дело № 2-3640/2020

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«11» сентября 2020 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.,

с участием прокурора Пряловой Д.Н., 

при секретаре Меркуловой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «ФИО7» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «ФИО9» (далее по тексту АО «ФИО8») о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере № рублей (л.д. 3-4).

В обоснование заявленных требований истец указал, что в период с (дата) по (дата) состоял в трудовых отношениях с АО «ФИО10». (дата) ему были установлены диагнозы профессионального заболевания нейросенсорная тугоухость, силикоз, а впоследствии утрата профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием силикоз в размере № % и третья группа инвалидности, в связи с профессиональным заболеванием нейросенсорная тугоухость – утрата профессиональной трудоспособности в размере № %. Актами расследования профессиональных заболеваний от (дата) установлено, что профессиональные заболевания возникли в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов, вины истца в профессиональных заболеваниях не выявлено. В результате полученных заболеваний истцу причинен моральный вред, поскольку он испытал и испытывает в настоящее время физические страдания, выражающиеся в постоянных болевых ощущениях в груди и горле, в голове и ушах. Также истец испытывает нравственные страдания, выражающиеся в страхе за своё здоровье и за свою жизнь, переживаниях из-за невозможности вести прежний образ жизни, недосыпаниях из-за приступов удушья, переживаниях из-за необходимости постоянного использования ингалятора для восстановления дыхания, страхе забыть дома ингалятор или потерять его, страхе попасть под автомобиль и другой транспорт, истец вынужден ограничивать себя в общении с другими людьми. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО4, допущенный к участию в деле по устному ходатайству истца, заявленные требования поддержали в объеме и по основаниям, указанным в иске. 

Представитель ответчика АО «ФИО11» ФИО5, действующая на основании доверенности от (дата), исковые требования признала частично, представила письменные объяснения по делу (л.д. 35), в которых факт причинения ФИО1 морального вреда действиями ответчика не оспаривала, однако полагала сумму компенсации морального вреда завышенной. Указывала на то, что истцу было известно о вредном характере его работы. Ссылалась на отсутствие у ответчика умысла на причинение вреда здоровью истца. Кроме того, утверждала, что моральный вред причинен не только ответчиком, но и иными предприятиями, на которых истец также работал во вредных условиях труда длительный период времени. 

Суд, выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, введенного в действие с (дата), обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; проведение аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как установлено судом, истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «ФИО12», в период со (дата) по (дата) работал в качестве шихтовщика в плавильном цехе № ферросплавного производства.

С (дата) по (дата) ФИО1 работал в ООО ФИО13 в арендуемом у АО «ЧЭМК» плавильном цехе № ферросплавного производства также в качестве шихтовщика. 

С (дата) ФИО1 вновь трудоустроен в АО «ФИО14» в качестве шихтовщика в плавильном цехе № ферросплавного производства, где проработал до (дата).

До трудоустройства на АО «ФИО15» со (дата), истец состоял в трудовых отношениях с иными предприятиями, в частности в период с (дата) по (дата) работал в качестве слесаря по ремонту металлургического оборудования в ФИО16», с (дата) по (дата) работал в качестве слесаря механосборочных работ на ФИО17 (АО «ФИО18»).

Указанные выше обстоятельства подтверждаются копией трудовой книжки истца (л.д. 9-10), копией личной карточки, заявлениями ФИО1, трудовым договором (л.д. 40-50), сторонами по делу не оспаривались. 

В период работы истца ФИО1 на АО «ФИО19», (дата), актом № о случае профессионального заболевания установлено, что ФИО1 работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов (дата), в связи с чем при медицинском осмотре у него выявлено профессиональное заболевание силикоз (л.д.6).

Согласно вышеуказанному акту о случае профессионального заболевания от (дата), шихтовщик цеха № в ОАО «ФИО20» производит дозирование шихтовых материалов, обслуживание ленточных транспортеров, валковых и конусных дробилок, сушильного барабана; осуществляет подачу фракционированных шихтовых материалов в печные бункера; производит уборку рабочего места, приемку и сдачу смены, при этом на шихтовщика цеха действуют высоко-опасные и слабо-опасные АПДФ, вредные вещества 2 класса опасности, производственный шум, инфразвук, вибрация общая, неблагоприятная световая среда, неблагоприятный производственный микроклимат. Длительность воздействия профессиональных вредных факторов – 80 % времени смены. 

Общая оценка условий труда шихтовщика цеха № ОАО «ФИО21» с учетом комбинированного и сочетанного воздействия всех вредных факторов производственной среды и трудового процесса определяется как класс 3.3 (вредный 3 степени). 

