дело № 2 -417/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Белая Глина 29 ноября 2017 года

Белоглинский районный суд 

Краснодарского края в составе:

судьи Азовцевой Т.В.

при секретаре Хорольской Г.В.

с участием истца ФИО8, представителя ФИО9, представителя ответчика ФИО10, ФИО11, ФИО12, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО8 к МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» о признании приказов о применении дисциплинарного взыскания № 80 от 04.08.2017 г. и № 82-К от 15.08.2017 г. незаконными, 

установил:

ФИО8 обратилась в суд с исковым заявлением к МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» о признании приказов о применении дисциплинарных взысканий № 80 от 04.08.2017 г. и № 82-К от 15.08.2017 г. незаконными, в котором просит признать незаконными указанные приказы и обязать ответчика выплатить премию за август и сентябрь 2017 года.

В обоснование иска ФИО8 указала, что 01.02.1999 г. она была принята на работу в Районный историко-краеведческий музей в качестве младшего научного сотрудника, 01.11.2001 г. переведена на должность старшего научного сотрудника. Впоследствии районный историко-краеведческий музей был переименован в МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» (далее музей). 01.02.2013 г. она была переведена на должность главного хранителя фондов. На протяжении всего периода работы она неоднократно ставила в известность руководителей музея о том, в музее отсутствует разделение экспонатов на основной и научно- вспомогательный фонды, а также не ведутся регистрационные книги основного и научно-вспомогательного фонда. 

21.02.2017 г. директором музея был издан приказ о сверке наличия музейного предметов с учетно-хранительской документацией. Согласно п. 4 данного приказа она по итогам сверки до 01.04.2017 г. должна была представить акт сверки. 28.02.2017 г. истица на имя директора музея подала докладную. В которой она высказывала свое мнение о целесообразности проведения сверки совместно с разделением фонда музея на основной и научно-вспомогательный с записью экспонатов в эти книги, тем самым в очередной раз поставив руководителя о том, что отсутствует разделение фондов. Ввиду отсутствия в музее фондово-закупочной комиссии невозможно было соблюдать процедуру отнесения экспоната к тому или иному фонду. Несмотря на отсутствие разделения экспонатов на основной и научно-вспомогательный фонды, 27.07.2017 г. приказом директора музея № 24 на истицу была возложена обязанность ежедневно предоставлять сведения редактору электронных баз данных о предметах основного фонда ( в количестве 12 единиц) на бумажном носителе по форме, приложенной к приказу. По причине невозможности исполнения данного приказа истица попросила его копию на руки, в чем ей было отказано с составлением акта об отказе в подписании. 28.07.2017 г. директор музея потребовала от истицы исполнения приказа от 27.07.2017 г. или объяснительную о причинах невыполнения приказа. В объяснительной от 28.07.2017 г. истица указала, что не имеет возможности исполнить приказ по причине отсутствия разделения экспонатов на фонды.

Приказом № 80 от 04.08.2017 г. «О применении дисциплинарного взыскания» в связи с ненадлежащим исполнителем хранителем фонда своих трудовых обязанностей, возложенных приказом № 24 от 27.07.2017 г., выразившемся в отказе выполнить работу, истице объявлен выговор.

02.08.2017 г. истица была ознакомлена с приказом директора музея № 27 от 01.08.2017 г. «О предоставлении плана-графика», согласно которого в срок до 03.08.2017 г. она должна была разработать и представить на утверждение директору план-график регистрации музейных предметов в государственном каталоге Музейного фонда РФ музейных предметов и коллекций, зарегистрированных в книгах поступлений основного фонда музея до 31.12.2016 г.

04.08.2017 г. директор музея потребовала от истицы объяснительную о причинах невыполнения приказа № 27 от 01.08.2017 г.. В своей объяснительной истица указала, что не может разработать план-график регистрации музейных ценностей, так как в музее регистрация экспонатов осуществляется только в книге поступлений. Книги поступлений основного и научно-вспомогательного фондов отсутствуют. Учетные обозначения экспонаты имеют только по книге поступлений МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей». 16.08.2017 г. директор музея вновь потребовала от истицы объяснительную и в этот же день ознакомила ее с приказом № 82-К от 15 августа 2017 года «О применении дисциплинарного взыскания» за неисполнение трудовых обязанностей, в котором истице объявлен выговор. 

По причине вынесения двух дисциплинарных взысканий истица была лишена премии за август-сентябрь 2017 г. Истица полагает, что поскольку приказы о назначении дисциплинарных взысканий были вынесены необоснованно, то и премии она лишилась незаконно.

В судебном заседании истица ФИО8 и ее представитель ФИО9 частично уточнили исковые требования и просили: признать приказы № 80 от 04.08.2017 г. и № 82-К от 15.08.2017 г. незаконными, обязать директора музея рассмотреть вопрос о премировании истицы за период работы в музее с августа по ноябрь 2017 г. в соответствии с показателями и критериями оценки качества работы Положения об оплате труда работников учреждения или о лишении ее премии с обоснованием принятия такого решения, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, расходы на оплату услуг адвоката в размере 15 тысяч рублей. 

