Санкт-Петербургский городской суд

Дело №... Судья Никитин Е.В.

Рег. №... (22-6366/2024)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 10 февраля 2025 года 

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт–Петербургского городского суда Андреева А.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кауфман М.П., 

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Татариновой Н.Ю., 

осужденного ФИО1 и адвоката Михеевой Д.Б. в его защиту, 

адвоката Филина Д.В., действующего в защиту интересов осужденного ФИО2, 

рассмотрел в открытом судебном заседании 

<

дата> апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и действующего в его защиту адвоката Филина Д.В., осужденного ФИО1 и действующей в его защиту адвоката Михеевой Д.Б. на приговор Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 

<

дата>, которым 

ФИО2, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации с высшим образованием, разведенный, имеющий на иждивении малолетнего ребенка 

<

дата> года рождения и мать 

<

...>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, несудимый, - 

осужден по ч. 3 ст. 180 УК РФ, назначено основное наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года с дополнительным наказанием в виде штрафа в доход государства в сумме 288 000 (двести восемьдесят восемь тысяч) рублей 00 коп.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 основное наказание в виде 2 лет лишения свободы постановлено считать условным с установлением испытательного срока в 3(три) года.

На основании ч.5 ст. 73 УК РФ на период испытательного срока возложены на осужденного обязанности: не менять места работы и жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, где ему надлежит встать на учет и проходить регистрацию по установленному графику.

На основании ч. 3 ст. 46 УК РФ определена осужденному ФИО2 рассрочка выплаты штрафа в доход государства на срок 24 (двадцать четыре) месяца, установлена ежемесячная выплата в 12.000 (двенадцать тысяч) рублей.

Штраф подлежит уплате (первая часть в течение 30 дней со дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с положениями ч. 3 ст. 31 УИК РФ).

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрирован по адресу 

<

адрес>, проживающий по договору найма жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, со средним-специальным образованием, трудоустроен начальником участка в ООО «

<

...>», женатый, имеющий на иждивении несовершеннолетнего ребенка 

<

дата> года рождения, несудимый, 

осужден по ч. 3 ст. 180 УК РФ, назначено основное наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год 9(девять) месяцев с дополнительным наказанием в виде штрафа в доход государства в сумме 240 000 (двести сорок тысяч) рублей.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 основное наказание в виде 1 года 9 месяцев лишения свободы постановлено считать условным с установлением испытательного срока в 2 (два) года 6(шесть) месяцев.

На основании ч.5 ст. 73 УК РФ на период испытательного срока возложены на осужденного обязанности: не менять места работы и жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, где ему надлежит встать на учет и проходить регистрацию по установленному графику.

На основании ч. 3 ст. 46 УК РФ определена осужденному ФИО1 рассрочка выплаты штрафа в доход государства на срок 24 (двадцать четыре) месяца, установлена ежемесячная выплата в 10.000 (десять тысяч) рублей.

Штраф подлежит уплате (первая часть в течение 30 дней со дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с положениями ч. 3 ст. 31 УИК РФ).

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

Отказано представителю потерпевшего (гражданского истца) «

<

...>) К (представителю ООО «

<

...>» по доверенности) в удовлетворении гражданского иска к подсудимым (гражданским ответчикам) ФИО2,ФИО1 о взыскании с них солидарно 3 179 280 руб. в пользу правообладателя, как в необоснованном.

Судьба вещественных доказательств по делу разрешена. 

Приговором суда вина ФИО2 и ФИО1 установлена в том, что каждый из них в период с 

<

дата> по 

<

дата> группой лиц по предварительному сговору совершили неоднократно незаконное использование чужого товарного знака, а именно при изготовлении и хранении контрафактной парфюмерной продукции совершили неоднократно незаконное использование чужих словесных и изобразительных товарных знаков, зарегистрированных в Международной Всемирной организации интеллектуальной собственности ( ВОИС), членом которой является Российская Федерация. Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда. 

