Дело № 2-41/2020

УИД № 24RS0054-01-2019-000903-87

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 сентября 2020 года г. Ужур

Ужурский районный суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Моховиковой Ю.Н.,

при секретаре Пацира М.В.,

с участием представителя истца ООО «Направление» ФИО1, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ФИО2 - ФИО3, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Направление» к ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о взыскании с работников материального ущерба,

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Направление» обратилось в суд с иском к ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о взыскании с работников материального ущерба, мотивируя его следующим. Ответчики ФИО4, ФИО2 и ФИО5 с 7 октября 2015 года, а ФИО6 с 1 сентября 2017 года были приняты на работу в ООО «Направление» на должность оператора АЗС г. Ужур на основании трудового договора и приказа о приеме работника на работу. С ответчиками был заключен договор о полной коллективной материальной ответственности, согласно которому они приняли на себя материальную ответственность за недостачу вверенного имущества. Ответчик ФИО7 на основании договора возмездного оказания услуг от 30.06.2018 осуществлял обслуживание и ремонт топливно-раздаточных колонок АЗС по адресу: 

<

адрес> п. 2.1.3 договора возмездного оказания услуг ФИО7 обязан обеспечить сохранность имущества заказчика. 1 июня 2019 года в целях обеспечения сохранности товарно-материальных ценностей на основании приказа № 16-ОСД от 31.05.2019 на АЗС, расположенной по адресу: 

<

адрес>Б, была проведена инвентаризация, в ходе которой выявлена недостача топлива, а именно: АИ-80 - 1565 литров, АИ-92 - 3241 литр, АИ-95 - 3891 литр, АИ-98 - 980 литров, ДТ - 2679 литров. С целью выявления действительных остатков топлива в резервуарах, комиссией было принято решение об откачке топлива из резервуаров, по результатам которой недостача топлива составила: АИ-80 - 813 литров, АИ-92 - 3756 литров, АИ-95 - 2916 литров, ДТ - 2886 литров, по топливу АИ-98 +9 литров (недостача отсутствует). Как следует из сличительной ведомости от 01.06.2019, общая сумма недостачи составила 433 140 рублей. Согласно трудовому договору работник обязан добросовестно выполнять трудовые обязанности и требования должностной инструкции. Как следует из п. 1.5 должностной инструкции, утвержденной 09.01.2017, оператор АЗС является материально-ответственным лицом. Во время своего дежурства он несет ответственность за сохранность оборудования, материалов, зданий и сооружений, товара (бензина) и находящихся в кассе денег. Согласно договору о полной коллективной материальной ответственности от 07.10.2015 коллектив принимает на себя коллективную материальную ответственность за не обеспечение сохранности имущества, вверенного ему для ведения технологического процесса, за работы по приему на хранение, учету, отпуску, (выдаче) материальных ценностей на складе нефтепродуктов, за обеспечение сохранности материальных ценностей в процессе приемки, хранения, отпуска, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, а работодатель обязуется создать коллективу условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору. Основанием для привлечения членов коллектива к материальной ответственности является прямой действительный ущерб, непосредственно причиненный коллективом работодателю, а также ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам. 1 июня 2019 года операторам АЗС ФИО4, Б.М.Г. ФИО2, ФИО5 было предложено дать объяснения по факту недостачи топлива. Операторы АЗС ФИО4, ФИО5, ФИО2, Б.М.Г. по факту недостачи пояснить ничего не смогли. При этом, оператор Б.М.Г. работает с 20 мая 2019 года. 1 июня 2019 года комиссией были просмотрены записи видеонаблюдения, согласно которым установлено, что 30 мая 2019 года оператор ФИО4 приехала на АЗС Ужур в смену оператора ФИО5, заправила свою машину бензином марки АИ-92 через неисправный пистолет ТРК № 8, при этом денежные средства в кассу не внесла. Тем самым операторы ФИО4 и ФИО5, нарушив свои должностные обязанности, организовали хищение топлива из резервуара АИ-92. Данный факт ФИО4 признает, согласно объяснению от 02.06.2019. 6 июня 2019 года в 13 часов для установления факта вмешательства операторов АЗС Ужур в работу ТРК комиссия произвела осмотр и вскрытие объектов: ТРК № 1- 2, ТРК № 3-4, ТРК № 5-6, ТРК № 7-8 по адресу: 

<

...>. Согласно акту осмотра ТРК было установлено: ТРК № 1-2 отсутствуют механические повреждения, ТРК № 3-4, ТРК № 5-6 и ТРК № 7-8 имеются механические повреждения всех счетчиков импульсов, откручены либо отсутствуют фиксирующие болты. Вал счетчика импульса ТРК №8 (вид топлива АИ-92) неисправен, разделен на две части. Основная функция вала счетчика импульса заключается в считывании и передаче данных количества отпущенного топлива на дисплей ТРК и компьютер оператора. Повреждения нанесены предположительно металлическим предметом (возможно отверткой) с целью вывода из строя вала счетчика импульсов. 6 июня 2019 года операторам АЗС ФИО2, ФИО4 и ФИО5 были вручены уведомления о даче объяснений с изложением причин и обстоятельств недостачи топлива. Из объяснений ФИО2 следует, что недостача образовалась, поскольку бензин берется с резервуаров и хранится в ларьке возле автомойки. К недостаче себя причастной не считает. ФИО4 в своих объяснениях выявленную недостачу признала, обязалась выплачивать. ФИО5 в своих объяснениях указала, что недостачу видит, с выплатой не согласна. Обслуживание и ремонт топливно-раздаточных колонок АЗС по адресу: 

<

адрес>Б, на основании договора возмездного оказания услуг от 30.06.2018 осуществляет ФИО7, который в объяснении указал, что при проведении плановой проверки на АЗС Ужур он обнаружил, что ТРК № 8 АИ-92 не считывает отпускаемый объем топлива. При разговоре с оператором ФИО2 узнал, что на АЗС Ужур происходит хищение топлива. Он неоднократно замечал оторванные крышки с боков колонок, ставил их на место, знал, что идет постороннее вмешательство в ТРК. Также пояснил, что возможно получить доступ к механическим частям ТРК и технически возможно включить топливо без генератора импульсов и счетчик на ТРК не отобразит заправку. Однако о факте вмешательства в работу ТРК заказчика не поставил в известность. ООО «Направление» просит взыскать с ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 материальный ущерб в размере 433 140 рублей, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 7531 рубль.

Представитель истца ООО «Направление» ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, дополнительно пояснила, что при приеме ответчиков на работу 7 октября 2015 года инвентаризация имущества на АЗС г. Ужура не проводилась. 22 ноября 2018 года в ходе инвентаризации была установлена недостача топлива, которую обнулили, так как в зимний период имелись сомнения в её результатах. 29 и 30 мая 2019 года в ООО «Направление» поступила информация о хищении топлива на АЗС г. Ужура, в связи с чем 31 мая 2019 года было принято решение о проведении полной инвентаризации имущества. 1 июня 2019 года проводилась инвентаризация с участием её, бухгалтера ФИО8 и управляющего ФИО9 в присутствии операторов АЗС ФИО5, ФИО2, ФИО4 и Б.М.Г., которая недавно была трудоустроена. Независимый специалист на инвентаризацию не приглашался. Операторы были ознакомлены с приказом о проведении инвентаризации. В ходе инвентаризации была обнаружена недостача топлива, с которой операторы не согласились. Произвели откачку топлива из резервуаров, недостача топлива значительно уменьшилась. О наличии недостачи топлива и необходимости дачи объяснений уведомили операторов АЗС ФИО4, ФИО5, ФИО2, Б.М.Г. и работника ФИО7, который регулировал колонки. ФИО4 признала недостачу, ФИО5 не могла ничего пояснить, ФИО2 не могла пояснить подозревала хищение, Б.М.Г. не могла пояснить, так как работала недлительный период. ФИО7 указал, что видел открученные болты, подтвердил вмешательство в работу колонки. В обязанности оператора АЗС входит сохранность пломб. Видеонаблюдение на АЗС г. Ужура имеется, но 1 июня 2019 года было установлено, что жесткий диск выведен из строя, специалисты заключение не дали. По факту хищения топлива на АЗС г. Ужура сообщили в ОМВД по Ужурскому району. Однако в возбуждении уголовного дела было отказано, в связи с нарушением порядка проведения инвентаризации. О том, что топливо не довозилось операторы АЗС г. Ужура руководству не сообщали. Действительно завод отпускает топливо в тоннах, а операторы на АЗС принимают его в литрах. Операторы АЗС доводили до руководства, что необходимо принимать топливо в тоннах, а не в литрах. С ФИО7 договор возмездного оказания услуг был расторгнут. Просит удовлетворить заявленные ООО «Направление» исковые требования в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела, извещена надлежащим образом. Ранее, участвуя в предварительном судебном заседании, ответчик ФИО2 исковые требования ООО «Направление» не признала, пояснила, что в октябре 2015 года по сообщению знакомой она пришла на АЗС в поисках работы. Оператор АЗС направила её заявление в г. Ачинск в ООО «Направление». 7 октября 2015 года она была принята на работу оператором АЗС г. Ужура в ООО «Направление» с заключением трудового договора и договора полной материальной ответственности. При заключении данных договоров инвентаризация имущества не проводилась. Тогда она этому не придала значение. С должностной инструкцией её не знакомили. В период с 2017 года до 2019 года она находилась в отпуске по уходу за ребенком. 22 ноября 2018 года, когда проводили инвентаризацию имущества на АЗС г. Ужура, она еще находилась в декретном отпуске. 1 января 2019 года она вышла на работу, по её выходу инвентаризацию имущества не проводили. За время работы колонки ломались, были перелива и недоливы, шланги вырывали и крышки откручивали, все это доводилось до руководства. Деформация колонок происходила из-за вырывания пистолетов. Она с рабочим ФИО7 не контактировала, ему звонило руководство. 1 июня 2019 года утром приехало начальство, а именно: бухгалтер, юрист и управляющий, с приказом об инвентаризации. В ходе инвентаризации участвовали семь человек: четыре оператора АЗС, она, ФИО5, ФИО4 и Б.М.Г., а также бухгалтер, управляющий и юрист, измерили емкости, записали и потребовали дать объяснения по поводу недостачи. Она не могла пояснить причину недостачи. Поскольку они не были согласны с недостачей, то 2 июня 2019 года с утра выкачивали топливо из резервуаров, в связи с чем размер недостачи уменьшился. Считает, что недостача могла возникнуть из-за неправильного внесения данных в компьютер, поскольку по требованию работодателя данные заносились из накладной, а не по фактическому приходу топлива. При этом, разница в количестве топлива, указанного в накладной, с его фактическим наличием была существенная, а именно: фактически топливо было на 800 литров меньше, чем указано в накладной. О том, что с марта 2019 года по май 2019 года топливо фактически не довозили, она сообщала управляющему К.В.Н. который указывал вносить данные о количестве топлива в компьютер по накладной, а не по фактическому его наличию. Поскольку хотела работать, то выполняла указания руководства. Кроме того, в накладных топливо было указано в тоннах, а они должны были переводить его по формуле в литры. До этого в январе и феврале 2019 года с колонки № 3 происходила утечка топлива АИ-95 и АИ-92, стоял сильный запах бензина, однако колонку долго не ремонтировали. Отчет за смену передавал каждый оператор сам. При передаче смены от оператора к оператору фактическое наличие топлива в резервуарах не измерялось, все данные были в программе в компьютере. Данные в компьютере по количеству топлива не соответствовали его фактическому наличию, поскольку вносились с накладной, а не с замера произведенного оператором при приемке топлива, поступающего на АЗС. Недостачи топлива были постоянно, всегда по факту одно количество, по накладной другое. 1 июня 2020 года ревизию проводили с данных в программе в компьютере, а потом по фактическому наличию. Жесткий диск с видеонаблюдения выключался, никто из операторов его не трогал. Просила в удовлетворении исковых требований ООО «Направление» отказать.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО3 в судебном заседании исковые требования ООО «Направление» не признала по доводам, изложенным в письменных возражениях, согласно которым указала, что из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 16.09.2019 следует, что в основу обвинения в причинении материального ущерба могут быть положены лишь факты подтвержденные доказательствами, в том числе документальными подтверждениями совершения недостачи. При этом законодательство не предусматривает взыскания в качестве компенсации материального ущерба выборочных сумм. Недостача определяется в соответствии с установленной законом методикой, на основании конкретных документов. В виду несоответствия проведения инвентаризации методическим указам № 49, № 34м и 119м Минфина РФ, а также ФЗ-402 от 06.04.2011 «О бухгалтерском учете». Согласно ст. 13 указанного закона, бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами. Истцом недосказана вина ответчика ФИО2 в соответствии со ст. 55 и 56 ГПК РФ, по смыслу которых в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие требования. Дополнительно пояснила, что инвентаризация не соответствует нормативным актам, доказательств вины ФИО2 в недостаче истцом не представлено. Просит в исковых требованиях истцу отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО4 и её представитель ФИО10 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела, извещены надлежащим образом. Представитель ответчика ФИО10 в письменном заявлении исковые требования ООО «Направление» не признала, просила о рассмотрении дела в её отсутствие. Ответчик ФИО4, участвуя ранее в предварительном судебном заседании, исковые требования ООО «Направление» не признала, пояснила, что в 2015 году по объявлению она пришла в ООО «Направление», при приеме её на работу оператором АЗС г. Ужура инвентаризацию не проводили, с должностной инструкцией не знакомили. Заключили трудовой договор. В ООО «Направление» на АЗС г. Ужура она отработала четыре года, за это время ревизии проводили очень редко. Выявленную в конце 2018 года в ходе ревизии недостачу топлива списали, так как руководство знало, что с завода топливо отпускают и указывают в накладных его размер в тоннах, а операторы на АЗС принимают топливо, по формуле переводя его в литры, в связи с чем бывали как излишки, так и недостачи топлива. Излишки топлива также продавали. С начала 2019 года каждый бензовоз приезжал на АЗС г. Ужура с недостачей, размер которой доходил до куба, то есть 1000 литров, об этом знал управляющий К.В.Н. В программу в компьютере вносили данные по накладным, а не по фактическому наличию топлива. При этом, в данную программу мог дистанционно зайти бухгалтер ООО «Направление» и изменить данные. За годы её работы в организации сменилось пять бухгалтеров. В январе 2019 года в её смену была утечка топлива, она об этом сообщила самому руководителю. Работник ФИО7 чинил колонку № 3, которая две недели стояла в разобранном виде. Колонка № 8 была деформирована, так как её вырвали, поэтому поводу она сообщала в полицию. Все колонки ремонтировал ФИО7, так как они, то не доливали, то переливали. Действительно в конце мая 2019 года она заправляла автомобиль, а потом в кассе узнала, что колонка не функционирует. Однако денежные средства, что она должна была за этот бензин, у неё высчитали с заработной платы. В начале июня 2019 года инвентаризация проходила четыре дня, при этом откачивали топливо из резервуаров. Оператора АЗС Б.М.Г. отпустили домой, так как она работала недавно. Жесткий диск с видеонаблюдения четыре года лежал в столе, куда писали видеокамеры, она не знает. Просила в удовлетворении исковых требований ООО «Направление» отказать.