ФИО8 пояснила, что работала в музее младшим научным сотрудником, часто ездила на учебу и поняла, что в музее неправильно ведется учет экспонатов. Была неоднократно комиссия, которая делала замечание и давала указание о разделении экспонатов, но бывший директор сказала, что она много лет так вела учет экспонатов и по другому она делать не будет. Они постоянно отправляли статотчет, в котором расписано сколько каких экспонатов, но это было все лишь на бумаге, на самом деле была книга, в которой карандашом указано, что такой экспонат относится к основному, такой к научно-вспомогательному фонду. В 2011 году директором музея стала ФИО13, истица ей неоднократно говорила, что нужно делать правильно документацию. Истица не может сама переписать книги, должно быть разрешение из Министерства культуры, что предусматривается инструкцией. В 2013 году она согласилась перейти на должность главного хранителя фондов МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей». Впоследствии в музее долго был ремонт и переезд, все экспонаты хранились в ящиках. Она стала говорить директору, что нужно сразу делать документы, когда разбираются ящики, когда стали выставлять экспонаты, смотрели предметы и сверяли их по книге, многие предметы были без номеров, или указаны под одним номером несколько экспонатов. Сейчас надо либо признать их основным фондом или разделить их. В феврале месяце она написала докладную на имя директора, что нельзя сверку сделать, так как нет номеров на многих экспонатах. Разделение только в книге, подписано где карандашом, где ручкой. Директор в 2013 году дала указание присвоить экспонатам номера, но без экспертной фондово-закупочной комиссии музея это сделать невозможно. Должен быть составлен протокол об отнесении предметов к определенному фонду, который утверждается директором и скрепляется печатью музея. После получения выговора истица поехала в музей им. Фелицына проконсультироваться по этому поводу. Приехала комиссия из музея им. Фелицына и разъяснила, что нужно делать. Но директор считает, что фонды в музее разделены. Поданные сведения в отчете были ложные. Дальше подавать ложные сведения истица уже не смогла. Выполнять приказы директора также не смогла, так как фонды не распределены. Считает, что директор незаконно вынесла приказы о назначении дисциплинарных взысканий. Кроме этого ее лишили премии, но кроме своей работы, она еще вела работу научного сотрудника, которая была в отпуске, за эту работу ее также не премировали. Учет ведет главный хранитель, а хранение ведет просто хранитель. 

Представитель истицы ФИО9 пояснила, что на протяжении всего периода работы в музее истица неоднократно ставила в известность руководителей музея о том, что в нарушение действующего законодательства в музее отсутствует разделение экспонатов на основной фонд и научно-вспомогательный фонд, а так же не ведутся регистрационные книги основного фонда и научно-вспомогательного фонда. Последний раз об этом говорила в феврале 2017 года, до этого все было в устной форме. Только 28 сентября 2017 года ей была передана книга поступлений, что свидетельствует о том, что данного документа не было у ФИО14. Вина работника в неисполнении приказов № 24 от 27.07.2017 г. и № 27 от 01.08.2017 г. отсутствует. Все музеи на территории РФ свою работу осуществляют на основе Инструкции по учету и хранению музейных ценностей, находящихся в государственных музеях СССР, утвержденной Приказом Министерства культуры СССР N 290 от 17 июля 1985 г. Согласно п. 2 главы 1 Инструкции «Общие положения. Порядок учетно - хранительской работы» в каждом музее должна быть разработана собственная инструкция, определяющая внутренний порядок учета, хранения и реставрации музейных ценностей. Подобная инструкция в МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» отсутствует. Также согласно п. 75 раздела II «Состав музейных фондов» Инструкции собрания всех музеев состоят из основного и научно - вспомогательного фондов. П. 80 Инструкции предусматривает, что отнесение предметов к определенному фонду производится фондово - закупочной комиссией музея и оформляется протоколом, который утверждается директором и скрепляется печатью музея. В МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» экспертная фондово — закупочная комиссия была создана приказом директора 20.09.2017 г. Именно фондово-закупочная комиссия принимает решение о принятии предмета в музей в качестве экспоната и отнесение его в один из фондов - основной или научно-вспомогательный. Ввиду отсутствия в музее комиссии невозможно было соблюдать процедуру принятия экспоната в музей и отнесение его к одному из фондов. Истица была хранителем, но не главным хранителем, а потому должностная инструкция главного хранителя к ней не применима. Но даже при этом не может должностная инструкция хоть хранителя, хоть главного хранителя регламентировать учет в музее. Должны применяться нормативные акты. Выполнить свою работу хранитель могла только тогда, когда фондово-закупочная комиссия приняла решение, которое приказом директора утверждено. 

