Изготовлено в окончательной форме 19.04.2024 года

Дело №2-69/2024

УИД 76 RS0016-01-2023-003273-60

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

3 апреля 2024 года г. Ярославль

Дзержинский районный суд г. Ярославля в составе

председательствующего судьи ФИО14

при секретаре ФИО3,

с участием прокурора ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО15 к ФИО1 о признании договора страхования недействительным, по встречному иску ФИО1 к ФИО16 о взыскании страхового возмещения,

установил:

ФИО17 обратилось в суд с иском к ФИО1 (с учетом уточнения требований) о признании недействительным договора страхования от 12.07.2020г. SYS 1405108868, взыскании расходов по оплате госпошлины в размере 6000 руб.

В обоснование иска указано, что 12.07.2018г. между ФИО18 и ФИО1 заключен договор страхования от несчастных случаев и болезней SYS 1405108868. Выгодоприобретателем по договору страхования является ФИО19 с которым ответчик ФИО1 заключила кредитный договор от 12.07.2018г. №. Срок кредитного договора с 12.07.2018г. по 12.07.2033г. 19.04.2023г. ФИО1 обратилась в ФИО20 с заявлением о наступлении страхового случая в связи с установлением ей 03.04.2023г. инвалидности II группы. По заявлению ФИО1 проведена проверка, в ходе которой установлено, что страхователю до заключения договора страхования был выставлен диагноз: рак левой молочной железы. Таким образом, истец полагает, что ФИО1 при заключении договора страхования предоставила неполную и недостоверную информацию, а также намеренно умолчала об обстоятельствах, которые должна была сообщить страховой компании. Тем самым ФИО21 при заключении с ответчиком договора личного страхования было введено ею в заблуждение относительно предмета сделки, считая, что заключает договор страхования с лицом, которое не имеет каких-либо заболеваний и проблем со здоровьем. В связи с изложенным, договор страхования подлежит признанию недействительным.

ФИО1 обратилась с встречным иском к ФИО22 в котором просила признать страховым случаем установление ей инвалидности второй группы согласно акту медико-социальной экспертизы от 12.04.2023г., обязать ФИО23 перечислить ФИО24 страховую выплату в размере остатка денежного обязательства по кредитному договору от 12.07.2018г. №, заключенному между ФИО1 и ФИО25 взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда 35 000 руб., штраф, 10% от суммы страховой выплаты. 

Исковые требования мотивированы тем, что 12.07.2018г. между ФИО26 и ФИО1 заключен договор страхования от несчастных случаев и болезней SYS 1405108868. 12.04.2023г. на основании акта медико-социальной экспертизы принято решение об установлении ФИО1 инвалидности второй группы. В связи с тем, что наступил страховой случай, истец обратилась к ответчику с заявлением об осуществлении страховой выплаты, в чем ей было отказано. Считает, что действия ответчика по отказу в страховой выплате не отвечают требованиям действующего законодательства и условиям заключенного договора. 

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО27

В судебном заседании представитель истца ФИО28 по доверенности ФИО5 исковые требования поддержала, встречный иск не признала. Дополнительно пояснила, что взаимосвязь между ранее диагностированным в 2016г. у ФИО1 заболеванием и выставленным ей в 2022г. диагнозом с последующим установлением инвалидности правового значения для разрешения вопроса о признании договора страхования недействительным не имеет. Юридически значимым является лишь факт наличия указанных диагнозов. Злокачественное новообразование молочной железы и лимфома относятся к единому подразделу болезней «Злокачественные новообразования». В заявлении на страхование ответчик отрицала наличие у нее ранее поставленных диагнозов новообразования/опухоли любого вида. Предоставление ответчиком заведомо ложных сведений повлекло невозможность всецело оценить степень страховых рисков, произвести верный расчет страховой премии или отказаться от заключения договора. 

