Дело № 2-296/2024

УИД №74RS0047-01-2024-000332-31

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июля 2024 года г. Снежинск 

Снежинский городской суд Челябинской области в составе: 

председательствующего – судьи Кругловой Л.А., 

при секретаре Котовой А.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца - ФИО2, действующего на основании доверенности от 29.03.2023 (т. 1 л.д.14), 

представителя ответчика - ФИО3, действующего на основании доверенности от 14.05.2024 (т. 1 л.д. 115),

третьих лиц ФИО4, представителя ООО «Восток» - директора ФИО5, действующей на основании решения общего собрания учредителей от 24.07.2023 (т. 2 л.д. 39), 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда с использованием средств аудиофиксации гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 первоначально обратилась с иском к ФИО6 об истребовании из чужого незаконного владения принадлежащее ему по праву наследования имущество - сушильной доски 

<

данные изъяты>, стоимостью 10 000,0 руб. (т. 1 л.д.3-4).

В обоснование иска указал, что он является собственником сушильной доски 

<

данные изъяты>, стоимостью 10 000,0 руб., как наследник принявший наследство после смерти своего отца ФИО7.

30.07.2021 указанное имущество выбыло из его законного владения. ФИО6 указанное имущество использует в коммерческой деятельности в химчистке, которая находится по адресу: 

<

адрес>. Имущество находится в незаконном владении ответчика, добровольно отдавать она его отказывается, мотивируя тем, что данное оборудование было подарено безвозмездно ФИО7 и принадлежит ей, но при этом каких-либо документов предоставить не желает. 

В ходе рассмотрения дела истец в порядке ст.39 ГПК РФ изменил исковые требования, в окончательном варианте просит истребовать из чужого незаконного владения ФИО6 принадлежащее истцу по праву наследования имущество:

сушильную доску 

<

данные изъяты>, стоимостью 10 000,0 руб.; 

стиральную машину отжимную 

<

данные изъяты>, стоимостью 210 000,0 руб.; 

гладильный стол 

<

данные изъяты> стоимостью 100 000,0 руб.; 

установку 

<

данные изъяты> стоимостью 75 000,0 руб.; 

персональный компьютер 

<

данные изъяты>

Кроме того просит взыскать с ФИО6 государственную пошлину в сумме 400,0 руб. (т. 1 л.д.70-71). Других требований не заявлял.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, действующий на основании доверенности от 29.03.2023 (т. 1 л.д.14), измененные исковые требования поддержали по доводам искового заявления, настаивали на их удовлетворении. 

ФИО1 дополнительно пояснил, что кроме представленных суду фотографий испрашиваемого оборудования выполненных в 2021 году, а также фотокопий документов: акта приема передачи сушильной машины 

<

данные изъяты> от 10.08.2016 года составленного ООО «Санаторий «Сунгуль» и ИП ФИО7, счета № от 18.12.2019, выставленного ООО «Центр коммунальной техники» на оплату стиральной отжимной машины 

<

данные изъяты>, счета № от 01.12.2016, выставленного ИП ФИО8 на оплату гладильного стола 

<

данные изъяты>, договора № от 29.03.2016 и счета № от 29.03.2016, выставленного ООО «Дуплекс-Сервис» на оплату установки 

<

данные изъяты> счета № от 13.03.2017, выставленного ООО «ИНФОКОМ» на оплату персонального компьютера 

<

данные изъяты> выписки по счету ФИО7 о частичной оплате: 30.01.2020 ООО «Центр коммунальной техники» счета №№ от 18.12.2019 в размере 40 000,0 руб.; 21.05.2020 МП муниципального образования «Город Снежинск» «Снежинские бани» по договору №№ от 12.05.2020 в размере 59 905,8 руб. и 11.06.2020 в размере 30 780,2 руб., других доказательств принадлежности испрашиваемого оборудования, а также его идентификационных данных у него нет. Указанное в исковом заявлении имущество просит истребовать у ФИО6, так как она совместно работала с ФИО7, поэтому считает, что оборудование находится у нее.

Представитель истца ФИО2 дополнительно пояснил, что между ООО «Восток» и ИП ФИО9 заключен договор аренды помещений, из содержания которого следует, что у последнего нет никакого оборудования, поэтому считает, что все оборудование находится у ФИО6 и она им пользуется. Поэтому иск заявлен к ФИО6. Указал, что ООО «Восток» направлено уведомление ФИО1, что ФИО6 выехала из арендуемых помещений, оставила оборудование, которое истец не забрал, так как не знает, какое это оборудование и кому оно принадлежит.

