установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 00 минут местного времени ФИО6 прибыл на 4587 км ВСЖД ст. Алзамай с целью проследовать на электропоезде в г. Тайшет, где был травмирован неустановленным поездом.

Причинение травмирования ФИО6 стало возможным в связи с нарушением последним п. 11 Правил «Нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных Приказом Минтранса России № 18 от 08.02.2007 года.

Опрошенная в ходе проверки ФИО9 пояснила, что ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. был ее старшим братом. ДД.ММ.ГГГГ они договорились поехать в 

<

адрес> на утреннем электропоезде. Встретиться они должны были по дороге до ж/д вокзала. В 08 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 вышла из дома в районе магазина «Ритуальные услуги», перешла ж/д пути. Следуя по ж/д путям в сторону ж/д вокзала, с правой стороны от ж/д путей относительно направления ее движения, она увидела, что-то темное, лежащее на снегу. Подойдя поближе, она увидела, что на снегу лежит ее брат ФИО6, его лицо было в крови. Контакту ФИО10 был недоступен, однако подавал признаки жизни. На момент ее прибытия, ФИО10 был в непосредственной близости (1 метр) восточной нити 1 пути, вблизи него никого не было, следов на снежном покрове, указывающих на присутствие посторонних лиц она не видела. По характеру ФИО6 был человеком спокойным, конфликтов ни с кем не имел.

Опрошенный в ходе проверки ФИО11 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в 00 часов 37 минут московского времени он в качестве машиниста г/п № выехал со ст. Нижнеудинская до ст. Иланская с помощником машиниста ФИО12 Проследовали ст. Алзамай в 02 часа 43 минут по первому нечетному пути, посторонних лиц около ж/д они не видели, также не видели лежащего в колее первого пути человека, по радиосвязи ни от ДСП ни от других локомотивных бригад сообщений о посторонних или травмированных лицах не поступало. Им навстречу проследованных на ст. Алзамай четных поездов не было.

Опрошенные в ходе проверки ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 дали пояснения аналогичные по своей сути и содержания пояснениям ФИО11

В ходе проверки сообщения о преступлении установлено, что члены локомотивных бригад, а именно машинисты ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО11 не выполняли объективную сторону преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты>, так как они не совершали виновных действий, противоречащих правовой регламентации безопасности движения или эксплуатации железных дорог.

В действиях ФИО6 усматриваются нарушения требований п. 11 «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных Приказом Минтранса России № 18 от 08.02.2007. По результатам проведенной проверки следует, что ФИО6 был травмирован грузовым поездом в результате собственного грубого нарушения правил безопасности в месте повышенной опасности - на железнодорожных путях.

Установлено, что члены локомотивных бригад, не совершая нарушение правил эксплуатации железнодорожного транспорта, не только не предвидели возможность наступления общественно-опасных последствий в виде травмирования ФИО6, но и согласно имеющимся обстоятельствам, установленным изучением материала, не могли предвидеть их наступления. В соответствии с Положением приказа филиала ОАО «РЖД» ВСЖД «О внедрении Положения об организации работы системы информации «Человек на пути» на ВСЖД - филиала ОАО «РЖД»» от 02.07.2010 № 200/Н, регламентирующего действия локомотивной бригады, не нарушив при этом положений своих должностных инструкций.

Таким образом, в ходе проверки по факту смертельного травмирования ФИО6 установлено, что в действиях машинистов ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО11 не усматривается признаков состава преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты>, так как при описанных обстоятельствах они не имели реальной возможности предотвратить травмирование ФИО6

Также в ходе проверки установлено, что фактов, объективно подтверждающих жестокое обращение и систематическое унижение личного достоинства и чести ФИО6 или многократных угроз, выражаемых в адрес последнего со стороны третьих лиц, могущих повлечь самоубийство, не было. Объективных данных, указывающих на конкретных лиц, каким-либо образом угрожавших, систематически на протяжении неопределенного промежутка времени унижавших честь и достоинство последней или допускавших неоднократные факты жестокого обращения по отношению к ФИО6, что могло привести к наступлению общественно - опасных последствий в виде суицида, в ходе проведения проверки установлено не было.

