УИД № 77RS0018-02-2023-016031-17

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 ноября 2025 года Никулинский районный суд г. Москвы

в составе судьи Самороковской Н.В.

при секретаре Артёмовой М.А.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-236/25

по иску ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО2 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику, в котором просит суд истребовать из чужого незаконного владения ответчика нежилое помещение площадью 96 кв.м по адресу г. Москва, проспект Вернадского, дом 94, корпус 5, помещение 63А/1 с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилое помещение площадью 197.9 кв.м. по адресу 

<

...>/1 с кадастровым номером 77:07:0014010:11363.

Исковые требования мотивируя тем, что ФИО1 являлся собственником нежилого помещения площадью 96 кв.м по адресу г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Тропарево-Никулино, проспект Вернадского, дом 94, корпус 5, помещение 63А/1 с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилого помещения площадью 197.9 кв.м по адресу г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Тропарево-Никулино, проспект Вернадского, дом 94, корпус 5, помещение 63/1 с кадастровым номером 77:07:0014010:11363.

05.04.2018 года ФИО4 получила от ФИО1 по договорам дарения нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363.

11.09.2018 года ФИО5 получила от ФИО4 по договорам дарения нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363.

15.07.2020 года ФИО3 получила от ФИО5 по договору купли-продажи нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363. Согласно условиям договора Стороны согласовали цену в сумме 38 250 000 рублей и расчет через банковскую ячейку, арендуемую Сторонами по договору № 35/Д24 от 17.07.2020 в АО «Газпромбанк».

Право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 зарегистрировано в ЕГРН за ФИО3, запись № 77:07:0014010:11362-77/051/2020-2 от 28.07.2020. Право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363 зарегистрировано в ЕГРН за ФИО3, запись №77:07:0014010:11363-77/051/2020-2 от 28.07.2020.

В ходе судебного разбирательства по обособленному спору, завершившемуся вынесением Определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.08.2022 по делу №A56-114820/2019/сд.6, были заявлены и удовлетворены требования к ФИО4 о признании сделок недействительными.

Решением Арбитражного суда Московской области от 15.03.2023 года по делу №A41-102080/2022 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6

Договор купли-продажи нежилых помещений от 15.07.2020 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5, является безденежным, доказательства фактического осуществления оплаты ФИО3 в пользу ФИО5 отсутствуют. Передача такой крупной денежной суммы с использованием банковской ячейки представляет собой нетипичный способ исполнения договора продажи недвижимого имущества. Спорное имущество было продано за 38 250 000 руб. по договору от 15.07.2020 года, что существенно ниже его рыночной стоимости на дату его отчуждения 15.07.2020 года. Продаваемое имущество нетипичным образом экспонировалось на рынке. Отсутствуют доказательства заключения Договора купли-продажи в условиях открытого рынка. Имеются признаки недобросовестного поведения в действиях ФИО5 и ФИО3 при заключении Договора купли-продажи нежилых помещений от 15.07.2020 года. Имеются косвенные признаки согласованности действий и недобросовестного поведения в действиях ФИО5 и ФИО3 Спорное имущество было приобретено в период, когда ФИО1 и ФИО5 состояли в браке. ФИО5, будучи женой ФИО1, в нарушение ст.35 Семейного кодекса РФ не давала своего согласия на заключение договора дарения спорного имущества между ФИО1 и их совместной дочерью ФИО4 В свою очередь ФИО1 не давал своего согласия на заключение договора дарения спорного имущества между ФИО4 и ФИО5 

В связи с чем, истец вынужден обратиться в суд с настоящим иском. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом. 

Финансовый управляющий ФИО1 – ФИО2 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал. 

Представитель ответчика ФИО3 – адвокат Хитрова Ю.А. в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения исковых требований, просила применить срок исковой давности к заявленным требованиям. 

Представитель третьего лица ФИО5 - ФИО7 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований. 

Третье лицо финансовый управляющий ФИО5 – ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен судом надлежащим образом. 

Суд счел возможным рассматривать дело в отсутствие лиц, извещенных судом надлежащим образом, в порядке ст. 167 ГПК РФ. 

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу. 

