Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

25 декабря 2017 г. г. Саратов.

Волжский районный суд г. Саратова в составе

председательствующего судьи Егоровой И.А.,

при секретаре Ефимовой О.С.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от 16.09.2016 года, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности от 23.10.2017 года, 

рассматривая в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО4, ФИО2, ФИО5, третьи лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области, ПАО «С» о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, прекращении право собственности, включении имущества в наследственную массу, 

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО2, ФИО5 в котором просит: признать недействительной сделку купли-продажи от 17.11.2014г. квартиры 

<

адрес>, заключенную между ФИО6 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности ФИО5 на вышеуказанную квартиру и включить квартиру в наследственную массу после умершей ФИО6 Свои требования истец мотивирует тем, что 17.02.2015г. умерла его мать - ФИО6, зарегистрированная и проживавшая на момент смерти по адресу: 

<

адрес>. При жизни матери принадлежала, в том числе, 2-х комнатная квартира по адресу: 

<

адрес> С 2006г. ФИО6 страдала онкологическим заболеванием. В результате резкого ухудшения состояния здоровья с июля-августа 2014г. ФИО6 самостоятельно передвигаться не могла, в связи с невозможностью самостоятельного совершения банковских операций (в том числе получение пенсии, совершение платежей) 25.09.2014г. выдала ответчику ФИО4 «генеральную» доверенность, удостоверенную нотариусом ФИО7 на дому. После смерти матери, с целью обращения к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство истцом была получена выписка из ЕГРП от 20.05.2015г., согласно которой правообладателем спорной квартиры с 17.11.2014г. является знакомая ответчика ФИО4 - ответчик ФИО2 Ранее, в телефонном разговоре с ответчиком ФИО4 в конце февраля 2015г., после смерти матери, последний ввел истца в заблуждение относительно действительного правообладателя спорной квартиры. Впоследствии, после получения выписки из ЕГРП, ответчик сообщил истцу, что на основании доверенности формально перевел право собственности на спорную квартиру знакомой ФИО2 путем заключения договора купли-продажи, денежные средства по договору не передавались и не получались, фактически собственником спорной квартиры является он, считает себя единственным законным наследником после умершей матери.

