64RS0022-01-2019-000705-19

Дело № 2-446/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 июля 2019 года г. Маркс

Марксовский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Мурго М.П.,

при секретаре Погониной И.А., 

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Марксовском районе Саратовской области (межрайонное) о признании незаконным решения об отказе в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, возложении обязанности по выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал,

установил:

ФИО5 обратился в Марксовский городской суд Саратовской области с исковым заявлением к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Марксовском районе Саратовской области (межрайонное) (далее - УПФР в Марксовском районе Саратовской области (межрайонное)) о признании незаконным решения об отказе в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, возложении обязанности по выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал. В обоснование заявленных требовании указывает, что он является отцом троих несовершеннолетних детей: С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 05 декабря 2018 года ему выдали удостоверение многодетной семьи. Обратившись к ответчику с заявлением о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, 07 февраля 2019 года им был получен ответ № с-1/11-05/1169 об отказе в выдаче данного сертификата, с чем он категорически не согласен. Ссылаясь на положения Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256 ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», просит признать незаконным отказ в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал от 07 февраля 2019 года, возложить на ответчика обязанность выдать ему государственный сертификат на материнский (семейный) капитал.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, предоставил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, с участием представителя.

Представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности от 05 июля 2019 года, в судебном заседании заявленные требования поддержала и просила их удовлетворить, обосновав доводами, изложенными в исковом заявлении. 

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности от 09 июля 2019 года в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований по основания, указанным в отзыве (л.д. 27-29). 

Суд, выслушав объяснения участников процесса, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему.

В силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Реализуя предписания ст. 7, частей 1 и 2 ст. 38 и частей 1 и 2 ст. 39 Конституции РФ, федеральный законодатель предусмотрел меры социальной защиты граждан, имеющих детей, и определил круг лиц, нуждающихся в такой защите, а также условия ее предоставления.

К числу основных мер социальной защиты граждан, имеющих детей, относится выплата государственных пособий, в частности государственных пособий в связи с рождением и воспитанием детей.

Федеральный закон от 19 мая 1995 года № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей» (с последующими изменениями), как следует из его преамбулы, устанавливает единую систему государственных пособий гражданам, которая обеспечивает гарантированную государством материальную поддержку материнства, отцовства и детства.

В дополнение к основным мерам социальной защиты федеральный законодатель для создания условий, обеспечивающих семьям с детьми достойную жизнь, в Федеральном законе от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (далее – Федеральный закон № 256-ФЗ) предусмотрел для таких семей возможность получения государственной поддержки в форме предоставления материнского (семейного) капитала, средства которого могут направляться на улучшение жилищных условий семьи, получение образования, а также повышение уровня пенсионного обеспечения.

Как отмечал Конституционный Суд РФ, право на получение материнского (семейного) капитала непосредственно из Конституции РФ не вытекает и носит временный характер, обусловленный как демографическими задачами, так и финансовыми возможностями государства, условия его предоставления определяются законодателем в рамках его компетенции (Определение от 03 марта 2015 года № 431-О).

В соответствии с ч. 1 ст. 3 Федерального закона № 256-ФЗ право на дополнительные меры государственной поддержки возникает при рождении (усыновлении) ребенка (детей), имеющего гражданство Российской Федерации, у следующих граждан Российской Федерации независимо от места их жительства:

1) женщин, родивших (усыновивших) второго ребенка начиная с 1 января 2007 года;

2) женщин, родивших (усыновивших) третьего ребенка или последующих детей начиная с 1 января 2007 года, если ранее они не воспользовались правом на дополнительные меры государственной поддержки;

3) мужчин, являющихся единственными усыновителями второго, третьего ребенка или последующих детей, ранее не воспользовавшихся правом на дополнительные меры государственной поддержки, если решение суда об усыновлении вступило в законную силу начиная с 1 января 2007 года.

Частью 3 данной правовой нормы установлено, что право женщин, указанных в части 1 настоящей статьи, на дополнительные меры государственной поддержки прекращается и возникает у отца (усыновителя) ребенка независимо от наличия гражданства Российской Федерации или статуса лица без гражданства в случаях смерти женщины, объявления ее умершей, лишения родительских прав в отношении ребенка, в связи с рождением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, совершения в отношении своего ребенка (детей) умышленного преступления, относящегося к преступлениям против личности, а также в случае отмены усыновления ребенка, в связи с усыновлением которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки. Право на дополнительные меры государственной поддержки у указанного лица не возникает, если оно является отчимом в отношении предыдущего ребенка, очередность рождения (усыновления) которого была учтена при возникновении права на дополнительные меры государственной поддержки, а также если ребенок, в связи с рождением (усыновлением) которого возникло право на дополнительные меры государственной поддержки, признан в порядке, предусмотренном Семейным кодексом Российской Федерации, после смерти матери (усыновительницы) оставшимся без попечения родителей.

В своем Определении от 23 июня 2015 года № 1518-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что, действуя в пределах предоставленных ему полномочий, федеральный законодатель в ч. 1 ст. 3 Федерального закона № 256-ФЗ закрепил право граждан Российской Федерации на указанные меры государственной поддержки и с учетом особой, связанной с материнством, социальной роли в обществе предусмотрел приоритетное право женщин на их получение.

Дополнительные меры государственной поддержки предоставляются в связи с реализацией социального риска материнства, охватывающего беременность и рождение ребенка, а право женщин на их получение обусловлено фактом рождения второго, третьего или последующих детей. В связи с этим право мужчины на дополнительные меры государственной поддержки по случаю рождения ребенка является производным от права женщины и может быть реализовано лишь в случае, когда возникшее у женщины право на указанные меры прекратилось по основаниям, предусмотренным законом. Право мужчин на указанные меры не является производным от права женщин только тогда, когда они являются единственными усыновителями второго, третьего ребенка или последующих детей.