Заслушав доклад судьи Андреевой А.А., выступление осужденного ФИО1 и адвоката Михеевой Д.Б. в защиту его интересов, адвоката Филина Д.В. в защиту интересов осужденного ФИО2, поддержавших доводы апелляционных жалоб, заслушав мнение прокурора Татариновой Н.Ю., возражавшая против удовлетворения апелляционных жалоб, полагавшей приговор как обвинительный законным и обоснованным, просившей приговор изменить в части уточнения редакции закона, по которому осуждены М. П.Ю. и ФИО1, полагавшей необходимым укать об осуждении ФИО2 и ФИО1, каждого, по ч.3 ст. 180 УК РФ в редакции Федерального закона РФ от 

<

дата> № 325-ФЗ, судебная коллегия 

УСТАНОВИЛА:

В апелляционной жалобе осужденный М. П.Ю. и действующий в его интересах адвокат Филин Д.В. просят приговор Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 

<

дата> в отношении осужденного ФИО2 отменить, постановить оправдательный приговор. Полагают необходимым повторно исследовать доказательства, исследованные в суде первой инстанции – заключение специалиста – товароведа Ш., повторно допросить ее в судебном заседании, истребовать из места хранения вещественных доказательств от ООО «

<

...>» образцы отдушек, использованных ФИО2 в процессе производства продукции, назначить по делу комплексную, комиссионную, сравнительную, химико-технологическую, товароведческую, одорологическую экспертизу, на разрешение которой поставить вопрос: является ли продукция, изготовленная ФИО2 однородной по качеству, назначению, функциональным и потребительским свойствам с фирменной. 

Соглашаясь с позицией суда о том, что никакой ущерб действиями ФИО2 правообладателям не причинен, стороной обвинения не доказан, полагают, что приговор как незаконный подлежит отмене. 

Отмечают, что как следует из диспозиции ст. 180 УК РФ уголовная ответственность в РФ предусмотрена за незаконное использованием чужого товарного знака только для однородных товаров. 

Приводят определение термина «однородные товары», изложенные в нормативно-правовых актах. 

Ссылаются на п. 42 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 23 сентября 2015 года. 

Отмечают, что в нарушение требований действующего законодательства в приговоре не указано, по каким причинам и на основании каких доказательств, произведенный ФИО2 товар признан судом однородным с дорогостоящей парфюмерной продукцией всемирно известных брендов. Полагают, что данные обстоятельства не указаны в приговоре в связи с тем, что сторона обвинения, представляя доказательства, не сочла их подлежащими исследованию и доказыванию, ограничившись экспертными исследованиями упаковок и флаконов. 

Отмечают, что ни химико-технологическая, ни сравнительная товароведческая, ни одорологическая экспертизы содержимого флаконов, изъятых на организованном ФИО2 производстве, в целях выявления его состава, качества, массовой доли этилового спирта в нем, примесей, потребительских свойств, взаимозаменяемости с оригиналом, функционального назначения, не проводились, ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия, полагают, что эти краеугольные для наступления уголовной ответственности вопросы приговор обходит, ввиду отсутствия в деле соответствующих доказательств.

Обращают внимание, что никаких объективных данных о том, что произведенная ФИО2 в кустарных условиях низкокачественная продукция поступала или предназначалась для поступления на реализацию в традиционные места реализации оригинальной брендовой парфюмерной продукции, в приговоре не приведено, поскольку таковых в материалах дела нет. 

Также отсутствуют данные о том, что кто - либо из потребителей был введен или мог быть введен ФИО2 в заблуждение. 

Отмечают, что судом оставлен без исследования вопрос о том, является ли произведенная ФИО2 продукция "парфюмерной", исходя из действующих в РФ ГОСТов и ТУ. 

Полагают, что судом неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исследовании изъятой продукции в судебном заседании с целью назначения вышеуказанных экспертиз содержимого изъятых флаконов. 

Кроме того, не исследованы в ходе предварительного и судебного следствия ни закупленные ФИО2 в Китае "отдушки", путем разведения которых производилась ароматизированная спиртосодержащая жидкость, ни сертификаты на них. 

Обращают внимание, что в деле не имеется технологических производственных карт, регламентов, инструкций, из которых следовала бы однородность произведенной продукции с брендовой. 

Полагают, что данные вопросы не являются формальными, напротив имеют правовое значение, поскольку права на товарные знаки, якобы нарушенные ФИО2, как следует из свидетельств о регистрации товарных знаков, исследованных судом, распространяются лишь на конкретные виды парфюмерной продукции, а не на любые спиртосодержащие жидкости с неустановленными основами. 