В судебном заседании ответчик ФИО1 встречные исковые требования поддержала, иск ФИО29 не признала. Пояснила, что при заключении договора страхования от 12.07.2018г. она была абсолютно здорова, к этому времени инвалидность была снята, лечение она не проходила, лекарственные препараты не принимала. При заключении договора страхования каких-либо уточняющих вопросов сотрудник страховой компании ей не задавал, сам заполнил все документы, лишь дав ей их на подпись. Договор был выполнен мелким шрифтом, что затрудняло его прочтение. Ранее выставленный ей диагноз – рак молочной железы и заболевание, приведшее к установлению инвалидности, имеют различное происхождение, не связаны друг с другом. 

Представитель третьего лица ФИО30 направил письменный отзыв, в котором указал, что ФИО31 не проверило состояние здоровья ответчика на момент заключения договора страхования, договор страхования не был признан недействительным и продолжал свое действие на момент наступления страхового случая. В этой связи истец не может ссылаться на предоставление ложных сведений со стороны ответчика как на основание отказа в выплате страхового возмещения. Такое основание не предусмотрено ни законом, ни условиями договора страхования. ФИО32 не представлено доказательств причинно-следственной связи между заболеваниями ответчика, имевшими место на дату заключения договора страхования, и установлением ответчику инвалидности. Необоснованный отказ истца в выплате ответчику страхового возмещения при наступлении страхового случая и предъявление требований о признании договора страхования недействительным после наступления страхового случая при наличии у истца права произвести самостоятельную проверку фактического состояния здоровья ответчика и непроведении такой проверки является злоупотреблением правом. 

Третьи лица ФИО33 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

В соответствии с ч.3 ст.167 ГПК РФ неявка лиц, извещенных о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, не представивших доказательств уважительности причин неявки, не является препятствием к рассмотрению дела. Суд определил рассмотреть дело при имеющейся явке. 

Заслушав явившихся участников процесса, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 12.07.2018г. между ФИО34 и ФИО1 заключен кредитный договор №, по условиям которого ФИО35 предоставило ФИО1 кредит в размере 2 756 000 руб. сроком на 180 месяцев под 8,9% годовых для приобретения трехкомнатной квартиры по адресу: 

<

адрес>, квартал по 

<

адрес>, в районе пересечения с 

<

адрес> условный №.

В тот же день ФИО1 было написано и подано в ФИО36 заявление на комплексное ипотечное страхование по страховому риску - причинение вреда жизни и здоровью застрахованного в результате несчастного случая и/или болезни: смерть застрахованного в результате несчастного случая и/или болезни, утрата застрахованным трудоспособности (инвалидность I или II группы) в результате несчастного случая и/или болезни. 

При заполнении заявления на комплексное ипотечное страхование ФИО1 на все вопросы о заболеваниях ответила отрицательно. В частности ею были даны отрицательные ответы на вопрос: имеете ли Вы какие-либо заболевания, какие-либо проблемы со здоровьем (кроме гриппа, простуды, стоматологии); обращались ли Вы в течение последних 5 лет или намерены ли Вы обращаться к врачу в будущем (кроме ОРЗ, гриппа, простуды, стоматологии); имели ли Вы или имеете ли Вы сейчас 1,2,3 группу инвалидности или проходите сейчас подготовку к направлению на медико - социальную экспертизу; имели ли Вы когда либо или имеете сейчас рак, новообразования или опухоли? 

12.07.2018г. между ФИО1 и ФИО37 был заключен договор страхования от несчастных случаев и болезней № SYS 1405108868, предметом которого определено страхование имущественных интересов страхователя (застрахованного лица, выгодоприобретателя), связанных с причинением вреда здоровью застрахованного лица, а также с его смертью в результате несчастного случая или болезни в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 12.07.2018г. №. Застрахованным лицом по договору является ФИО1

Срок действия договора страхования – с 12.07.2018г. по 12.07.2033г. 