Ответчик ФИО6 извещена о времени и месте рассмотрения дела (т. 1 л.д. 168 оборот), в судебное заседание не явилась, направила своего представителя ФИО3

Представитель ответчика - ФИО3, действующий на основании доверенности от 14.05.2024 (т. 1 л.д. 115), в судебном заседании исковые требования не признал, поскольку у ответчика это имущество отсутствует. Ссылается на то, что для истребования собственником имущества из чужого незаконного владения необходима совокупность обстоятельств: наличие у истца права собственности на вещь, наличие спорного имущества в натуре, нахождение его у ответчика. В случае не доказанности одного из обстоятельств, иск не подлежит удовлетворению. ФИО1 заявляя требования об истребовании пяти объектов имущества, не представил доказательств принадлежности ему на праве собственности истребимого оборудования, его отличительные (индивидуальные) данные и нахождения данного имущества у ответчика. Ответчик не может вернуть то, чего у него нет.

Просил учесть, что по представленным истцом документам сушильная доска была передана ФИО7 в 2017 году в нерабочем состоянии. На стиральную машину отжимную, представлен только счет на оплату от 18.12.2019, а факт оплаты не подтвержден. На гладильный стол, приложен счет от 2016 года, но нет сведений об его оплате и доказательств, что у ФИО7 это имущество было. Документов, подтверждающих приобретение ФИО7 установки 

<

данные изъяты>», факт ее оплаты и владение на момент смерти, не представлено. Представленный счет от 16.03.2017 на компьютер не подтверждает того, что монитор изображенный на фотографии именно от того компьютера, который указан в счете. 

Ссылка истца на безвозмездную передачу ФИО7 вышивальной машины, к настоящему делу не относиться, так как она была изъята и передана по судебному решению. Эту машину умерший подарил ответчику, но суд пришел к другому выводу, поэтому её вернули. 

Просил учесть, что ФИО1 неоднократно обращался в полицию, но ни одного документа в подтверждение доказательств наличия права собственности у наследодателя и истца, представлено не было. Не доказано что имущество поступило к наследодателю. Полагает, что заявленные исковые требования не обоснованы, так как данного имущества у ответчика нет.

Определением суда от 28.03.2024 к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельные требования привлечен ФИО10 (т. 1 л.д. 1-2).

Третье лицо ФИО10 извещен о времени и месте рассмотрения дела (т. 1 л.д. 168), в судебное заседание не явился, об уважительности причин неявки суду не сообщил, об отложении дела не просил. В судебном заседании 15.05.2024 пояснил, что он и его брат ФИО1 являются наследниками после смерти своего отца ФИО7, каждый по 1/2 доли. С исковыми требованиями ФИО1 согласен и не возражает против передачи ему указанного в исковом заявлении имущества, о чем представил суду соответствующее заявление (т. 1 л.д.117). Дополнительно пояснил, что с 2016 года он работал у отца, который вел деятельность химчистки. Все указанное в исковом заявлении оборудование находится по адресу: 

<

адрес>, куда ФИО11 ограничил им доступ. Ему не известно, что отец кому-то хотел подарить это оборудование. Подлинники документов на оборудование находятся в сейфе по указанному адресу. В подтверждение требований у него имеются только документы по оплате оборудования, которые может представить суду. Наличие оборудования по указанному адресу подтверждается сделанными им фотографиями, которые предоставлены в материалы проверки КУСП, номер которого назвать не может. Как можно идентифицировать указанное оборудование, не знает. Подтвердил, что в запрошенных судом материалах проверки по факту хищения имущества ФИО7 КУСП №, №, №, № отсутствуют документы касающиеся предмета спора. Настаивал на том, что в протоколах судебного заседания по гражданскому делу № имеются доказательства, подтверждающие заявленные требования.

В ходе рассмотрения дела протокольным определением суда от 23.05.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц ООО «Восток», ФИО11 и ИП ФИО9 

ИП ФИО9 извещен о времени и месте рассмотрения дела (т. 1 л.д. 248), в судебное заседание не явился, об отложении рассмотрения дела не просил, сведений об уважительности причин неявки, суду не представил.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО6 и третьего лица ИП ФИО9.

В судебном заседании представитель ООО «Восток» - директор ФИО5, действующая на основании решения общего собрания учредителей от 24.07.2023 (т. 2, л.д. 39) пояснила, что в 2021 году она находилась в декретном отпуске, и об обстоятельствах дела ничего пояснить не может.

Третье лицо ФИО4, в судебном заседании пояснил, что, ФИО5 его внучка, которой он передал дела ООО «Восток» и помогает в работе. Он более 30 лет являлся директором ООО «Восток», в том числе в период нахождения ФИО5 в декретном отпуске. Указал, что длительное время знал ФИО7, находился с ним в приятельских отношениях. ФИО7 начал заниматься деятельностью по химчистке в 2010 году, из оборудования у него была одна стиральная машина. В 2014 году с ним стала работать его сожительница ФИО6, они начали завозить оборудование, стиральные, гладильные, сушильные машины. В связи с увеличением количества оборудования, было изменено электроснабжение в арендованных ФИО7 у ООО «Восток» помещениях по 

<

адрес>. 30.07.2021 около 10:00 он узнал, что ФИО1 умер. ФИО6 в это время находилась в инфекционном отделении. Около 11:00 к нему пришли сыновья ФИО12, сказали, что они наследники, он предложил им сначала организовать похороны отца, потом разбираться с наследством, в связи с чем распорядился закрыть помещение прачечной, так как не знал кто наследники и чье там имущество. 31.07.2021 утром в здание химчистки пришли М-ны, без его согласия поменяли замки в арендованных ФИО7 помещениях, забрали находящиеся в офисе документы, закрыли его и забрали себе ключи. Так как помещения принадлежат ООО «Восток», а договор аренды с ФИО7 прекратил действие в связи со смертью последнего, ФИО4 самостоятельно поменял замки на прежние. Уточнил, что после смены замков ключи от помещения химчистки находились не только у ФИО6, но и у М-ных. В последующем по просьбе отдела защиты прав потребителей Администрации города Снежинск, в связи с многочисленным поступлением от граждан жалобами об удержании сданных в химчистку вещей, им было принято решение выдавать это имущество комиссионно. Видел, что оборудование химчистки находилось в помещении, так как оно прикручено к полу. 07 или 08 августа 2021 года из стационара была выписана ФИО6, которая также прекратила свою деятельность. После похорон ФИО7, его сын ФИО10 сообщил, что они хотят продолжить работу отца по оказанию услуг химчистки. Он (ФИО4) предложил им разбираться с ФИО6. ФИО10 отработав дней 10, сообщил, что больше заниматься этой работой не будет, отказался подписывать договор аренды. 

В конце августа 2021 года ФИО6 представила ему ФИО13 Е.А. указав, что будет работать с ним. 01.09.2021 ООО «Восток» заключен договор с ИП ФИО9 на аренду помещений, которые ранее сдавались в аренду ФИО7. ИП ФИО9 за несколько дней из помещения прачечной вынес на улицу оборудование - несколько стиральных машин, компрессоры и за сентябрь – октябрь 2021 года завес в помещение 3 или 4 единицы другого оборудования. Оборудование, которое вынесли из помещения химчистки, до момента расторжения ИП ФИО9 договора аренды находилось на улице. 06.05.2024 был подписан акт приема-передачи помещения, в связи с этим он (ФИО4) направил сообщение ФИО10 с предложением забрать находящееся на территории общества оборудование, однако никакого ответа на сообщение не получил. Такое сообщение дополнительно было направлено по почте, ответа также не было. Примерно через 10 дней он пригласил ИП ФИО9 предложил ему забрать находящееся на территории оборудование. Оборудование вывозил ИП ФИО9, ФИО6 при этом не присутствовала. По состоянию на 15-17 мая 2024 года в ООО «Восток» по 

<

адрес> никакого оборудования не осталось. Куда дели это оборудование ему не известно. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 пояснил, что является супругом директора ООО «Восток» ФИО5. По работе был знаком с ФИО7 и ФИО6. После смерти ФИО7 по указанию ФИО4 опечатал помещение и вскрывал его для выдачи третьим лицам их вещей. Видел, что в помещении химчистки было установлено оборудование, но кому оно принадлежит не знает. Куда в последствии делось оборудование не знает.

Заслушав участников, показания свидетеля, исследовав материалы дела, суд полагает следующее.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

Статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ, абзацы четвертый, пятый п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При подаче искового заявления, заявления об изменении исковых требований, а также в ходе рассмотрения дела истцом, не были представлены документы, касающиеся данного спора (документа подтверждающие приобретение указанного имущества, индивидуальные характеристики оборудования и его нахождение его у ответчика), поэтому судом с целью всестороннего, полного и объективного рассмотрения спора были истребованы и исследованы в ходе судебного заседания материалы гражданского дела № по иску ООО «Восток» к ФИО10, ФИО1 о взыскании задолженности по арендной плате (т. 2 л.д. 100- 114), материалы КУСП №№ (т. 1 л.д.54-68), материалы по обращению ФИО1 зарегистрированные за № от 19.05.2022 (т. 2 л.д. 4-30), в которых со слов стороны истца имеются доказательства подтверждающие заявленные исковые требования.

С учетом указанных обстоятельств, соблюдения разумных сроков рассмотрения дел, суд выносит решение по тем доказательствам, которые имеются в материалах настоящего гражданского дела, а также вышеперечисленных материалов проверок и исследованных дел.

Согласно ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. 

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение такого права у истца. 

В силу п. 32 указанного Постановления, применяя ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. 

Таким образом, обращаясь с таким иском, истцы в соответствии с общими правилами по доказыванию должны доказать: факт нахождения спорного имущества у ответчика, незаконность владения вещью, обстоятельства выбытия имущества из обладания собственника, условия поступления имущества к ответчику, наличие спорного имущества в натуре, принадлежность истребуемого имущества истцу на праве собственности, возможность идентификации истребуемого имущества при помощи индивидуальных признаков, а также отсутствие между истцом и ответчиком отношений обязательственного характера по поводу истребуемой вещи и обосновать утрату фактического владения вещью. 

В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации объектом виндикации может являться только индивидуально-определенная вещь, поскольку истребование имущества в натуре означает возвращение того же имущества собственнику. Таким образом, объектом виндикации является индивидуально-определенная вещь, отличающаяся от вещей, определенных родовыми признаками, конкретными, только ей присущими характеристиками. 

В судебном заседании установлено, что ФИО7, являлся индивидуальным предпринимателем, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, прекратил деятельность в связи со смертью. Основным видом его деятельности являлась: стирка и химическая чистка текстильных и меховых изделий (т. 1 л.д.173-178). 

04.11.2019 между ООО «Восток» (арендодатель) и ИП ФИО7 (арендатор) был заключен договор аренды нежилого помещения, согласно которому арендодатель передает, а арендатор принимает во временное пользование нежилые помещения в здании административно-бытового комплекса по адресу: 

<

адрес>, на первом этаже, комнаты №, общей площадью 302,3 кв.м. для размещения производства (п. 1.4 Договора). Срок действия договора определен с 01.01.2020 по 31.12.2020 (т. 1 л.д. 209-212).

Дополнительным соглашением № от 24.11.2020 стороны согласовали срок действия договора с 01.01.2021 по 31.12.2021 (т. 1 л.д.214).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умер. Наследниками по закону после смерти ФИО7 в равных долях являются сыновья - ФИО1 (истец) и ФИО10 (третье лицо) (т. 1 л.д. 28-38).

ФИО1 и ФИО10 приняли наследство после смерти отца в виде: 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; денежных средств с причитающимися процентами и компенсацией, хранящихся на счетах в 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>»; 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> грузового фургона марки 

<

данные изъяты>, год выпуска 2013 кузов и идентификационный номер: №, двигатель №, цвет белый, регистрационный знак №, в равных долях, о чем им выданы свидетельства о праве на наследство по закону.

Согласно п. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно сведений представленных по запросу суда нотариусом нотариального округа Снежинского городского округа ФИО15, свидетельства о праве на наследство по закону на имущество указанное в запросе суда (истребуемое по исковому заявлению) не выдавалось, в материалы дела правоустанавливающие документы не представлялись (л.д. 90, 169).

Истец обралась с настоящим иском, указав, что просит истребовать у ответчика находящееся в её пользовании принадлежащее ему имущество.

Как пояснили в судебном заседании истец ФИО1 и третье лицо ФИО10 материалы проверки зарегистрированные КУСП №, №, №, № не содержат доказательств (фотографий, пояснений, техдокументации, платежных документов) подтверждающих заявленные исковые требования. Суд соглашается с данным доводом, поскольку он подтверждается указанными материалами, копии которых приобщены к материалам дела (т. 1 л.д. 53-68, 104-112).

Проверяя довод представителя истца ФИО2 о том, что указанные доказательства находятся в материалах проверки проводимой по его заявлению, опровергаются представленными прокуратурой ЗАТО г. Снежинска по запросу суда материалами проверки от 16.05.2022. 

Так согласно заявлению ФИО1 от 11.05.2022 приложенному к заявлению ФИО2 о необходимости провести проверку, имеется указание об оборудовании, которое эксплуатируется посторонними лицами. Вместе с тем в заявлении отсутствуют прямые указания на конкретное оборудования, а также не указано какими именно лицами оно эксплуатируется (т. 2 л.д. 5-8).

В указанных материалах имеется сообщение начальника ОМВД России по ЗАТО г. Снежинск направленное ФИО10, исх. №, № от 08.06.2022, где указано, что в ходе проведенной проверки по факту использования оборудования, которое перешло ему по наследству, посторонними лицами, совершения каких-либо административных правонарушений выявлено не было. Дальнейшая проверка по данному факту прекращена (т. 2 л.д. 9).

Из представленных ОМВД России по ЗАТО г. Снежинск по запросу суда материалов проверки по обращению ФИО1, зарегистрированному за № от 19.05.2022 имеется аналогичное заявление от 11.05.2022 (т. 2 л.д. 21), в котором отсутствует ссылка на конкретное оборудование, место его нахождения и указание на конкретных лиц, которое им пользуется. 

К заявлению приложена жалоба ФИО1 и ФИО10 от 08.12.2021, в которой последние указали, что 15.12.2014 между ООО «Восток» (Арендодатель) в лице ФИО4 и ИП ФИО7 (Арендатор) был заключен договор аренды нежилого помещения №, согласно которому последнему в аренду было передано нежилое помещение в здании административно-бытового комплекса по адресу: 

<

адрес>, на первом этаже: комнаты №, для размещения производства. В дальнейшем сторонами 04.12.2019 был вновь заключен договор аренды нежилого помещения №, согласно которому Арендодатель передал Арендатору во временное пользование нежилые помещения в здании административно-бытового комплекса по адресу: 

<

адрес>, на первом этаже: комнаты №

В жалобе ФИО1 и ФИО10 указали, что целью использования Арендатором нежилых помещений явилось размещение химчистки с прачечным оборудованием, сушильными машинами, гладильным оборудованием, профессиональными машинами, оборудованием для чистки подушек перин и одеял, весами, инструментами и бытовой техники. Имеется указание о приложении к этому заявлению (жалобе) перечня имущества. Также М-ны указали, что после смерти ФИО16 все оборудование удержано Арендатором и более того используется последним для аналогичной деятельности. Ссылаются на то, что согласно ответу ОМВД России по ЗАТО г. Снежинск проведенной проверкой по их заявлению следует, что противоправных действий в отношении заявителей совершено не было, в связи с чем проверка по обращению прекращена (т. 2 л.д. 22-23). Сведений о получении данной жалобы прокуратурой ЗАТО г. Снежинск, не имеется. 

В объяснениях ФИО10 от 12.01.2022 данных им в период проведения проверки отсутствуют указания на конкретное оборудование и его идентификационные данные (т. 2 л.д. 24).

Также в материалах проверки имеются объяснения ФИО9 от 15.01.2022, в которых последний указал, что по договору аренды нежилого помещения заключенного с 01.09.2021 с ООО «Восток», в приложении № указано переданное ему оборудование. Также имеется указание о передачи ФИО6 ему под расписку оборудования. Какое передано оборудование, не указано. ФИО9 указал, что не препятствует ФИО10 в доступе к оборудованию и готов пойти с ним на контакт (т. 2 л.д. 25).

По материалам проведенной проверки имеется заключение утвержденное 21.01.2022 начальником ОМВД России по ЗАТО г. Снежинск, из которого следует, что заместитель директора ООО «Восток» ФИО14 пояснил, что в десятых числах августа 2021 года ФИО10 осмотрел помещение, сделал фотосъёмку. Также пояснил, что оборудование, которое стояло в отделе химчистки-прачечной, принадлежит частично ФИО6, часть оборудования собрали на отдельном складе и ждут когда ФИО10 и ФИО1 его заберут, доступ им не ограничен (т. 2 л.д. 26). 