Таким образом, в имеющихся материалах проверки никаких данных, указывавших на поступление в адрес ФИО6 угроз со стороны третьих лиц, жесткое обращения, унижающего его человеческое достоинство, не имеется. Подобные факты в жизни последнего не имели места быть, конфликтов и неприязненных отношений у того ни с кем не было, денежных или иных долгов, а также лиц, обязывающих ФИО6 к их немедленному возвращению, путем угроз или иных мер принуждения также не было, что напрямую свидетельствует об отсутствии события преступления, предусмотренного ст. 110 УК РФ.

Таким образом, в ходе проведения проверки по факту смертельного травмирования ФИО6 постановлением старшего следователя Братского следственного отдела на транспорте Восточно – Сибирского следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что смертельное травмирование ФИО6 стало возможным в связи с нарушением последним п. 11 Правил «Нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных Приказом Минтранса России № 18 от 08.02.2007 г.

Согласно справке о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., явились: 

<

данные изъяты>

Из заключения эксперта №, составленного на основании постановления следователя отделения по расследованию преступлений на территории обслуживаемой Нижнеудинским ЛОП СО ФИО18 МВД России на транспорте ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что смерть ФИО6 

<

данные изъяты> года рождения наступила от 

<

данные изъяты>

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, наступает независимо от вины причинителя вреда. В системной связи с нормами ст. 1079 ГК РФ находится ч.2 ст. 1083 ГК РФ, в силу которой, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствия вины причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен.

Данная позиция также разъяснена п.17 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно которого, при грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда становится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего или отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом.

В соответствии с ч. 2 ст. 151 и ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при определении размера компенсации морального вреда учитывается степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя, иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела, а также требования разумности и справедливости.

Согласно Уставу ОАО «Российские железные дороги» создано в соответствии с Гражданским кодексом РФ, Федеральными законами «Об акционерных обществах», «О приватизации государственного и муниципального имущества» и «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта» и является коммерческой организацией.

Согласно п. 1 Положения о Восточно-Сибирской железной дороге - ВСЖД – является филиалом Открытого Акционерного общества «Российские железные дороги».

Субъектом ответственности по иску ФИО4, ФИО5, ФИО1 является юридическое лицо - ОАО «Российские железные дороги» как организация, осуществляющая эксплуатацию поезда в силу принадлежащего ему права собственности.

Как разъяснено в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в связи с утратой родственников.

Погибший ФИО6 приходится ФИО4 мужем, отцом ФИО5 и отцом ФИО1, что подтверждается соответственно свидетельством о заключении брака №, свидетельством о рождении №, свидетельством о рождении №, свидетельством о заключении №.

Судом установлено, что смерть ФИО6 наступила в результате травмирования источником повышенной опасности. 

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд находит исковые требования ФИО4, ФИО5, ФИО1 о компенсации морального вреда обоснованными, поскольку смерть ФИО6 наступила вследствие деятельности источника повышенной опасности. 

Доказательств тому, что смерть ФИО6 наступила в результате умысла погибшего суду не представлено.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к выводу, что в результате смерти ФИО6 его родным: жене ФИО4, сыну ФИО5 и дочери ФИО1 причинены нравственные страдания, выразившиеся в сильных душевных переживаниях по случаю потери близкого человека.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В пункте 3 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации отмечено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 8 Постановления "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" N 10 от 20 декабря 1994 года (с изменениями и дополнениями) указал на то обстоятельство, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В соответствии с п. 1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. 

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размеров компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных страданий.

При решении вопроса о взыскании компенсации морального вреда судом принято во внимание, что гибель сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое состояние, влечет эмоциональное расстройство, поскольку потеря близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает право на семейные связи. 