По условиям договора страхования страховыми случаями являются: смерть застрахованного лица, наступившая в течение срока действия договора в результате несчастного случая или болезни, установление застрахованному лицу I или II группы инвалидности (в течение срока действия договора или не позднее чем через 180 дней после его окончания) в результате несчастного случая или болезни с учетом положений подп. 8.1.1 договора. 

В период действия договора страхования 03.04.2023г. ФИО1 была установлена 2 группа инвалидности по общему заболеванию, в связи с чем 19.04.2023г. она обратилась в ФИО38 с заявлением о наступлении страхового случая, предоставив страховщику все обязательные документы. 

В выплате страхового возмещения ФИО39 ФИО1 было отказано, поскольку 01.01.2016г. ей был установлен диагноз «Злокачественное новообразование верхненаружного квадранта молочной железы слева – С50.4 (морфологический диагноз – 8500/3 инфильтрующий протоковый рак)». Однако при заключении договора страхования в заявлении на комплексное ипотечное страхование, которое является неотъемлемой частью договора страхования № SYS1405108868, она указала заведомо ложные сведения о своем здоровье: отрицала наличие заболеваний, проблем со здоровьем (п.6.1), обращение за медицинской помощь в течение предшествующих пяти лет (п.6.2), наличие у нее ранее поставленных диагнозов новообразования / опухоли любого вида (п.8). 

В соответствии с п.1 ст.934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

В силу ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Статьей 944 ГК РФ предусмотрено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (п. 1). Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (п. 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 настоящего Кодекса. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали (п.3).

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В контексте ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» условия договора страхования, в том числе, об основаниях для признания договора недействительным, не могут расширять права страховщика на оспаривание договора, ставя тем самым потребителя в худшее положение по сравнению с прямо предусмотренным законом.

Гражданский кодекс РФ не содержит исчерпывающего перечня существенных обстоятельств, которые страхователь обязан сообщить страховщику при заключении договора страхования, лишь указывает на то, что таковыми признаются обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (абз.2 п.1 ст.944).

Между тем, действующим гражданским законодательством, в том числе нормами ст. ст. 1, 421, 422 ГК РФ, не исключается возможность ограничения принципа свободы договора в целях защиты интересов экономически слабой стороны правоотношений, так как свобода договора не ограничивается формальным признанием юридического равенства сторон и должна предоставлять определенные преимущества экономически слабой и зависимой стороне в договоре, что в настоящем случае влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора для другой стороны - страховщика, поскольку страхователь, являясь стороной такого договора, по существу лишен возможности влиять на его содержание, определяемое в правилах страхования, принятых и утвержденных самим страховщиком, что по своей сути также является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления (п.1). Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (п.2).

По смыслу п.1 ст.944 ГК РФ, а также ст. 9 Федерального закона «Об организации страхового дела в Российской Федерации», перечень обстоятельств, которые страхователь обязан сообщить страховщику при заключении договора страхования, не может определяться исключительно субъективным усмотрением страхователя. Обстоятельства, указанные им в качестве обязательных для сообщения, должны объективно влиять на степень рисков, принимаемых страховщиком на страхование, размер возможных убытков от наступления страхового случая.

Как следует из п. 10 Обзора практики рассмотрения судами споров, возникающих из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019г., сообщение заведомо недостоверных сведений о состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного личного страхования является основанием для отказа в выплате страхового возмещения, а также для признания такого договора недействительным, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 944 данного Кодекса. При этом страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК РФ (п. 3 ст. 944 настоящего Кодекса). Однако для этого необходимо, чтобы заболевание, в связи с которым наступил страховой случай, было получено до заключения договора.

Из содержания приведенных правовых норм и разъяснений их применения следует, что при наступлении страхового случая оспаривание условий договора возможно только для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по факту названного страхового случая. Иное оспаривание условий договора не влечет восстановление прав страховщика, поскольку в таком случае права не являются нарушенными, а наступление страхового случая не предполагается.