Также в заключении имеется ссылка на пояснения ФИО9 о том, что после смерти ФИО7 он предложил ФИО6 возобновить деятельность отдела химчистки-прачечной зная, что часть оборудования принадлежит ФИО6, для чего 01.09.2021 заключил с ООО «Восток» договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Оборудование которое принадлежит ФИО6 он использует по назначению, а часть оборудование стоит на складе, готовы передать ФИО12. 

Также имеется ссылка на пояснения ФИО6, которая указала, что состояла в фактических брачных отношениях с ФИО7, с 2013 года совместно осуществляли деятельности химчистки-прачечной, оборудования она покупала или брала в аренду на свое имя. После смерти ФИО7 выходила на связи с ФИО10 и ФИО1, неоднократно предлагала им решить вопрос с деятельностью отдела химчистки-прачечной, забрать оборудование. 

В заключении имеется указание о том, что ранее 17.09.2021 по заявлению М-ных, в котором они указывали аналогичные факты, проводилась проверка, в ходе которой изложенные ФИО10 факты не нашли своего подтверждения (т. 2 л.д. 26).

Каких-либо указаний на конкретное оборудование и его индивидуальные данные, указанное заключение не содержит.

Судом исследовались материалы гражданского дела № по иску ООО «Восток» к ФИО10, ФИО1 о взыскании задолженности по арендной плате. Участвующий в рассмотрении этого дела в качестве представителя истца ООО «Восток» ФИО11 в судебном заседании 26.05.2022 давал пояснения аналогичен пояснениям данным в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела. Также пояснил, что после смерти отца М-ны забрали у ФИО6 все ключи от помещений и вернули только после того как бросили заниматься делами прачечной. Указал, что с оборудованием ФИО7 ничего не делал, так как не знал, кому оно принадлежит, и не лез в это дело (т. 2 л.д. 101-105). 

В судебном заседании 29.06.2022 были допрошены свидетели ФИО17, ФИО14 и ФИО9, которые пояснили:

ФИО17, что работала у ФИО7. После его смерти поработала немного, так как просили выдать вещи населению, после этого ушла. Подтвердила, что после смерти отца М-ны непродолжительное время продолжили работать в химчистке, но вскоре работать прекратили.

ФИО14, что он является сотрудником в ООО «Восток». Подтвердил, что после смерти ФИО7 приходили его сыновья М-ны, которые сообщили, что будут продолжать дело отца. Поработав до двадцатых числе августа, работу прекратили.

ФИО9, что он был знаком и взаимодействовал с ФИО7 и ФИО6. С 01.09.2021 является новым арендатором помещений, ранее арендованных ФИО7.

Пояснений по поводу находящегося в химчистке оборудования принадлежащего ФИО7, индивидуальные данные этого оборудования, свидетели не давали (т. 2 л.д. 106-114).

Истцом суду представлена фотокопия объяснений ФИО6 от 25.10.2023 где она указывает на то, что она с ФИО7 осуществляла предпринимательскую деятельность в арендованном помещении по адресу: 

<

адрес>, где оборудовали химчистку. Указала, что совместно закупали соответствующее оборудование, которое оформлялось на нее, часть оборудования находилось в аренде. Они несли совместно расходы по оплате аренды и приобретение оборудование, а также несли иные расходы. Также пояснила, что многое из приобретенное ими с ФИО7 оборудования сломано, либо уже не используется. И после смерти ФИО7 много чего из оборудования было обновлено (т. 1 л.д.140-141). Данное объяснение также не содержит перечня конкретного оборудования приобретенное ФИО7, и его идентификационных данных.

Также в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела судом было установлено, что с 13.07.2020 ФИО9 являлся индивидуальным предпринимателем, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей. Основным видом его деятельности с 30.11.2021 является: стирка и химическая чистка текстильных и меховых изделий (т. 1 л.д.179-183). 

01.09.2021 между ООО «Восток» (арендодатель) и ИП ФИО9 (арендатор) был заключен договор аренды нежилого помещения, согласно которому арендодатель передает, а арендатор принимает во временное пользование нежилые помещения в здании административно-бытового комплекса по адресу: 

<

адрес>, на первом этаже, комнаты № общей площадью 302,3 кв.м. для размещения производства (п. 1.4 Договора). Срок действия договора определен с 01.01.2021 по 31.12.2021 (л.д. 215-216).

