№ 70RS0001-01-2024-000978-49

Р Е Ш Е Н И Е

от 19 июня 2024 года по делу № 2-988/2024

Именем Российской Федерации

Кировский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего – 

судьи Кировского районного суда г.Томска Панфилова С.Н.,

при секретаре (помощнике судьи) Бондаревой Е.Е.,

помощнике судьи Синяевой Л.А.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца Гавриловой Т.В.,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 (с учетом уменьшения требований) о взыскании денежных средств в размере 350000 рублей, в качестве компенсации за оплаченные общие кредитные обязательства личными денежными средствами.

В обоснование заявленных требований ФИО1 в письменном исковом заявлении, а также в судебном заседании указывал, что с 2006 года состоял с ФИО2 в браке. Указанный брак был расторгнут /________/. В период брака с целью улучшения жилищных условий семьи они с супругой как созаемщики взяли кредит в ПАО «Сбербанк» и приобрели в ипотеку трехкомнатную квартиру. Размер ежемесячного платежа по ипотеке составлял /________/ рублей и равнялся его месячной заработной плате. Долговая нагрузка на семью была чрезмерной. От умершего отца ему досталось два земельных участка. Он, с целью уменьшения долговой нагрузки на семью, самостоятельно принял решение продать оба перешедших к нему по наследству земельных участка, а вырученные денежные средства направить на частичное погашение кредитной задолженности. Оба участка он продал за /________/ рублей. Вырученные от продажи наследственного имущества денежные средства он передал ФИО2 с тем, чтобы она внесла их на счет в банк для погашение ипотеки. Сам он деньги в банк не повез, т.к. был занят на работе. ФИО2 внесла указанные средства в банк в счет погашения их общего долга по ипотеке. 

Указывал, что ответчик внесла в банк именно те денежные средства, которые он выручил от продажи принадлежавших ему по наследству земельных участков, поскольку между получением им средств от продажи участков и до внесения их супругой на счет в банк прошло всего несколько часов, иных денежных средств у них в семье не было, своих средств у супруги также не было, т.к. у нее была маленькая заработная плата. 

Отмечал, что юридически он (ФИО1) неграмотен и в тот момент не осознавал, что средства, вырученные им от продажи наследственного имущества, принадлежат исключительно ему. Но настаивал на том, что решение направить их на погашение общих с супругой обязательств было исключительно его решением. Пока он жил с ответчиком в браке, вопрос о возврате ему супругой денежных средств не возникал. Впервые данный вопрос возник у него только после расторжения брака. Просил иск удовлетворить.

Представитель истца адвокат Гаврилова Т.В., действующая на основании ордера № /________/ от /________/, в судебном заседании исковые требования своего доверителя ФИО1 поддержала в полном объеме (с учетом их уменьшения до 350000 рублей).

Поясняла, что факт уплаты истцом /________/ рублей из собственных средств в счет погашения общей с ответчиком задолженности, вытекающей из общего обязательства - кредитного договора, установлен вступившим в законную силу судебным решением Кировского районного суда г.Томска от 20.10.2023, и является преюдициальным фактом. Также в данном судебном решении указано, что законодателем установлен иной способ защиты нарушенного права – взыскание компенсации по обязательствам супругов. Настоящий иск заявлен ФИО1 к ФИО2 о взыскании 350000 рублей в качестве компенсации за оплаченные им общие кредитные обязательства личными денежными средствами.

Настаивала на том, что правовым основанием иска является неосновательное обогащение ответчика, и требование о взыскании 350000 рублей есть ни что иное как «взыскание компенсации неосновательного обогащения». Одновременно просила применить положения о регрессных обязательствах (ч. 2 ст. 325 ГК РФ). Так же просила применить п. 3 ст. 39 СК РФ, которая говорит о порядке распределения долгов. Настаивала на том, что положения п. 4 ст. 1109 ГК РФ в данном случае применению не подлежат.

Поясняла, что в результате того, что истец за счет собственных средств частично погасил общее с ответчиком обязательство, у ФИО2 возникло неосновательное обогащение на сумму 350000 рублей в виде сбережения средств, которые она должна была потратить. Изначально настаивала на том, что неосновательное обогащение у ответчика возникло после расторжения брака с истцом, затем переменила свое мнение, указав, что неосновательное обогащение возникло с момента внесения в банк личных средств ФИО1, однако, фактическая возможность взыскания неосновательного обогащения у её доверителя возникла только после расторжения брака с ответчиком. До расторжения брака ФИО1 не мог предъявить такой иск к ФИО2 в силу прямого запрета закона, поскольку в период брака ответчик своего личного имущества не имела, все имущество находилось в совместной (общей) собственности супругов, и в случае предъявления ФИО1 иска к своей супруге о взыскании неосновательного обогащения он предъявлял бы его фактически к себе. Настаивала на том, что возможность предъявления такого иска возникает только после расторжения брака между супругами.