Также из указанного выше акта следует, что в организации ООО «ФИО22» ФИО1 проработал с (дата) по (дата) в должности слесаря механо-сборочных работ в сварочном цехе, в чьи обязанности входило установка комплектующих деталей в стенд, закрепление их, осуществление освобождение узла от прижимов, снятие его из стенда, зачистка сварочных брызг и наплывов скребком или бормашиной, для чего применялись грузоподъемные механизмы.

Из имеющихся в распоряжении комиссии документов, наличие вины работника в возникновении заболевания, не установлено, при этом комиссия пришла к выводу, что заболевание является профессиональным, возникло в результате несовершенства технологии, неэффективной вентиляции, непосредственной причиной заболевания послужило воздействие с пылью с содержанием свободной двуокиси кремния более 10 %.

Также в период работы истца ФИО1 на АО «ФИО23» (дата), актом № о случае профессионального заболевания установлено, что при медицинском осмотре у истца выявлено профессиональное заболевание нейросенсорная тугоухость двухсторонняя, связанная с воздействием производственного шума (л.д.7).

Из имеющихся в распоряжении комиссии документов, наличие вины работника в возникновении вышеуказанного заболевания, не установлено, при этом комиссия пришла к выводу, что заболевание является профессиональным и тоже возникло в результате несовершенства технологии, непосредственной причиной заболевания послужил контакт с производственным шумом.

В настоящее время ФИО1 установлено профессиональное заболевание нейросенсорная тугоухость двусторонняя, связанная с воздействием производственного шума, с 4 степенью снижения слуха, № % утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности бессрочно в связи с данным профессиональным заболеванием, а также профессиональное заболевание силикоз, хронический необструктивный бронхит, базальная эмфизема легких, ДН 1 ст. ХЛС, компенсация и № % утраты профессиональной трудоспособности в связи с данным профессиональным заболеванием бессрочно, что подтверждается соответствующими справками (л.д. 10 оборот, 11), программами реабилитации (л.д. 22-28), сторонами по делу не оспаривалось. 

Совокупность указанных выше доказательств, позволяет суду придти к выводу о том, что производство в цехах АО «ФИО24», где осуществлял свои трудовые функции истец, связано с повышенной опасностью для окружающих, является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в актах расследования профессиональных заболеваний, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, а потому обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчика независимо от наличия либо отсутствия вины работника.

Учитывая, что профессиональные заболевания у ФИО1 возникли в связи с длительным воздействием на организм вредных производственных веществ в АО «ФИО26», доказательств наличия причинно-следственной связи между работой ФИО1 на иных предприятиях и возникшим у него профессиональным заболеванием, АО «ФИО25» не представлено, принимая во внимание, что истец длительное время проработал во вредных условиях труда на АО «ФИО27», при этом представитель ответчика не оспаривал вредный характер условий труда, в которых работал истец, суд приходит к выводу о доказанности причинно-следственной связи между трудовой деятельностью истца на АО «ФИО28» и наступившими неблагоприятными последствиями – профессиональным заболеванием, а также отсутствии правовых оснований для возложения ответственности за возникновение у истца профессионального заболевания на иных работодателей. 

Доводы представителя ответчика о грубой неосторожности истца, повлекшей усугубление вреда его здоровью, суд находит несостоятельными, поскольку, продолжая работать после установления профессионального заболевания, он реализовывал конституционное право на труд, при этом законодательством – ранее действующим Кодексом законов о труде РСФСР (ст. 139) и ныне действующим Трудовым кодексом Российской Федерации (ст. 212) – обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

С учетом установленных обстоятельств суд полагает доказанным факт причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов физических и нравственных страданий, связанных с развитием и течением у него профессиональных заболеваний, которые нарушают личные неимущественные права истца. 

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда – наличие двух профессиональных заболеваний, продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов на АО «ФИО29», степень вины ответчика, возраст истца и степень утраты им трудоспособности по каждому профессиональному заболеванию, наличие третьей группы инвалидности в связи с одним из профессиональных заболеваний, прогрессирование заболевания, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере № рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца в заявленном размере № рублей суд не находит.

Учитывая положение ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о взыскании с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с АО «ФИО30» также подлежит взысканию в доход муниципального бюджета государственная пошлина в размере № рублей, исчисленная в соответствии с подп.3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 103, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «ФИО32» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда № рублей, в остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере № рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Максимова

Мотивированное решение изготовлено 18 сентября 2020 года

Судья Н.А. Максимова 

дело № 2-3640/2020