Приходят к выводу, что в части вышеуказанных юридически значимых и необходимых для данного состава преступления обстоятельств, свидетельствующих об однородности товаров, приговор неполон, что свидетельствует о его незаконности. 

Отмечают, что из многочисленных экспертных заключений, оцененных судом в приговоре как достоверные, усматривается низкое качество упаковки, отсутствие необходимых кодов, иных средств маркировки оригинальных товаров, низкое качество флаконов, дозаторов и т.д., что исключает отнесение добросовестными потребителями этих товаров к одному и тому же источнику происхождения с оригиналом. 

Ссылаясь на показания допрошенного в судебного заседании 

<

дата> специалиста-товароведа Ш., оцененных судом как достоверные, приходят к выводу, что необходимый признак однородности – коммерческая взаимозаменяемость, исключается, в связи с чем обвинительный приговор вынесен за деяние, образующее состав административного правонарушения, ввиду производства ФИО2 низкокачественной продукции, а не однородных с оригинальными товаров, заменяющих или способных заменить оригинальные. 

Полагают, что необходимый, конструктивный для наступления уголовной ответственности уголовно-правовой признак «неоднократности» вменен ФИО2 судом ошибочно, ввиду отсутствия таковой в его действиях, а переквалификацией действий с шести преступлений на одно неоднократное судом искусственно ухудшено положение подсудимого по сравнению с обвинением, переданным в суд. 

Отмечают, что судом в приговоре процитированы, но неверно применены разъяснения п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №... от 

<

дата>. 

Отмечают, что Верховным Судом РФ прямо указано, что однократное незаконное использование разных товарных знаков неоднократности, в ее уголовно-правовом смысле, не образует. 

Обращают внимание, что данных о том, что М. П.Ю. неоднократно, окончено, использовал любой из предъявленных ему в обвинение чужих товарных знаков, в деле не имеется. Напротив, полагают, что из материалов дела следует, что М. П.Ю. однократно, с единым умыслом, в ходе единого длящегося деяния, не доведенного до конца в связи с изъятием товара, использовал 6 разных чужих товарных знаков. Кроме того, полагают, что из приговора не ясно, какой именно чужой товарный знак был использован ФИО2 первым, то есть однократно. 

Обращают внимание, что в фабуле обвинения, неоднократность отсутствует. Государственный обвинитель в прениях поддержал данную позицию. 

Выражают несогласие с выводом суда о совершении преступления группой лиц по предварительному сговору, поскольку в приговоре не выявлена, не описана и не подтверждена доказательствами причинно-следственная связь между предварительным сговором виновных и наступившими последствиями. 

Отмечают, что судом без надлежащей оценки оставлены значимые факты, а именно: М. П.Ю. с 

<

дата> имеет статус индивидуального предпринимателя, ФИО1 – не имеет; до трудоустройства ФИО1 к ФИО2 осужденные не были знакомы; ФИО1 трудоустроился к ФИО2 на действующее уже производство, расположенное в ранее арендованном ФИО2 помещении, расходов по выплате арендной платы никогда не нес, выполнял исключительно указания ФИО2, служебные обязанности, сначала рабочего, впоследствии администратора, имел график работы, получал оговоренную заработную плату; собственных средств в приобретение оборудования, либо комплектующих, флаконов, упаковки, ФИО1 не вкладывал, в этих действиях ФИО2 никак не участвовал, свои действия М. П.Ю. с ним не согласовывал; долю участия в прибыли/убытках от бизнеса ФИО2 ФИО1 не имел, получал на производство самостоятельно заказанные и оплаченные ФИО2 упаковки, «отдушки», флаконы, то есть названия изготавливаемых брендов не определял. 

Полагают, что вмененное в вину ФИО1 выполнение им трудовых обязанностей незаконно и свидетельствует об обвинительном уклоне суда. 

Полагают, что судом первой инстанции, при оценке действий ФИО1, проигнорированы указания, содержащиеся в п. 9.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> №.... 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 и действующая в его интересах адвокат Михеева Д.Б. просят приговор Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 

<

дата> как незаконный, необоснованный изменить, ФИО1 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. 

