Дело №2-153/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 04 февраля 2019 года

Куйбышевский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Плиско Э.А.,

при секретаре Митькиной К.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Региональному благотворительному фонду «Покровский» о взыскании задолженности по заработной плате, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Региональному благотворительному фонду «Покровский», мотивируя требования тем, что с 07.05.2013 года работал в должности генерального директора РБФ «Покровский» с оплатой труда в размере 150 000 рублей в месяц, однако ответчик за период с 01.01.2017 года по 30.05.2018 года не выплатил заработную плату в предусмотренном договором размере, в связи с чем за указанный период образовалась задолженность по начисленной и не выплаченной заработной плате в размере 1 869 747 рублей 16 копеек. 14.05.2018 года с истцом были прекращены трудовые отношения, однако работодателем не был произведен окончательный расчет, а именно не была выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в размере 2143143,52 рублей за период с 20.05.2003 года по 30.05.2018 года, а также выходное пособие в размере 750 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил основание заявленных требований, установив, что заработная плата в размере, установленном трудовым договором, в заявленный спорный период ему не начислялась, просил взыскать заявленную суму, в том числе как не начисленную и не выплаченную заработную плату.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, каких-либо ходатайств, в том числе об отложении рассмотрения дела, не представил, в связи с чем суд счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель истца в судебное заседание явился, требования поддержал; подтвердил факт выплаты денежных средств истцу в июне, июле 2018 года в размере 65475 рублей, в связи с чем полагал возможным учесть их при расчете задолженности. По заявлению ответчика о пропуске срока на обращение в суд полагал возможным взыскание не начисленной и не выплаченной заработной платы за период с января 2018 года по май 2018 года, поскольку за указанный период истцом срок не пропущен.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал по заявленным требованиям по всем основаниям, в том числе в связи с пропуском срока на обращение в суд, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, поддержав доводы возражений.

Суд, изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, считает исковое заявление подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Как следует из материалов дела, 26.05.2003 года между ответчиком и истцом заключен трудовой договор, в соответствии с которым на основании решения общего собрания учредителей истец принят на работу к ответчику на должность генерального директора на период с 20.05.2003 года по 20.05.2008 года с оплатой труда 100 000 рублей в месяц, путем произведения выплат 2 раза в месяц не позднее 5 и 20 числа каждого месяца.

17.05.2009 года между сторонами заключен трудовой договор на основании решения общего собрания учредителей от 16.05.2008 года, в соответствии с которым истец принят к ответчику на должность генерального директора на период с 17.05.2008 года по 17.05.2013 года, с ежемесячной оплатой труда в размере 150 000 рублей в месяц.

06 мая 2013 года сторонами заключен трудовой договор, в соответствии с которым истец принят на работу к ответчику на должность генерального директора на основан решения общего собрания учредителей от 06.05.2013 года, на период с 06.05.2013 года по 30.05.2018 года и оплатой труда в размере 150 000 рублей ежемесячно.

На основании решения общего собрания учредителей ответчика от 14.05.2018 года полномочия истца как генерального директора прекращены досрочно, в связи с чем истец был уволен с 14.05.2018 года по п.2 ст.278 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст.84.1 Трудового кодекса Российской Федерации в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со ст.140 ТК РФ, согласно которой при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. 

Таким образом, 14.05.2018 года ответчик обязан был произвести выплату истцу всех причитающихся сумм.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений; в силу положений ст. 136 ТК РФ бремя доказывания выплаты заработной платы работнику лежит на работодателе.

Истцом заявлены требования о взыскании начисленной и невыплаченной, а также не начисленной и не выплаченной заработной платы за период с 01.01.2017 года по 30.05.2018 года.

Как следует из материалов дела, в заявленный период трудовым договором истцу была установлена заработная плата в размере 150 000 рублей ежемесячно.

Как достоверно установлено судом из ответов на запросы, представленные МИФНС, и не оспаривалось сторонами, истцу за спорный период фактически была начислена заработная плата в период с января 2017 года по декабрь 2017 года в размере 35 000 рублей, а в период с января 2018 года по май 2018 года – в размере 75 000 рублей.

Согласно представленным платежным поручениям, фактически истцу за 2017 год была выплачена заработная плата в размере 352878 рублей (25000+75068,16+30675+30000+50000+42703+33756,84+30675+35000), из фактически начисленной в размере 35 000 рублей ежемесячно. Таким образом, с учетом вычета налога, по состоянию на 01.01.2018 года за ответчиком числилась задолженность по начисленной и не выплаченной заработной плате перед истцом в размере 12522 рубля (за 12 месяцев подлежало выплате 30450*12=365400 рублей).

