Дело №

Стр.090

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 мая 2017года 

<

адрес>

Ленинский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Гринберг И.В.,

при секретаре ФИО6,

с участием прокурора ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда, причиненного ДТП

установил:

Истцы обратились в Ленинский районный суд 

<

адрес> с иском к ответчику ФИО4 о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП. 

В обоснование иска указали, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием автомобиля Лада – 219020 г/н №, под управлением ФИО1, следовавшим со своей супругой - ФИО2 и автомобиля Хенде Туссон, г/н №, под управлением ФИО4

В результате произошедшего ДТП ФИО1, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ., получил следующие телесные повреждения : закрытый перелом диафаза левой бедренной кости в средней трети со смещением, которое было квалифицировано как тяжкий вред здоровью, так как повлекло за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть; закрытый перелом дна вертлужной впадины слева; закрытые переломы наружной, внутренней лодыжек левого голеностопного сустава, нижней трети диафаза левой малоберцовой кости, заднего края дистального метаэпифиза левой большеберцовой кости; закрытые переломы 2,3,7 ребер слева по среднеподмышечной линии, ушиб левого легкого, повлекшие расстройство здоровья свыше 21 дня. 

После произошедшего ДТП, истец ФИО1, находился на излечении в травматологическом отделении Воронежской городской клинической больницы скорой медицинской помощи № в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 был поставлен диагноз: сочетанная травма: закрытый перелом средней трети левого бедра со смещением отломков. Закрытый перелом 2.3.7 ребер слева. Подкожная эмфизема. Ушиб левого легкого. Ушиб сердца. Травматический шок 1 ст. ФИО1 было проведено несколько операций. 

ФИО2, следовавшей в качестве пассажирки, в результате ДТП были причинены следующие повреждения: ушиб левой почки, закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб грудной клетки слева, в результате чего с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 находилась на излечении в Воронежской городской клинической больнице скорой медицинской помощи №.

Как установлено заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ., а также Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, основанном на заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. ответчик двигался с нарушением скоростного режима, игнорируя п.п. 10.1, 10.3 ПДД.

Общие затраты ФИО1 на приобретение лекарств составили 18 284 руб., а общие затраты ФИО2 на приобретение лекарств составили 419 руб.

На основании вышеизложенного, истцы просили взыскать с ответчика в пользу ФИО1 в качестве возмещения вреда здоровью расходы на лекарства в размере 18 284 руб., утраченный заработок в размере 26 655 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. 

Взыскать с ответчика в пользу ФИО2 в качестве возмещения вреда здоровью расходы на лекарства в размере 419 руб. и компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, просила дело рассматривать в ее отсутствие. 

Представитель истцов по доверенности ФИО7 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО4, и его представитель по доверенности ФИО8 в судебное заседание не явились, о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом, имеются заявления о рассмотрении дела в их отсутствие, в связи с чем, в соответствии с ч.4 ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившегося ответчика и его представителя, поскольку неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

Прокурор ФИО9 в своем заключении указал, что вред причиненный источником повышенной опасности подлежит возмещению независимо от вины причинителя вреда. При определении характера вреда необходимо учитывать нравственные страдания истцов, полагал, что заявленные суммы компенсации морального вреда завышены. Исковые требования ФИО1 в части взыскания затрат на лекарственные препараты не подлежат удовлетворению, поскольку истцом ФИО1 не представлено каких либо доказательств, свидетельствующих о наличии врачебных рекомендаций, кроме одного чека, значительно превышающим период лечения, а именно спустя пол года после выписки из больницы. Требование истца ФИО2 в части приобретения лекарственного средства Канефрон обосновано и подлежит удовлетворению.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению частично, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. ст.56,67 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, суд оценивает имеющиеся в деле доказательства.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

В силу п.1 ст.4, п.1 ст.40 ГПК РФ право выбора ответчика принадлежит истцу.

Согласно п.1 ст.9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Истец вправе самостоятельно выбирать способ защиты нарушенного права.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием автомобиля Лада – 219020 г/н №, под управлением ФИО1, следовавшим со своей супругой - ФИО2 и автомобиля Хенде Туссон г/н №, под управлением ФИО4, что подтверждается справкой о ДТП (л.д.16).

Согласно сведений, изложенным в определении 

<

адрес> о возбуждении дела об административном правонарушении, и проведении административного расследования, виновным в ДТП является ФИО1, управлявший транспортным средством Лада 2190, госномер Е649ХР36 (л.д.96).

Указанное подтверждено решением Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. по гражданскому делу №,где также была установлена вина ФИО1 в совершении ДТП от ДД.ММ.ГГГГ и указано, что заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в условиях данного происшествия в действиях водителя автомобиля Лада 2190 регистрационный номер № ФИО1 усматриваются несоответствия требованиям п.п.1.3.,8.1.,8.4 ПДД РФ и требований дорожной разметки 1.3 и дорожного знака 4.1.1. В действиях же водителя автомобиля Хендэ Туссон регистрационный номер № ФИО4 несоответствий каким-либо требованиям ПДД РФ не усматривается (л.д.124-126).

Апелляционным определением Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ указанное решение изменено в части взыскания компенсации морального вреда отказано, в остальной части решение оставлено без изменения (л.д.127-130).

Следовательно виновность ФИО1 в нарушении Правил дорожного движения установлена решением Ленинского районного суда 

<

адрес>, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГг. и имеющим в силу ч.1 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение для данного дела.

При этом суд принимает во внимание и то обстоятельство, что заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ., а также Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, основанном на заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. ответчик двигался с нарушением скоростного режима, игнорируя п.п. 10.1, 10.3 ПДД. (л.д.19-27,28-30).

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 3 статьи 79 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц (например, при угоне транспортного средства), то суд вправе возложить ответственность за вред на лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности, по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ.

Анализируя приведенные нормы в их совокупности, суд находит, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден от ответственности лишь при доказанности того, что источник выбыл из его владения в результате противоправных действий других лиц, поскольку именно риск повышенной опасности для окружающих обусловливает специальный состав в качестве основания возникновения обязательства по возмещению вреда.

Будучи владельцем источника повышенной опасности, ответчик должен нести гражданско-правовую ответственность за причиненный истцу ущерб. Оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 1079 ГК РФ, для освобождения ответчика от возмещения вреда судом не установлено.

Доказательств опровергающих данное утверждение ответчиком суду не представлено.

Также, в ходе судебного разбирательства судом установлено, что в результате произошедшего ДТП истец ФИО1, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. получил следующие телесные повреждения, выразившиеся в закрытом переломе диафаза левой бедренной кости в средней трети со смещением, которое было квалифицировано как тяжкий вред здоровью, так как повлекло за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть; закрытом переломе дна вертлужной впадины слева; закрытые переломы наружной, внутренней лодыжек левого голеностопного сустава, нижней трети диафаза левой малоберцовой кости, заднего края дистального метаэпифиза левой большеберцовой кости; закрытые переломы 2,3,7 ребер слева по среднеподмышечной линии, ушиб левого легкого, повлекшие расстройство здоровья свыше 21 дня (л.д.14). 

После произошедшего ДТП истец ФИО1 находился на излечении в травматологическом отделении Воронежской городской клинической больнице скорой медицинской помощи № в период с ДД.ММ.ГГГГ. и согласно имеющегося в материалах дела эпикриза ФИО1 был поставлен диагноз: сочетанная травма: закрытый перелом средней трети левого бедра со смещением отломков. Закрытый перелом 2.3.7. ребер слева. Подкожная эмфизема. Ушиб левого легкого. Ушиб сердца. Травматический шок 1 ст. и в период нахождения его в медучреждении ФИО1 было проведено несколько операций (л.д.17). 

Истице ФИО2, следовавшей в качестве пассажирки, в результате ДТП были причинены следующие повреждения:

- ушиб левой почки, закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб грудной клетки слева, в результате чего с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 находилась на излечении в Воронежской городской клинической больнице скорой медицинской помощи №, о чем свидетельствует выписной эпикриз № (л.д.18).

В силу абз. 2 п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ по правилам пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Поскольку истице ФИО2 причинен вред здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, владельцы этих источников, должны солидарно нести ответственность за вред, причиненный в результате их взаимодействия (столкновения транспортных средств) по основаниям, предусмотренным ст. 1079, 1100 ГК РФ.

Между тем, необходимо учитывать, что в соответствии с п. 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, при том как полностью, так и в части долга.

Таким образом, наличие оснований солидарной ответственности владельцев автомобилей за причиненный вред не исключает права потерпевшей ФИО2 предъявить требование о взыскании денежной компенсации морального вреда только к одному из водителей.

Предъявив исковые требования только к одному солидарному должнику, истица реализовала выбор способа защиты права в установленном законом порядке.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с ч.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина 

является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N10 (ред.от ДД.ММ.ГГГГ) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.) 

Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).

Суд вправе рассмотреть самостоятельно предъявленный иск о компенсации причиненных истцу нравственных или физических страданий, поскольку в силу действующего законодательства ответственность за причиненный моральный вред не находится в прямой зависимости от наличия имущественного ущерба и может применяться как наряду с имущественной ответственностью, так и самостоятельно (п.9). 

Удовлетворяя требования истцов о взыскании денежной компенсации морального вреда, суд исходит из того и учитывает характер причиненных истцам телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью ФИО1 и вред здоровью средней тяжести причиненный ФИО2, факт причинения им морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер полученной травмы, последствия для здоровья истца, длительность лечения пострадавшего, индивидуальные особенности потерпевшего.

Суд также учитывает, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Принимая во внимание обстоятельства ДТП, наличие вины истца в совершении ДТП, тяжесть перенесенных ими физических и нравственных страданий, последствия полученных истцами травм суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб., а в пользу ФИО2 5 000 руб.

Что касается требований истцов о взыскании расходов на приобретение лекарственных препаратом, то они не подлежат взысканию по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ст.1085 Гражданского кодекса РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение 

специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Таким образом, расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждался в этих видах помощи и ухода и не имел права на их бесплатное получение, расходы истца находятся в причинно-следственной связи с ДТП.

Как следует из материалов дела, материальный вред, выразившийся в расходах на приобретение лекарственных препаратов на сумму 18 284 руб. и 419 руб.

Истец ФИО1 в качестве подтверждения несения расходов на лечение предоставил кассовые чеки на приобретение медицинских препаратов на общую сумму 18 284 руб. (л.д.82), однако в материалах дела отсутствуют доказательства нуждаемости истца в приобретенных им препаратах, в связи с травмами, полученными в ДТП, кроме того истцом доказательств о том, что приобретенные медикаменты были рекомендованы врачами к применению, не представлено, то суд полагает что требования о взыскании расходов на лекарства не подлежат удовлетворению, поскольку приобретение лекарственных препаратов не находится в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием.

Что касается расходов понесенных ФИО2на приобретение лекарственного препарата «Канефрон»,и представленного кассового чека (л.д.31), то данный препарат был приобретен ДД.ММ.ГГГГг. по прошествию длительного времени после выписки из больницы, в связи с чем суд не находит причинно-следственной связи между понесенными расходами и прохождением лечения в связи с полученными травмами в результате ДТП от 21.10.2014г.

Требования о взыскании в пользу ФИО1утраченного заработка также не подлежат удовлетворению. 

Согласно части 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья.

Пунктом 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности, компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие.

Исходя из фактических обстоятельств дела, отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающих утрату истцом ФИО1 заработка или иных выплат, получавшим ежемесячно пенсию по старости, наличие его вины, в совершении дорожно-транспортного происшествия, а также норм действующего законодательства суд полагает невозможным взыскание в возмещение вреда здоровью потерпевшего утраченного заработка

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.12,56, 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 40 000 (сорок тысяч) руб.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) руб. 

В остальной части требований ФИО1, ФИО2 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через Ленинский районный суд 

<

адрес> в течение месяца.

Судья И.В. Гринберг

Решение суда изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГг.