Дело № 2 - 614 - 2017 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Олёкминск 7 ноября 2017 года

Олёкминский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе:

председательствующего судьи Максимовой В.Н.

при секретаре судебного заседания Борисовой Г.Н.

с участием прокурора - помощника прокурора Олёкминского района РС (Я) ФИО5

истца ФИО6

представителя ответчика ФИО7

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Государственному бюджетному учреждению РС (Якутия) «Олёкминский психоневрологический интернат» о нарушении трудовых прав и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО6 обратилась в суд с исковым заявлением о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, возложении обязанности по предоставлению очередного отпуска с оплатой проезда к месту отдыха и обратно с одним членом семьи, компенсации морального вреда, взыскании расходов за распечатку документов и за услуги юриста.

25 сентября 2017 года истец дополнила исковые требования, просит восстановить её на работу в Олёкминский психоневрологический интернат в должности 

<

данные изъяты>, взыскать заработную плату за дни вынужденного прогула и возложить обязанность по предоставлению очередного отпуска с оплатой проезда к месту отдыха и обратно с одним членом семьи. 

В судебном заседании истец ФИО6 поддержала требования в части. Просит считать трудовой договор от 14 января 2016 года заключенным на неопределенный срок, обязать ответчика предоставить ей очередной отпуск с оплатой проезда в отпуск её и члена семьи, взыскать заработную плату за дни вынужденного прогула с 20 сентября 2017 года по день вынесения судом решения, в счет компенсации морального вреда просит взыскать 

<

данные изъяты> и взыскать судебные расходы за распечатку документов в размере 

<

данные изъяты>. В остальной части требования не поддержала.

Пояснила, что она была принята на работу в Олёкминский психоневрологический диспансер 19 июня 2015 года 

<

данные изъяты> сроком на три месяца по 18 сентября 2015 года на временной основе. 1 сентября 2015 года была переведена из 

<

данные изъяты> в БПК оператором 

<

данные изъяты> временно сроком с 1 сентября 2015 года по 31 декабря 2015 года. Приказом 1 сентября 2015 года и дополнительным соглашением трудовой договор был продлен на этот же срок. 25 декабря 2015 года была уволена по ст.77 ТК РФ в связи с истечением срока трудового договора с 31 декабря 2017 года. 

14 января 2016 года была также принята временно на работу в качестве 

<

данные изъяты>, с ней заключен трудовой договор на срок с 14 января 2016 года по 13 апреля 2016 года. Дополнительными соглашениями от 11 апреля 2016 года, от 5 июля 2016 года, от 23 сентября 2016 года, от 12 января 2017 года, от 14 апреля 2017 года и от 16 июня 2017 года ей продлевали срок данного трудового договора, каждый раз на 3 месяца, в последний раз трудовой договор был продлен по 19 сентября 2017 года. Таким образом, за период с 14 января 2016 года с ней было заключено шесть дополнительных соглашений. 8 августа 2017 года, когда она обратилась с заявлением о переводе на постоянную работу, получила письменный отказ. В предоставлении отпуска с оплатой проезда её и члена семьи также было отказано, что считает незаконным, поскольку считает, что отпуск за второй и последующие годы может быть предоставлен работнику в любое время рабочего года. 

Не согласна также с тем, что на постоянную работу на должность 

<

данные изъяты> приняли ФИО1, поскольку они обе работали по срочному трудовому договору. Кроме того, она работает в данной организации в течение продолжительного времени, чем ФИО1. 

Считает, что при поступлении на работу были нарушены её трудовые права, поскольку трудовой договор был заключен на срок три месяца, вместо двух месяцев, как указано в ст.59 ТК РФ при выполнении временных работ. Далее в нарушение указанных требований трудового законодательства она была переведена на другую работу сроком на 4 месяца и 14 января 2016 года заключен новый срочный трудовой договор на три месяца. С 14 января 2016 года она работала беспрерывно в данной организации. Кроме того, в соглашениях к трудовому договору не указывались основания принятия её на временную работу, что является нарушением трудового законодательства. Потому считает, что трудовой договор от 14 января 2016 года считается заключенным на неопределенный срок. Просит удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика – ГБУ РС (Я) «Олёкминский психоневрологический интернат» ФИО7 в суде исковые требования ФИО6 не признала, указывая на то, что ФИО6 была принята в Олёкминский психоневрологический интернат 