В обоснование жалобы ссылаются на положения уголовно-процессуального закона, разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ. 

Отмечают, что суд, указывая на наличие предварительного сговора между ФИО2 и ФИО1, неоднократно ссылается на то, что ФИО1 занимался «организацией производства». Вместе с тем, материалами дела установлено, что ФИО1 трудоустроился на предприятие в 

<

дата>, к тому времени на предприятии уже были трудоустроены несколько человек. 

Обращают внимание, что изначально ФИО1 занимался сборкой и упаковкой продукции, затем работал грузчиком и водителем. Ссылаются в этой части на показания свидетелей. 

Отмечают, что договор аренды нежилого помещения заключен со свидетелем Свидетель №6

Полагают, что вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент трудоустройства ФИО1 производство ФИО2 существовало и функционировало. 

Полагают, что тот факт, что знакомые ФИО1 в дальнейшем были трудоустроены на данное предприятие, не свидетельствует о том, что данные лица намерено подыскивались ФИО1 с целью дальнейшей организации производства. 

Ссылаясь на положения п. 9.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> №..., отмечают отсутствие у ФИО1 какого-либо умысла на совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 180 УК РФ. ФИО1 получал заработную плату на протяжении нескольких лет, в распределении прибыли от реализованной продукции не участвовал. 

Отмечают, что вопреки требованиям п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> №..., постановленный приговор не содержит сведений о том, когда и где М. П.Ю. и ФИО1 вступили в преступный сговор, не указаны мотивы, которыми руководствовался ФИО1, вместе с тем, выполнение поручений руководителя не может быть расценено судом как совершение преступного деяния по предварительного сговору. 

Обращают внимание, что доказательств того, что ФИО1 был осведомлен о намерениях ФИО2 изготавливать продукцию с незаконным использованием чужих товарных знаков, не имеется, как и не имеется доказательств, свидетельствующих о наличии между ФИО2 и ФИО1 предварительного сговора в соответствии с положениями ст. 35 УК РФ. 

Ссылаясь на объяснения ФИО1, приходят к выводу, что в действиях ФИО2 и ФИО1 нет квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, выводы суда первой инстанции об этом противоречат установленным фактическим обстоятельствам дела. 

Обращают внимание, что материалы дела не содержат заключений специалистов на предмет исследования и определения состава изъятой контрафактной продукции. Состав продукции не сравнивался с составом оригинальной продукции. Судом не назначалась соответствующая судебная экспертиза. 

Отмечают, что не установлен признак однородности товаров, в отношении которых был использован чужой товарный знак, поскольку в ходе судебного следствия стороной обвинения были представлены образцы изъятой продукции, участниками процесса отмечено низкое качество упаковки, цветовая гамма упаковки и нанесенного товарного знака, аромат существенно отличающийся от оригинальной продукции. Кроме того, часть продукции произведена объемом 15 мл., вместе с тем, представители потерпевших отметили, что продукция в таком объеме не производится правообладателями. Аналогичный вывод содержится в заключении эксперта от 

<

дата>. 

Отмечают, что судом первой инстанции установлен факт отсутствия причинения ущерба потерпевшим. 

Обращают внимание, что материалами дела не подтверждается факт сбыта изготовленной продукции, предложение ее к продаже, либо выпуск в оборот другим способом. Осужденные никогда не получали прибыли от использования изготовленной продукции, партия была изъята на складе, что свидетельствует о необходимости квалифицировать действия как приготовление к незаконному использованию чужого товарного знака, совершенное неоднократно, то есть по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 180 УК РФ. 

Ссылаясь на положения ст.ст. 80.1, 86 УК РФ, Постановление Правительства РФ от 

<

дата> №..., Приказы Министерства промышленности и торговли РФ от 

<

дата> №...; от 

<

дата> №..., приходят к выводу, что при отсутствии по делу и в объеме предъявленного ФИО1 обвинения ссылок на нарушение предоставления некачественных товаров и услуг в нарушение прав потребителей – граждан РФ, вследствие изменения обстановки, впервые совершенное осужденным преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 180 УК РФ, отнесенное к категории средней тяжести, перестало быть общественно опасным, в связи с чем ФИО1 подлежит освобождению от назначенного наказания на основании ст. 80.1 УК РФ – в связи с изменением обстановки, вместе с тем, судом, вопреки требованиям п. 8 ч.1 ст. 299 УПК РФ данный вопрос разрешен не был. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции полагает приговор как обвинительный законным и обоснованным, подлежащим уточнению в части реакции закона, по которому осуждены М. П.Ю. и ФИО1, законные основания для иных изменений приговора либо для его отмены и для удовлетворения доводов апелляционных жалоб отсутствуют. 