Отмечала, что теоретически ФИО1, находясь в браке, имел право предъявить иск к ФИО2 о разделе общего имущества, но фактически у него не было на то оснований, поскольку он не считал свои права нарушенными, вел себя как надлежащий супруг, тратил денежные средстве в интересах семьи.

С учетом всех обстоятельств полагала, что нарушение прав истца возникло с момента расторжения брака. 

Настаивала на том, что заявление стороны ответчика о пропуске срока исковой давности не может быть принято судом во внимание, т.к. не подано в письменной форме.

Просила иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании предъявленные к ней ФИО1 исковые требования не признала. 

Поясняла, что состояла с истцом в зарегистрированном браке. Супругу принадлежали земельные участки, которые перешли к ему по наследству от его умершего отца. ФИО1 продал участки. На заключение данных сделок они ходили вместе, также она присутствовала при получении ФИО1 денежных средств за участки. У них с ФИО1 имелось общее кредитное обязательство. Решение о погашении задолженности по ипотеке за счет средств вырученных от продажи земельных участков принималось ими совместно, но она не настаивала. ФИО1 сам решил внести эти деньги в счет погашения ипотеки. Он мог потратить их на себя, но решил, что внесет за ипотеку. Заставить ФИО1 вносить средства в банк в счет ипотеки она не могла. Своих денежных средств у неё на тот момент не было. Так как она (ФИО2) была титульным заемщиком, то именно она внесла вырученные от продажи земельных участков денежные средства на счет в банке для погашения ипотеки.

Отмечала, что никаких разговоров о том, что она (ФИО2) будет должна ФИО1 часть денежных средств от внесенной суммы или всю сумму ранее никогда не было. Они с истцом были в браке и даже не думали на эту тему. Если бы между ними такие разговоры были, то она возможно и не согласилась бы на то, чтобы он (ФИО1) вносил средства в счет погашения ипотеки, поскольку у нее заработная плата небольшая и ей взять деньги для их возврата супругу негде. Впервые разговор о том, что она (ФИО2) должна ФИО1 денежные средства за внесение им средств в погашение ипотеки произошло только с предъявлением настоящего иска.

Представитель ответчика ФИО2 ФИО3, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности /________/, выданной на его имя /________/, сроком действия на три года, в судебном заседании полагал исковые требования, предъявленные к его доверителю, не подлежащими удовлетворению. 

Не отрицая того факта, что ФИО1 за счет своего имущества погасил часть общего долга супругов, отмечал, что истец самостоятельно распорядился принадлежавшими ему денежными средствами, направив их на погашение общих догов, и у него, исходя из положений пп. 4 ст. 1109 ГК РФ, не возникло право требования к своей супруге о возврате неосновательного обогащения, поскольку его денежные средства были переданы «в дар», т.е. безвозмездно. Также отмечал, что в результате действий ФИО1 ФИО2 ничего не приобрела и ничего не сберегла. Для неосновательного приобретения (сбережения) имущества должна быть совершена какая-то сделка, хотя бы в устной форме. Лицо должно понимать подлежат возврату денежные средства либо нет. О том, что ФИО4 что-либо должна ФИО1 за частичное погашение им общего долга до расторжения брака речи не было, и невозможно спустя много лет утверждать о том, что в тот момент возникла задолженность и требовать возврата долга после расторжения брака невозможно.

Указывал, что если у ответчика и возникло неосновательное обогащение, то у истца возникло право требования по ст. 1102 ГК РФ с момента передачи денежных средств в банк. С этого же момента начал течь трехлетний срок исковой давности. Поскольку с момента внесения средств в банк прошло девять лет, срок является пропущенным. 

Просил в иске отказать.

Третье лицо ПАО Сбербанк, извещенное надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направило. Суд с учетом положений ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица.

Заслушав пояснения сторон и их представителей, изучив материалы дела, оценив все представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств удовлетворению не подлежат. При этом суд исходит из следующего:

Истцом заявлено о взыскании с ответчика денежных средств в качестве компенсации неосновательного обогащения.

Согласно положениям ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ суд принимает решение по заявленным требованиям. 