Представитель МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» директор ФИО13 суду пояснила, что не признает исковые требования. Есть инструкция, в которой четко прописано, что обязан выполнять хранитель. Что касается книг поступлений экспонатов в музей, то такие книги существуют и сведения о поступлении должен подавать только хранитель. Что касается фондово-закупочной комиссии, то она существует. Новые книги для ведения учета были приобретены бывшими директорами музея, они все хранятся у хранителя. Два года фондово-закупочная комиссия не работала, так как в музее был ремонт, все экспонаты были в ящиках. Полагала, что двух дней работнику достаточно для составления плана-графика по приказу № 27 от 01.08.2017 г. Где хранитель должна была взять номера по ГИК и инвентаризации по приказу № 24 от27.07.2017 г. для внесения экспонатов в каталог не знает. Что касается стимулирования работника, то эти полномочия переданы руководителю, она посчитала, что истица не справилась с работой, поэтому и лишила ее премии. Полагала, что у нее как у директора никаких проблем с фондами нет, проблемы есть у хранителя, которая ненадлежащим образом ведет учет.

Представитель ответчика ФИО11 суду пояснила, что ФИО8 неоднократно игнорировала устные поручения директора учреждения о ведении работы по внесению сведений о предметах музейного фонда в Государственный каталог Музейного фонда России. Указанную работу необходимо проводить в связи с тем, что ФЗ от 03 июля 2016 года № 357-ФЗ были внесены изменения в Федеральный закон от 26 мая 1996 года № 54-ФЗ «О музейном фонде РФ и музеях в РФ». В учреждении ведутся книги поступлений основного фонда по форме утвержденной приложением № 9а к Инструкции. ФИО8 указанные книги ведет с 2013 года, она исполняла обязанности хранителя на время отсутствия основного работника. То, что с отчетной даты 1996 года учет предметов, поступающих в Учреждение ведется по фондам свидетельствует статотчетность по форме № 8-НК «Сведения о деятельности музеев». Указанные сведения предоставлялись в том числе за подписью ФИО8 По учреждению принимались приказы, из которых также видно, что музейные предметы разделялись по фондам. В соответствии с ч.1 ст. 22 и ч. 1 ст. 191 ТК РФ работодатель имеет право поощрять работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности. 

Представитель ответчика ФИО12 пояснил, что в протоколе № 1 от 29.10.13 г. экспертной фондово-закупочной комиссии на ФИО14 возложено оформление книг основного и научно-вспомогательного фонда. С 2013 года она эту работу не вела, еще будучи главным хранителем. Обязанности главного хранителя обозначены в должностной инструкции от 01.02.2012 г. Истец не вел свою непосредственную работу, он не вел учет поступивших фондов, следовательно, он неправомерно получал оплату труда в связи с неисполнением своих обязанностей. Ссылка на инструкцию 1985 г. уводит суд от сути спора, так как касается непосредственно деятельности истца, которая является членом фондово-закупочной комиссии. 27.07.2017 приказом № 24 ФИО8 было поручено ежедневно предоставлять информацию в базу данных музея по форме о предметах основного фонда, форму разрабатывать не надо было. Приказ вынесен в соответствии с производственной необходимостью, приказ законный, приказ не является неисполнимым, форма не является зашифрованной или непонятной для хранителя фондов. В связи с чем отказ от подписи ведет к отказу от исполнения приказа, поэтому служит основанием для привлечении к дисциплинарному взысканию. Экспонаты она должна была принимать по актам и предоставлять их директору. По инструкции только хранитель может проверять наличие фондов и раз в два года составлять акты, проводить научную инвентаризацию. Картотеку должен вести хранитель. За нарушение нумерации объектов хранения ответственность несет хранитель музейных предметов. Акт проверки из прокуратуры не был представлен. Неизвестно, кого проверяли и на основании чего сделали выводы. Если и есть в действиях директора нарушения, то они заключаются в том, что он своевременно не проверил хранителя. Справку музея им. Фелицына нельзя назвать справкой, в ней не указано, кто проверял, что проверяли, просто три листа напечатанного текста. Выговоры полностью обоснованные, а доводы истца законодательно не подкреплены. 

