дело № 2-2286/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Волгоград 24 августа 2017 года

Ворошиловский районный суд г. Волгограда

в составе: председательствующего судьи Юдкиной Е.И.

при секретаре Демьяненко А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к комитету образования и науки Волгоградской области о признании незаконным приказа об отказе во включении в список детей- сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда Волгоградской области и обязании включить в список детей-сирот и детей оставшихся без попечения родителей, лиц, из их числа, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями по договору специализированного найма специализированного жилищного фонда Волгоградской области,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Ворошиловский районный суд г. Волгограда с иском к комитету образования и науки Волгоградской области, в котором просит признать незаконным приказ комитета образования и науки Волгоградской области №365 от 25 апреля 2017 года об отказе во включении ФИО1 в список детей- сирот и детей оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями по договору специализированного найма специализированного жилищного фонда Волгоградской области и обязать ответчика включить истца в список детей-сирот и детей оставшихся без попечения родителей, лиц, из их числа, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями по договору специализированного найма специализированного жилищного фонда Волгоградской области.

В обоснование требований указала, что она относится к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, поскольку ее мать умерла. Решением Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ, ее отец ФИО3, был лишен родительских прав в отношении нее и ее брата. Она и ее брат были переданы на воспитание опекуну бабушке ФИО5, а после смерти бабушки, переданы на воспитание опекуну старшей сестры ФИО9 Постановлением Фрунзенского сельского совета 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О закреплении права проживания и пользования жилым помещением за несовершеннолетними ФИО2, ФИО6» за ней и ее братом закреплено право проживания и пользования ? частью жилого дома, находящегося по адресу: 

<

адрес>, Фрунзенское поселение, 

<

адрес>. Однако, как указывает истец, данное жилое помещение является местом жительства ее отца, который был лишен родительских прав. Отделом опеки и попечительства Среднеахтубинского муниципального района 

<

адрес>, истцу была выдана справка о том, что она относиться к числу лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и имеет право на постановку в льготную очередь на получение жилья в администрации Фрунзенского сельского поселения. Постановлением администрации Среднеахтубинского от ДД.ММ.ГГГГг. № ФИО1 было отказано в удовлетворении заявления о постановке на учет в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий. На момент вынесения данного постановления, ФИО1 было 22 года. С рождения до достижении восемнадцатилетнего возраста она проживала и была зарегистрирована, а также являлась собственником 1/10 доли жилого дома, общей площадью 67,9 кв.м. на каждого человека приходилось 9,7 кв.м., что менее учетной нормы площади жилого помещения для признания гражданина в качестве нуждающегося в жилом помещении при обеспеченности, которая была установлена действующим в то время решением районной Думы Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении нормы предоставления и учета нормы площади жилого помещения», и составляла 10 кв.м. общей площади жилого помещения, приходящихся на одного человека. Полагает, что в период после окончания опеки она обладала правом на включение в льготный список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями. В марте 2017 года истец обратилась в Комитет образования и науки Волгоградской области с заявлением о включении ее в список детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями. Согласно вынесенного Комитетом приказа № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 было отказано о включении ее в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на основании того, что она не относится к категории детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в связи с достижением 23-летнего возраста. Считает данный отказ Комитета незаконным, поскольку в силу действующего законодательства, истец обладает правом претендовать на включение её в список детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в связи с чем, по мнению ФИО1 отказ ответчика ей в реализации данного права не отвечает действующим нормам права.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении по доводам, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель ответчика комитета образования и науки Волгоградской области действующая на основании доверенности ФИО7 возражала против удовлетворения заявленных требований. Суду пояснила, что право на обеспечение истца жильем к моменту обращения ФИО1 отсутствовало, поскольку она ранее на учет нуждающихся в предоставлении жилого помещения поставлена не была, а с заявлением на обеспечение жилым помещением обратилась после достижения 23 летнего возраста. Принятое в отношении истца решение в полной мере соответствует закону, а следовательно, не нарушает права и законные интересы ФИО1, в этой связи просила в удовлетворении иска отказать.

Представитель третьего лица отдела опеки и попечительства администрации Среднеахтубинского муниципального района Волгоградской области, в судебное заседание не явились, представили суду заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела в их совокупности и дав правовой анализ доводам сторон, суд находит заявленные требования неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Исходя из толкования данных норм во взаимосвязи с общими принципами гражданского процессуального законодательства, судебной защите подлежит лишь нарушенное право лица.

