судья Ковалев В.Н. дело № 22-2141/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 мая 2020 г. г. Ставрополь

Судья Ставропольского краевого суда Гунарис Р.Г.

при секретаре Григорян А.А.,

с участием прокурора отдела управления Генеральной прокуратуры РФ в Северо-Кавказском федеральном округе Шалимова Р.В., представителей потерпевшего ФИО1 и ФИО2, оправданного ФИО3 и его защитника - адвоката Фурсова Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Шалимова Р.В. на приговор Пятигорского городского суда Ставропольского края от 20 января 2020 г., которым 

ФИО3, родившийся *********, несудимый,

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления;

мера пресечения в отношении ФИО3 в виде подписки о невыезде отменена;

за оправданным признано право на реабилитацию;

отказано в удовлетворении гражданского иска представителя потерпевшего ФКУЗ «******» - ФИО4 о возмещении причиненного материального ущерба на сумму 118 980 рублей 70 копеек;

разрешены вопросы о вещественных доказательствах и процессуальных издержках.

Изложив кратко содержание приговора и существо апелляционного представления, заслушав мнение прокурора об отмене приговора по доводам представления, выступления оправданного, адвоката и представителей потерпевшего об оставлении представления без удовлетворения,

УСТАНОВИЛ:

органом предварительного расследования ФИО3 обвинялся в совершении мошенничества, т.е. хищении имущества ФКУЗ «******» путем обмана, в крупном размере – на общую сумму ****** рублей ** копеек.

В соответствии с п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель Шалимов Р.В. изменил обвинение ФИО3 в сторону смягчения путем переквалификации деяния, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ на ч. 3 ст. 327 УК РФ, то есть использование заведомо подложного документа.

Государственный обвинитель Шалимов Р.В., изменив обвинение ФИО3 в сторону смягчения, обвинял последнего в совершении использования заведомо подложного документа - фиктивной банковской гарантии № 9959-БГ от 15 января 2014 года, якобы выданной Председателем Правления ОАО "******" ФИО5, которая фактически, по мнению государственного обвинителя, указанным кредитным учреждением не выдавалась, и в период с 13 января 2014 года по 04 февраля 2014 года представленной ФИО3 в ФКУЗ "********" МВД России".

В апелляционном представлении государственный обвинитель Шалимов Р.В. с приговором не согласен, мотивируя следующим.

Дана необъективная и противоречивая оценка отдельным доказательствам, свидетельствующим о виновности ФИО3 Отсутствие в электронной базе данных операционного дня банка «******», ведение которой в соответствии с действующим законодательством являлось обязательным, сведений об ООО «******» и выданной данному юридическому лицу банковской гарантии подтверждает подложность данной гарантии. Дана неверная оценка доводам стороны защиты о том, что банковская гарантия была получена через ООО «******». Из допроса свидетеля ФИО7 (ФИО6) следует, что факт невыполнения ею каких-либо распорядительных функций в обществе свидетельствует о невозможности получения законным путем банковской гарантии.

В качестве доказательства приняты показания свидетеля ФИО7 о том, что весь пакет документов для заключения государственного контракта, в том числе и банковская гарантия, предоставлялся в ФКУЗ «******» от имени ООО «******» ФИО3

Просит приговор отменить, дело возвратить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Фурсов Е.В. считает оправдательный приговор законным, обоснованным. Отсутствуют доказательства поддельности банковской гарантии. Уголовное дело по факту подделки банковской гарантии не возбуждалось. Отсутствуют доказательства того, что ФИО3 использовал банковскую гарантию. В ходе рассмотрения дела по существу стороной защиты был направлен запрос в ОМВД России по району Замоскворечье УВД по ЦАО г. Москвы, куда согласно материалов дела был направлен материал проверки по факту подделки банковской гарантии, в использовании которой обвинялся ФИО3 Согласно полученного ответа, по факту подделки документа была проведена проверка, в результате которой было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления.

Просит приговор оставить без изменений, апелляционное представление без удовлетворения.

В силу ч. 7 ст. 389.13 УПК РФ апелляционное рассмотрение произведено без проверки доказательств, исследованных судом первой инстанции, что, однако, не лишает суд апелляционной инстанции права ссылаться на них.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает следующее.

Выводы суда об оправдании ФИО3 по предъявленному обвинению, вопреки доводам представления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении уголовного закона, а сам приговор о таком оправдании постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ.

В приговоре с учетом относимости и достаточности для разрешения дела приведены доказательства, представленные суду сторонами. При этом его содержание свидетельствует о том, что судебная проверка и оценка доказательств произведены с соблюдением требований ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Оценив доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и совокупности-достаточности для разрешения дела, суд пришел к мотивированному выводу о том, что виновность ФИО3 не получила подтверждение в ходе судебного разбирательства, а в деянии подсудимого отсутствует состав инкриминируемого преступления.