Свидетель ФИО2 пояснила, что работает в музее с июля 2013 года в качестве научного сотрудника. В марте 2017 года они проводили сверку фондов по книге поступлений, их четыре. Она состоит в фондово-закупочной комиссии. 20 сентября 2017 года директор ФИО13 дала подписать приказ, где ее назначили секретарем комиссии. Еще в нее комиссию входят ФИО14, ФИО14 и ФИО15. ФИО14 ее председатель. 26 сентября 2017 года было первое заседание. С 2013 года комиссия не заседала, первое заседание было 26 сентября 2017 года, больше заседаний не было, хотя с 2013 по 2017 годы в музей поступали экспонаты. В музее был ремонт, экспонаты лежали в кабинете, ничего не составляли. С сентября 2017 года она стала вести прием экспонатов. Она составила протокол комиссии, где указала какие куда экспонаты отнесли. Потом спросила у директора, как эти экспонаты передать хранителю музея. Но ФИО15 сказала, что она просто должна их передать ФИО14. Но это сделать невозможно, потому что потом она не сможет отчитаться, куда делись экспонаты. Теперь они лежат у нее в кабинете. ФИО14 говорила, что нужны книги, что она сама не может распределять фонды, у книги основного фонда должна быть своя нумерация.

Свидетель ФИО3 пояснила, что работает в музее на 0,5 ставки кассиром, на 0,5 ставки уборщиком с 17 января 2017 года. Принимала участие в сверке в феврале 2017 года, сверяли наличие экспонатов по книгам. ФИО14 читала, а она показывала вещь, ФИО17 искала в книге, а ФИО14 заносила в компьютер. ФИО14 тогда говорила, что фонды не распределены в книгах, а директор ФИО15 говорила, что они распределены по фондам. Из музея им. Фелицына приезжала комиссия из двух человек, но они были в другом кабинете, поэтому о результатах ничего не известно. Когда директор давала ФИО14 приказ № 24 от 27 июля 2017 года, ФИО14 говорила, что не может его выполнить. Потом она ушла, а ФИО14 что-то писала на этом приказе. Она подписывала акт об отказе ФИО14 от ознакомления с приказом. 

Свидетель ФИО6 суду пояснила, что работала директором музея с декабря 2010 по декабрь 2011 года. Истица была научным сотрудником, обязанности хранителя исполняла ФИО16, она потом ушла в декрет, все обязанности возложили на ФИО14. Предположила, что предыдущий директор писал приказ о передаче обязанностей от предыдущего хранителя ФИО14. Ей акт приема-передачи предметов и ценностей на подпись хранитель не предоставлял. Кто заполнял книги при поступлении экспонатов, не помнит. Фондовую работу вела ФИО14. До нее это делала ФИО16, она вела и электронную базу, когда она ушла в декрет, это делала бывший директор Нина Ивановна. В фондово-закупочной комиссии были бывший директор ФИО7, смотритель ФИО1. В книгах учета записи велись любым сотрудником, хотя это недопустимо. Почему такое происходило, пояснить не смогла. Пришла к выводу, что учет не соответствовал инструкции 1985 года. Когда увольнялась, то ни фонды, ни документацию по акту никому не передавала.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд полагает, что исковое заявление подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Трудовой книжкой ФИО8 подтверждается, что она 01.02.2013 г. переведена на должность главного хранителя фондов МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей», а 01.06.2017 г. переведена на должность хранителя фондов МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» (том 1 л.д. 11).

Из материалов дела следует, что приказом директора музея № 24 от 27.07.2017 г. на хранителя фондов ФИО8 была возложена обязанность ежедневно предоставлять сведения редактору электронных баз данных музея ФИО4 о предметах основного фонда МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» (в количестве 12 единиц) на бумажном носителе по прилагаемой к приказу форме (том 1 л.д.15-16).

Объяснительной от 28.07.2017 г. хранитель фондов ФИО8 уведомила директора о том, что не имеет возможности выполнить этот приказ, так как в музее фонды не распределены на основной и научно- вспомогательный (том 1 л.д. 18). 

Приказом директора музея № 80 от 04.08.2017 г. в связи с ненадлежащим исполнением хранителем фондов ФИО8 трудовых обязанностей, возложенных на нее приказом директора № 24 от 27.07.2017 г., выразившемся в отказе выполнять работу по предоставлению сведений о предметах основного фонда музея редактору электронных баз данных, хранителю фондов ФИО8 объявлен выговор (том 1 л.д. 22).

Приказом директора музея № 27 от 01.08.2017 г. «О предоставлении плана-графика» на хранителя фондов ФИО8 возложена обязанность в срок до 03.08.2017 г. разработать и предоставить на утверждение директору музея план-график регистрации музейных предметов в Государственной каталоге Музейного Фонда РФ музейных предметов и коллекций, зарегистрированных в книгах поступлений основного фонда до 31.12.2016 г. (том 1 л.д. 19-20).

Объяснительной от 04.08.2017 г. хранитель фондов ФИО8 уведомила директора о том, что не имеет возможности выполнить этот приказ, так как в музее регистрация экспонатов осуществляется в книге поступлений, а книги поступлений основного и научно-вспомогательного фонда отсутствуют. Для выполнения приказа необходимо разделить фонды на основной и научно- вспомогательный, зарегистрировать экспонаты в книгах поступлений основного и научно-вспомогательного фондов, зарегистрировать экспонаты в инвентарных книгах, присвоить экспонатам номер по ГИК и инвентарным книгам (том 1 л.д. 23). 