Юридически значимым при рассмотрении данного дела является наличие причинно-следственной связи между заболеваниями, имеющимися у ФИО1 в момент заключения договора страхования, о которых она не сообщила страховщику, и наступившим страховым случаем.

Согласно протоколу медико-социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» от 12.04.2023г. (т.1 л.д.78 – 100), а также по сведениям, представленным ФБУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» (т.1 л.д.235 – 237), с 03.04.2023г. по 12.04.2023г. ФИО1 освидетельствована в бюро № – филиале ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» с основным заболеванием: первично множественное злокачественное новообразование: инфильтрирующий протоковый рак левой молочной железы Т2N0M0 II а ст. G3. Хирургическое лечение 23.11.2015г. радикальная мастэктомия по Маддену слева + ПХТ. Отсроченная реконструкция левой молочной железы (21.03.2018г., 04.06.2019г.). Удаление импланта левой молочной железы в марте 2022г. ФИО13 – клеточная крупноклеточная лимфома, GCB – типа с поражением надключичных, нижнеяремных, подключичных лимфоузлов справа, аксилярных лимфоузлов справа, субпекторального лимфоузла справа. ВПХТ по протоколу «R-NHL-BFM-90». В процессе терапии ритуксимамбом. Стойкие выраженные нарушения функций системы крови и иммунной системы. Анемия легкой степени. По результатам освидетельствования установлена вторая группа инвалидности сроком на 1 год до 01.05.2024г. с причиной «общее заболевание». 

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обязанность по доказыванию причинно-следственной связи между злокачественным новообразованием верхненаружного квадранта молочной железы слева – С50.4 (морфологический диагноз – 8500/3 инфильтрующий протоковый рак) и диагностированной у нее ФИО13 – клеточной крупноклеточной лимфомой, явившейся основанием для установления инвалидности, по смыслу действующего законодательства возложена на ФИО40

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля был допрошен ФИО6, занимающий должность заведующего патологоанатомического отделения ФИО41 который пояснил, что по результатам изучения медицинской документации ФИО7 он пришел к выводу о том, что в 2015г. у нее также была лимфома, но заболевание неверно диагностировали. У рака молочной железы и лимфомы абсолютно разное происхождение: рак поражает покровные ткани, а лимфома происходит из кроветворной системы. 

Допрошенная в качестве свидетеля гематолог ФИО42 ФИО8, являющаяся лечащим врачом ФИО1, которая пояснила, что в 2022г. к ней на лечение поступила ФИО1 Ею была изучена медицинская документация пациентки, касающаяся рака левой молочной железы. Указанное заболевание было вылечено, находилось в стадии ремиссии. Диагноз лимфома установлен ФИО1 впервые, подтвержден результатами биопсии. Взаимосвязи между данными заболеваниями нет. Имевшийся у ФИО1 ранее рак молочной железы лишь отягощал лечение выявленной у нее лимфомы, но не являлся причиной данного заболевания. 

Допрошенная в качестве свидетеля заведующая поликлиникой ФИО43 ФИО9 пояснила, что она врач онколог-химиотерапевт. Не являясь лечащим врачом ФИО1, оформляла ее медицинскую документацию. В 2015г. у ФИО1 был диагностировал рак молочной железы, который был успешно пролечен, каких-либо изменений в кроветворной системе, в том числе в лимфоузлах, выявлено не было. В настоящее время у ФИО1 диагностирована лимфома. Рак молочной железы и лимфома являются разными, не взаимосвязанными заболеваниями. Лимфоузлы растут в течение 1 – 2 лет. За этот период времени лимфома должна была себя проявить. Исключено, что в период с 2015г. по 2022г. лимфома себя никак не проявила бы. 