Вина ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления правильно установлена судом тщательно исследованными доказательствами, анализ которых полно приведён в приговоре суда и подтверждается: показаниями свидетелей Свидетель №2, Свидетель №6, Свидетель №1, Свидетель №7, Свидетель №3, Свидетель №5, Свидетель №8, ФИО3 об обстоятельствах их неофициального, без какого-либо документального оформления, устройства на работу, о получении наличных денежных средств в оплату за выполняемые функции на производстве по изготовлению парфюмерной продукции, организованном ФИО2 и его помощником – ФИО1, на территории бывшего завода « 

<

...>» по адресу: 

<

адрес> и по адресу: 

<

адрес>, где изготавливали, хранили контрафактную парфюмерную продукцию с использованием товарных знаков иностранных компаний «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>», «

<

...> », «

<

...>.». 

Показаниями свидетеля Л - старшего оперуполномоченного по особо важным делам 10 отдела ОРЧ ЭП и ПК № 7 ГУ МВД России по СПб и ЛО об обстоятельствах проведении обыска в помещениях 

<

адрес>(на территории бывшего завода «

<

...>»), задержания по подозрению в изготовлении контрафактной парфюмерной продукции ряда лиц.

Показаниями представителей потерпевших - компаний правообладателей: И – представителя ООО «

<

...> которому компании «

<

...>» (

<

адрес>), «

<

...>» ( 

<

адрес>) доверили представлять свои интересы в РФ; показаниями Ш, как представителя ООО «

<

...>», и А, представлявших интересы компании «

<

...>» ( 

<

адрес>) ; Г., представителя ООО «

<

...>», которому компания «

<

...>»( 

<

адрес>) доверила представлять свои интересы в РФ; К – представителя ООО «

<

...>», которому компания «

<

...> » ( 

<

адрес>) доверила представлять свои интересы в РФ; П. - представителя Адвокатского Бюро 

<

адрес> «

<

...>», которому компания «

<

...>.» 

<

адрес>, доверила представлять свои интересы в РФ. Сотрудниками У. Р. по 

<

адрес> указанным представителям были предоставлены образцы обнаруженных и изъятых по настоящему делу товаров парфюмерной продукции, с нанесенными на них товарными знаками перечисленных иностранных компаний. Проведенным исследованием была установлена контрафактность данной продукции Указанные компании юридическим и физическим лицам в Российской Федерации и странах СНГ разрешение на использование своих товарных знаков не предоставляли.

Вина ФИО2 и ФИО1 подтверждается также письменными доказательствами, исследованными судом: протоколом обыска от 

<

дата>, проведенного следователем СУ У. Р. по 

<

адрес> с участием Свидетель №1, Свидетель №3, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №5, Свидетель №4,а также оперуполномоченных 10 отдела ОРЧ (ЭБиПК) №... ГУ МВД Р. по СПб и ЛО в период с 20 часов 05 минут до 23 часов 20 минут по адресу: 

<

адрес>. В ходе обыска была изъята готовая парфюмерная продукция в упаковках под названием «

<

...>» в количестве 828 единиц, «

<

...>»-260 единиц, «

<

...>»-129 единиц, «

<

...>»-1019 единиц, «

<

...>»-380 единиц, 

<

...>»- 137 единиц, «

<

...>»-101 единица, «

<

...>»-370 единиц, «

<

...>»-357 единиц, а также упаковочные коробки с названиями «

<

...>» – 13 коробок, «

<

...>» – 1 коробка, «

<

...>» (классика) – 4 коробки, «

<

...>» – 3 коробки, « 

<

...>»- 1 коробка, «

<

...>» – 7 коробок, «

<

...>»-4 коробки, «

<

...>»-4 коробки,»

<

...>»-7 коробок, «

<

...>»-1 коробка,»

<

...>» -25 коробок (коробки не вскрывались). Также были изъяты упаковочные коробки в количестве 28 штук с названиями парфюмерных брендов, комплектующие к духам: крышки, дозаторы, пустые флаконы ( с маркировкой и без маркировки), спирт в канистрах- 1170 литров, канистры с эссенциями («отдушками») в количестве 22 штук емкостью по 100кг, 50 кг,15 кг,2 коробки с крышками, 6 коробок с 72 бутылками красного цвета, тетради и ежедневники с рукописными записями и иные предметы.