Приказом директора музея № 85-К от 15.08.2017 г. установлено, что хранитель фондов ФИО8 не исполнила приказ № 27 от 01.08.2017 г. «О предоставлении плана-графика» и за неисполнение трудовых обязанностей ФИО8 объявлен выговор (том 1 л.д. 24).

Разрешая доводы истицы о незаконности данных приказов, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 16 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с частью 5 статьи 192 Трудового кодекса РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии с абз. 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Таким образом, на работодателе лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место и могло являться основанием для наложения дисциплинарного взыскания.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Таким образом, дисциплинарный проступок - это виновное деяние, ответственность за которое наступает при наличии вины работника. 

Истица в иске указывает, что ее вина в неисполнении приказов руководителя № 24 от 27.07.2017 г. и № 27 от 01.08.2017 г. отсутствует, поскольку приказы касались внесения экспонатов в Государственный каталог Музейного фонда РФ. Понимая, что сведения должны быть достоверными, хранитель фондов не могла выполнить приказы по причине отсутствия разделения фондов музея на основной и научно-вспомогательный.

Представитель ответчика директор музея ФИО13 двояко выразила свою позицию по данному факту, указывая в различных судебных заседаниях разные доводы. Первоначально директор музея указал, что учет в музее ведется должным образом в соответствии с требованиями законов, и предоставила все книги учета, которые в музее ведутся, считая их правильными. В последующих судебных заседаниях директор представитель ФИО13 ФИО12 заявил, что в нарушении правил ведения и учета экспонатов музейного фонда виновата сама хранитель фондов, не обеспечившая его учет должный учет и хранение. 

Согласно ст. 6 ФЗ № 54-ФЗ от 26.05.1996 года «О музейном фонде РФ и музеях в РФ» музейные предметы и музейные коллекции, в том числе включенные в состав Музейного фонда РФ, независимо от того, в чьей собственности или во владении они находятся, подлежат государственному учету. Государственный учет музейных предметов и музейных коллекций, в том числе включенных в состав Музейного фонда РФ, представляет собой комплекс мер, обеспечивающих идентификацию и предметно-количественный учет музейных предметов и музейных коллекций, в том числе включенных в состав Музейного фонда РФ, в целях их правовой защиты и государственного контроля. Государственный учет состоит из первичного государственного учета и централизованного государственного учета. Первичный учет осуществляется государственными и муниципальными музеями, государственными и муниципальными организациями, во владении или в пользовании которых находятся музейные предметы и музейные коллекции, в том числе включенные в состав музейного фонда РФ. Первичный учет включает в себя: экспертизу культурных ценностей в целях отнесения их к музейным предметам и музейным коллекциям и первичную регистрацию музейных предметов и музейных коллекций, подлежащих включению в состав Музейного фонда РФ. В государственных и муниципальных музеях экспертиза культурных ценностей и экспертиза музейных предметов и музейных коллекций, в том числе включенных в состав музейного фонда РФ, в целях настоящего ФЗ проводятся уполномоченным коллегиальным органом музея, в собственности или во владении которого находятся музейные предметы и музейные коллекции, в том числе подлежащие включению в состав Музейного фонда РФ. Первичная регистрация проводится музеями, иными организациями, в собственности или во владении которых находятся музейные предметы и музейные коллекции, в установленном едиными правилами порядке на основании приказа руководителя музея, иной организации, в собственности или во владении которых находятся музейные предметы и музейные коллекции, в том числе подлежащие включению в состав музейного фонда РФ, в срок не более 30 календарных дней со дня утверждения результатов экспертизы культурных ценностей.

Для осуществления первичной регистрации сведения о музейных предметах и музейных коллекциях вносятся в книгу поступлений основного фонда музея, главную инвентарную книгу музея, порядковый номер записи в которой является неотъемлемым учетным обозначением музейного предмета или музейной коллекции. Основной фонд музея представляет собой совокупность зарегистрированных в книге поступлений основного фонда музея, главной инвентарной книге музея, и хранящихся в музее, иной организации музейных предметов и музейных коллекций, включенных в состав музейного фонда РФ. 

Также все музеи на территории РФ свою работу осуществляют на основе Инструкции по учету и хранению музейных ценностей, находящихся в государственных музеях СССР, утвержденной Приказом Министерства культуры СССР N 290 от 17 июля 1985 г. Согласно п. 2 главы 1 Инструкции «Общие положения. Порядок учетно - хранительской работы» в каждом музее должна быть разработана собственная инструкция, определяющая внутренний порядок учета, хранения и реставрации музейных ценностей.