Ответчиком ФИО1 в материалы дела представлено заключение, составленное зав. кафедрой патологической анатомии ЯГМУ ФИО10 от 29.01.2024г. Согласно указанному заключению в мае 2015г. ФИО1 была выполнена срочная биопсия левой молочной железы в виде секторальной резекции с имеющимся узлом размерами 4,5/4/3 см. Результат срочного гистологического исследования – солидный медуллярный рак (степень злокачественности 3) без инвазии в сосуды и кожу молочной железы. При пересмотре микропрепаратов отмечается морфологическая картина низкодифференцированной солидной аденокарциномы с некрозами, участками фиброза и инвазией в окружающую ткань молочной железы. Одномоментно произведена радикальная мастэктомия слева с клетчаткой и лимфоузлами по Маддену. При гистологическом исследовании в удаленной молочной железе определялась послеоперационная рана с узловыми швами, полостью и жировой тканью с лимфоузлами без опухолевого роста. При дальнейшем проведении иммуногистохимического исследования удалось установить иммунопрофиль с гормональным статусом данной злокачественной опухоли. Пациентка получила курсы химиотерапии. 

В мае 2021г. была выявлена аксиллярная лифмоаденопатия справа, по поводу которой выполнена расширенная лимфодиссекция. В 1 из 11 лимфоузлов обнаружена морфологическая картина лимпролиферативного заболевания. После выполнения иммуногистохимического исследования был выставлен диагноз «Диффузная В-клеточная крупноклеточная лимфома». Показано динамическое наблюдение. В ноябре 2021г. наблюдалось увеличение аксиллярного лимфоузла справа, биопсия в силу технических причин не была выполнена. В сентябре 2022г. отмечалось увеличение аксиллярных лимфоузлов справа, произведена повторная биопсия, по результатам которой выставлена Диффузная В- крупноклеточная лимфома. При пересмотре микропрепаратов отмечается рост крупных, полиморфных клеток в краевых синусах и корковом слое лимфатического узла. На базе гаматологического отделения проходила и проходит курсы терапии. 

По результатам проведенных исследований специалистом сделан выводы о том, что у ФИО1 имеется первично-множественное метахронное злокачественное новообразование, которое выражается в последовательном, с интервалом в семь лет, появлении и прогрессировании двух разных злокачественных опухолей: рака левой молочной железы и крупноклеточной лимфомы аксиллярного лимфатического узла справа. Данные злокачественные опухоли являются обособленными, не связаны друг с другом имеют различный гистогенез, т.е. исходят из разных тканевых источников, что подтверждено не только данными гистологического исследования посредством световой микроскопии, но и проведением иммуногистохимического типирования.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ оценка доказательств судом производится по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд принимает во внимание заключение специалиста ФИО11, поскольку его выводы основаны на медицинских документах ФИО1 Он имеет специальное образование, достаточный стаж работы, соответствующую категорию. Заинтересованность специалиста в исходе дела не установлена. В заключении специалиста подробно и последовательно изложены ход исследования, анализ представленных материалов и медицинских документов. Выводы, сделанные специалистом, соответствуют иным исследованным судом доказательствам. 

В свою очередь, ФИО44 доказательств, подтверждающих, что заболевание ФИО1, которое явилось причиной установления ей инвалидности 2 группы в 2023г., представляет собой следствие заболевания, перенесенного ею до заключения оспариваемого договора страхования и не указанного в анкете-заявлении, представлено не было. Несмотря на неоднократные разъяснения суда о юридически значимых обстоятельствах и бремени их доказывания, ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы САО «РЕСО-Гарантия» не заявлялось. 

Разрешая требования о признании договора страхования недействительным, суд также учитывает, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика. Под умыслом понимаются такие поступки страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, которые сознательно ведут к нарушению страхового обязательства. Предоставление страхователем при заключении договора заведомо ложных сведений предполагает намеренное искажение страхователем сведений о своем состоянии здоровья с целью незаконно получить имущественную выгоду. 

При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике. 