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 являлся собственником нежилого помещения площадью 96 кв.м по адресу г. Москва, вн.тер.г. муниципальный откруг Тропарево-Никулино, проспект Вернадского, дом 94, корпус 5, помещение 63А/1 с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилого помещения площадью 197.9 кв.м по адресу г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Тропарево-Никулино, проспект Вернадского, дом 94, корпус 5, помещение 63/1 с кадастровым номером 77:07:0014010:11363.

05.04.2018 года ФИО4 получила от ФИО1 по договорам дарения нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363.

11.09.2018 года ФИО5 получила от ФИО4 по договорам дарения нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363.

15.07.2020 года ФИО3 получила от ФИО5 по договору купли-продажи нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363. 

Согласно условиям договора Стороны согласовали цену в сумме 38 250 000 руб. и расчет через банковскую ячейку, арендуемую Сторонами по договору №35/Д24 от 17.07.2020 в АО «Газпромбанк».

Право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 зарегистрировано в ЕГРН за ФИО3, запись № 77:07:0014010:11362-77/051/2020-2 от 28.07.2020.

Право собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0014010:11363 зарегистрировано в ЕГРН за ФИО3, запись № 77:07:0014010:11363-77/051/2020-2 от 28.07.2020.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.08.2022 года по делу №A56-114820/2019/сд.6 признан недействительным договор дарения нежилого помещения с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 от 05.04.2018, заключенный между ФИО1 и ФИО4; признан недействительным договор дарения нежилого помещения с кадастровым номером77:07:0014010:11363 от 05.04.2018, заключенный между ФИО1 и ФИО4

Применены последствия недействительности сделок, взысканы с ФИО4 в конкурсную массу ФИО1 денежные средства в размере 52 906 000,00 руб., а также 6 000,00 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Московской области от 15.03.2023 года по делу №A41-102080/2022 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации МСРО «Содействие».

Определением Арбитражного суда Московской области от 08.06.2023 года по делу № A41-82190/22 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 требование ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО2 в размере в размере 52 912 000 руб. основного долга, 1 357 048,98 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.09.2023 года по делу № A41-102080/22 требование ФИО1 в размере 57 871 000 руб. убытков признано обоснованным и включено в третью очередь реестра кредиторов должника. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2023 года по делу №A41-82190/2022 на основании положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны недействительными сделками договоры дарения нежилого помещения с кадастровым номером 77:07:0014010:11362 и нежилого помещения с кадастровым номером 77:07:0014010:11363 от 11.09.2018, заключенные между ФИО4 и ФИО5, и постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2025 по делу № A41-102080/2022 включено требование ФИО4 в реестр требований кредиторов ФИО5 в размере 52 906 000 руб.

Обращаясь в суд с настоящим иском, финансовый управляющий указывает на то, что Договор купли-продажи нежилых помещений от 15.07.2020 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5, является безденежным, доказательства фактического осуществления оплаты ФИО3 в пользу ФИО5 отсутствуют. Передача такой крупной денежной суммы с использованием банковской ячейки представляет собой нетипичный способ исполнения договора продажи недвижимого имущества. Спорное имущество было продано за 38 250 000 руб. по договору от 15.07.2020 года, что существенно ниже его рыночной стоимости на дату его отчуждения 15.07.2020 года. Продаваемое имущество нетипичным образом экспонировалось на рынке. Отсутствуют доказательства заключения Договора купли-продажи в условиях открытого рынка. Имеются признаки недобросовестного поведения в действиях ФИО5 и ФИО3 при заключении Договора купли-продажи нежилых помещений от 15.07.2020 года. Имеются косвенные признаки согласованности действий и недобросовестного поведения в действиях ФИО5 и ФИО3 Спорное имущество было приобретено в период, когда ФИО1 и ФИО5 состояли в браке. ФИО5, будучи женой ФИО1, в нарушение ст.35 Семейного кодекса РФ не давала своего согласия на заключение договора дарения спорного имущества между ФИО1 и их совместной дочерью ФИО4 В свою очередь ФИО1 не давал своего согласия на заключение договора дарения спорного имущества между ФИО4 и ФИО5

Истец полагает, что в связи с признанием Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области недействительными сделок между ФИО1 и ФИО4, ФИО1 является собственником вышеуказанных помещений, и, соответственно истец как финансовый управляющий ФИО1 в праве истребовать указанные помещения из владения Ответчика на основании ст. 301 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Исходя из положений ст. 223 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Положениями ст. 224 ГК РФ под передачей признается вручение вещи приобретателю. Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица.