Вместе с тем нарушения прав ФИО1 подлежащих судебной защите заявленным способом, в ходе судебного разбирательства не установлено. 

Согласно ст. 2 ЖК РФ органы государственной власти и органы местного самоуправления в пределах своей компетенции обеспечивают условия для осуществления гражданам права на жилище.

В силу п. 3, 4, 5 ч. 1 ст. 14 ЖК РФ к компетенции органов местного самоуправления в области жилищных отношений относятся: учет муниципального жилищного фонда; определение порядка предоставления жилых помещений муниципального специализированного жилищного фонда; предоставление в установленном порядке малоимущим гражданам по договорам социального найма жилых помещений муниципального жилищного фонда.

Общие принципы, содержание и меры социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, определены в Федеральном законе от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». 

Настоящим законом во взаимосвязи с соответствующими положениями Жилищного кодекса Российской Федерации в числе иных гарантий по социальной поддержке государством детей-сирот и иных лиц данной категории предусматривается возможность обеспечения последних жильем на безвозмездной основе.

В соответствии с абз. 1,2 п.1 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ (в действующей редакции) детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

В силу п.3 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в порядке, установленном законом субъекта Российской Федерации, формирует список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями. 

В соответствии со статьей 109.1 ЖК РФ предоставление жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по договорам найма специализированных жилых помещений осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

Таким образом, федеральным законодательством обязанность по предоставлению благоустроенных жилых помещений детям-сиротам возложена на субъекты Российской Федерации, которым предоставлены полномочия по установлению порядка предоставления жилых помещений данной категории лиц.

В целях реализации данного положения Волгоградской областной Думой принят Закон Волгоградской области от 5 февраля 2013 года № 5-ОД «Об обеспечении дополнительных гарантий прав на жилое помещение детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в Волгоградской области». 

Статьей 3 настоящего Закона установлен порядок формирования списка детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа указанной категории граждан, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями. 

Указанный порядок предполагает подачу заявлений лицами, относящимися к категории детей-сирот, в орган опеки и попечительства по месту своего жительства, если они не были в установленном порядке включены в список соответственно до приобретения ими полной дееспособности, до достижения совершеннолетия либо до достижения ими возраста 18 лет или не реализовали принадлежащее им право на обеспечение жилым помещением до 01 января 2013 года.

Орган опеки и попечительства в свою очередь направляет его с пакетом документов и своим заключением в уполномоченный орган исполнительной власти Волгоградской области в сфере образования, который формирует соответствующий список лиц указанной категории, подлежащих обеспечению жильем, принимает решение о включении (не включении) лица в данный список.

Данным органом в настоящее время является Комитет образования и науки Волгоградской области.

Решение об отказе во включении детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в список принимается в случае отсутствия предусмотренных действующим законодательством оснований для включения в список.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является дочерью ФИО2 и ФИО4, что подтверждается копией свидетельства о рождении истца (л.д.10).

ДД.ММ.ГГГГ мать ФИО8 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти I-PK № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.19).

Как пояснила в судебном заседании истец ФИО2 после смерти матери она и ее брат ФИО6 проживали совместно с бабушкой по адресу 

<

адрес> сад.

Постановлением Администрации Фрунзенского сельсовета 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, попечителем ФИО2 была назначена ФИО9, место проживания несовершеннолетней ФИО2 определено по месту жительства попечителя опекуна ФИО9

Решением Среднеахтубинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отец истца – ФИО4 был лишен родительских прав в отношении несовершеннолетней ФИО2, последняя передана на попечение ФИО9

Изложенное позволяло отнести ФИО2 к категории лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на которых распространяются гарантии, предусмотренные Законом РФ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».

Вместе с тем, приказом комитета образования и науки 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, истцу во включении в заявленный список отказано со ссылкой на то, что она не относится к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в связи с достижением 23-летнего возраста.

ФИО2 оспаривается законность и обоснованность данного приказа. 

Рассматривая возникший спор и отказывая ФИО2 в удовлетворении заявленных требований, суд руководствуется следующим.

Согласно п.2 ч.2 ст. 57 Жилищного кодекса РФ (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 года), абз. 4 ст. 1 и п. 1 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 года) к лицам, имеющим право на внеочередное получение жилья по социальному найма в частности, относились дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (то есть лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей), по окончании их пребывания в образовательных и иных учреждениях, в том числе в учреждениях социального обслуживания, в приемных семьях, детских домах семейного типа, при прекращении опеки (попечительства), а также по окончании службы в Вооруженных Силах Российской Федерации или по возвращении из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы.