Протоколом обыска от 

<

дата>, согласно которому следователем СУ У. Р. по 

<

адрес> в период с 16 часов 20 минут до 19 часов 50 минут произведен обыск по адресу: 

<

адрес>, с участием ФИО1, Свидетель №8, ФИО3, оперуполномоченного 10 отдела ОРЧ (ЭБиПК) №... ГУ МВД Р. по 

<

адрес> и 

<

адрес> Д, в ходе которого были обнаружены и изъяты коробки с готовой упакованной парфюмерной продукцией, этикетки, а также пустая тара (флаконы) в коробках с использованием товарных знаков указанных иностранных фирм, иные предметы и документы, ноутбук М. «ASUS» в корпусе черного цвета, мобильный телефон «Айфон». Изъятое в ходе обысков имущество и документы осмотрены и признаны вещественными доказательствами. 

Договорами об аренде и субаренде помещений, в которых 

<

дата> были проведены обыски по настоящему уголовному делу; документами представителей зарубежных парфюмерных компаний в РФ, которым по запросам следователя СУ У. Р. по 

<

адрес> Санкт-Петербурга были представлены для исследования образцы изъятой в ходе обысков продукции с предварительными выводами о контрафактности данной продукции; заключениями товароведческих экспертиз от 

<

дата>, от 

<

дата>, от 

<

дата>, от 

<

дата> с выводами о несоответствии изъятой парфюмерной продукции требованиям упаковки и маркировки, о низком качестве используемых материалов. При сравнении обозначений производителя на флаконах и упаковке со словесными и изобразительными товарными знаками правообладателя экспертами отмечено их смысловое и фонетическое тождество, которые являются существенными, информативными и в своей совокупности достаточными для вывода о том, что товарные знаки на представленной продукции сходны до степени смешения с товарными знаками на оригинальной продукции правообладателей.

Вина ФИО2 и ФИО1 подтверждается также иными, подробно приведёнными в приговоре доказательствами. 

Суд первой инстанции, исследовав доказательства в их совокупности, а также показания осуждённых ФИО2 и ФИО1, данные ими в ходе предварительного и судебного следствия, правильно установил фактические обстоятельства дела.

В соответствии с требованиями закона суд полно изложил существо показаний потерпевших, свидетелей и осужденных, раскрыл содержание сведений, содержащихся в письменных доказательствах: в протоколах обысков, в заключениях экспертиз и иных процессуальных документах исследованных в судебном заседании.

Все доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора. Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, установлены правильно. Достоверность доказательств, положенных судом в основу выводов о виновности ФИО2 и ФИО1 у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Судом надлежащим образом установлены, тщательно, полно исследованы все существенные обстоятельства дела, необходимые для его надлежащего разрешения, допрошены все необходимые свидетели и исследованы иные доказательства. Заявленные сторонами ходатайства, заявления рассмотрены в установленном законом порядке. Данных о неисследованности каких-либо имеющих значение для разрешения дела доказательств не имеется. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, прав сторон, прав осуждённых ФИО2, ФИО1 на защиту в ходе предварительного следствия, судебного разбирательства, при постановлении приговора, влекущих отмену приговора, не было допущено. Требования ст. 15 УПК РФ о состязательности сторон судом соблюдены. Достаточность, достоверность и законность доказательств, устанавливающих вину ФИО2 и ФИО1, не вызывает сомнений. Какие-либо существенные и не устранённые судом противоречия в доказательствах, подтверждающих вину ФИО2 и ФИО1, в совершении преступления, отсутствуют и доводы апелляционных жалоб в этой части как несостоятельные удовлетворению не подлежат. Выводы суда при оценке доказательств соответствуют фактическим данным дела, являются правильными и объективными. Доводы апелляционных жалоб, направленные на переоценку выводов суда, несостоятельны, убедительные основания для их удовлетворения отсутствуют, в том числе относительно необходимости тщательного исследования качества продукции, изготовлением которой занимались осуждённые, для определения её однородности с парфюмерной продукцией иностранных фирм, товарные знаки которых осуждённые незаконно использовали, однако низкое качество изготавливаемого контрафактного товара не может свидетельствовать о возможности использования чужих, защищаемых законом РФ, товарных знаков, без разрешения правообладателя, не свидетельствует об отсутствии состава преступления и, таким образом, не исключает уголовной ответственности за указанные действия. Представленными доказательствами подтверждается, что осуждёнными производилась именно парфюмерная продукция, основания утверждать о разнородности продукции, производимой осуждёнными, и продукции, чьи товарные знаки осуждённые незаконно использовали, отсутствуют. Судом при оценке доказательств, выводах о доказанности вины ФИО2 и ФИО1 и квалификации действий каждого из них надлежащим образом учтены требования уголовного закона, разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда №... от 