Также согласно п. 75 раздела II «Состав музейных фондов» Инструкции собрания всех музеев состоят из основного и научно - вспомогательного фондов. П. 80 Инструкции предусматривает, что отнесение предметов к определенному фонду производится фондово - закупочной комиссией музея (далее по тексту ЭФЗК) и оформляется протоколом, который утверждается директором и скрепляется печатью музея. 

В судебном заседании установлено, что в МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» экспертная фондово-закупочная комиссия была создана приказом директора № 48 от 25.10.2013 г. (л.д. 77-78). В новом составе 

Также в судебном заседании установлено, что данная комиссия не провела ни одного заседания с даты ее создания, то есть с 25.10.2013 г., ни одного протокола заседания фондово-закупочной комиссии ответчиком суду не представлено. Равно как не предоставлено ни одного приказа директора, изданного на основании решения экспертной фондово-закупочной комиссии по итогам ее заседания, об отнесении экспоната к основному или научно-вспомогательному фонду. Более того, директор музея ФИО13 в судебном заседании указала, что действительно фондово-закупочная комиссия в музее несколько лет не работала по причине переезда музея в другое здание. Главная инвентарная книга музея суду также не представлена.

Свидетель ФИО17 также суду пояснила, что фондово-закупочная комиссия не работала, первое заседание состоялось 26.09.2017, хотя с 2013 по 2017 годы в музей поступали экспонаты и их необходимо было распределять их по фондам.

При таких обстоятельствах при отсутствии заседаний фондово-закупочной комиссией музейных экспонатов и несоблюдение дальнейшего порядка передачи экспонатов (отсутствие изданных директором приказов об отнесении экспонатов к соответствующим фондам, отсутствие главной инвентарной книги), суд приходит к выводу, что надлежащее разделение экспонатов на основной и научно-вспомогательный фонд в МБУК Белоглинский историко-краеведческий музей» отсутствует. 

Представленный представителем ответчика приказ № 28 от 14.12.2007 г. (том 1 л.д. 74) и описание фондов ( том 1 л.д. 133-257. Том 2 л.д. 1 -70), не разделят фонды на основной и научно-вспомогательный, а лишь выделяет соответствующие коллекции, а потому не принимаются в качестве доказательств надлежащего ведения учета экспонатов.

Выводы суда объективно подтверждаются и иными исследованными в судебном заседании доказательствами. Так, кроме свидетеля ФИО2, свидетель ФИО5, ранее занимавшая должность директора, также показала, что учет велся не в соответствии с инструкцией 1985 года. Из протокола № заседания экспертной фондово-закупочной комиссии от 29.10.2013 г. следует, что предметом обсуждения комиссии был вопрос о ненадлежащем ведении учетно-хранительской документации, книги поступлений велись неправильно, а инвентарные не велись вовсе (том 1 л.д. 122). Соответственно, директор музея ФИО13, указанная в протоколе как участвующее в заседании, знала о несоответствии документации музея требованиям закона. Более того, еще в феврале 2017 г. при проведении сверки экспонатов музея хранитель фондов ФИО8 письменно ставила в известность руководителя в докладной о необходимости разделения фондов на основной и научно-вспомогательный (том 1 л.д. 14). Докладная принята директором, о чем свидетельствует ее подпись. То есть, хранитель фондов еще задолго до вынесения директором приказов, неисполнение которых повлекло наложение дисциплинарных взысканий, уведомляла о необходимости приведения документации в соответствии с законодательством. 

В судебном заседании также установлено, что Краснодарский государственный историко-археологический музей-заповедник им. Фелицына является методическим центром для государственных и муниципальных музеев Краснодарского края. 

Справкой проверки музеем им. Фелицына от 05.05.2016 г. также подтверждается, что при проведении проверки в 2016 г. выявлено, что учетно-хранительская документация ведется с нарушениями (том 1 л.д. 99-100).

Судом в ходе рассмотрения дела в музее им. Фелицына запрошена информация о соответствии ведения учетно-хранительской документации в МБКУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» требованиям действующего законодательства.

Из представленной суду музеем им. Фелицына справки № 1039 от 09.11.2017 г. и приложения к ней следует, что 03 ноября 2017 г. комиссией научно-методического отдела был организован выезд в музей с. Белая Глина по оказанию консультативной и методической помощи. В приложении представлены выводы о том, что при поступлении в музей предметы не определялись ЭФЗК в основной и научно-вспомогательный фонды, а записывались в общую книгу поступлений. Ранее сотрудникам Белоглинского музея указано на неправильное ведение учета музейных предметов, на сегодняшний день учет предметов исправлен не был. Сведения о количестве предметов основного фонда и научно-вспомогательного фонда по форме 8-нк подавались ложные, в Госкаталог занесено 105 единиц хранения, однако, это является нарушением, так как нет заключения ЭФЗК о разделении комиссией музейного фонда на основной и научно-вспомогательный фонды (том 2 л.д. 76-80).

Суд не соглашается с доводами представителя ответчика ФИО12 о том, что данная справка музея им. Фелицына не может быть признана документом, так как приложение к справке, в котором указаны недостатки просто представляют собой просто три листа напечатанного текста, неизвестно, кто проводил проверку.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

Справку Краснодарского государственного историко-археологического музея-заповедника им. Е.Д.Фелицына суд принимает в качестве доказательства по делу, поскольку справка с приложениями на 3-листах предоставлена по требованию суда, исходит от уполномоченного органа, имеет подпись должностного лица, поступила в суд по официальным каналам электронной связи. Приложения к справке, с которыми не согласен ФИО18, поступили в суд в составе единого письма, а потому сомнений в том, что оно содержит достоверную информацию, у суда не имеется. Информация, содержащая в справке и приложениях согласуется между собой и с иными доказательствами по делу и подтверждает доводы истицы о ненадлежащем учете музейных экспонатов в МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей».

Суд также принимает во внимание тот факт, что к приказу № 24 от 27.07.2017 г., за неисполнение которого истица привлечена к дисциплинарной ответственности, имеется приложение, по которому истица должна была предоставлять сведения о музейных экспонатах. В данном приложение имеются графы «номер по ГИК, инвентарный номер» (том 1 л.д. 16). В судебном заседании директор ФИО13 не смогла пояснить, откуда при отсутствии в музее главной инвентарной книги должна была хранитель фондов брать номер экспоната по ГИК. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что приказы № 24 от 27.07.2017 г. и № 27 от 01.08.2017 г., касающиеся непосредственно учета основного и научно-вспомогательного фонда, не могли быть выполнены истицей, о чем она и сообщила директору в своих объяснительных. Однако, директором ФИО13 вместо исполнения возложенной на нее законом обязанности объективно выяснить и установить уважительность причин неисполнения приказа сделала запись на объяснительной работника о том, что «фонды у вас разделены» ( том 1 л.д. 23). 

Более того, приказ № 27 «О предоставлении плана-графика» издан директором музея только 01.08.2017 г., хотя письмо директора музея им. Фелицына № 643 о необходимости предоставления указанного плана-гафика датировано 05.07.2017 г. (том 1 л.д.97-98). Обоснований, по которым директор музея издала внутренний приказ по музею только 01.08.2017 г., суду не представлено. Кроме того, в письме музея им. Фелицына срок предоставления плана-графика указан 15.08.2017 г., а директор ФИО15 в приказе № 24 обязала ФИО14 составить план-график в срок до 03.08.2017 г., то есть, с учетом того, что с приказом ФИО14 была ознакомлена только 02.08.2017 г., ей на исполнение приказа оставался всего один день.

В судебном заседании директор музея пояснила, что план график она составила сама и направила его 15.08.2017 г. ФИО13 также пояснила, что после составления ФИО8 плана-графика ей необходимо было время для его утверждения. Таким образом, для составления плана-графика работнику директор предоставила всего один день, а себе для утверждения этого плана руководитель оставила 13 дней. Объективность такого подхода при распределении обязанностей директор музея ФИО13 пояснить не смогла. Суд полагает, что предоставление всего одного дня для исполнения приказа при том, что отсутствует надлежащее разделение фондов, является необъективным. 

Суд приходит к выводу, что вина ФИО19 в неисполнении приказов № 24 от 27.07.2017 г. и № 27 от 01.08.2017 г., отсутствует. Требования работодателя, изложенные в приказе, не могли быть выполнены ФИО14 по причинам, от нее не зависящим.

Доводы представителя ответчика ФИО12 о том, что в ненадлежащем учете музейных фондов вина именно хранителя фондов, не состоятельны.

В соответствии со ст. 189 ТК РФ работодатель обязан в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда. В соответствии с Уставом МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» руководитель учреждения осуществляет текущее руководство деятельностью учреждения и обеспечивает соблюдение учреждением предмета и целей его деятельности. Так, в соответствии с п. 2.2.- 2.3 Устава предметом деятельности учреждения является хранение музейных предметов и ценностей. Для достижения целей деятельности учреждение осуществляет в установленном порядке учет и хранение музейных ценностей, осуществляет комплектование музейных фондов, проводит в установленном порядке экспертизу культурных ценностей и т.п.

Таким образом, директор, гарантируя выполнение подведомственным ей учреждением его уставных целей и задач, наравне с хранителем фонда обязан обеспечивать надлежащий учет музейных экспонатов, тем более их учет предполагает коллегиальное участие нескольких специалистов музея, механизм учета предполагает непосредственное участие директора в издании соответствующих приказов по фондам, а потому утверждения директора музея о том, что проблемы с фондом присутствуют только у его хранителя, несостоятельны. 

