Дело № 2-580/2020

УИД 22RS0008-01-2020-000886-23

Решение

Именем Российской Федерации

02 сентября 2020 года г. Заринск

Заринский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего О.В. Дзюбенко,

при секретаре Т.П. Селивановой, 

с участием прокурора Е.П. Шмыревой 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Алтай-кокс» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Алтай-Кокс» о возмещении морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

В обоснование исковых требований указано, что в период с 08.02.1993 по 09.01.2018 истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «Алтай-Кокс» в должности слесаря-ремонтника специализированного цеха по ремонту коксохимического оборудования, участок по ремонту косового цеха, установки сухого тушения кокса.

09.01.2018 истец уволен по собственному желанию, в связи с уходом на пенсию по старости.

16.01.2017 КГБУЗ «Краевая клиническая больница» Краевой профпатологический центр истцу установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

02.02.2017 работодателем АО «Алтай-Кокс» составлен акт о случае профессионального заболевания.

Согласно п.п. 17,18 Акта о случае профессионального заболевания от 02.02.2017, профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов (превышение ПДК косовой пыли) из-за несовершенства технологии производственного процесса.

Вины работника в возникновении профессионального заболевания не установлено (п.19 Акта).

Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно- эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является администрация ОАО «Алтай-кокс» СП 2.2.2.1327-03 «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту», ГН 2.2.5.1313-03 «Предельнодопустимые концентрации (ПДК) вредных веществ в воздухе рабочей зоны» (п.21 Акта).

В соответствии с п.п. 4, 4.1 Санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 28.01.2016 № 5 вредными производственными факторами являются: загазованность, запыленность, шум, вибрация, физические нагрузки (время воздействия 80% рабочей смены).

В п. 24 Санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 28.01.2016 № 5 дано заключение о состоянии условий труда: работа ФИО1 в профессии слесарь-ремонтник с загазованностью, запыленностью.

С 09.06.2017 Бюро медико-социальной экспертизы № 6 Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации, в связи с профессиональными заболеваниями, истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 10%, бессрочно по заболеванию 

<

данные изъяты>

В связи с вышеуказанными обстоятельствами, истец полагает, что АО «Алтай-Кокс» обязано произвести выплату компенсации морального вреда за период работы истца в данной организации.

В связи с профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты> истец испытывает трудности с дыханием, одышку, вследствие чего вынужден постоянно принимать лекарственные средства, периодически проходить лечение.

В настоящее время истец испытывает дискомфорт от того, что задыхается при любой физической нагрузке. Вследствие данных Обстоятельств он стал более замкнутым и ощущает себя неполноценным человеком.

В связи с ухудшением здоровья вследствие профессионального заболевания истец столкнулся с тем, что больше не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству. У него возникают трудности с выполнением домашних дел: он не может поднимать тяжести, что-то перенести, придержать. Для того, чтобы передвинуть мебель в доме, перенести что-то тяжелое, он вынужден обращаться за помощью к знакомым.

Подобные изменения привели к тому, что у истца возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительность, возбудимость, беспокойство, нарушение сна. Все это сказывается на его общении с семьей и близкими. 

Считает, что в силу действующего законодательства и переносимых истцом физических и нравственных страданий ответчик обязан компенсировать моральный вред, причиненный истцу профессиональным заболеванием.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с ОАО «Алтай-Кокс» в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 500 000 руб.

В ходе рассмотрении дела истцом также заявлено ходатайство взыскании с ответчика в его пользу судебных расходов на оплату услуг представителей и почтовых расходов. 