Согласно платежным поручениям, фактически истцу за 2018 года была выплачена заработная плата в размере 392850 рублей (30675+34800+30675+34800+65475+65475+32500+32975+32625+32850), из фактически начисленной в размере 75 000 рублей ежемесячно. Таким образом, задолженность ответчика по начисленной и выплаченной заработной плате отсутствует, поскольку имеет место переплата в размере 105600 рублей (за период с января по апрель 2018 года подлежало выплате 261000 рублей +за период с 01.05.2018 года по 14.05.2018 года включительно 26250, всего 287250 рублей).

При таких обстоятельствах, с учетом установленной судом переплаты, у ответчика отсутствует задолженность перед истцом по начисленной заработной плате, в связи с чем в данной части требования истца не обоснованны.

С учетом достоверно установленных судом сумм начисленной и выплаченной заработной платы, представленные истцом в качестве доказательств справка о заработной плате сотрудника, справки о доходах физического лица 2-НДФЛ (л.д.10-11) и заключение ревизора по результатам рассмотрения заявления, составленное на основании указанных справок, не отвечают требованиям достоверности, поскольку содержат недостоверную информацию о начисленной заработной плате, противоречат данным МИФНС, в том числе справке 2-НДФЛ, имеющейся в распоряжении налоговой инспекции. 

Разрешая требования истца о взыскании указанной задолженности, как не начисленной и не выплаченной заработной платы, суд учитывает заявление ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд.

Согласно ч. ч. 1 и 3 ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам указанных сроков они могут быть восстановлены судом. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (ч. 1 ст. 390 и ч. 3 ст. 392 ТК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац 2 ч. 6 ст. 152 ГПК РФ).

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", что для признания нарушения трудовых прав длящимся необходимо соблюдение определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена.

В том случае, если заработная плата работнику не начислялась, срок обращения в суд исчисляется с момента, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Согласно полученным на запрос суда сведениям, данные о начисленной заработной плате и доходе за 2017-2018 годы предоставлялись в налоговую инспекцию лично истцом. Истец, являясь генеральным директором, предоставляя лично сведения о начисленной заработной плате в налоговую инспекцию, не мог не знать о том, что ему начисляется заработная плата в размере, меньшем чем это предусмотрено трудовым договором, в связи с чем срок на обращение в суд по заявленным им требованиям по уточненному основанию подлежит исчислению с момента, когда должно было быть произведено начисление и выплата заработной платы.

В связи с тем, что требование о взыскании не начисленной заработной платы заявлено истцом в рамках уточнения основания заявленных требований в судебном заседании 29 ноября 2018 года, по требованию о взыскании не начисленной и не выплаченной заработной платы за период с января 2017 года по ноябрь 2017 года истцом пропущен срок на обращение в суд.

Каких-либо данных о том, что указанный срок пропущен истцом по уважительной причине, заявлений о восстановлении пропущенного срока истцом не представлялось, в связи с чем в данной части требований суд отказывает в их удовлетворении в связи с пропуском срока на обращение в суд.

Требование истца о взыскании не начисленной и не выплаченной заработной платы за период с декабря 2017 года по май 2018 года подлежат удовлетворению, поскольку судом установлено, что фактически истцу начислялась заработная плата в размере, не соответствующем условиям трудового договора, при этом ответчиком не представлено достаточных и достоверных доказательств наличия к тому оснований, а требование истцом заявлено в пределах установленного законом срока.

Таким образом, с учетом того, что в 2017 году истцу начислялась заработная плата в размере 35 000 рублей ежемесячно, в 2018 году - в размере 75 000 рублей ежемесячно, а по трудовому договору подлежала начислению заработная плата в размере 150 000 рублей, суд считает установленным, что истцу не была начислена и не была выплачена за спорный период заработная плата в размере 415 000 рублей: за декабрь 2017 года 115000 рублей (150000-35000); за январь-апрель 2018 года в размере 300 000 рублей ((150000-75000)*4 месяца). С учетом того, что за май 2018 года истцу выплачена заработная плата в полном объеме, несмотря на начисление в меньшем размере, за указанный период денежные средства взысканию не подлежат. 

Каких-либо достоверных и достаточных доказательств к начислению заработной платы истцу в меньшем размере ответчиком не представлено, в том числе сведений о неисполнении истцом своих трудовых обязанностей в заявленный период, либо достижении сторонами соглашения об изменении размера оплаты труда.