В соответствии со ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Таким образом, обязанность по информированию страхователя лежит на страховщике, который обязан предоставить достоверную и полную информацию об услуге до заключения соответствующего договора страхования, в том числе, разъяснить содержание всех условий договора страхования, а также исключений из него.

ФИО1 в судебном заседании пояснила, что подписание договора носило формальный характер: все документы были заполнены сотрудником страховой компании и переданы ей на подписание единым комплектом, никаких уточняющих ей вопросов не задавалось, документы заполнены мелким шрифтом, что затрудняло их внимательное прочтение. Она считала себя абсолютно здоровой, умысла скрыть ранее перенесенное заболевание не имела. 

Само по себе диагностирование ранее у застрахованного лица каких-либо заболеваний с определенностью не свидетельствует о возможности наступления инвалидности в будущем.

Материалами дела, в том числе представленной суду медицинской документацией, показаниями допрошенных свидетелей подтверждается, что ФИО1 задолго до заключения договора страхования от 12.07.2018г. завершила лечение от рака молочной железы, лечение было проведено ей успешно, инвалидность, установленная в связи с указанным заболеванием, была снята, ФИО1 установлен имплант молочной железы, лекарственные препараты ею к тому времени не принималось. В этой связи объяснения ответчика о том, что в момент заключения договора страхования она оценивала свое состояние здоровья положительно, являются логичными. 

Оценивая объяснения ответчика об отсутствии у нее умысла на введение страховую компанию в заблуждение, суд также обращает внимание на то, что в верхней части второй страницы заявления на комплексное ипотечное страхование, являющегося приложением к Договору страхования, указано, что соответствующая часть этой страницы в целях получения страховщиком исчерпывающей информации о рисках, связанных со здоровьем и деятельностью застрахованного лица, заполняется самим застрахованным лицом. Однако, из последующего текста заявления следует, что ответы на содержащиеся в нем вопросы 1-16 внесены машинописным способом. То есть очевидно, что данная часть заявления заполнена сотрудником САО «РЕСО-Гарантия», оформлявшим договор страхования. Причем большая часть ответов демонстрирует, что проводившийся страховщиком при заключении договора страхования опрос застрахованного лица об обстоятельствах, существенно влияющих на вероятность наступления страхового случая, имел формальный характер. 

Все перечисленные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО1 прямого умысла на сокрытие ранее диагностированного у нее заболевания.

Пунктом 2 ст.945 ГК РФ предусмотрено право страховщика при заключении договора личного страхования провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Своим заявлением от 12.07.2018г. ФИО1 дала согласие любому медицинскому учреждению или врачу, имеющему какую-либо информацию о состоянии ее здоровья, сообщать эту информацию страховщику ФИО45

Суд отмечает, что страховщик не воспользовался правом проверить достоверность информации, сообщаемой страхователем, любыми доступными ему способами, не противоречащими законодательству РФ, не запросил дополнительные сведения о состоянии здоровья ФИО1 вплоть до обращения ею в апреле 2023г. с заявлением о страховом возмещении.

Таким образом, не имеется оснований для удовлетворения иска ФИО46 о признании договора недействительным, поскольку заболевание, послужившее причиной установления ФИО1 инвалидности, впервые диагностировано у нее после заключения договора страхования. Несообщение ФИО1 при заключении договора страхования сведений о перенесенном ею заболевании (рак молочной железы) никак не повлияло на наступление страхового случая, так как инвалидность была ей установлена вследствие иного заболевания.

Согласно п.3.3.2 договора страхования от 12.07.2018г. № к числу страховых случаев отнесено установление застрахованному лицу I или II группы инвалидности в результате несчастного случая или болезни с учетом положений пп. «б» п. 8.1.1 договора.

При изложенных обстоятельствах заявленный 19.04.2023г. ФИО1 случай в виде установления ей инвалидности II группы является страховым.

Оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, установленных ст.963, 964 ГК РФ, не имеется. 

В этой связи требование истца о признании случая страховым, взыскании с ответчика страхового возмещения являются законными и обоснованными.