Дополнительным соглашением № № от 01.09.2021 ООО «Восток» передало ИП ФИО9 во временное пользование имущество: стул мягкий – 8 штук, стол парта – 15 штук, шкаф стеллаж – 7 штук, стол обеденный – 2 штуки, вешалка передвижная – 7 штук; стеллажи – 10 штук (т. 1 л.д.219).

В последующем договор аренды указанных помещений сторонами перезаключался (т. 1 л.д. 221-237).

Довод представителя истца ФИО2 о том, что в сентябре 2021 года в помещение, которое ранее арендовал ФИО7 заехал ФИО9 при этом свое оборудование он не завозил, что подтверждается договором аренды, судом отклоняется, так как по договору аренды передавались помещения, а по вышеуказанному дополнительному соглашению было передано имущество – мебель, что не может однозначно свидетельствовать о том, что ФИО9 не завозил в помещение оборудование для работы химчистки.

Данные обстоятельства подтверждаются объяснениями третьего лица ФИО4 о том, что ФИО9 после заключения договора аренды за несколько дней из помещения прачечной вынес на улицу оборудование, несколько стиральных машин, компрессоры, которое находилось на улице до момента расторжения ими договора аренды. А также о том, что за сентябрь – октябрь 2021 года ФИО9 завес в помещение 3 или 4 единицы другого оборудования. 

Довод представителя истца ФИО2 о том, что спорное имущество находится в помещении 

<

адрес>, отклоняется поскольку ФИО6 и ИП ФИО9 из этого помещения съехали, что подтверждается дополнительным соглашением № к договору аренды № от 30.11.2023, которым установлен срок аренды с 01.12.2023 по 30.04.2024 (т. 1 л.д.238). Нежилые помещения, в здании административно-бытового комплекса по адресу: 

<

адрес>, на первом этаже, комнаты №, общей площадью 302,3 кв.м., возвращены арендодателю по акту приема-передачи от 06.05.2024 (т. 1 л.д.239).

Ответчиком ФИО6 нахождение указанного в исковом заявлении имущества в её владении отрицается. 

Данное обстоятельство подтверждается пояснениями третьего лица ФИО4 пояснившего, что имущество вынесенное из помещения химчистки после смерти ФИО7, после прекращения договора аренды 30.04.2024, увез ФИО9.

Представленные в судебном заседании 15.07.2024 стороной истца фотографии оборудования и шильдиков на нем, не подтверждают принадлежность указанного в иске имущества ФИО1, так как, одним из условий истребования имущества из чужого незаконного владения является возможность его индивидуализации и идентификации с целью исполнения решения суда, однако ФИО1 не представил доказательств, позволяющих индивидуализировать и идентифицировать истребуемое у ответчика имущество, поскольку представленные истцом в дело документы (фотокопий документов: акта приема передачи сушильной машины 

<

данные изъяты> от 10.08.2016 года, составленного ООО «Санаторий «Сунгуль» и ИП ФИО7, счета №№ от 18.12.2019, выставленного ООО «Центр коммунальной техники» на оплату стиральной отжимной машины 

<

данные изъяты>, счета №№ от 01.12.2016, выставленного ИП ФИО8 на оплату гладильного стола 

<

данные изъяты> договора №№ от 29.03.2016 и счета №№ от 29.03.2016, выставленного ООО «Дуплекс-Сервис» на оплату установки 

<

данные изъяты> счета №№ от 13.03.2017, выставленного ООО ИНФОКОМ» на оплату персонального компьютера 

<

данные изъяты> выписки по счету ФИО7 о частичной оплате: 30.01.2020 ООО «Центр коммунальной техники» счета №№ от 18.12.2019 в размере 40 000,0 руб.; 21.05.2020 МП муниципального образования «Город Снежинск» «Снежинские бани» по договору №№ от 12.05.2020 в размере 59 905,8 руб. и 11.06.2020 в размере 30 780,2 руб.) хотя и содержат перечень имущества, однако, не содержат признаков, позволяющих прийти к однозначному выводу о том, что именно данное имущество находилось в помещениях 

<

адрес> на момент смерти ФИО7, и находится до настоящего времени у ФИО6.

Указанные обстоятельства подтверждаются представленной истцом перепиской ФИО4 и ФИО10 от 05.05.2024, согласно которой ФИО4 предложил последнему до 08.05.2024 забрать оставленное на территории общества оборудование, после того как химчистка и прачечная съехали с ООО «Восток» (т. 1 л.д.158). Истец не был лишен возможности осмотреть это оборудование, и в случае установления его принадлежности ему забрать его, однако этого не сделал. 