Ответчики ФИО5, ФИО6 и ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела, извещены надлежащим образом.

Заслушав участников процесса, исследовав обстоятельства и материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены ст. 233 ТК РФ. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно ч. 2 ст. 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном ТК РФ (ч. 3 ст. 247 ТК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Частью 2 ст. 242 ТК РФ предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Так, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае, когда в соответствии с ТК РФ или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

Статьей 244 ТК РФ в качестве основания для возложения на работников полной материальной ответственности за недостачу вверенных им товарно-материальных ценностей предусмотрено наличие заключенных между этими работниками и их работодателями письменных договоров о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Частями 1 и 2 ст. 245 ТК РФ определено, что при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины (ч. 3 ст. 245 ТК РФ).

При добровольном возмещении ущерба степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется по соглашению между всеми членами коллектива (бригады) и работодателем. При взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется судом (ч. 4 ст. 245 ТК РФ).

Согласно ч. 2 ст. 244 ТК РФ перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Такой перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного имущества, и типовая форма договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, утверждены постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85 (приложения № 3 и 4 к данному постановлению).

Исходя из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению коллективная (бригадная) материальная ответственность за причинение ущерба может вводиться только при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере. Решение работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности оформляется приказом (распоряжением) работодателя. При этом коллективная (бригадная) материальная ответственность за причинение ущерба наступает лишь в случае, когда все члены коллектива (бригады) добровольно принимают на себя такую ответственность. Одним из оснований для возложения на коллектив работников материальной ответственности в полном размере за ущерб, причиненный работодателю, является наличие единого письменного договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности, заключенного со всеми членами коллектива (бригады) работников в соответствии с типовой формой договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности, утвержденной постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85. Обязанность же доказать наличие оснований для заключения договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба и соблюдение правил заключения такого договора возложена законом на работодателя. Невыполнение работодателем требований трудового законодательства о порядке и условиях заключения договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности является основанием для освобождения работника от обязанности возместить причиненный по его вине ущерб в полном размере, превышающем его средний месячный заработок.

Согласно ч. 2 ст. 11 Федерального закона Российской Федерации от 6 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее Федеральный закон № 402-ФЗ) при инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

В соответствии с ч. 3 ст. 11 Федерального закона № 402-ФЗ случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

В силу ч. 4 ст. 11 Федерального закона № 402-ФЗ выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация.

В соответствии с п. 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 года № 34н, проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально-ответственных лиц и при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

Инвентаризация имущества и обязательств проводится для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, в ходе ее проведения проверяются и документально подтверждаются наличие, состояние и оценка указанного имущества и обязательств. При этом выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета (п. 26 и 28 указанного положения).

Согласно п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года № 49, (далее Методические указания) в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации обязательно, в том числе при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей.

В силу п. 2.3 Методических указаний персональный состав постоянно действующих и рабочих инвентаризационных комиссий утверждает руководитель организации. Отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными.

В соответствии с п. 2.4 и 2.8 Методических указаний до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц.

Согласно п. 2.9 Методических указаний инвентаризационные описи могут быть заполнены как с использованием средств вычислительной и другой организационной техники, так и ручным способом. В описях не допускается оставлять незаполненные строки, на последних страницах незаполненные строки прочеркиваются. На последней странице описи должна быть сделана отметка о проверке цен, таксировки и подсчета итогов за подписями лиц, производивших эту проверку.

Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц, принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (п. 2.10 Методических указаний).

Судом установлено, что на основании приказов ООО «Направление» от 7 октября 2015 года № Н0000000002, Н0000000004, Н0000000005, а также № НР0000000002 от 1 сентября 2017 года ФИО5, ФИО4, ФИО2 с 7 октября 2015 года, а ФИО6 с 1 сентября 2017 года приняты на работу в ООО «Направление» на должность оператор АЗС с основным местом работы на АЗС «Ужур».