Согласно порядку осуществления страховой выплаты, установленному договором страхования от 12.07.2018г. №SYS1405108868, в случае установления инвалидности II группы застрахованному лицу страховая выплата производится в размере 100% страховой суммы, установленной договором для данного застрахованного лица на дату наступления страховой случая (п.8.1). Страховая сумма на каждый период страхования указывается в графике страховой суммы и уплаты страховой премии (п.4.2). 

Согласно графику страховой суммы и уплаты страховой премии, являющейся приложением № к дополнительному соглашению от 12.07.2021г. к договору страхования страховая сумма на дату наступления страхового случая 03.04.2023г. составляет 2 028 765,74 руб. Указанное также подтверждается справочным расчетом, представленным ФИО47

Исходя из содержания п.8.3 договора страхования, страховщику для рассмотрения заявления застрахованного лица об осуществлении страховой выплаты предоставляется 32 рабочих дня, исчисляемых с даты получения всех документов, необходимых для осуществления страховой выплаты.

Заявление о наступлении страхового случая было подано ФИО1 19.04.2023г. Каких-либо запросов о необходимости предоставления дополнительных документов в ее адрес страховщиком не направлялось. Следовательно, срок, установленный для принятия решения о признании случая страховым и осуществления страховой выплаты, оканчивался 07.06.2023г. 

В материалы дела ФИО48» представлен расчет задолженности по кредитному договору от 12.06.2018г. № по состоянию на 08.06.2023г., согласно которому сумма задолженности по данному кредитному договору составляет 1 738 575,11 руб. Согласно справке ФИО49 по состоянию на 03.04.2024г. включительно сумма, необходимая для полного досрочного погашения задолженности по кредитному договору, составляет – 1 608 823,22 руб.

В соответствии с условиями договора страхования выгодоприобретателем №1 (в пределах денежного обязательства по договору) является ПАО «Промсвязьбанк», вторым выгодоприобретателем (в размере суммы страховой выплаты, оставшейся после осуществления страховой выплаты первому выгодоприобретателю) – застрахованное лицо, а в случае его смерть – наследники застрахованного лица. 

Согласно п. 8.6 договора страхования положительная разница между суммой страховой выплаты, установленной п.8.1 договора, и суммой страховой выплаты, подлежащей выплате выгодоприобретателю-1 в размере, установленном п.8.2 Договора, выплачивается страховщиком выгодоприобретателю-2.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ФИО50 обязанности выплатить ФИО1 страховое возмещение путем перечисления на счет ФИО51 денежных средств в размере 1 608 823,22 руб. 

В случае надлежащего исполнения ФИО52 обязательств по договору страхования по состоянию на 08.06.2023г. страховщик был обязан перечислить ФИО53 в счет погашения задолженности по кредитному договору 1 738 575,11 руб. Следовательно, со ФИО54 в пользу ФИО1 подлежат взысканию денежные средства в размере 290 190,63 руб. в качестве положительной разницы между страховым возмещением и суммой страхового возмещения, подлежавшего перечислению Банку, из расчета: 2 028 765,74 руб. - 1 738 575,11 руб. = 290 190,63 руб.

Доводы ФИО7.Е. о наличии у ФИО55 обязанности по выплате ей также 10% от суммы страховой выплаты суд отклоняет как основанные на неверном толковании условий договора страхования. Из смысла п.4.1 договора следует, что 10% характеризует принцип формирования страховой суммы на каждый из периодов страхования, непосредственного отношения к расчету страховой выплаты не имеет. 

В силу ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться в соответствии с условиями обязательства, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Согласно ст.393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (п.1). Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (п.2).

Статьей 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п.1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2).