Ссылки представителя ответчика ФИО12 на должностную инструкцию главного хранителя фондов в части возложения на ФИО8 обязанности ведения надлежащего учета музейных предметов также не заслуживают внимания, поскольку в момент вынесения обжалуемых приказов ФИО8 занимала должность хранителя фондов. Согласно должностной инструкции хранителя фондов хранитель фондов обеспечивает лишь хранение фондов. Учет фондов в обязанности хранителя не входит (том 1 л.д. 80-82). Доводы относительного того, что хранитель фондов должна была представить директору акты передачи фондов, голословны, поскольку противоречат требованиям вышеназванной инструкции 1985 года.

Также следует отметить, что механизм разделения фондов не регламентируется должностными инструкциями, а регулируется требованиями вышеназванных законов о музейном фонде.

Более того, оценка исполнения ФИО8 должностных обязанностей в целом не является предметом рассмотрения настоящего дела. Предметом спора являются конкретные приказы, их законность, а потому все доводы представителей ответчиков о якобы неисполнении ФИО19 длительное время своей трудовой функции не подлежат оценке судом.

Акт проверки государственной инспекции труда от 07.11.2017 г. содержит неоднозначные выводы относительно законности привлечения к дисциплинарной ответственности (том 1 л.д.130). Так, государственный инспектор труда указывает, что сделать однозначный вывод о том, что в музее отсутствует разделение экспонатов на основной и научно-вспомогательный фонд не представляется возможным. Суд приходит к выводу, что инспектор труда, осуществляя надзорно-контрольные функции и действуя в соответствии с полномочиями, предоставленными ст. 357 ТК РФ, наделен полномочиями производить оценку нарушений трудового законодательства, но не законодательства о музейном фонде. Давать заключение относительно внутренней документации музея, касающейся фондохранения, инспектор труда не уполномочен. Доводы инспектора труда об отсутствии очевидных нарушений порядка применения дисциплинарных взысканий не являются относимыми, поскольку порядок применения дисциплинарного взыскания ФИО8 не оспаривается, требований к порядку привлечения истцом не выдвигается, а требования истицы направлены на оспаривании существа приказов.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) входят в состав заработной платы работника.

Из ч.2 ст. 135 ТК РФ следует, что все перечисленные выплаты устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. 

Положение об оплате труда работников муниципального бюджетного учреждения культуры «Белоглинский историко-краеведческий музей», утвержденное 28.06.2017 г., содержит показатели и критерии оценки качества выполняемой работы хранителя фондов (приложение № 1) (том 2 л.д. 138). В качестве условия получения выплаты приложение № 1 содержит отсутствие дисциплинарного взыскания за отчетный период.

Истица полагает, что невыплата ей премии обусловлена наличием дисциплинарных взысканий.

Представитель ответчика ФИО13 ни подтверждения, ни опровержения данного факта суду не представила, пояснив лишь, что приказ о лишении премии отсутствует. Представитель ответчика ФИО11 пояснила, что выплата премии является правом, а не обязанностью руководителя учреждения.

Вместе с тем, по мнению суда, такое право не является безусловным, поскольку для каждого установления указанных выплат и их снижения должны быть объективные основания. Выплата премиального вознаграждения по итогам работы в соответствии с главой 3 Положения об оплате труда осуществляется в пределах бюджетных ассигнований. Она не должна носить произвольный характер в отношении отдельных работников при отсутствии оснований для лишения их положенной премии. Суд полагает, что лишение премии или снижение ее размера с указанием причин должно быть оформлено приказом руководителя, который должен быть доведен до сведения работника. В противном случае, работник лишен возможности его обжалования.

В судебном заседании установлено, что приказ о премировании, равно как и приказ о лишении премии ФИО8 отсутствует. Данный факт позволяет суду сделать вывод о том, что вопрос о начислении премии либо о ее лишении не рассмотрен работодателем, что является основанием к понуждению работодателя рассмотреть его по существу в соответствии с показателями и критериями оценки качества выполняемой работы Положения об оплате труда работников учреждения.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 63 Постановления от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указал, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Учитывая указанные критерии, суд определяет компенсацию морального вреда, причиненного работнику ФИО8 неправомерными действиями работодателя в размере 1 000 рублей.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. В соответствии с п. 13 постановления Пленму Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

С учетом требований разумности суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истицы расходы на оплату услуг представителя в размере 5 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковое заявление удовлетворить частично.

Признать незаконными приказы директора МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» № 80 от 04 августа 2017 года «О применении дисциплинарного взыскания» и № 82-к от 15 августа 2017 года «О применении дисциплинарного взыскания».

Обязать директора МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» рассмотреть вопрос о премировании либо о лишении премии работника ФИО8 в соответствии с показателями и критериями оценки качества работы Положения об оплате труда работников учреждения.

Взыскать с МБУК «Белоглинский историко-краеведческий музей» в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 5 000 рублей, а всего взыскать 6 000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда через Белоглинский районный суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 04 декабря 2017 года.

Судья Т.В.Азовцева