<

дата> и №... от 

<

дата>. 

Действия осужденных ФИО2 и ФИО1, совершённые в период с 

<

дата> по 

<

дата>, судом правильно квалифицированы по ч.3 ст. 180 УК РФ, в действовавшей на тот период времени редакции Федерального закона РФ от 

<

дата> № 325-ФЗ. Новая редакция данного закона в соответствии с положениями ст.ст.9, 10 УК РФ применению не подлежит. Указанием на прежнюю редакцию закона - от 

<

дата> № 325-ФЗ, по которому осужденные признаны виновными, следует дополнить приговор. 

Судом правильно действия осуждённых ФИО2 и ФИО1 квалифицированы по признаку совершения незаконного использования чужого товарного знака группой лиц по предварительному сговору. Исходя из исследованных доказательств, в том числе показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №7, Свидетель №6, чьи показания последовательны, непротиворечивы и у свидетелей оснований для оговора осуждённых не установлено, М. П.Ю. и ФИО1, действуя согласованно, занимались организацией изготовления и хранения, с целью дальнейшей реализации, контрафактной парфюмерной продукции с использованием чужих товарных знаков известных иностранных фирм, для чего соучастниками были организованы аренда и оборудование помещений, организовано производство, наняты работники, закупалось сырье, компоненты, упаковки, изготавливались рекламные материалы, осуществлялись связи с контрагентами. Согласно распределению ролей при совершении преступных действий М. П.Ю. разработал план преступной деятельности, занимался организацией необходимых для указанной деятельности закупок, оплатой труда наемных работников, вопросами организации сбыта изготовленной контрафактной продукции, распределением полученных денежных средств. ФИО1 согласно поручениям ФИО2 занимался организацией производственного процесса, вопросами хранения, учёта контрафактной продукции, доставки оборудования, сырья, компонентов, наймом работников, контролем за деятельностью нанятых работников, оплату труда которых и оплату своей работы производил в соответствии с указаниями ФИО2 из выделяемых последним денежных средств. Судом правильно установлены конкретные действия, совершённые каждым из соисполнителей преступления, группой лиц, предварительный сговор между которыми подтверждается согласованностью действий каждого из них, направленных на реализацию преступного умысла, связанного с незаконным использованием чужих товарных знаков при осуществлении экономической деятельности. Доводы апелляционных жалоб о том, что ФИО1 умысла на совершение преступления не имел, не участвовал в совершении преступления, а лишь выполнял служебные обязанности при трудоустройстве к ФИО2 как индивидуальному предпринимателю, несостоятельны, опровергаются исследованными судом доказательствами. Судом правильно установлено, что каждый из соучастников, с единым умыслом и согласно предварительной договоренности о распределении ролей, совершал часть действий, входящих в объективную сторону преступления, предусмотренного ч.3 ст. 180 УК РФ.

Также правильно преступные действия осуждённых ФИО2 и ФИО1 квалифицированы по признаку неоднократности при использовании осуждёнными чужих товарных знаков как средств индивидуализации изготавливаемого ими товара, принадлежащих различным правообладателям указанных знаков - компаниям, чьи права охраняются законом на территории Российской Федерации, а именно компаниям «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>.», «

<

...>». 