В результате ненадлежащего исполнения ФИО56 своих обязанностей по выплате страхового возмещения ФИО1 была вынуждена самостоятельно оплачивать в банк задолженность по кредитному договору в течение 10 дней после наступления даты страховой выплаты (по состоянию на дату вынесения решения суда). В том случае, если бы страховщиком страховое возмещение было выплачено своевременно, у ФИО1 не возникло бы необходимости по внесению ежемесячных платежей в счет погашения задолженности по кредиту. Из выписки по счету следует, что в период с 08.06.2023г. по 03.04.2023г. (дата рассмотрения дела) ФИО1 ежемесячно вносила платежи в счет погашения задолженности по кредитному договору, допуская незначительные нарушения сроков внесения данных платежей. Начисление банком процентов и неустоек в связи с допускаемыми ФИО1 нарушениями условий кредитного договора не находится в причинно-следственной связи с противоправными действиями страховщика. Поэтому при определении размера убытков, подлежащих взысканию со САО «РЕСО-Гарантия» в пользу ФИО1, суд исходит из графика погашения задолженности по кредитному договору, согласно которому размер ежемесячного платежа составляет 27 042,33 руб. Индивидуальными условиями кредитного договора предусмотрено, что датой ежемесячного платежа является 18 число каждого месяца. В период с 08.06.2023г. по 03.04.2023г. ФИО1 внесено 10 платежей. Следовательно, размер ее убытков, подлежащих взысканию со САО «РЕСО-Гарантия», составляет 270 423,30 руб.

На отношения между ФИО1 и ФИО57 распространяется Закон РФ «О защите прав потребителей», согласно ст. 15 которого моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Так как судом установлено нарушение прав потребителя невыполнением страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения, со ФИО58 в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда. Принимая во внимание фактические обстоятельства спора, характер нарушенных прав, степень вины нарушителя, индивидуальные особенности потребителя (ее возраст, состояние здоровья), суд определяет размер компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, полагая указанную сумму отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Истец имеет право на взыскание со ФИО59» штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения ее требований потребителя, размер которого составляет 285 306,97 руб. из расчета (290 190,63 руб. + 270 423,30 руб. + 10 000 руб.)/2 = 285 306,97 руб.

Суд полагает возможным по ходатайству ответчика ФИО60 применить положения статьи 333 ГК РФ к штрафу, и снизить его размер до 100 000 рублей.

При этом суд учитывается все существенные обстоятельства дела, в том числе, длительность допущенной ответчиком просрочки нарушения обязательства, последствия нарушения обязательства, а также компенсационную природу штрафной неустойки, считает, что сумма штрафа является несоразмерно высокой, и не может служить средством обогащения страхователя. 

В силу ст. 103 ГПК РФ со ФИО61 подлежит взысканию в доход бюджета государственная пошлина в размере 19 347,19 руб. ((1 608 823,22 руб. + 290 190,63 руб. + 270 423,30 руб.) - 1 000 000 руб. х 0,5% + 13 200 руб. + 300 руб. по требованию нематериального характера (компенсации морального вреда))

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО62 к ФИО1 (паспорт №) о признании договора страхования недействительным - отказать.

Встречные исковые требования ФИО1 к ФИО63 - удовлетворить частично.

Признать страховым случаем по договору страхования от 12.07.2018г. SYS 1405108868 установление ФИО1 инвалидности 2 группы согласно акту медико-социальной экспертизы ФИО64 

<

адрес>» Минтруда России от 12.04.2023г.

Обязать ФИО65 перечислить ФИО66 (ИНН №) страховую выплату в счет погашения задолженности по кредитному договору от 12.07.2018г. №, заключенному со ФИО1, по состоянию на 03.04.2024г. включительно в размере 1 608 823,22 руб.

Взыскать со ФИО67 в пользу ФИО1 страховое возмещение 290 190,63 руб., убытки 270 423,30 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 100 000 рублей.

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований - отказать.

Взыскать со ФИО68 в доход бюджета 

<

адрес> государственную пошлину в размере 19 347,19 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Дзержинский районный суд 

<

адрес> в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья ФИО69