В этой связи суд обоснованно указал о том, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Причем вопреки доводам апелляционного представления судом правомерно указано, что выводы стороны обвинения о подложности банковской гарантии ОАО «***» от 15 января 2014 года, осведомленности ФИО3 о такой подложности и использовании им заведомо для него подложного документа, основаны исключительно на предположениях, влекут за собой неустранимые в судебном заседании сомнения в виновности подсудимого, не подтверждены достоверными, достаточными, объективными, относимыми и допустимыми доказательствами, а установленные фактические обстоятельства достоверно, объективно и однозначно свидетельствуют о недоказанности факта как подложности банковской гарантии и о недоказанности наличия в деянии ФИО3, объективной и субъективной сторон состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УПК РФ.

Одновременно в приговоре обоснованно указано на непредставление стороной обвинения неопровержимых и достаточных доказательств, подтверждающих виновность подсудимого, что обязывало суд руководствоваться положениями ч. 3 ст. 14 УПК РФ и с учетом презумпции невиновности толковать неустранимые сомнения в пользу обвиняемого. 

Находя правомерным вывод суда первой инстанции об оправдании подсудимого, суд апелляционной инстанции исходит из существа обвинения, предъявленного государственным обвинителем.

Действия обвиняемого были квалифицированы по ч. 3 ст. 327 УК РФ, как использование заведомо подложного документа.

Так, вопреки доводам апелляционного представления суду не было представлено достоверных документальных и объективных сведений, свидетельствующих о подложности (подделки, фальсификации) банковской гарантии от 15 января 2014 года № 9959-БГ.

Судом первой инстанции было установлено, что банковская гарантия от 15 января 2014 года № 9959-БГ выполнена на бланке ОАО «******», содержит оригинал оттиска печати банка, оригиналы подписей Председателя Правления ОАО «******» ФИО5, главного бухгалтера банка ФИО8

Суд верно указал об отсутствии сведений о подделке и (или) фальсификации печати банка и подписей лиц, подписавших банковскую гарантию, а также фальсификации гарантии или изготовление банковской гарантии не ОАО «******», лицами, не имеющими право на ее составление или выдачу.

Суд апелляционной инстанции считает также несостоятельным довод апелляционного представления об отсутствии в электронной базе данных операционного дня банка «******» сведений об ООО «******» и выданной данному юридическому лицу банковской гарантии.Статья 40.1 Федерального закона от 02 декабря 1990 года «О баках и банковской деятельности» установлена обязанность кредитных организаций отражать все осуществленные операции и иные сделки в электронных базах данных, позволяющих обеспечить хранение информации не менее чем пять лет с даты включения сведений в базы данных, и обеспечивать возможность доступа к таим сведениям по состоянию на каждый операционный день, в целях хранения информации.

Согласно п. 1.1 Положения Центрального Банка РФ от 21 февраля 2013 года «О порядке создания, ведения и хранения баз данных на электронных носителях», в целях хранения информации об имуществе, обязательствах кредитной организации, организация обязана отражать в электронных базах данных операции и иные сделки. Кредитная организация обеспечивает возможность определения даты осуществления операций и сделок, а также информации о лицевом счете. Кредитная организация обязана включать в электронные данных информацию о договорах и иных сделках, об иных документах, включая информацию о первичных учетных документах, отражающих проведение операций.

Судом правильно применены редакции указанных нормативных актов, действовавших на момент инкриминируемого деяния.

Таким образом, суд первой инстанции правильно указал, что Федеральный закон «О баках и банковской деятельности» и Положение Центрального Банка России, не содержат прямых указаний о сроках внесения в электронную базу данных кредитной организации о совершении ею операций и сделок, в том числе в виде выдачи банковских гарантий.

Сославшись на п.п. 2.1-2.1.2 указанного Положения Центрального Банка РФ, суд указал, что кредитная организация должна разработать внутренние документы по вопросам создания, ведения и хранения электронных баз данных. Распорядительными актами и внутренними документами кредитной организации должны быть определены полномочия и ответственность лиц, осуществляющих действия по созданию, ведению, хранению электронных баз данных, а также по защите информации и электронных носителей при их хранении и использовании. Внутренними документами кредитной организации должны быть определены способы создания, ведения хранения электронных баз данных, включая хранение версий программного обеспечения систем и подсистем, используемых при создании электронных баз данных, а при необходимости и аппаратных средств.

Суд апелляционной инстанции согласен с выводами суда о том, что порядок создания, ведения и хранения электронных баз данных кредитные организации должны определять самостоятельно на основании внутренних документов.

Стороной обвинения не было представлено каких-либо внутренних документов ОАО «******», действующих на 15 января 2014 года, содержащих сведения о порядке ведения электронной базы данных, сведений о сроках внесения в нее сведений о выданных банковских гарантиях.

Отсюда следует, что только отсутствие в электронной базе данных ОАО «******» за 15 января 2014 года сведений об ООО «******» и банковской гарантии, не могут однозначно свидетельствовать о факте подложности банковской гарантии от 15 января 2014 года № 9959-БГ.

Подлежит отклонению также ссылка апелляционного представления на показания свидетеля ФИО7 (ФИО6) о том, что факт невыполнения ею каких-либо распорядительных функций в обществе свидетельствует о невозможности получения законным путем банковской гарантии.

Суд первой инстанции, оценив повторные и оглашенные показания свидетеля ФИО7, пришел к правильному выводу, что из них следует лишь установление фактов фактического руководства ФИО3 ООО «******», возможности осуществления им лично денежных переводов, осуществления им действий по получению банковской гарантии и представления ее с другими документами в ФКУЗ «******» для участия в аукционе. При каких обстоятельствах ФИО3 получил банковскую гарантию ей неизвестно.

Суд апелляционной инстанции согласен с тем, что показания свидетеля ФИО7 не содержат ни доводов о подложности банковской гарантии, об осведомленности ФИО3 о ее подложности, фиктивности либо подделке. Показания указанного свидетеля подтверждают только факты фиктивности ООО «******» и подписании неустановленным лицом в 2012-2014 годах документов ООО «******», в том числе финансового характера от ее имени. Указанное не свидетельствуют о том, что ООО «******» под руководством фактического неустановленного руководителя фактически не осуществляло деятельность по оказанию консалтинговых услуг.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО3 в момент дистанционного заказа ООО «******» услуги по получению банковской гарантии был осведомлен о том, кто фактически является руководителем ООО «******» и о том, что данное общество оформлено на неосведомленное лицо; что ФИО3 лично контактировал с фактическим руководителем ООО «******» по вопросу выдачи банковской гарантии либо выезжал для этого в Нижегородскую область или предпринимал для этого иные действия.

При этом суд верно указал о том, что показания свидетелей Г.С.В., Н. С.В., З. С.Д., Р. А.А. и других, заключение эксперта от 11 ноября 2016 года свидетельствуют только о том, что ФИО3 в 2012-2015 годах являлся фактическим руководителем ООО «******», занимался оформлением и подачей документов для участия в открытом аукционе на право заключить контракт на выполнение работ по капитальному ремонту в ФКУЗ "********", а также непосредственным заключением такого контракта и выполнением строительных работ.

Довод апелляционного представления о том, что суд неправильно оправдал ФИО3 с применением п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, является несостоятельным по следующим основаниям. 

Суд не располагал достаточной совокупностью допустимых, достоверных, объективных, подтвержденных и бесспорных доказательств, которые подтверждали бы, что ФИО3 использовал заведомо подложный документ. 

Отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии в деянии ФИО3 объективной и субъективной сторон состава инкриминируемого преступления.

Так, исходя из смысла уголовного закона преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 327 УК РФ, совершается с прямым умыслом. Лицо осознает общественную опасность использования заведомо подложного документа, осознает, что использует заведомо подложный документ и это позволит ему приобрести какие-либо права или освободиться от каких-то обязанностей, и желает этого.

В материалах дела отсутствуют доказательства умысла на использование заведомо подложного документа. В судебном разбирательстве не нашли своего подтверждения доводы стороны обвинения о том, что ФИО9 имел умысел на использование заведомо подложного документа, из корыстных побуждений, руководствуясь целью получения прибыли от предпринимательской деятельности по исполнению условий государственного контракта, подыскал изготовленную неустановленными лицами фиктивную банковскую гарантию ОАО "******", которая фактически указанным кредитным учреждением не выдавалась, и представил ее в ФКУЗ "*****" *******".

Кроме того, доводы стороны обвинения о подложности банковской гарантии ОАО «******» от 15 января 2014 года № 9959-БГ основаны на предположениях, не подтверждены достоверными, достаточными, объективными, относимыми и допустимыми доказательствами, а фактические обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства свидетельствуют о недоказанности факта подложности банковской гарантии и, соответственно о недоказанности наличия в деянии ФИО3, представившего такую банковскую гарантию в ФКУЗ «******», объективной стороны состава преступления.

Сведений о возбуждении уголовного дела по факту подделки банковской гарантии ОАО «******» от 15 января 2014 года № 9959-БГ и судебного решения по данному факту суду не представлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено. Основания для удовлетворения доводов апелляционного представления государственного обвинителя Шалимова Р.В. отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, п.п. 1, 2, 3 ст. 389.15 и ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Пятигорского городского суда Ставропольского края от 20 января 2020 г. в отношении ФИО3 оставить без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 22 мая 2020 г.