Представленный стороной ответчика приказ истца от 30.12.2008 года об изменении заработной платы истца до 35 000 рублей с 01.01.2009 года не может быть принят судом, поскольку данных о том, что данный приказ был исполнен, суду не представлено. Кроме того, к спорному периоду времени судом принимается трудовой договор, определяющий размер оплаты труда в 150 000 рублей, который был заключен в мае 2013 года, в связи с чем приказ от 30.12.2008 года к данному периоду не применим. Также, фактически истцу в 2018 году начислялась заработная плата в размере 75 000 рублей, что также не соответствует положениям приказа от 30.12.2008 года, а равно исключает его исполнение и его действие в спорный период времени. Каких-либо дополнительных соглашений, иных документов, свидетельствующих о внесении изменений в трудовой договор, заключенный с истцом, в части полагающейся заработной платы, суду не представлено.

Оценивая доводы стороны ответчика об отсутствии задолженности в связи с производимыми работодателем выплатами по кредитным обязательствам истца, суд считает невозможным учесть указанные выплаты, поскольку представленные платежные поручения по выплаченной истцу заработной плате соответствуют начисленной в полном объеме. 

Сам факт перечисления работодателем денежных средств в счет оплаты обязательств по кредитному договору не свидетельствует о том, что указанные денежные средства были перечислены из заработной платы. 

С учетом того, что истцу фактически была выплачена вся начисленная заработная плата, данное обстоятельство исключает удержания из начисленной заработной платы в счет оплаты обязательств по кредитному договору работодателем за истца, несмотря на наличие соответствующего заявления. 

Таким образом, с учетом выплаты лично истцу начисленной заработной платы в полном объеме, судом считает не установленным, что перечисленные денежные средства ответчиком по кредитным обязательствам истца являются удержанными из начисленной заработной платы, в связи с чем в рамках заявленных требований судом указанные суммы не могут быть учтены при расчете задолженности. При этом ответчик не лишен права требования возврата указанных денежных средств, в случае если они были выплачены кредитору ошибочно и при отсутствии к тому оснований.

С учетом данных обстоятельств, представленный договор аренды транспортного средства, заключенный сторонами, не может быть принят судом в качестве относимого доказательства, поскольку взаимоотношения сторон, связанные с исполнением кредитного договора и договора аренды транспортного средства по вышеизложенным основаниям выходят за рамки предмета доказывания, ввиду непринятия судом в расчете задолженности выплаченных за истца по кредиту денежных сумм.

Разрешая заявление представителя ответчика о применении ст.10 ГК РФ, вследствие того, что истец, являясь генеральным директором, сам не начислял себе заработную плату за спорный период времени, суд приходит к выводу о недостаточности приведенных оснований к применению положений указанной нормы и отказу в удовлетворении заявленных требований. Бездействие истца по проверке начисляемой заработной плате не свидетельствует об умышленных действиях с заведомой целью причинить вред другой стороне правоотношений. Каких-либо данных о наличии такого умысла у истца в период его трудовой деятельности, с целью в будущем предъявить соответствующие исковые требования, у суда отсутствуют. При этом, контроль за деятельностью генерального директора должен был осуществляться уполномоченным органом ответчика. Сам факт обращения истца за защитой своих прав не может расцениваться, как злоупотребление правом в том правовом смысле, который заложен ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Доводы стороны ответчика о том, что у ответчика отсутствуют документы, которые могли бы быть представлены в обоснование своей позиции, не могут служить основанием к возложению судом ответственности за их отсутствие на истца и отказу в удовлетворении заявленных истцом исковых требований.

В соответствии со ст.127 Трудового кодекса Российской Федерации, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Как следует из материалов дела, истец за период работы в должности генерального директора не использовал ежегодный оплачиваемый отпуск, за исключением 14 дней, использованных авансом в 2003 году. По условиям трудовых договоров, заключенных с истцом, ФИО1 полагался ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней. Таким образом, за период его непрерывной трудовой деятельности с 2003 года по 2018 год, истцом не был использован отпуск в количестве 406 дней, за которые ответчик обязан был выплатить компенсацию при увольнении истца (28*5-14 – количество дней отпуска * количество лет трудовой деятельности у ответчика – количество дней использованного отпуска). 

В соответствии с распределенным бременем доказывания, на ответчика в данном случае возлагается обязанность доказать, что истец использовал право на отпуск, либо получение им компенсации за неиспользованный отпуск в период трудовой деятельности.

Представленное ответчиком заявление истца 2009 года и приказ о выплате ему компенсации за неиспользованный отпуск не является достаточным доказательством для установления факта такой выплаты, поскольку обращение к работодателю с соответствующим заявлением не является подтверждением исполнения самим работодателем обязанности по выплате компенсации. Как утверждает истец, фактически по его заявлению выплата компенсации не была произведена, ответчиком опровергающих доказательств не представлено.