Судом также сделан обоснованный вывод о том, что из предъявленного обвинения подлежит исключению, как вмененный без достаточных оснований, квалифицирующих признак причинения крупного ущерба, ввиду неустановления в ходе предварительного следствия обстоятельств сбыта произведённой осуждёнными продукции. Судом правильно по признаку неоднократности шесть преступлений, связанных с незаконным использованием товарных знаков указанных иностранных компаний, в совершении которых было предъявлено обвинение ФИО2 и ФИО1, квалифицированы как единое преступление, предусмотренное ч.3 ст. 180 УК РФ, как незаконное использование чужого товарного знака, совершенное неоднократно, по предварительному сговору группой лиц. Основания для переквалификации действий ФИО2 и ФИО1 отсутствуют. 

При назначении наказания осуждённым ФИО2 и ФИО1 судом надлежащим образом учтены характер и степень общественной опасности совершённого ими преступления, относящегося к категории преступлений средней тяжести, данные о личности каждого из осуждённых, о состоянии здоровья каждого из них и членов их семей, влияние назначенного наказания на исправление ФИО2, ФИО1 и на условия жизни их семей, а также характер и степень участия каждого из осуждённых в совершении преступления. Судом правильно учтены смягчающие наказание ФИО2 и ФИО1 обстоятельства в соответствии с п. «г» ч.1, ч.2 ст. 61 УК РФ, отсутствие отягчающих наказание ФИО2 и ФИО1 обстоятельств. Судом обоснованно каждому из осуждённых назначено наказание в виде лишения свободы, с применением дополнительного наказания в виде штрафа, который назначен ФИО2 и ФИО1, исходя из установленного дохода каждого из осуждённых. С учётом представленных данных о личности ФИО2 и ФИО1, наличия смягчающих наказание обстоятельств в отношении каждого из осуждённых и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершённого преступления, суд обоснованно пришёл к выводу о возможности исправления ФИО2 и ФИО1 без реального отбывания ими наказания в виде лишения свободы в порядке применения ст. 73 ФИО4 и назначения наказания в виде лишения свободы условно, с испытательным сроком. Судом правильно установлено отсутствие оснований для применения ч.6 ст.15, ч.1 ст. 62, ст. 64 УК РФ при назначении наказания осуждённым. Судом также правильно установлено отсутствие данных для применения ст. 80.1 УК РФ - для освобождения от наказания осуждённых в связи с изменением обстановки, не усматривает таковых данных также и суд апелляционной инстанции. Судом надлежащим образом учитывалось как смягчающее наказание обстоятельство данные о состоянии здоровья ФИО2, представленные суду апелляционной инстанции дополнительные данные о заболевании ФИО2 не расцениваются как основания для изменения приговора в части назначенного ему наказания. Назначенное ФИО2 и ФИО1, каждому, наказание является справедливым, соразмерным тяжести содеянного и данным о личности каждого из осуждённых. Основания для смягчения назначенного наказания отсутствуют. 

При назначении дополнительного наказания в виде штрафа осуждённым суд обоснованно применил положения ч.3 ст. 46 УК РФ о рассрочке при уплате осуждёнными назначенного каждому из них штрафа.

Основания для отмены приговора, для удовлетворения доводов апелляционных жалоб отсутствуют. Приговор подлежит изменению в виде уточнения редакции закона, по которому осуждены М. П.Ю. и ФИО1 В остальном приговор в отношении ФИО2 и ФИО1 как законный, обоснованный и справедливый подлежит оставлению без изменения. 

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 

<

дата> в отношении осуждённых ФИО2, ФИО1 изменить, дополнив приговор указанием на осуждение ФИО2 и ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст. 180 УК РФ в редакции Федерального закона РФ от 

<

дата> № 325-ФЗ.

В остальном приговор оставить без изменения. 

Апелляционные жалобы осужденных ФИО2, ФИО1 адвокатов Филина Д.В. и Михеевой Д.Б. оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ. Кассационные жалоба, представление на приговор районного суда, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев, осуждёнными, в случае содержания под стражей, - в тот же срок со дня вручения каждому копии приговора, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационных жалобы, представления осуждённые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Судья -