Таким образом, дополнительные гарантии по социальной поддержке, установленные Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ, в том числе и на внеочередное обеспечение жилым помещением по договору социального найма, распространялись на детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа до достижения ими возраста 23 лет.

При этом предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в соответствии с указанными нормами носило заявительный характер и подлежало реализации при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилом помещении.

Следовательно, до достижения возраста 23 лет дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, и лица из их числа в целях реализации своего права на обеспечение вне очереди жилым помещением должны были встать на учет нуждающихся в получении жилых помещений.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

Жилые помещения предоставляются лицам, указанным в абзаце 1 настоящего пункта, по достижении ими возраста 18 лет, а также в случае приобретения ими полной дееспособности до достижения совершеннолетия.

В связи с изменениями, внесенными Федеральным законом от 29 февраля 2012 года № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», утратил силу с 1 января 2013 года п. 2 ч. 2 ст. 57 Жилищного кодекса РФ.

На основании ч. 9 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ (в ред. от 29.02.2012 года N 15-ФЗ) право на обеспечение жилыми помещениями по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей, сохраняется за лицами, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями.

В силу ст. 4 Федерального закона от 29 февраля 2012 года N 15-ФЗ, (настоящий закон вступил в силу с 1 января 2013 года), действие положений статьи 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" (в редакции настоящего Федерального закона) и Жилищного кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) распространяется на правоотношения, возникшие до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, в случае, если дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не реализовали принадлежащее им право на обеспечение жилыми помещениями до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

При таком положении, истец на момент вступления в законную силу Федерального закона от 29 февраля 2012 года N 15-ФЗ должен был обладать нереализованным правом на обеспечение жилым помещением как лицо из числа детей, оставшихся без попечения родителей.

По смыслу ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 29 февраля 2012 года N 15-ФЗ новый порядок предоставления мер социальной поддержки по обеспечению жилыми помещениями детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа мог быть распространен на истца лишь при наличии доказательств его обращения в уполномоченные органы о постановке на учет для предоставления жилого помещения во внеочередном порядке в соответствии с положениями ранее действовавших норм законодательства.

При этом, по смыслу приведенной выше ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ (в ред. от 29.02.2012 года № 15-ФЗ), меры социальной поддержки предоставляются детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, а также детям, находящимся под опекой (попечительством), не имеющим закрепленного жилого помещения.

Как следует из материалов дела ФИО2 в возрасте 22 лет обращалась уполномоченный орган по месту жительства с заявлением о принятии на учет качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий.

Однако, постановлением Администрации Фрунзенского сельского поселения 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 было отказано в принятии на учет в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий, на основании представленных документов, не подтверждающих право соответствующих граждан состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях (л.д.11).

В судебном заседании истец ФИО2 не отрицала, что данное решение органа местного самоуправления не обжаловано вышеуказанный ненормативный правовой акт незаконным в судебном порядке не признавался.

Из анализа законодательства об обеспечении детей-сирот жилыми помещениями, действовавшего до ДД.ММ.ГГГГ, жилыми помещениями обеспечивались лица указанной категории, не имеющих закрепленного за ними жилья (абзац 2 пункта 1 статьи 8 Закона № 159-ФЗ. 

Вместе с тем, из материалов дела следует, что постановлением администрации Фрунзенского сельсовета 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, за несовершеннолетней ФИО2 закреплено право проживания и пользование помещением ? части жилого дома в 

<

адрес> за несовершеннолетними ФИО2 и ФИО6 

Кроме того, согласно свидетельства о государственной регистрации права выданной Управлением Федеральной регистрационной службы по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 принадлежит 1/10 доли изолированной части жилого дома, общей площадью 67,9 кв.м. по адресу: 

<

адрес>., что также подтверждается техническим паспортом на изолированную часть жилого дома. (л.д.27,29-40).

Таким образом, по мнению суда в соответствии с вышеприведенной правовой нормой период, когда ФИО1 имела статус лица из числа детей-сирот, она не имела право на внеочередное предоставление жилого помещения по действовавшему на тот момент времени законодательству.

В ходе судебного разбирательства по делу установлено, что истец вплоть до марта 2017 года не была поставлена на учет в качестве лица, нуждающегося в жилом помещении по вышеназванной категории граждан. 