<

данные изъяты> на временной основе по трудовому договору от 14 января 2016 года, в связи с тем, что штатных единиц на данную должность всего три, и на эти места уже приняты постоянные работники, трудовой договор с истцом были вынуждены продлевать дополнительными соглашениями во время отсутствия основных работников. И в самом трудовом договоре и в дополнительных соглашениях указаны сроки окончания действия договора. Тем самым договор с ФИО6 считается заключенным на определенный срок и потому никак не может считаться заключенным на неопределенный срок. Отпуск ФИО6 был предоставлен и оплачен полностью по приказу № 930-к от 22 сентября 2016 года в количестве 87 календарных дней. Следующий отпускной период и право на оплату проезда у неё наступает после двух лет непрерывной работы, а именно в 2018 году. Так как действия трудового договора с ФИО6 заканчивалось 19 сентября 2017 года, в необходимости продления срока договора не было, потому в оплате проезда отказали. Окончательный расчет был произведен с учетом неиспользованного отпуска за отработанное время. По переводу ФИО1 на должность 

<

данные изъяты> на постоянной основе считает, что это право работодателя. Потому просит суд в удовлетворении исковых требований ФИО6 отказать в полном объеме.

Допрошенная по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля ФИО2 суду показала о том, что ФИО6 и ФИО1 работали временно в качестве 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. 29 марта 2017 года по её рапорту ФИО1 была принята на работу на постоянной основе, поскольку каких-либо замечаний, жалоб и заявлений на неё не было, она всегда шла навстречу им. В отношении ФИО6 со стороны врачей, медсестер и от самих больных было много нареканий, замечаний и жалоб в устном виде об её грубом обращении с обеспечаемыми интерната. Ей приходилось самой улаживать эти конфликты. Лично она сама также неоднократно видела и слышала, как ФИО6 во время работы в бане грубо обращалась с больными, материлась на них, но докладные на неё она не составляла, до применения дисциплинарного взыскания дело не доводила. Считает, что ФИО6 себя не контролирует, несмотря на её неоднократные предупреждения о прекращении грубого отношения к обеспечаемым. На просьбы заменить того или иного работника она никогда не откликалась, постоянно выражала свое недовольство. 

Выслушав пояснения сторон, показания свидетеля, исследовав материалы дела и выслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования удовлетворению не подлежат, суд приходит к следующему выводу:

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 58 ТК РФ срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 ТК РФ. 

В соответствии с абз.2 ч.1 ст.59 ТК РФ срочный трудовой договор заключается на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (ст. 79 ТК РФ), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

Согласно ст.79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. Трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Из материалов дела судом установлено, что истец ФИО6 ранее была принята на работу в Олёкминский психоневрологический интернат на временной основе труда в качестве 

<

данные изъяты> с 19 июня 2015 года по 18 сентября 2015 года на основании приказа № 423-ОД от 16 июня 2015 года, с ней 16 июня 2015 года был заключен трудовой договор. С 1 сентября 2015 года была переведена на временную работу в качестве оператора 

<

данные изъяты> на срок до 31 декабря 2015 года. Действия данного трудового договора прекращено в связи с истечением срока договора, что видно из приказа № 1036-ОД от 25 декабря 2015 года.

14 января 2016 года она обратилась с заявлением в Олёкминский психоневрологический интернат о принятии её на работу в качестве 

<

данные изъяты> 

Приказом №13-к от 14 января 2016 года ФИО6 принята на работу в Олёкминский психоневрологический интернат в должности 

<

данные изъяты> временно с 14 января 2016 года по 13 апреля 2016 года. В тот же день с ней заключен трудовой договор. Как видно из п.1.4 данного договора - истец принята на временную основу труда с 14 января 2016 года по 13 апреля 2016 года. Срок данного трудового договора с ФИО6 позже продлевался неоднократно.

Так, дополнительным соглашением от 11 апреля 2016 года данный трудовой договор, заключенный с ФИО6, был продлен с 14 апреля 2016 года по 13 июля 2016 года. Дополнительным соглашением от 5 июля 2016 года трудовой договор от 14 января 2016 года, заключенный с ФИО6 продлен с 14 июля 2016 года по 13 октября 2016 года. Дополнительным соглашением от 23 сентября 2016 года трудовой договор от 14 января 2016 года, заключенный с ФИО6 продлен с 14 октября 2016 года по 13 января 2017 года. Дополнительным соглашением от 12 января 2017 года трудовой договор от 14 января 2016 года, заключенный с ФИО6 в связи с производственной необходимостью продлен с 14 января 2017 года по 13 апреля 2017 года. Дополнительным соглашением от 14 апреля 2017 года трудовой договор от 14 января 2016 года, заключенный с ФИО6 продлен на период очередного отпуска основного сотрудника 

<

данные изъяты> ФИО3 с 14 апреля 2017 года по 26 июня 2017 года. Дополнительным соглашением от 16 июня 2017 года трудовой договор от 14 января 2016 года, заключенный с ФИО6, продлен на период очередного отпуска основного сотрудника 

<

данные изъяты> ФИО4 с 27 июня 2017 года по 19 сентября 2017 года. 