Как указывает истец, ФИО4 денежных средств не имел, нигде не работал, материальное обеспечение матери полностью легло на истца, с матерью он находился в доверительных отношениях. О переходе прав на спорную квартиру третьим лицам мать при жизни никогда не говорила, таких намерений не имела, бережно относилась к имуществу семьи, денежные средства по указанной сделке не получала. Поскольку ФИО6 по состоянию здоровья (на сентябрь 2014г.: метастазы в головной мозг, легкие с обеих сторон и т.д.) не могла самостоятельно обратиться с заявлением о государственной регистрации перехода права на недвижимое имущество с таким заявлением в Управление Росреестра по Саратовской области, без ведома матери, действуя умышленно и недобросовестно обращался ответчик ФИО4 по имеющейся доверенности, для исключения спорной квартиры из наследственной массы, в целях исключения обращения взысканий на его долю в наследственном имуществе в связи с имеющимися у него обязательствами, тем самым способствовал увеличению причитающейся ему доли наследства. Ответчик длительное время не имеет места работы, на 2014г. имел значительную задолженность по кредитным обязательствам, знал о наличии в производстве судов гражданских дел по искам кредитных учреждений и согласно реестру должников по исполнительным производствам ФССП России имеет задолженность по кредитным обязательствам по нескольким исполнительным производствам на сумму свыше 1.000.000 руб., к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство не обращался. Противоправные действия ответчика, выразившиеся в незаконном отчуждении имущества умершей матери и исключении имущества из наследственной массы также установлены решением Саратовского районного суда Саратовской области от 12.01.2017г. по которому договор купли-продажи принадлежащих матери дома и земельного участка от 30.01.2015г., заключенный ответчиком ФИО4 по той же доверенности, признан недействительным. В марте 2017г. истец обратился в ОП №1 в составе УМВД РФ по г.Саратову с заявлением об установлении действительных владельцев спорной квартиры. Проведенной проверкой, опросом соседей установлено, что после смерти матери ответчик принял наследство в виде спорной квартиры (в период ее нахождения в собственности ФИО8), сдавал ее в аренду студентам, является близким знакомым ответчика ФИО8 В объяснении от 05.04.2017г. муж ответчика ФИО2 (также знакомый ответчика) указывает, что каким образом была приобретена спорная квартира его женой ему не известно, в феврале 2017г. спорная квартира была продана ФИО2 неизвестному лицу, обстоятельства сделки ему не известны. Согласно выписки из ЕГРН от 07.06.2017г. на основании договора купли-продажи от 06.03.2017г. собственником спорной квартиры является знакомая ответчиков ФИО4, ФИО2 и ее мужа Н - ответчик ФИО5 (запись в реестре № Спорная квартира обременена ипотекой ПАО «С». Истец указывает, что ему достоверно известно, что по договоренности между ответчиком ФИО4 с ответчиками ФИО2 и ФИО5 последняя в качестве формального покупателя, зная о том, что реальным собственником спорной квартиры является ФИО4, заключает с ПАО «С» договор ипотеки на спорную квартиру в размере 1.600.000 руб., по которому ПАО «С» передает денежные средства в указанном размере продавцу ФИО2, которая, в свою очередь, передает их реальному собственнику спорной квартиры ФИО4, нуждающемуся в денежных средствах, ФИО4 при этом, дает обязательство ФИО5 в осуществлении ежемесячных платежей по договору ипотеки за счет собственных средств, оставаясь реальным собственником спорной квартиры, сохранив контроль за ней. Истец полагает, что поскольку договор купли-продажи спорной квартиры между ФИО6 и ФИО2, равно как и между ФИО2 и ФИО5 являются недействительными ничтожными сделками, право собственности ФИО5 подлежит прекращению, спорная квартира принадлежала на день смерти матери истца и ответчика Ч-вых – ФИО6, в связи с чем подлежит включению в наследственную массу.

Истец, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования, дав пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении. Просил иск удовлетворить в объеме заявленных истцом требований и по заявленным истцом основаниям.

Ответчики, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, представили заявления о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель ответчика ФИО2 иск не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск, приобщенном к материалам дела (л.д.110-116). Просил отказать в удовлетворении иска, поскольку сделка купли-продажи спорной квартиры заключена 30.09.2014г. непосредственно между собственником ФИО6 и покупателем ФИО2, реально исполнена, сделка прошла государственную регистрацию и при жизни ФИО6 оспорена не была. Ответчиком ФИО4 на основании нотариальной доверенности лишь сданы документы для регистрации перехода право собственности в Управление Росреестра по Саратовской области. Обратного истцом не доказано. Ссылка истца на состояние здоровья матери ФИО6 не может быть принята во внимание, поскольку в рамках ранее рассмотренного Саратовским районным судом Саратовской области дела, на решение по которому ссылается истец, была проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, согласно выводам которой ФИО6 не страдала психическими расстройствами, имела онкологическое заболевание, принимала лекарственные препараты и могла в целом понимать значение своих действий и руководить ими. В случае признания оспариваемой сделки купли-продажи квартиры недействительной, нарушенное, как полагает истец, право в отношении объекта недвижимости восстановлено быть не может поскольку в настоящее время собственником квартиры является ФИО5 Право собственности ФИО5 на спорный объект недвижимости прекращено быть не может, поскольку последняя является добросовестным приобретателем, которая при покупке убедилась в отсутствии правопритязаний на спорную квартиру третьих лиц, приобрела квартиру в ипотеку.