Суду не представлено достоверных доказательств того, что истец использовал право на отпуск, либо получал компенсацию за неиспользованный отпуск в период действия трудовых договоров. С учетом данных обстоятельств, требование истца о взыскании невыплаченной суммы компенсации за неиспользованный отпуск заявлены правомерно. 

Вместе с тем, судом не принимается расчет компенсации за неиспользованный отпуск, представленный стороной истца.

В силу ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней). Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в рабочих днях, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также для выплаты компенсации за неиспользованные отпуска определяется путем деления суммы начисленной заработной платы на количество рабочих дней по календарю шестидневной рабочей недели.

Как установлено судом, фактически истцу за последние 12 месяцев его трудовой деятельности начислялась заработная плата в размере 35 000 рублей ежемесячно, и в размере 75 000 рублей, и именно исходя из установленной фактически начисленной заработной платы подлежит расчету компенсация за неиспользованный отпуск.

При таких обстоятельствах, судом принимается расчет компенсации за неиспользованный отпуск, представленный стороной ответчика, как соответствующий нормам действующего законодательства, однако за вычетом использованного истцом отпуска в количестве 14 дней, в связи чем размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск составляет 669575,2 рубля (1649,2 рубля средний дневной заработок *406 дней неиспользованного отпуска).

В соответствии со ст.279 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с п.2 ст.278 ТК РФ при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ.

Статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно пункту 10.1 Трудового договора, заключенного сторонами, при досрочном расторжении трудового договора по инициативе работодателя без предъявления работнику причины недоверия, работнику выплачивается выходное пособие в размере 5 месячного среднего заработка.

Как установлено судом, истец был уволен 14.05.2018 года в связи с досрочным прекращением его полномочий по решению общего собрания учредителей ответчика.

Ответчиком представлена копия трудового договора, согласно которому истец принят на должность генерального директора сроком до 06.05.2018 года, в связи с чем, по мнению ответчика, полномочия истца 14.05.2018 года не могли быть прекращены досрочно, и выходное пособие выплате не подлежало, однако данные доводы не могут быть приняты судом в качестве основания к отказу в выплате предусмотренного договором пособия. В данном случае подлежит принятию совокупность установленных судом обстоятельств по определению истинной воли обеих сторон при заключении договора, которые свидетельствуют о том, что трудовые отношения сторон продолжали действовать после 06.05.2018 года, следовательно, обеими сторонами принимались условия трудового договора, представленного стороной истца со сроком полномочий до 30.05.2018 года. Кроме того, о данных обстоятельствах свидетельствует принятое общим собранием учредителей решение от 14.05.2018 года, которым разрешался вопрос именно о досрочном прекращении полномочий истца, как генерального директора, и приказ о расторжении трудового договора (увольнении), согласно которому истец уволен по п.2 ст.278 Трудового кодекса РФ. При таких обстоятельствах, суд считает установленным, что полномочия истца как генерального директора были прекращены досрочно, при этом ответчиком не представлено достоверных доказательств, что причиной увольнения послужило недоверие работнику.

С учетом того, что истец был уволен без предъявления ему причины недоверия, истцу при увольнении полагалась выплата выходного пособия в размере 5 месячного среднего заработка. Факт невыплаты указанного пособия ответчиком не оспаривался, в связи с чем указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Вместе с тем, суд не соглашается с определенным истцом размером выходного пособия в 750 000 рублей, поскольку расчет истца основан на неправильном толковании норм законодательства и условий договора, которые не предусматривают выплаты 5 окладов при досрочном расторжении договора. При этом в расчет выходного пособия также не может приниматься не начисленная заработная плата, поскольку действующим законодательством и условиями трудового договора конкретно определено его исчисление исходя из фактического среднемесячного заработка.

В данном случае судом принимается расчет, представленный стороной ответчика, согласно которому размер выходного пособия составляет 253603,44 рубля, поскольку указанный расчет соответствует условиям договора и установленным судом обстоятельствам, при этом исчислен правильно, исходя из среднемесячного заработка истца.

Ссылка представителя ответчика на протокол общего собрания учредителей, который по мнению ответчика, подтверждает прекращение полномочий истца по причине недоверия, не принимается судом в качестве основания к определению размера выходного пособия в 2 месячных оклада, поскольку в указанном протоколе зафиксировано обоснование, по которому одним из учредителей вынесен данный вопрос на обсуждение; при этом формулировка вопроса, по которому производилось голосование, и принятого решения не содержит данных о причине досрочного прекращения полномочий, в том числе в форме недоверия. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Регионального благотворительного фонда «Покровский» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в сумме 415 000 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 669575,2 рубля, выходное пособие в сумме 253603,44 рубля; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-петербургский городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме. 

Судья