Давая оценку представленным истцом фотографиям оборудования, суд исходит из того, что представитель истца ФИО2 в ходе судебного заседания как 23.03.2024, так и 15.07.2024 пояснил, что приобщенные к материалам дела фотографии М-ными выполнены 22.04.2023. ФИО1 указанные обстоятельства в ходе судебного заседания 15.07.2024 не оспаривал. Вместе с тем в последующем в ходе судебного заседания 15.07.2024 ФИО1 стал утверждать, что фотографии оборудования сделаны в августе 2021 года. Суд критически относиться к данным пояснениям, поскольку ранее иск был заявлен только об истребовании сушильной доски 

<

данные изъяты> идентификационные данные которой не были указаны. Также не были указаны идентификационные данные остальной части заявленного к истребованию имущества, несмотря на то, что исходя из пояснений истца, фотографии с индивидуальными характеристиками указанного в исковом заявлении оборудования имелись у него с 2021 года, но вместе с тем не предоставлялись суду по многочисленным запросом.

Суд критически относиться к указанным фотографиям, поскольку они, как в ходе рассмотрения настоящего дела, иных гражданских дел с участием М-ных, так и в ходе проведения проверок ОМВД России по ЗАТО г. Снежинск по заявлениям М-ных, не представлялись. Впервые были представлены суду в судебном заседании 15.07.2024. В качестве индивидуальных признаком имущества указанного в исковом заявлении ФИО10 не указывались. Оснований полагать, что на фотографиях представленных истцом изображено имущество принадлежащее умершему ФИО7, не имеется.

Предоставленные истцом сведения о кредитной истории ФИО1 не подтверждают однозначно приобретение им указанного в исковом заявлении имущества.

Ссылка ФИО1 на то, что ему были переданы документы о намерении ИП ФИО9 заключить с ФГУП РФЯЦ ВНИИТФ договор на выполнение услуг по стирке, ремонту белья и спецодежды, не является безусловным доказательством использования испрашиваемого оборудования при выполнении работ по договору в случае заключения такового. При этом суд учитывает, что ответчик ФИО6 стороной таких договорных отношений не является.

Таким образом, судом установлено, что в настоящее время спорное имущество у ответчика ФИО6 не находится, соответственно отсутствует возможность его истребования у последней. 

Как было указано выше в силу ст. 301 ГК РФ истребованию подлежит индивидуально-определенная вещь, отличающаяся от вещей, определенных родовыми признаками, конкретными, только ей присущими характеристиками. 

Разрешая заявленные требования, руководствуясь вышеприведенными нормами, суд, исходя из объяснений сторон и показаний свидетелей, оценивая в совокупности представленные сторонами доказательства, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку, вопреки положений ст. 56 ГПК РФ, истцом не предоставлено бесспорных доказательств того факта, что вещи, которые он просит истребовать из чужого владения ответчика, действительно принадлежат ему, ввиду того, что они индивидуально не определены и идентифицировать их не представляется возможным, а также доказательств незаконного нахождения этих вещей во владении ответчика.

По смыслу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. 

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца. 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Суд, посредством оценки доказательств в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не установил факт нахождения спорного имущества у ответчика и факт принадлежности рассматриваемого имущества на праве собственности истцу. 

В данном случае истцом не представлены доказательства о возможности идентификации истребуемого имущества при помощи индивидуальных признаков, его наличие в натуре, а соответственно, требования истца по заявленным основаниям удовлетворению не подлежат. 

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано, поэтому, нет оснований для взыскания с ответчика в его пользу расходов по оплате государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО6 об истребовании из чужого незаконного владения имущества, принадлежащего истцу по праву наследования:

сушильной доски 

<

данные изъяты>, стоимостью 10 000,0 руб.; 

стиральной машины отжимной 

<

данные изъяты>, стоимостью 210 000,0 руб.; 

гладильного стола 

<

данные изъяты>, стоимостью 100 000,0 руб.; 

установки 

<

данные изъяты> стоимостью 75 000,0 руб.; 

персонального компьютера inter 

<

данные изъяты> отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Снежинский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Л.А. Круглова

Решение в мотивированной форме изготовлено 19 июля 2024 года