Представители третьих лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», при неявке в суд лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, вопрос о возможности судебного разбирательства дела решается с учетом требований ст. ст. 167 и 233 ГПК РФ. Невыполнение лицами, участвующими в деле, обязанности известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин дает суду право рассмотреть дело в их отсутствие.

С учетом изложенного суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав участников процесса, эксперта ФИО9 поддержавшего в судебном заседании данное им экспертное заключение, обозрев материалы дела правоустанавливающих документов на спорный объект недвижимости, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. ст. 39, 196 ГПК РФ предмет и основания иска, ответчик по делу определяются истцом, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Положениями п. 2 ст. 223 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, когда отчуждаемое имущество подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю ( п.1 ст. 302 ГК РФ) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных ст. 302 настоящего кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (п. 1 ст. 549 ГК РФ).

В соответствии со ст. 556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего, документа о передаче. 

В силу ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 30.09.2014г. ФИО6 ( продавец) и ФИО2 ( покупатель) заключен договор купли-продажи объекта недвижимости - квартиры 

<

адрес>

В соответствии с условиями договора продавец продал и передал, а покупатель купил и принял в собственность квартиру 

<

адрес>. Продавец и покупатель пришли к соглашению о цене продаваемой квартиры в сумме 1.900.000 руб. Деньги в сумме 1.900.000 руб. продавец получила и договор подписала.

В соответствии с п. 8 указанного договора купли-продажи продавец передал, а покупатель принял в собственность вышеуказанную квартиру и ключи к ней до подписания настоящего договора. Акт приема-передачи вышеуказанной недвижимости дополнительно составляться не будет.

Договор сторонами исполнен, прошел государственную регистрацию в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области 17.11.2014г. (том 2 дела правоустанавливающих документов №, л.д. 10, 124-125).

17.02.2015г. ФИО6 умерла ( л.д. 15). 

06.03.2017г. ФИО2 (продавец), с согласия супруга ФИО10, удостоверенного нотариусом нотариального округа г. Саратов Саратовской области ФИО11, и ФИО5 ( покупатель) заключен договор купли-продажи объекта недвижимости - квартиры № 

<

адрес>.

Продавец и покупатель пришли к соглашению о цене продаваемой квартиры в сумме 1.900.000 руб. Оплата по договору производится следующим образом: денежные средства в размере 380.000 руб. покупатель передает продавцу за счет собственных средств в момент подписания основного договора купли-продажи; денежные средства в сумме 1.520.000 руб. за счет кредитных средств, получаемых покупателем в ПАО « С».

Договор сторонами исполнен, прошел государственную регистрацию в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области 07.03.2017г.

Квартира, приобретенная ФИО5 передана в залог ПАО « С», что подтверждается закладной от 06.03.2017г. ( том 3 дела правоустанавливающих документов № №, л.д. 10-12, 126 ).

Оценив представленные по делу доказательства с позиции ст. 67 ГПК РФ, суд пришел к выводу, что оспариваемый договор купли-продажи от 17.11.2014г. между ФИО6 и ФИО2 не является мнимой сделкой, поскольку соответствуют требованиям ст. 549 ГК РФ, заключен в письменной форме, установленной ст. 550 ГК РФ, недвижимость передана продавцом и принята покупателем в соответствии со ст. 556 ГК РФ, осуществлена государственная регистрация перехода права собственности согласно ст. 551 ГК РФ. Правовые последствия сделки купли-продажи спорного имущества наступили, право собственности от ФИО6 перешло к ответчику ФИО2, которая впоследствии распорядилась принадлежащим ей имуществом, заключив в 2017г. договор купли-продажи с ФИО5 

Истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств в подтверждение того, что при заключении оспариваемого договора, стороны не имели намерений его исполнять, что сделка была совершена ФИО6 в лице ответчика ФИО4 по имеющейся доверенности в целях исключения квартиры из наследственной массы после смерти ФИО6 и возможности обращения взысканий на долю ответчика ФИО4 в наследственном имуществе в связи с имеющимися у ответчика обязательствами, что способствовало увеличению причитающейся ответчику ФИО4 доли наследства.