По условиям заключенных с ответчиками ФИО5, ФИО4, ФИО2 и ФИО6 трудовых договоров от 7 октября 2015 года №Н0000000002, Н0000000004, Н0000000005 и № НР0000000002 от 1 сентября 2017 года к трудовым обязанностям работников относилось, в том числе бережно относится к имуществу работодателя и соблюдать установленный работодателем порядок хранения документов, материальных и денежных ценностей.

7 октября 2015 года между ООО «Направление» и операторами АЗС ФИО5, ФИО4, ФИО2 и 1 июля 2017 года с ФИО6 заключен договор о полной коллективной материальной ответственности, согласно которому коллектив принимает на себя коллективную материальную ответственность за обеспечение сохранности имущества, вверенного ему для ведения технологического процесса, за работы по приему на хранение, учету, отпуску, (выдаче) материальных ценностей на складе нефтепродуктов, за обеспечение сохранности материальных ценностей в процессе приемки, хранения, отпуска, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, а работодатель обязуется создать коллективу условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору.

В соответствии с п. 1 указанного договора решение работодателя об установлении полной коллективной материальной ответственности оформляется приказом работодателя и объявляется коллективу. Приказ работодателя об установлении полной коллективной материальной ответственности прилагается к настоящему договору. Пункт 8 договора определяет, что прием имущества, ведение учета и предоставление отчетности о движении имущества осуществляется в установленном законом порядке.

Договор о полной коллективной материальной ответственности содержит подписи работодателя - ООО «Направление» в лице директора В.А.А., действующего на основании Устава общества, и членов коллектива: операторов ФИО5, ФИО4, ФИО2, а также ФИО6

Согласно Перечню работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества, утвержденному Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85, к таковым относятся, в том числе: работы по приему и выплате всех видов платежей; по расчетам при продаже (реализации) товаров, продукции и услуг (в том числе не через кассу, через кассу, без кассы через продавца, через официанта или иного лица, ответственного за осуществление расчетов); по обслуживанию торговых и денежных автоматов; по изготовлению и хранению всех видов билетов, талонов, абонементов (включая абонементы и талоны на отпуск пищи (продуктов питания) и других знаков (документов), предназначенных для расчетов за услуги.

Из анализа статей 244 и 245 ТК РФ следует, что условиями, при наличии которых возможно установление коллективной (бригадной) материальной ответственности, являются: наличие письменного договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности; достижение работниками, с которыми заключается указанный договор, возраста 18 лет; выполнение работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей; совместное выполнение указанных видов работ; невозможность разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере.

Таким образом, суд приходит к выводу, что у работодателя ООО «Направление» имелись основания для заключения договора о полной коллективной материальной ответственности с ФИО5, ФИО4, ФИО2 и ФИО6, являющимися операторами АЗС, достигшими на день заключения договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности возраста 18 лет.

Вместе с тем, в нарушение п. 1 договора о полной коллективной материальной ответственности от 07.10.2015 приказ (решение) работодателя о формировании коллектива, его составе, стороной истца суду не представлен, а потому сделать вывод о его существовании, а также объявлении коллективу не представляется возможным.

Приказом директора ООО «Направление» В.А.А. №-ОСД от 31.05.2019 «О проведении полной инвентаризации» для проведения инвентаризации на АЗС «Ужур», расположенной по адресу: 

<

...>, была назначена инвентаризационная комиссия в составе: председателя комиссии В.А.А., членов комиссии: бухгалтера Д.И.С., представителей К.В.Н. и Р.Е.В. В соответствии с указанным приказом инвентаризации подлежали товарно-материальные ценности на АЗС Ужур, расположенной по указанному адресу, в связи с производственной необходимостью. Инвентаризация подлежала проведению в срок 1 июня 2019 года. В качестве материально ответственных лиц были указаны операторы АЗС ФИО5, ФИО4, Б.М.Г., ФИО2, указанные лица были ознакомлены с приказом 1 июня 2019 года.