Исходя из существа заявленных требований и позиций сторон по нему, суд считает, что юридически значимыми подлежащими установлению по делу обстоятельствами являются факты: наличия у сторон общего обязательства, наличия у истца собственных денежных средств, погашения истцом за счет собственных средств общих кредитных обязательств сторон, возникновение на стороне ответчика неосновательного обогащения, наличия либо отсутствия основания для взыскания неосновательного обогащения 

В соответствии с положениями ст. 56, 57 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Согласно положениям ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. 

Из пояснений обеих сторон следует и никем не оспаривается, что ФИО1 и ФИО2 состояли в браке с 2006 года, брак расторгнут /________/.

Из представленного суду кредитного договора № /________/ следует, что последний заключен /________/ между ОАО «Сбербанк России» (кредитор) и гражданами ФИО4, ФИО1 (созаемщики) на получение /________/ рублей на /________/ месяцев для приобретения квартиры по адресу: /________/. Права кредитора по договору обеспечиваются ипотекой. Титульным заёмщиком является ФИО2

Таким образом, суд считает установленным, что у сторон в период брака возникло общее обязательство по возврату банку кредита и уплате процентов за пользование им, обеспеченное ипотекой. 

Также из пояснений обеих сторон следует и никем не оспаривается, что ФИО1 в период брака продал принадлежащие ему в порядке наследования земельные участки.

Помимо пояснений сторон указанное обстоятельство также подтверждается представленными суду свидетельствами о праве на наследство и договорами о продаже имущества. Так, согласно свидетельствам о праве на наследство № /________/ и № /________/ от /________/ ФИО1 принадлежали земельные участки: площадью /________/ м2 с кадастровым номером /________/ и площадью /________/ м2 с кадастровым номером /________/. По договорам купли-продажи № /________/ и № /________/ от /________/ ФИО1 продал ФИО5 оба вышеуказанных земельных участка за /________/ рублей каждый. Договоры зарегистрированы в Управлении Росреестра по Томской области. Акты приема передачи земельных участков содержат отметку о том, что расчет произведен полностью.

Согласно положениям ст. 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Право наследования гарантируется.

Статья 33 Семейного кодекса РФ предусматривает, что законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Из ст. 34 Семейного кодекса РФ следует, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии со ст. 36 Семейного кодекса РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Поскольку земельные участки принадлежали ФИО1 в порядке наследования по закону, то 700000 рублей, вырученные им от продажи данных земельных участков, с учетом вышеприведенных норм права, являлись его собственностью. 

Согласно представленному в дело приходному кассовому ордеру /________/ ФИО2 внесла на счет в ОАО «Сбербанк России» 700 510 рублей.

Из пояснений обеих сторон данных в судебном заседании следует, что ФИО2 внесла на счет в ОАО «Сбербанк России» денежные средства, вырученные ФИО1 от продажи принадлежавших ему в порядке наследования земельных участков. 

Согласно положениям ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Судебным решением Кировского районного суда г.Томска по делу № /________/ от /________/ по иску ФИО2 к ФИО1 о разделе имущества, взыскании алиментов, определении места жительства детей, порядка осуществления родительских обязанностей, вступившим в законную силу /________/, установлено, что платеж в размере 700000 рублей при исполнении кредитного договора внесен за счет личных средств ФИО1 

Таким образом, суд считает установленным, что принадлежавшие истцу денежные средства в размере 700000 рублей /________/ были потрачены на частичное исполнение общего с ответчиком денежного обязательства – погашение кредита.

При этом как истец, так и ответчик настаивали на том, что решение о расходовании указанных денежных средств на погашение общих кредитных обязательств было принято истцом самостоятельно. 

В судебном заседании сторона истца настаивала на том, что в связи погашением ФИО1 за счет своих средств части общего долга у ответчика возникло неосновательное обогащение. При этом вначале представитель истца утверждала, что неосновательное обогащение возникло у ответчика только с момента расторжения брака. Затем она изменила свою позицию, указав, что неосновательное обогащение возникло с момента внесения средств в банк, но нарушение прав истца возникло только с расторжением брака, тогда же появилась и фактическая возможность взыскания данных средств.

Сторона ответчика полагала, что поскольку истец самостоятельно распорядился принадлежавшими ему денежными средствами, безвозмездно использовав их в общих интересах – на погашение общего долга, то указанные действия не образовали неосновательного обогащения, поскольку были совершены из благотворительности, т.е. в дар.

Согласно положениям ст. 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Подпункт 4 ст. 1109 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в том числе денежные суммы и иное имущество, предоставленные в целях благотворительности.