Приказом №996-к от 19 сентября 2017 года ФИО6 уволена с 20 сентября 2017 года в соответствии с п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ, т.е. в связи с истечением срока трудового договора.

Трудовой договор от 14 января 2016 года и все дополнительные соглашения к нему подписаны истцом ФИО6. Ею также был подписан приказ о приёме на работу, в котором указан срок действия трудового договора.

Следовательно, при заключении трудового договора сторонами было достигнуто соглашение о срочности характера трудовых отношений, что предусмотрено п. 1.4 трудового договора от 16 января 2016 года, подписанного лично ФИО6. В дальнейшем она согласилась и с условиями дополнительных соглашений о продлении срока договора. 

Последовательность действий истца при подписании срочного трудового договора, дополнительных соглашений к данному трудовому договору, продолжении работы на определенных договором и дополнительными соглашениями условиях свидетельствуют об её добровольных действиях на осуществление трудовых обязанностей именно на условиях срочного трудового договора, которые ФИО6 ранее не оспаривались. 

Процедура увольнения истца ФИО6 по окончании срока действия трудового договора ответчиком соблюдена.

Отсутствие в срочном трудовом договоре оснований его заключения на определенный срок с учетом добровольного характера заключения срочного трудового договора не является безусловным основанием для признания срочного трудового договора от 14 января 2016 года заключенным на неопределенный срок.

Потому требование истца о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок удовлетворению не подлежит.

Требование истца ФИО6 о предоставлении очередного отпуска с оплатой проезда её и члена семьи удовлетворению также не подлежит.

В соответствии со ст.122 ТК РФ оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В соответствии со ст.127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии со ст.325 ТК РФ лица, работающие в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеют право на оплату один раз в два года за счет средств работодателя стоимости проезда и провоза багажа в пределах территории Российской Федерации к месту использования отпуска и обратно. Право на компенсацию указанных расходов возникает у работника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы в данной организации.

Как установлено - по заявлению ФИО6 от 26 сентября 2016 года о предоставлении очередного отпуска ей был предоставлен отпуск за период работы с 14 января 2016 года по 13 января 2017 года в количестве 87 календарных дней, начиная с 26 сентября 2016 года по 22 декабря 2016 года. При этом в суде установлено, что в данном приказе допущена опечатка в виде указания «за период работы с 14 января 2015 года по 13 января 2016 года». 

Трудовой договор с истцом расторгнут по истечению его срока - 19 сентября 2017 года. Окончательный расчет истцу выплачен с учетом компенсации за неиспользованный отпуск, что видно из записки-расчета от 20 сентября 2017 года. Данный факт истцом ФИО6 в суде не оспаривается.

Потому, с учетом положений статей 122, 127 и 325 ТК РФ оснований для предоставления истцу отпуска с оплатой проезда к месту отдыха её и члена семьи не имеется. 

Доказательств, подтверждающих доводы истца о необоснованности отказа ответчика по её заявлению от 8 августа 2017 года в переводе её на постоянную работу на должность 

<

данные изъяты> при наличии вакантного места, не имеется. Так, из представленных стороной ответчика документов, а именно структуры численности штатных единиц, приказов, а также трудовых договоров и дополнительных соглашений, заключенных с работниками ФИО4, ФИО3 и ФИО1 видно, что в Олёкминском психоневрологическом интернате количество штатной единицы 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> - 3. В данной должности на постоянной основе труда работают: с ДД.ММ.ГГГГ – ФИО4, с ДД.ММ.ГГГГ - ФИО3 и с ДД.ММ.ГГГГ – ФИО1 Тем самым, свободной единицы 

<

данные изъяты> на момент обращения истца, у ответчика не имелась.

Доказательств обращения истца к работодателю ранее с заявлениями о заключении трудового договора на неопределенный срок не имеется. Также не представлено доказательств, подтверждающих вынужденный характер заключения ФИО6 срочного трудового договора. 

Таким образом, нарушений трудового законодательства ответчиком при принятии истца ФИО6 на работу и при прекращении с ней трудовых отношений по срочному трудовому договору от 14 января 2016 года судом не установлено. 

Следовательно, исковые требования ФИО6 подлежат отказу в полном объеме. 

На основании изложенного, в соответствии со ст. ст. 22, 58, 59, 77, 79, 122, 125, 127 и 325 ТК РФ, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ГБУ РС (Якутия) «Олёкминский психоневрологический интернат» о заключении трудового договора на неопределенный срок, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, возмещении судебных расходов и компенсации морального вреда отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме через Олёкминский районный суд РС (Якутия).

Судья п/п:

Копия верна.

Судья Олёкминского районного

суда Республики Саха (Якутия): В.Н. Максимова