В ходе проведенной инвентаризации комиссией выявлена недостача топлива марки АИ-80 - 813 литров на сумму 30 081 рубль, АИ-92 - 3 756 литров на сумму 153 996 рублей, АИ-95 - 2 916 литров на сумму 125 388 рублей, ДТ - 2 886 литров на сумму 124 098 рублей, а всего на общую сумму 433 140 рублей, что следует из сличительной ведомости, составленной 01.06.2019, подписанной бухгалтером Д.И.С., а также материально ответственными лицами операторами ФИО11, ФИО2 и ФИО4

По факту выявленной в результате проведенной инвентаризации недостачи у материально ответственных лиц ФИО5, ФИО2, Б.М.Г. и ФИО4 1 июня 2019 года были истребованы письменные объяснения, согласно которым указанные сотрудники не смогли указать причину возникшей недостачи топлива на АЗС.

Приказом директора ООО «Направление» В.А.А. № 19-ОСД от 01.06.2019 была создана комиссия для проведения служебного расследования по факту недостачи товарно-материальных ценностей на АЗС Ужур по результатам инвентаризации. Согласно акту о результатах служебного расследования от 19.06.2019 комиссия пришла к выводу, что за период с 06.12.2018 по 01.06.2019 материально ответственными лицами операторами АЗС: ФИО5, ФИО4 и ФИО2 в нарушение должностной инструкции, договора о полной материальной ответственности было совершено хищение топлива: АИ-80, АИ-92, АИ-95, ДТ.

По заявлению представителя ООО «Направление» от 01.06.2019 по факту обнаружения недостачи топлива на АЗС «Техас», расположенной по адресу: 

<

...>, зарегистрированного в КУСП № 2284, Отделом МВД России по Ужурскому району проведена проверка. По результатам проверки 18 февраля 2020 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях операторов АЗС ФИО4, ФИО5, ФИО2 состава преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ.

Приказом № HPNP-000005 от 01.07.2019 ФИО5 уволена 1 июля 2019 года в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ по инициативе работника, действие трудового договора от 07.10.2015 прекращено.

Приказом № HPNP-000007 от 18.07.2019 ФИО4 уволена 18 июля 2019 года по пп. а п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ прогул, действие трудового договора от 07.10.2015 прекращено.

Приказом № HPNP-000006 от 18.07.2019 ФИО2 уволена 18 июля 2019 года по пп. а п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ прогул, действие трудового договора от 07.10.2015 прекращено.

Приказом № HPNP-000002 от 03.05.2019 ФИО6 уволена 3 мая 2019 года в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ по инициативе работника, действие трудового договора от 01.09.2017 прекращено.

В материалы дела стороной истца представлена инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей - нефтепродуктов на АЗС Ужур ООО «Направление», составленная 1 июня 2019 года, в которой в нарушение п. 2.9 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года № 49, имеются незаполненные строки, которые не прочеркнуты. Данная инвентаризационная опись не содержит подписи председателя инвентаризационной комиссии В.А.А. При этом, из пояснений сторон установлено, что директор ООО «Направление» В.А.А., председатель инвентаризационной комиссии на основании приказа №16-ОСД от 31.05.2019, участия в проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей на АЗС Ужур, расположенной по адресу: 

<

...>, не принимал. Сличительная ведомость результатов инвентаризации основных средств, также подписана не всеми материально ответственными лицами, отсутствует подпись ответчика ФИО5 При этом, в соответствии с Методическими указаниями отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными.