Такое правовое регулирование, обусловленное различиями в видах социального риска, которым подвержены мужчины и женщины, а также основаниями возникновения правоотношений по воспитанию детей, не противоречит закрепленному в статье 19 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципу равенства мужчины и женщины при реализации прав, гарантированных статьями 38 и 39 Конституции Российской Федерации, а потому не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявителя.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что истец ФИО5 является отцом троих несовершеннолетних детей: С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Матерью несовершеннолетних С. и ФИО2 является первая супруга истца – ФИО9, умершая ДД.ММ.ГГГГ. Матерью ФИО3 является супруга истца – ФИО1 Указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями представителя истца, удостоверением многодетной семьи № (л.д. 12), свидетельствами о рождении 

<

...> и 

<

...> (л.д. 18, 19), свидетельством о заключении брака 

<

...> (л.д. 13), свидетельством о смерти 

<

...> (л.д. 14), свидетельством о заключении брака II –РУ № 572282 (л.д. 15) и не оспаривалось стороной ответчика.

24 декабря 2018 года ФИО5 подал в ГУ – отделение Пенсионного Фонда РФ по Саратовской области заявление об оказании содействия в восстановлении нарушенных прав и законных интересов и выплате ему материнского (семейного) капитала по случаю рождения третьего ребенка (л.д. 34-38). Ответом № с - 4930-14-561 от 22 января 2019 года истцу разъяснено, что право отца производно от права матери на меры государственной поддержки, которое возникает при рождении ею второго, третьего ребенка или последующих детей. Поскольку от первого брака у истца двое детей, рожденных до 01 января 2007 года, право на получение дополнительных мер государственной поддержки в соответствии с Законом № 256-ФЗ не имеется. Также сообщили, что поскольку со второй супругой ФИО1 у него рожден один ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения и для супруги данный ребенок является первым, право на получение государственного сертификата на материнский (семейный) капитал у ФИО1 в настоящее время отсутствует (л.д. 22).

В письме № с-1/11-05/1169 от 07 февраля 2019 года адресованном истцу ответчиком - УПФР в Марксовском районе Саратовской области (межрайонное) также сообщено об отсутствии у ФИО5, ФИО6 в связи с рождением 20 октября 2018 года ребенка, права на получение государственного сертификата на материнский (семейный) капитал (л.д. 20-21).

Оспаривая данное решение, истец указывает на его незаконность в виду нарушения ответчиком требований ч. 3 ст. 3 Федерального закона № 256-ФЗ, поскольку первая супруга истца умерла в 2013 году, оставив у него на иждивении двоих несовершеннолетних детей: С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Кроме того, в браке с ФИО8 был рожден ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Считает, что в случае смерти женщины, Федеральный закон № 256-ФЗ предусматривает возможность возникновения у отца прав на дополнительные меры государственной поддержки. 

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что юридическое значение для правильного разрешения настоящего спора имеет наличие права на получение дополнительных мер государственной поддержки семей, имеющих детей, у женщины, являющейся биологической матерью С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения - ФИО9, до момента ее смерти 16 июля 2013 года, поскольку право мужчины на дополнительные меры государственной поддержки по случаю рождения ребенка является производным от права женщины и может быть реализовано лишь в случае, когда возникшее у женщины право на указанные меры прекратилось по основаниям, предусмотренным законом.

С учетом того, что право ФИО5 на дополнительную меру государственной поддержки в виде государственного сертификата на материнский (семейный) капитал является производным от права матери детей С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – ФИО9, то право у него может возникнуть, если такое право имела ФИО9 Однако, поскольку ФИО9 не имела на момент смерти 16 июля 2013 года права на дополнительную меру государственной поддержки в виде государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, в связи с рождением второго ребенка ФИО2 до 1 января 2007 года - ДД.ММ.ГГГГ года рождения, то и истец также не имеет права на получение дополнительной меры государственной поддержки в виде государственного сертификата на материнский (семейный) капитал.

Согласно ч. 6 ст. 5 Федерального закона № 256-ФЗ основаниями для отказа в удовлетворении заявления о выдаче сертификата являются в том числе - отсутствие права на дополнительные меры государственной поддержки в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Отказывая ФИО5 в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, ответчик правомерно указал на отсутствие у него права на дополнительные меры государственной поддержки в соответствии с Федеральным законом № 256-ФЗ. 

Как установлено в судебном заседании двое из троих несовершеннолетних детей истца рождены до 01 января 2007 года, следовательно право на дополнительные меры государственной поддержки в соответствии с ч. 1 ст. 3 ФЗ от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ у ФИО5 не возникло. 

С учетом установленных по делу обстоятельств и действующих норм права, регулирующих возникшие правоотношения, оценивая представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не доказан факт нарушения его прав действиями ответчика. Доказательств наличия предусмотренных законом оснований для возникновения у него права на дополнительные меры государственной поддержки истец не представил. Судом не установлены нарушения ответчиком прав заявителя на получение государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, соответственно не имеется и законных оснований для признания решения УПФР в Марксовском районе Саратовской области (межрайонное) от 07 февраля 2019 года об отказе в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал и удовлетворения требования истца, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО5 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Марксовском районе Саратовской области (межрайонное) о признании незаконным отказа в выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал, возложении обязанности рассмотреть вопрос о выдаче государственного сертификата на материнский (семейный) капитал - отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Марксовский городской суд Саратовской области.

Судья М.П. Мурго