Согласно ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии со ст. 302 ГК РФ, ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Для целей применения п. п. 1 и 2 ст. 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения.

Действующее законодательство о банкротстве как юридических, так и физических лиц допускает защиту конкурсной массы как путем предъявления арбитражным управляющим иска о признании недействительной первой сделки об отчуждении имущества должника и применении последствий ее недействительности в виде взыскания стоимости отчужденного имущества с первого приобретателя (ст. ст. 61.1, 61.6 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"), так и путем предъявления иска об истребовании этого же имущества из незаконного владения конечного приобретателя (ст. ст. 301, 302 ГК РФ).

Спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. ст. 301 и 302 ГК РФ.

В случае, если имущество выбыло из владения собственника в результате совершения нескольких сделок, признанию недействительной подлежит только первая сделка, а остальные требования подлежат квалификации по ст. ст. 301 и 302 ГК РФ, так как у лица, у которого имущество выбыло из владения, нет права на оспаривание второй и третьей сделок, а требование не может реституционным.

Согласно ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

О недобросовестности приобретателя могут свидетельствовать обстоятельства, подтверждающие, что он знал или при проявлении разумной осмотрительности должен был знать о приобретении имущества у лица, не имевшего права его отчуждать.

По общему правилу, признаются разумными и осмотрительными действия, свидетельствующие об ознакомлении приобретателя со сведениями из Единого государственного реестра недвижимости, подтверждающими право собственности лица, отчуждающего жилое помещение, выяснение наличия обременений, в том числе, правами пользования лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением, непосредственный осмотр жилого помещения, приобретение его по цене, приближенной к рыночной стоимости.

В силу п. 3 ст. 61 ГПК РФ, при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

Согласно п. 1 ст. 61.6 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" указано, что по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 арбитражным судом установлено, что спорные нежилые помещения реализованы им на основании сделки, в целях вывода имущества, на которое могло быть обращено взыскание.

Абзацем 3 пункта 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Таким образом, по смыслу гражданского законодательства, в том числе названной нормы и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагается добросовестность участника гражданского оборота, полагавшегося при приобретении недвижимого имущества на данные ЕГРН.

На момент приобретения помещений ФИО3 по возмездной сделке - договору купли-продажи от 15.07.2020 года у ФИО5, право собственности которой было зарегистрировано еще в сентябре 2018 года, в ЕГРН отсутствовали отметки о судебных спорах или возражениях в отношении собственника помещений.

При этом, заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок между ФИО1 и ФИО4 в отношении спорных помещений было принято к производству определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области только 18 января 2021 года.

Ответчиком ФИО3 в материалы дела был представлен отчет об оценке №12-03-24/07 от 12.03.2024 г., согласно которому рыночная стоимость спорных нежилых помещений на 15.07.2020 - дату заключения договора купли-продажи между ФИО3 и ФИО5, составляет 34 331 967 руб.

Расчеты по указанному договору купли-продажи между ФИО3 и ФИО5 осуществлялись через банковскую ячейку, арендуемую Сторонами по договору №35/Д24 от 17.07.2020 в АО «Газпромбанк».

В целях подтверждения исполнения обязательств ФИО3 по оплате стоимости спорных помещений ФИО5 была оформлена соответствующая расписка в получении денежных средств, которая после получения денежных средств из банковской ячейки была передана ФИО3

ФИО5 полностью уплатила налог с дохода от продажи спорных помещений, размер которого составил 4 940 000 руб.

Так, согласно письму ИФНС по г. Солнечногорску Московской области от 23.11.2023 года №5044-00-11-2023/008966 ФИО5 в налоговую инспекцию была направлена налоговая декларация по налогу на доходы физических лиц (форма № 3-НДФЛ) за 2020 год с суммой к оплате 4 940 000 руб. от 20.10.2021 года. От ФИО5 в карточку расчетов с бюджетом поступили следующие платежи: от 24.11.2021 года в размере 4 500 000 руб. и от 26.11.2021 года в размере 440 000 руб.