Суд полагает, что установленный в ст.1 ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» срок для реализации права на социальную поддержку 23 годами возраста, является пресекательным, и не может быть восстановлен. Поэтому достижение истцом возраста 28 лет, не вставшей на учёт нуждающейся в жилом помещении до 23 лет, является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В ходе судебного разбирательства не установлено наличие объективных и исключительных причин, препятствовавших обращению истца к ответчику по вопросу постановки его на учет в качестве лица, имеющего предусмотренное законом право на обеспечение жилым помещением, ранее марта 2017 года. 

Доводы ФИО1 о том, что уважительной причиной пропуска срока для постановки на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении явилось ненадлежащее выполнение органами опеки и попечительства своих обязанностей, нельзя признать состоятельными, поскольку законом предусмотрен заявительный порядок постановки граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях. Вместе с тем, доказательств ненадлежащего исполнения органами опеки и попечительства своих обязанностей по защите прав несовершеннолетних, повлекшего лишение ФИО1 права на обеспечение жилым помещением, из материалов дела не усматривается.

Кроме того, по достижении совершеннолетия ФИО1 могла самостоятельно реализовать свои права по обеспечению его жилым помещением, однако с данным вопросом стала обращаться лишь по достижении ей возраста 28 лет.

Не может служить основанием к удовлетворению заявленных истцом требований и довод ФИО1 о том, что она зарегистрирована и проживает в жилом помещении, где на её долю приходится площадь жилого помещения менее учетной нормы, поскольку с 1 января 2013 года действует иная редакция ст. 8 Закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ, позволяющая поставить на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении лицо из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в случае если за ним закреплено жилое помещение, но его проживание в таком жилом помещении признается невозможным, в частности, вследствие того, что общая площадь жилого помещения, приходящаяся на одно лицо, проживающее в данном жилом помещении, менее учетной нормы площади жилого помещения (п. 3 ч. 4 ст. 8). Однако к 1 января 2013 года ФИО1 уже достигла возраста 19 лет, следовательно, право на обеспечение мерой социальной поддержки, установленной данной нормой в редакции Федерального закона от 29 февраля 2012 года № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», у неё не возникло.

Не противоречат вышеизложенному и положения статьи 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 N 159-ФЗ (в редакции от 29.02.2012 года N 15-ФЗ) "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей", так как право на обеспечение жилыми помещениями по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данной статьей, сохраняется за лицами, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями, в случае наличия их письменного обращения в возрасте от 18 до 23 лет в компетентный орган местного самоуправления (абзац 3 части 1 статьи 8) и нереализованного права на жилое помещение, допущенного по независящим от таких граждан причинам.

Других доказательств наличия объективных и исключительных причин, препятствовавших своевременному обращению истца в компетентный орган по вопросу постановки его на учет в качестве лица, имеющего предусмотренное законом право на обеспечение жилым помещением, ФИО2 не представлено.

Основания полагать то, что оспариваемое истцом решение ответчика нарушает его права и законные интересы, создало препятствия в реализации гарантированного государством права, также отсутствуют, поскольку принятое в отношении ФИО2 решение в полной мере отвечает требованиям действующего законодательства.

Довод истца о том, что лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, сохраняют право на внеочередное предоставление жилого помещения при обращении за постановкой на учет после исполнения им 23-летнего возраста, несостоятелен и противоречит действующему законодательству. Данная позиция нашла свое подтверждение в обзоре судебной практики Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которой, дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, сохраняют право на внеочередное предоставление жилой площади, при достижении возраста 23 лет, только если они встали на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении до достижения указанного возраста.

Имевшийся у истца статус сам по себе не подразумевает право на получение мер социальной поддержки со стороны государства, на основании указанного Закона независимо от срока обращения в уполномоченный орган с соответствующим заявлением.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО1 признании незаконным приказа № от ДД.ММ.ГГГГ комитета образования и науки Волгоградской области об отказе ФИО1 во включении в список детей- сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда Волгоградской области и об обязании включить в список детей-сирот и детей оставшихся без попечения родителей, лиц, из их числа, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями по договору специализированного найма специализированного жилищного фонда Волгоградской области, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

отказать ФИО1 в удовлетворении иска к комитету образования и науки Волгоградской области о признании незаконным приказа № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе во включении в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда Волгоградской области незаконными и об обязании включить в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, подлежащих обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда Волгоградской области.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Волгоградский областной суд через Ворошиловский районный суд г. Волгограда.

Председательствующий Юдкина Е.И.

Мотивированное решение составлено 29 августа 2017 года.

Судья Юдкина Е.И.