Истец ФИО1, представитель истца - ФИО2 в судебном заседании настаивали на удовлетворении уточненных исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика – ФИО3 в судебном заседании возражала относительно удовлетворения исковых требований в полном объеме, поддержав позицию, изложенную в письменном отзыве на исковое заявление. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению с определением размера денежной компенсации морального вреда с учетом наличия у истца профессиональных заболеваний, исследовав материалы дела, проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ)).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 ТК РФ определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз. 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из трудовой книжки истца:

- 08.02.1993 ФИО1 принят в специализированный цех по ремонту коксохимического оборудования №2 Акционерное общество «Алтай-кокс» слесарем-ремонтником цехов: косового, углеподготовительного по 5 разряду;

- 01.02.1994 СЦРКО №2 переименован в специализированный цех по ремонту коксохимического оборудования; 

- 01.01.1996 переведен в том же цехе слесарем-ремонтиком 5 разряда (участок по ремонту оборудования коксового цеха); 

- 01.08.1997 переведен в том же цехе слесарем-ремонтником 5 разряда (участок по ремонту оборудования основных цехов: коксового, улавливания, углеподготовительного);

- 01.02.1998 переведен слесарем-ремонтником по 5 разряду (участок по ремонту оборудования коксовых цехов в том же цехе);

- 01.06.1999 переведен в том же цехе слесарем-ремонтником (дежурным) по 5 разряду (участок по ремонту оборудования коксового цеха № 1);

- 19.03.2003 переведен в специализированном цехе по ремонту коксохимического оборудования слесарем-ремонтником по 5 разряду (участок по ремонту оборудования косового цеха № 1);

- 18.02.2008 переведен в специализированном цехе по ремонту коксохимического оборудования, на участок по ремонту оборудования косовых цехов № 1, 2, установки сухого тушения кокса, слесарем-ремонтником 6 разряда;

- 01.10.2010 переведен в производственно-техническую дирекцию, специализированный цехе по ремонту коксохимического оборудования, на участок по ремонту оборудования коксового цеха, установки сухого тушения кокса слесарем-ремонтником 6 разряда;

- 01.12.2011 переведен в специализированный цех по ремонту коксохимического оборудования, участок по ремонту оборудования коксового цеха, установки сухого тушения кокса слесарем-ремонтником 6 разряда;

- 01.01.2017 переведен в специализированный цех по ремонту коксохимического оборудования, участок по ремонту коксового оборудования, бригада по ремонту оборудования косового отделения № 1 коксового цеха слесарем-ремонтником 6 разряда;

- 09.01.2018 уволен по собственному желанию в связи с уходом на трудовую пенсию по старости, п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

28.01.2016 Главным государственным санитарным врачом по Алтайскому краю была утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № 5 в отношении ФИО1 по предприятию ОАО «Алтай-Кокс», в соответствии с которой работа ФИО1 в профессии слесарь-ремонтник связана в контакте с загазованностью, запыленностью

Из акта о случае профессионального заболевания от 02.02.2017, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по Алтайскому краю, следует, что заболевание ФИО1 

<

данные изъяты> является профессиональным, и возникло в результате несовершенства технологии производственного процесса. Непосредственной причиной заболевания послужила работа в контакте запыленностью, превышающей предельно допустимую концентрацию.

Содержания в воздухе рабочей зоны пыли коксовой в период с 2009 года по 2015 год превышало предельно допустимую концентрацию в 1,2-3,7 раза. 

Наличие вины работника в возникновении профессионального заболевания не установлено.

Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является администрация ОАО «Алтай-Кокс».

С 09.06.2017 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Алтайскому краю» установило ФИО1 утрату профессиональной трудоспособности в размере 10%, что подтверждается справкой серия МСЭ-2006 № 0455456. 

Данные факты подтверждаются материалами дела, а также материалами дела об освидетельствовании в Бюро МСЭ. 

Принимая решение по делу суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». 

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

В тоже время доказательств начисления и выплаты ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере, установленном отраслевым соглашением или коллективным договором, ответчиком суду не представлено. 

Ссылка на пропуск истцом срока исковой давности подлежит отклонению, поскольку в соответствии с положениями ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него исковая давность не распространяется.