Кроме того, как указано в исковом заявлении, погибший был очень близким человеком для истцов, совместно проживал и вел общее хозяйство с ФИО4, несмотря на отсутствие совместного проживания с детьми ФИО5 и ФИО1, сохранял с ними тесные родственные связи, взаимоотношения в семье строились на основе принципов любви, взаимопомощи и поддержки.

Таким образом, суд, исходя из фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, учитывая неосторожность самого погибшего ФИО6, выразившуюся в несоблюдении им мер собственной безопасности на объектах железнодорожного транспорта, нахождение погибшего на момент смерти в непосредственной близости с железнодорожными путями, отсутствие вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости, установленных правилами статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая, что страдания истцов были сопряжены с негативными эмоциями по поводу гибели близкого человека, полагает возможным взыскать с ответчика ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда в пользу ФИО4 в размере 

<

данные изъяты> руб., в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей, в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

При определении размера компенсации морального вреда судом учтена неосторожность самого погибшего ФИО6, выразившаяся в несоблюдении им мер собственной безопасности на объектах железнодорожного транспорта, нахождение на момент смерти в непосредственной близости с железнодорожными путями.

Доводы ответчика об отсутствии доказательств причинения вреда источником повышенной опасности, отсутствии доказательств причинения вреда подвижным составом (локомотивом), суд находит несостоятельными и подлежащими отклонению, поскольку обстоятельства причинения смертельного травмирования ФИО6 являются установленными, доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Разрешая требования истца ФИО5 о взыскании расходов на погребение, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы (абзац первый).

Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается (абзац второй).

Согласно статье 3 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" погребение - это обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Статьей 9 названного Федерального закона определен перечень гарантированных услуг по погребению, в который входят: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

При этом в статье 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации содержится понятие "достойные похороны" с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего.

Пунктом 6.1 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных Протоколом НТС Госстроя РФ от 25 декабря 2001 года N 01-НС-22/1, предусмотрено, что в соответствии с Федеральным законом "О погребении и похоронном деле" обряды похорон определяются как погребение. В церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовения.

Согласно уточненному иску в число расходов на погребение входят ритуальные услуги в размере 

<

данные изъяты> руб. (квитанция – договор № от ДД.ММ.ГГГГ); услуги морга и бальзамирование артерий в размере 

<

данные изъяты> рублей (квитанция – договор № от ДД.ММ.ГГГГ); оплата поминального обеда в размере 

<

данные изъяты> рублей (копия товарного чека № от ДД.ММ.ГГГГ); оградки для могилы (товарный чек от ДД.ММ.ГГГГ) – 

<

данные изъяты> рублей; цветник на могилу (квитанция от ДД.ММ.ГГГГ) – 

<

данные изъяты> рублей, итого, всего 

<

данные изъяты> рублей. 

При этом ранее заявленные требования о взыскании расходов на приобретение продуктов согласно товарному чеку № на сумму 

<

данные изъяты> рублей истец ФИО5 не поддерживает, поскольку указанные расходы понесены истцом ДД.ММ.ГГГГ позднее даты похорон. 

Нормативно-правовыми актами не регламентировано осуществление поминального обеда как обязательной церемонии в связи со смертью усопшего. Однако, исходя из Рекомендаций и сложившихся традиций, церемония поминального обеда в день похорон общепринята, соответствуют традициям населения России, являются одной из форм сохранения памяти об умершем и неотъемлемой частью осуществления достойных похорон умершего. В данной связи, возмещение таких расходов следует признать обоснованным.