Суд отмечает, что исходя из приведенных норм права о неосновательном обогащении, существенное значение имеет направленность воли лица в момент осуществления им действий по уплате принадлежащих ему денежных средств во исполнение общего обязательства. То есть установлению подлежит факт того, желал ли истец сделать это безвозмездно для ответчика, либо считал, что ответчик станет его должником. 

При выяснении указанного вопроса в судебном заседании ФИО1 ссылался на свою юридическую неграмотность, но при этом пояснял, что мысли о том, что ответчик является его должником, впервые возникли у него только после расторжения брака, до прекращения брачных отношений с ФИО2 он не считал её обязанным по отношению к нему лицом в связи с расходованием им своих средств на погашение общего долга.

Суд отмечает, что задолженность из неосновательного обогащения в соответствии с положениями действующего законодательства является фактом, возникающим из действий приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц, она объективна и не зависит от «положения» приобретателя имущества по отношению к кредитору (супруг, член семьи, родственник или посторонний человек) и, соответственно, она не может изменяться в связи с изменением «положения» приобретателя. При этом существенное значение имеет направленность воли лица в момент осуществления им действий. Так, если при направлении одним супругом своих личных денежных средств на исполнение общих со вторым супругом обязательств, такой супруг действовал из благотворительности, осознавал, что тратит свои личные средства на исполнение общего обязательства, желал этого и, напротив, не желал (не считал) что в результате его действий второй супруг станет по отношению к нему обязанным лицом (должником), т.е. действовал из благотворительности, безвозмездно, то после прекращении брака такие действия не могут утратить статус «совершенных из благотворительности», поскольку они уже были совершены. То есть если в период брака у второго супруга не возникли обязанности по возврату первому супругу неосновательного обогащения, поскольку первый супруг совершил действия из благотворительности, то после расторжения брака они также не возникают. И, соответственно, напротив, если супруги полагают, что в результате действий одного из них по погашению общего долга второй стал по отношению к первому должником, то расторжение брака не изменяет и не отменяет указанной обязанности. 

С учетом вышеприведенного суд не принимает довод стороны истца о том, что неосновательное обогащение возникло у ФИО2 после расторжения брака, а также о том, что нарушение прав истца в следствии неосновательного обогащения возникло только после расторжения брака, а в период брака отсутствовало, как основанные на неверном толковании норм действующего гражданского законодательства. 

Не принимает суд и доводов стороны истца о том, что только после расторжения брака у истца появилась реальная возможность защиты своего нарушенного права, возникшего в следствии неосновательного обогащения ответчика, основанные на том, что в период брака ответчик своего имущества не имела, предъявление иска к ответчику в период брака было невозможным, поскольку стороны обладали исключительно совместным имуществом. Суд находит данный довод не состоятельным, поскольку стороны не были лишены права, в соответствии с действующим законодательством, в период брака разделить общее совместное имущество, либо заключить брачный договор, и таким образом учесть использование личных средств одного из супругов для исполнения общего обязательства. 

Суд не принимает также довод истца о том, что в период брака он не мог предъявить иск к супруге о разделе общего имущества по причине отсутствия у него денежных средств на оплату услуг представителя, а также в следствии своей юридической неграмотности. Поскольку возможность получения юридической консультации, а также защиты им своих прав, в том числе и в судебном порядке целиком и полностью зависела от его волеизъявления. 

Оценивая довод стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд отмечает, что согласно положениям ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статья 196 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Из статьи 199 Гражданского кодекса РФ следует, что требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статья 200 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

С момента использования истцом своих личных средств для погашения общих с ответчиком обязательств прошло более трех лет.

Судом установлено, что истец желал частично погасить общее с супругой обязательство за счет средств вырученных от продажи принадлежащего ему наследственного имущества, совершил действия, направленные на отчуждение принадлежащего ему имущества и погашению общего долга, после совершения указанных действий не считал, что его супруга по отношению к нему стала обязанным лицом в результате неосновательного обогащения, впервые задумался об этом спустя семь лет после расторжения брака. При таких обстоятельствах суд считает, что в момент внесения денежных средств в банк в счет погашения общего обязательства ФИО1 действовал из благотворительности, и на основании положений пп. 4 ст. 1109 ГК РФ в удовлетворении иска должно быть отказано. 

Суд считает, что разрешение спора в вышеприведенном порядке соответствует требованиям разумности и справедливости. Иные основания для взыскания с ответчика денежных средств истцом не заявлялись и судом не оценивались. 

Руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требованийФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств в качестве неосновательного обогащения, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г.Томска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья С.Н. Панфилов

Мотивированный текст судебного решения изготовлен 26 июня 2024 года.