Кроме того, требования о взыскании материального ущерба выявленного по результатам инвентаризации от 1 июня 2019 года предъявлены к ФИО6, трудовые отношения с которой истцом были прекращены 3 мая 2019 года на основании приказа об увольнении по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ). Вместе с тем, при увольнении материально-ответственного лица ФИО6 инвентаризация материальных ценностей не проводилась, также не представлено доказательств, что истцом проводилась инвентаризация после прекращения 3 мая 2019 года трудовых отношений с ФИО6

Таким образом, работодателем ООО «Направление» нарушен порядок проведения инвентаризации, установленный Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов РФ от 13.06.1995 года № 49, поскольку истцом в материалы дела не представлен акт передачи под отчет ответчикам ФИО5, ФИО4, ФИО2, а также ФИО6 товарно-материальных ценностей, инвентаризации перед заключением с данными работниками договора о полной коллективной материальной ответственности, а именно: инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей ООО «Направление» АЗС Ужур по состоянию на 7 октября 2015 года и на 1 сентября 2017 года (прием в коллектив нового работника ФИО6), не проводились, доказательств составления приказа о формировании коллектива, его составе, в нарушение требований действующего трудового законодательства и положений п. 1 и 8 подписанного сторонами договора о полной коллективной материальной ответственности от 07.10.2015, в материалы дела также не представлено. В нарушение п. 2.9 Методических указаний инвентаризационные описи имеют незаполненные и не прочеркнутые строки, вопреки требованиям п. 2.10 Методических рекомендаций в конце описи отсутствует подпись председателя инвентаризационной комиссии В.А.А., при этом в нарушение п. 2.3 Методических указаний председатель комиссии при проведении инвентаризации отсутствовал, а потому документы, составленные по результатам проведенной инвентаризации не могут служить доказательством, достоверно подтверждающим факт недостачи и ее размер, так как данный факт подлежит установлению лишь при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть надлежащим образом оформлены в установленном законом порядке.

Учитывая изложенные обстоятельства, принимая во внимание, не соблюдение работодателем основных требований к оформлению документации, процедуре проведения инвентаризации, в отсутствие доказательств с достоверностью подтверждающих, что в результате виновных действий ответчиков ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6 образовался ущерб в сумме 433 140 рублей, суд приходит к выводу, что исковые требования ООО «Направление» удовлетворению не подлежат.

Разрешая требование истца о взыскании материального ущерба с ответчика ФИО7 суд приходит к следующим выводам.

30 июня 2018 года между ООО «Направление» (заказчик) и ФИО7 (исполнитель) был заключен договор возмездного оказания услуг.

Согласно п. 1.1 и 1.2 указанного Договора исполнитель обязуется по заданию заказчика оказывать услуги по обслуживанию и ремонту топливно-раздаточных колонок АЗС, а заказчик обязуется оплачивать эти услуги. Услуги оказываются по месту нахождения заказчика по адресу: 

<

...>. Срок оказания услуг с 30.06.2018 по 01.06.2019 (п. 4.1.1. и 4.1.2 Договора возмездного оказания услуг).

В соответствии с п. 2.1.3 исполнитель обязуется обеспечивать сохранность имущества заказчика, не допускать порчи и ухудшение указанного имущества.

Принимая во внимание, что ФИО7 работником ООО «Направление» не является, договор о полной материальной ответственности с ним не заключен, учитывая, что истцом не представлено доказательств виновных действий ФИО7 в результате которых истцу причинен материальный ущерб в сумме 433 140 рублей, а потому оснований для удовлетворения исковых требований ООО «Направление» не имеется.

Таким образом, исковые требования ООО «Направление» к ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о взыскании с работников материального ущерба удовлетворению не подлежат.

С учетом отказа в удовлетворении исковых требований, в соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ, не подлежат удовлетворению и заявленные ООО «Направление» требования о взыскании судебных расходов, понесенных истцом при обращении в суд.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «Направление» к ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о взыскании с работников материального ущерба, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Ужурский районный суд Красноярского края.

Председательствующий Ю.Н. Моховикова

Решение в окончательной форме составлено и подписано 4 октября 2020 года