В обоснование заявленных требований о возмещении расходов, связанных с погребением отца в размере 

<

данные изъяты> рублей, истец представил письменные доказательства, подтверждающие несение им расходов, а именно: квитанцию – договор № на ритуальные услуги на сумму 

<

данные изъяты> рублей, товарный чек № на оплату расходов по обслуживанию поминального обеда на сумму 

<

данные изъяты> рублей, товарный чек № по оплате расходов на оградку на сумму 

<

данные изъяты> рублей, квитанцию к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ на оплату расходов по устройству цветника на могилу на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Разрешая заявленные требования, суд находит обоснованными требования истца о возмещении расходов на погребение в части, а именно в части возмещения расходов, понесенных согласно квитанции – договора № на ритуальные услуги на сумму 

<

данные изъяты> рублей, согласно товарному чеку № на оплату расходов по обслуживанию поминального обеда на сумму 

<

данные изъяты> рублей, поскольку данные расходы являются необходимыми и связаны с погребением отца. Факт несения этих расходов подтвержден надлежащими документами.

Указанные расходы на погребение и ритуальный обед, не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, в связи с чем отсутствуют основания считать данные расходы чрезмерными, учитывая, что оплаченные услуги являются необходимыми и соответствуют обычаям и традициям, проводимым в день похорон.

Расходы истца ФИО5 согласно товарному чеку от ДД.ММ.ГГГГ по оплате расходов на оградку на сумму 

<

данные изъяты> рублей, а также по квитанции к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ на оплату устройства цветника на могилу на сумму 

<

данные изъяты> рублей суд находит не подлежащими возмещению, поскольку данные действия выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, а потому эти требования удовлетворению не подлежат.

Согласно ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ (ред. от 23.05.2018) "О погребении и похоронном деле" в случае, если погребение осуществлялось за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего, им выплачивается социальное пособие на погребение в размере, равном стоимости услуг, предоставляемых согласно гарантированному перечню услуг по погребению, указанному в пункте 1 статьи 9 настоящего Федерального закона, но не превышающем 4000 рублей, с последующей индексацией один раз в год с 1 февраля текущего года исходя из индекса роста потребительских цен за предыдущий год. Коэффициент индексации определяется Правительством Российской Федерации. В районах и местностях, где установлен районный коэффициент к заработной плате, этот предел определяется с применением районного коэффициента.

Как установлено в судебном заседании и сторонами не оспаривалось, ФИО5 УПФР в Нижнеудинском районе Иркутской области выплачено социальное пособие на погребение в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Таким образом, из суммы возмещения расходов по погребению в размере 

<

данные изъяты> рублей, являющихся обоснованными, суд находит необходимым вычесть полученное истцом социальное пособие на погребение в УПФР в Нижнеудинском районе Иркутской области в размере 

<

данные изъяты> рублей.

При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу истца ФИО5 подлежат взысканию расходы на погребение в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Оценивая доводы ответчика ОАО «Российские железные дороги» относительно того, что надлежащим ответчиком по делу является СПАО «Ингосстрах» в силу того, что ответственность ответчика застрахована, суд находит их несостоятельными.

В соответствии со ст. 927 ГК РФ страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В силу ч. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Частью 2 ст. 929 ГК РФ регламентировано, что по договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы следующие имущественные интересы:

1) риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (статья 930);

2) риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, а в случаях, предусмотренных законом, также ответственности по договорам - риск гражданской ответственности (статьи 931 и 932);

3) риск убытков от предпринимательской деятельности из-за нарушения своих обязательств контрагентами предпринимателя или изменения условий этой деятельности по не зависящим от предпринимателя обстоятельствам, в том числе риск неполучения ожидаемых доходов - предпринимательский риск (статья 933).

В соответствии с ч. 1 ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В силу ч. 3 с. 931 ГК РФ договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано, в чью пользу он заключен.

Частью 1 ст. 947 ГК РФ регламентировано, что сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования или которую он обязуется выплатить по договору личного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей статьей.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» (страхователь) заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД». Договор страхования заключен на основании и в соответствии с Правилами страхования гражданской ответственности при эксплуатации ж/д транспорта от 26.05.2016 г., Правилами страхования ГО владельцев инфраструктуры ж/д транспорта от 24.06.2015 г., а также в соответствии с Общими условиями страхования гражданской ответственности от 24.06.2015 г.