Проанализировав представленные суду доказательства и доводы сторон, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований, ввиду того, что заболевания истца являются профессиональными и получены в период его работы в АО «Алтай-Кокс» и организациях, правопреемниками которых является последнее. 

Факт работы истца в АО «Алтай-Кокс», а также получение в период работы профессиональных заболеваний ответчиком не оспаривалось. 

Из представленных суду доказательств следует, что заболевания возникли у истца, по вине работодателя, ввиду несоблюдения безопасных условий труда. Вины работника в возникновении профессиональных заболеваний не установлено.

Доказательств обратного суду не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что имелись основания для освобождения ответчика от обязанности по возмещению морального вреда. 

Разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Из содержания вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред. Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, а при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п.п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии с разъяснениями в п. 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых ему был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, у которого возникло серьезное, необратимое, профессиональное заболевания, что усиливает степень его моральных и нравственных страданий.

При разрешении требований, судом учтены показания истца, а также свидетеля, об изменении привычного образа жизни истца, в том числе вынужденного изменения времени и круга общения, привычного уклада жизни в части выполнения работы по дому и физической нагрузки, нарушения режима сна, влияние заболевания на характер истца, росту напряженности в семейных отношениях, а также к стремлению истца уединиться и т.д. 

Принимая во внимание длительный период работы истца в условиях воздействия на его организм вредных производственных факторов, характер причиненного истцу вреда, наличие у истца заболевания, которое относится к группе профессиональных заболеваний легких (необратимых и неизлечимых) вызванных длительным вдыханием производственной пыли и характеризующихся развитием в них фиброзного процесса, которые провоцирует развитие сопутствующих заболеваний, в том числе туберкулеза, и сердечно-сосудистой системы, последствия установления истцу 10% утраты профессиональной трудоспособности, физические и нравственные страдания истца, связанные с необходимостью постоянного приема лекарственных препаратов, а также прохождением лечения, утрата возможности вести привычный образ жизни, ощущение своей неполноценности, которые носят длительный и постоянный характер, требования разумности и справедливости, а также учитывая непредставления ответчиком доказательств добровольной выплаты истцу компенсации в соответствии с условиями коллективного договора, суд приходит в выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 170 000 руб.

Суд полагает, что данная денежная сумма с учетом ранее выплаченной суммы, способна компенсировать причиненный истцу вред. 

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. 

В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу положений ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит, в том числе связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно абз. 1 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что сторона обязана не только провозгласить свои возражения относительно размера судебных расходов, но и представить надлежащие доказательства их несоразмерности.

Учитывая приведенные положения закона, разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, принимая во внимание представленные в материалы дела договор на оказание истцу ФИО2 юридических услуг от 01.07.2020 (консультирование, формирование пакета документов, оставление искового заявления, представление интересов в суде), расписку от 06.07.2020, подтверждающую факт передачи в счет оплаты по вышеуказанному договору 25 000 руб., объем и сложность выполненной представителем работы по делу, характер спорных правоотношений, соотношение судебных расходов с объемом защищаемого права, непредставление стороной ответчика доказательств того, что размер судебных издержек по оплате услуг представителя значительно превышает такой размер по аналогичным делам при сравнимых обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что размер расходов в сумме 25 000 руб. полностью соответствует принципам разумности и справедливости, не нарушает баланс прав и законных интересов сторон спора.

Кроме того, подлежат удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика почтовых расходов в сумме 297,04 руб., так как факт несения данных расходом истцом подтверждается кассовыми чеками.

Кроме того в силу положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета полежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобождены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 170 000 руб., судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в размере 25 000 руб., а также связанные с почтовыми расходами, в размере 297,04 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с акционерного общества «Алтай-Кокс» в бюджет муниципального образования города Заринск Алтайского края государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Заринский городской суд.

Судья Заринского городского суда

Алтайского края О.В. Дзюбенко

Дата изготовления мотивированного решения 09.09.2020.