По состоянию на 22.11.2023 года неисполненная обязанность по уплате налогов, сборов, страховых взносов, пеней, штрафов, процентов, подлежащих уплате в соответствии с законодательством РФ о налогах и сборах отсутствует.

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение его стабильности и общеобязательности, на исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Как следует из определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.08.2022 по делу №A56-114820/2019/сд.6, которым были признаны недействительными договора дарения спорных нежилых помещений между ФИО1 и ФИО4, ФИО3 уже была признана добросовестным приобретателем спорных помещений.

Арбитражный суд в указанном определении пришел к выводу, что применение последствий недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу в натуре не представляется возможным, так как отчуждение произведено добросовестному приобретателю, не связанному с ответчиками ни узами родства, ни какими-либо иными факторами.

Вышеуказанный вывод арбитражного суда финансовым управляющим ФИО2 оспорен не был, последующие сделки со спорными нежилыми помещениями им также не оспаривались.

Кроме того, в рамках дела №A41-102080/2022 о банкротстве ФИО5 финансовый управляющий ФИО1 - ФИО2, также обратился в арбитражный суд с заявлением к ответчику ФИО3 о признании вышеуказанных договоров купли-продажи нежилых помещений с кадастровыми номерами 77:07:0014010:11362 и 77:07:0014010:11363 от 15.07.2020 недействительными и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО5 указанных нежилых помещений.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19 декабря 2024 года по делу №A41-102080/2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10 апреля 2025 года и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30 июня 2025 года, в удовлетворении заявления финансового управляющего кредитора ФИО1 - ФИО2 было отказано.

Арбитражные суды, отказывая в удовлетворении указанного заявления финансового управляющего ФИО2, исходили из недоказанности управляющим совокупности условий для признания договора купли-продажи недействительной сделкой, установив факт оплаты цены договора, наличия доказательств финансовой возможности ФИО3 приобрести спорное имущество, отсутствия доказательств того, что заключая оспариваемый договор, стороны действовали со злоупотребление правом. Суды также не усмотрели оснований полагать, что сделка купли-продажи имеет мнимый характер. Установлено, что приобретатель имущества является добросовестным.

Доводы истца о том, что ФИО5, будучи женой ФИО1, в нарушение ст.35 СК РФ не давала своего согласия на заключение договора дарения спорного имущества между ФИО1 и их совместной дочерью ФИО4, не может являться основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку сама ФИО5 о нарушении ее прав указанной сделкой не заявляла. При этом согласия ФИО1 на заключение договора дарения спорного имущества между ФИО4 и ФИО5 не требовалось, поскольку законодательством не предусмотрена необходимость наличия согласия одного супруга для принятия в дар имущества другим супругом.

Кроме того, финансовый управляющий ФИО1 уже использовал надлежащий способ защиты права путем взыскания стоимости спорных нежилых помещений. То обстоятельство, что определением арбитражного суда применены последствия недействительности сделки купли-продажи в рамках дела о банкротстве, в пользу истца была взыскана действительная стоимость спорного имущества, исключает возможность применения иных последствий недействительности сделок, в частности истребование указанного имущества из владения ответчика вне рамок дела о банкротстве. Одновременное взыскание уплаченных по сделке денежных средств и истребование в собственность имущества влечет неосновательное обогащение истца, что противоречит принципу обеспечения восстановления нарушенных прав, установленных ст. 1 ГК РФ.

Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований суд не усматривает. 

Ответчиком заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности по заявленным требованиям. 

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Вопреки доводам ответчика срок исковой давности по заявленным финансовым управляющим исковым требованиям не пропущен, поскольку о наличии оснований для истребования спорного имущества истец узнал из определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.08.2022 по делу №A56-114820/2019/сд.6, а в суд с иском обратился 27.12.2023 года, т.е. в пределах установленного законом трехлетнего срока исковой давности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 56, 61, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 (ИНН: ХХХХ) в лице финансового управляющего ФИО2 (ИНН: ХХХХ) к ФИО3 (ИНН: ХХХХ) об истребовании имущества из чужого незаконного владения – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Никулинский районный суд г. Москвы.

Судья: Самороковская Н.В.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 26 февраля 2026 г. 

Судья: Самороковская Н.В.