Согласно п. 2.4 Правил обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть: на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно; на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателем; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателем в результате наступления страхового случая, предусмотренного договором.

Пункт 2 статьи 9 Закона РФ № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой риск как предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование, а страховой случай - как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Из системного толкования норм ст. 929 ГК РФ, п. 1 ст. 422 ГК РФ и п. 2 ч. 1 ст. 9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» следует, что страховой случай является объективно совершившимся событием, его наступление или ненаступление не зависит от действий (бездействия) и субъективного отношения страхователя (застрахованного лица) к этому факту.

С учетом анализа обстоятельств дела в совокупности, принимая во внимание буквальное толкование условий, изложенных в договоре страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД» от ДД.ММ.ГГГГ, а также с учетом цели договора, действительной воли сторон, суд приходит к выводу о том, что сторонами согласовано событие, на случай наступления которого осуществляется страхование (страховой случай) применительно к рассматриваемому спору: наступление гражданской ответственности страхователя по обязательству, возникшему вследствие причинения морального вреда, в течение действия настоящего договора, выгодоприобретателю, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату; факт причинения морального вреда и его размер определяется решением суда, которым на страхователя возлагается обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При этом необходимым доказательством для признания страхового случая наступившим является акт, подтверждающий факт причинения морального вреда и его размер, которым является решение суда (п. 8.1.1.3 договора).

В отсутствие решения суда о взыскании компенсации морального вреда со страхователя ОАО «Российские железные дороги», а также с учетом специфики морального вреда, размер которого определяется судом с учетом требований разумности, справедливости и исследования всех обстоятельств дела, оснований для вывода о наступлении страхового случая в настоящем деле у суда не имеется. 

Возмещение морального вреда производится страховщиком только в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда потерпевшему.

Суд находит установленным факт ненаступления предусмотренного договором страхования события, с наступлением которого связывается обязанность страховщика произвести страховую выплату.

Поскольку предусмотренный договором страхования страховой случай не наступил, обязательства СПАО «Ингосстрах» возместить истцам, как лицам, в пользу которых заключен договор страхования, моральный вред (выплатить страховое возмещение) не возникли. Доводы ответчика являются необоснованными.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что заявление о выплате страхового возмещения страховщику СПАО «Ингосстрах» не предъявлялась, документы, предусмотренные правилами страхования не предоставлялись, решение об отказе в выплате страхового возмещения страховщик не принимал.

В силу ч. 1 ст. 3 ГПК РФ защите подлежит нарушенное право. Доказательств нарушения прав истцом страховщиком СПАО «Ингосстрах» в материалах дела не имеется.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, регулирующей распределение судебных расходов между сторонами, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Таким образом, на основании ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> рублей, подтвержденные чеками – ордерами от ДД.ММ.ГГГГ.

При этом истцу ФИО5 на основании пп.1 п.1 ст.333.40 НК РФ подлежит возврату сумма госпошлины в размере 

<

данные изъяты> рубля как излишне уплаченная.

С ответчика ОАО «Российские железные дороги» в доход бюджета г. Иркутска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты> рублей, поскольку истцы ФИО4, ФИО1 при обращении в суд требования о взыскании морального вреда не оплатили, однако, данные требования неимущественного характера судом признаны обоснованными и частично удовлетворены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4, ФИО5, ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги», ВСЖД – филиалу ОАО «РЖД», – удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 55 000 рублей. 

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 35 000 рублей

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 35 000 рублей, расходы на погребение 38 925, 30 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 667, 76 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО4, ФИО5, ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги», ВСЖД – филиалу ОАО «РЖД» в большем размере - отказать. 

Выдать справку ФИО5 о возврате из бюджета излишне уплаченной государственной пошлины в размере 33, 74 рубля.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход бюджета г. Иркутска государственную пошлину 600 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Кировский районный суд г.Иркутска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения будет изготовлен 10.09.2018 г. 

Председательствующий О.А. Баканова 

Мотивированный текст решения изготовлен 10.09.2018 г.