Как следует из заключения проведенной по делу ООО « иные данные» судебной почерковедческой экспертизы, рукописный текст в договоре купли-продажи от 30.09.2014г., заключенном между ФИО6 и ФИО2 и рукописный текст в доверенности № от 25.09.2014г., выданной ФИО6 на имя ФИО4, удостоверенной нотариусом ФИО12 выполнены одним лицом ( л.д. 186-193).

Факт принадлежности ФИО6 рукописного текста в доверенности № от 25.09.2014г., выданной ФИО6 на имя ФИО4, удостоверенной нотариусом ФИО12 и подлинность подписи ФИО6 в указанной доверенности истцом не оспаривается.

Вышеизложенное позволяет суду сделать вывод о том, что договор купли-продажи от 30.09.2014г. был заключен непосредственно ФИО6, которая при жизни сделку не оспаривала.

Суд критически относится к доводам истца о том, что мнимость заключенного ФИО6 и ФИО2 договора купли-продажи квартиры от 30.09.2014г. подтверждается материалами проверки ОП №1 в составе УМВД РФ по г.Саратову, опросом соседей, из пояснений которых установлено, что после смерти матери ФИО4 принял наследство в виде спорной квартиры (в период ее нахождения в собственности ФИО8), сдавал ее в аренду студентам, поскольку волеизъявление сторон сделки, может быть известно, лишь продавцу и покупателю, иные лица не могут быть достоверно осведомлены о действительных намерениях сторон. Оценивая доказательства необходимо учитывать, что письменно выраженная воля ФИО6 на распоряжение принадлежащим ей имуществом посредством заключения договора купли-продажи не может быть оспорена пояснениями опрошенных участковым инспектором соседей, о чем указывает истец в исковом заявлении. 

Согласно пункту 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Добросовестное приобретение в смысле ст. 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация).

Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 ст. 167 ГК РФ.

Данный вывод основан на положениях абз. 3 п. 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 г. № 6-П, согласно которому, если при разрешении спора о признании сделки купли-продажи недействительной и применении последствий ее недействительности, будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований в порядке ст. 167 ГК РФ должно быть отказано.

Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 35 и 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301 и 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301 и 302 ГК РФ. По смыслу пункта 1 ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли.

Исходя из смысла ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, во всех случаях, когда в том или ином суде разрешается спор и есть стороны, они должны быть процессуально равны, иметь равные права и возможности отстаивать свои интересы.

Это конституционное положение и требование норм международного права содержится и в ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Анализ указанных норм позволяет сделать вывод о том, что суд в процессе состязательности не является инициатором и лишь разрешает предусмотренные законом вопросы, которые ставят перед ним участники судопроизводства, которые в рамках своих процессуальных прав обосновывают и доказывают свою позицию в конкретном деле.

Законом на суд не возлагается обязанность по собиранию доказательств и по доказыванию действительных обстоятельств дела, так как возложение такой обязанности приведёт к тому, что он будет вынужден действовать в интересах какой-либо из сторон.

Оценив представленные доказательства с позиции ст. 67 ГПК РФ суд установил, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом суду не представлено допустимых и бесспорных доказательств, при наличии которых суд смог бы прийти к выводу об удовлетворении заявленных истцом требований.

При установленных в судебном заседании обстоятельствах у суда отсутствуют основания для признания недействительным договора купли-продажи квартиры от 30.09.2014г. заключенного между ФИО6 и ФИО2, применении последствий недействительности сделки в виде прекращения право собственности ФИО5 на объект недвижимости и включении спорного жилого помещения в наследственную массу после умершей 17.02.2015г. ФИО6

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО4 в иске к ФИО4, ФИО2, ФИО5, третьи лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области, ПАО «С» о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, прекращении право собственности, включении имущества в наследственную массу, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд, через Волжский районный суд г. Саратова, в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: