Дело № 2-11/2020 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 января 2020 г. гор. Елец

Елецкий районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Луганцевой Ю.С.,

при секретаре Родионовой Т.В.,

с участием прокурора Климановой А.Г., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчиков ФИО3 и ФИО4, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО14 о выселении из жилого помещения, признании прекратившими право пользования жилым помещением, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО15 о выселении из жилого помещения. В обоснование иска ссылалась на то, что является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, кроме нее в доме зарегистрирован ее сын ФИО3, сноха ФИО4 и внук ФИО5 В настоящее время она намерена продать свой дом и переехать на новое место жительства в другую область, а ответчики препятствуют в реализации её прав собственника. Просила признать ФИО3, ФИО4, действующую в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО5, утратившими право пользования жилым домом, обязать органы регистрационного учета снять ответчиков с регистрационного учета. 

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству от истца ФИО1 поступило заявление об увеличении исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, в котором она просит признать ФИО3, ФИО4, действующую в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО16., прекратившими право пользования жилым домом, выселить ответчиков из спорного жилого дома, обязать органы регистрационного учета снять ответчиков с регистрационного учета (л.д.55-56). 

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 уточненные исковые требования поддержали в полном объеме. ФИО1 признавала тот факт, ФИО3 является её сыном, никогда не выезжал из спорного жилого помещения на другое место жительства, после достижения совершеннолетия продолжал находиться на её иждивении. Как пояснила ФИО1, она одевала, обувала сына ФИО3 и после его совершеннолетия, поскольку он не работал, прописала у себя его жену и ребенка, ФИО4 проживает у неё больше четырех лет, раньше она помогала ответчикам, сидела с ФИО17, но совместное хозяйство они не ведут уже два года, отношения между сторонами испортились, ответчики стали плохо к ней относиться, не разрешают приглашать своих друзей, эксплуатировали её, на что ей открыла глаза сестра, не помогают в обработке огорода. Также пояснила суду, что не оспаривает тот факт, что предложила сыну подарить ей часть дома, это было связано с тем, что к сыну обращались неизвестные люди, говорили, что он должен денежные средства, она опасалась потерять жилье, относительно порядка пользования они с сыном ничего не обсуждали, с этим термином она познакомилась только в ходе настоящего судебного разбирательства. Представитель истца ФИО2 настаивала на удовлетворении иска в полном объеме, ссылаясь на то, что стороны не ведут совместного хозяйства, брак между ФИО4 и ФИО3 не зарегистрирован, членом семьи ФИО1 ФИО4 никогда не являлась, она добровольно отказалась от прав на трехкомнатную квартиру, в которой была зарегистрирована в период нахождения в детском доме, имеет возможность проживать у своих родственников, требование о сохранении за ней права пользования не заявлено в форме иска, что является самостоятельным основанием для отказа в их удовлетворении. Также указала, что ФИО3 является бывшим членом семьи собственника, поскольку не ведет больше с матерью совместного хозяйства, он добровольно отказался от прав на спорное жилое помещение, подарив свою долю матери, в связи с чем утратил права на него. Участие в приватизации при таких обстоятельствах не может быть положено в основу для сохранения за ним права пользования спорным жилым помещением. Её доверитель в результате регистрации и проживания в доме ответчиков лишена возможности реализовать свои права собственника, в частности, продать жилое помещение, предварительный договор на продажу заключен ею 07.12.2019 г., в соответствии с данным договором она должна продать спорное жилое помещение свободным от прав третьих лиц в срок до 01.04.2020 г.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражал против иска, ссылался на то, что спорный дом является его единственным местом жительства с рождения, с мамой у него всегда были доверительные отношения, совершая сделку дарения, он не отказывался от права на жилье, полагал, что сохранит право пользования жилым помещением, подарить его часть дома предложила истец, указывая, что так она не будет переживать, земельный налог будет меньше, поскольку она является пенсионером. Также указал, что проживает с матерью одной семьей, ФИО4 является его гражданской женой с 2015 г., ФИО18 сыном, но в установленном законом порядке брак и отцовство он не регистрировал. Указал, что в период проживания в доме они делали в нем ремонт, в том числе в комнате, где проживает мама, им в 2019 г. смонтирована система полива, он принимал участие в обработке огорода, копал его, убирал урожай, оплачивал коммунальные платежи. Пояснил, что мама готовила, помогала ухаживать за внуком, ФИО4 убирала во всем доме, он ухаживал за мамой в период болезни, отношения у сторон были семейные.

Ответчик ФИО4, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО19., возражала против иска, указала, что проживала с ФИО1 как со свекровью с мая 2015 г., впоследствии она сама прописала в доме её и внука, заботилась о них и помогала, они с гражданским мужем ФИО3 тоже заботились о ФИО1 в период её болезни, около полугода делали ремонт в спорном доме, оплачивали коммунальные платежи с её банковской карты в течение трех лет, вместе обрабатывали огород и приусадебный участок, для чего ею было приобретено специальное оборудование, мотоблок, тележка, бензопила, стороны вели совместное хозяйство, свекровь готовила, а она убирала в доме и стирала, приобретала семена и помогала в возделывании огорода, собирала помидоры, муж копал огород, окашивал траву. Отношения испортились только после приезда сестры ФИО1 в 2019 г., которая стала уговаривать истца продать дом, учила вести раздельное хозяйство, до этого у сторон были очень близкие, доверительные отношения, ФИО1 заменила ей близких родственников. Просила сохранить за ней и её сыном право пользования на спорное жилое помещение в порядке ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ до достижения ребенком трехлетнего возраста, поскольку она не работает, ухаживает за сыном, не имеет своего жилья, находится в затруднительном материальном положении, не располагает средствами для того, чтобы снять жилье.

Прокурор Климановой А.Г. находила заявленные требования обоснованными, вместе с тем, просила сохранить за ФИО4 и её несовершеннолетним сыном ФИО20 право пользования спорным жилым помещением на четыре месяца с момента вступления решения суда в законную силу с учетом доводов ответчика об отсутствии возможности работать до достижения малолетним сыном полуторогодовалого возраста и отсутствием прав у неё и ребенка на иные жилые помещения.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, опросив свидетелей, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска.

Согласно ч. 1 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены ЖК РФ.

Частью 1 ст. 31 ЖК РФ определено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

Вселенные собственником жилого помещения члены его семьи, в силу ч. 2 ст. 31 ЖК РФ, имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

В пунктах 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что вопрос о признании лица членом семьи собственника жилого помещения судам следует разрешать с учетом положений ч. 1 ст. 31 ЖК РФ, исходя из следующего:

а) членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. При этом супругами считаются лица, брак которых зарегистрирован в органах записи актов гражданского состояния (статья 10 Семейного кодекса Российской Федерации, далее - СК РФ). Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки;

б) членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и другие) и нетрудоспособные иждивенцы как самого собственника, так и членов его семьи, а в исключительных случаях иные граждане (например, лицо, проживающее совместно с собственником без регистрации брака), если они вселены собственником жилого помещения в качестве членов своей семьи. Для признания перечисленных лиц членами семьи собственника жилого помещения требуется не только установление юридического факта вселения их собственником в жилое помещение, но и выяснение содержания волеизъявления собственника на их вселение, а именно: вселялось ли им лицо для проживания в жилом помещении как член его семьи или жилое помещение предоставлялось для проживания по иным основаниям (например, в безвозмездное пользование, по договору найма). Содержание волеизъявления собственника в случае спора определяется судом на основании объяснений сторон, третьих лиц, показаний свидетелей, письменных документов (например, договора о вселении в жилое помещение) и других доказательств (статья 55 ГПК РФ).

При этом необходимо иметь в виду, что семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

Как установлено судом и подтверждено материалами гражданского дела, ФИО1 с 11.03.2014 г. является единственным собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 234 кв.м., что подтверждено выпиской из ЕГРН по состоянию на 30.09.2019 г., копия которого приобщена к материалам дела (л.д.6-10). Данный дом был приобретен на ФИО6, ФИО1, ФИО3 в соответствии с имеющимся в материалах инвентаризационного дела №8-74 Ж договором приватизации от 25.06.1996 г. Впоследствии ФИО6 умер, в соответствии со свидетельством о праве на наследство от 22.10.2013 г. в наследство вступил, в том числе, и его сын – ответчик по настоящему делу ФИО3 (л.д.172). Согласно договора дарения от 05.03.2014 г., заключенного между ФИО3 и ФИО1, ФИО3 принадлежащую ему ? долю в праве общей долевой собственности на спорный дом подарил ФИО1, данный договор не предусматривал снятие дарителя с регистрационного учета и выселение из спорного жилого помещения (л.д.173).

В указанном жилом помещении зарегистрированы с 27.11.2018 г. – ФИО21, с 12.10.2018 г. – ФИО4, с 10.12.1992 г. - ФИО3 и ФИО1 Факт регистрации подтвержден представленными суду справками (л.д. 51-53), а также домовой книгой, копия которой приобщена к делу (л.д.11-15). При этом, по пояснениям ФИО1, неоднократная регистрация в домовой книге ФИО3 связаны была только с утратой им паспорта, последний раз перерегистрация с её согласия имела место 25.07.2015 г. (л.д.13), то есть уже после заключения договора дарения. 

Судом установлено, что с момента регистрации в 1992 г. и до настоящего времени ответчик ФИО3 проживает в спорном жилом помещении вместе с матерью ФИО1, что помимо данных о его регистрации, подтверждено также пояснениями истца ФИО1, ответчика ФИО4, показаниями свидетелей как со стороны истца, так и со стороны ответчика ФИО22. и ФИО23

При таких обстоятельствах суд не усматривает с учетом разъяснений, приведенных в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", оснований для признания ФИО3 утратившим право пользования спорным домом, поскольку он является сыном ФИО7 и проживает совместно с ней до настоящего времени. При таких обстоятельствах, как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации, не требуется установление фактов ведения общего хозяйства с собственником жилого помещения.

Кроме того, как усматривается из объяснений сторон и договора дарения от 05.03.2014 г., ФИО3 от реализации права на пользование спорным жилым помещением не отказывался, напротив, продолжал проживать с матерью, восстанавливал регистрацию по спорному адресу уже после совершения вышеуказанной сделки, делал ремонт в спорном помещении, оплачивал коммунальные услуги. 

С учетом изложенного в иске ФИО1 к ФИО3 о признании прекратившим право пользования и выселении суд считает необходимым отказать.

Оснований для сохранения за ФИО5 права пользования спорным жилым помещением как за сыном ФИО3 не имеется, поскольку надлежащих доказательств того, что он является его сыном, суду не представлено. Судом разъяснялось право установить отцовство, как пояснил ФИО3, в рамках настоящего судебного заседания отцовство им устанавливаться не будет. 

Брак ФИО3 с ФИО4 также не был зарегистрирован в установленном законом порядке, вместе с тем, учитывая, что законом допускается и на это прямо указано в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" признание членом семьи собственника нетрудоспособных иждивенцев как самого собственника, так и членов его семьи, а в исключительных случаях иных граждан, если они вселены собственником жилого помещения в качестве членов их семьи. 

В судебном заседании ФИО1 признавала, что ФИО4 проживает в спорном доме около пяти лет, только на протяжении последних двух лет стороны не ведут совместного хозяйства, вселена она была в качестве гражданской жены её сына ФИО3, стороны после вселения ФИО4 вели совместное хозяйство, ФИО1 помогала ФИО4 после рождения ребенка, поднималась к нему ночью, содержала молодую семью, ФИО4 делала ремонт в спорном доме. Не оспаривала ФИО1 и тот факт, что её сын до настоящего времени поддерживает с ФИО4 и ФИО24 семейные отношения.

Из представленного суду заявления о регистрации ФИО4 от 12.10.2018 г. усматривается, что степень её родства по отношению к ФИО1 указана как «сноха» (л.д.191).

Доводы истца о том, что ответчики находились на полном её иждивении, не оплачивали коммунальные услуги, опровергаются как собственными пояснениями, так и представленными суду квитанциями за 2017 г. – 2019 г., из которых усматривается, что оплата коммунальных услуг по адресу спорного домовладения производилась с банковской карты ФИО4 (л.д.58-171). Ссылки ФИО1 на то, что переводы осуществлены за счет ее собственных денежных средств, ничем не подтверждены. Кроме того, она сама в суде признала, что перестала передавать денежные средства в 2018 г., тогда как переводы продолжали осуществляться в феврале, июле, августе 2019 г. на общую сумму 6475 руб. 41 руб. только за последний год.

Как пояснила опрошенная в качестве свидетеля ФИО25., она познакомилась с ФИО3 3-4 года назад, они вместе работали в поле на уборке сельскохозяйственных культур у частного предпринимателя, он работал с июля по октябрь, заработная плата была около 30 000 рублей в месяц, пьяным она его не видела, работать приходила и его беременная жена. Потом в клубе любителей скандинавской борьбы она познакомилась с ФИО1, они подружились, ФИО1 приходила к ней с ФИО4, они называли друг друга мамой и дочкой, у них были очень хорошие отношения, она поздравляла ФИО8 с рождением внука, сама она также ходила к ФИО1, у неё очень красивый участок, также она советовалась с ФИО4, где купить сварочный аппарат, потому что ранее ФИО4 приобретала технику для ухода за участком. Летом 2019 г. отношения между сторонами стали хуже, она случайно узнала, что у ФИО4 заболел сын, позвонила ФИО1, последняя сказала, чтобы сами решали, что делать, это её удивило, раньше такого не было, ФИО1 хотела внуков.

Сама ФИО4 признавала, что ведение общего хозяйства прекращено в 2019 г. после визита сестры истца, которая учила раздельно вести хозяйство, стала предлагать продать дом.

ФИО1 также не оспаривала, что визит сестры повлиял на отношения в её семье, поскольку сестра в период своего приезда в 2019 г. «открыла ей глаза» на то, как к ней относятся, она летом ездила в гости к сестре и хочет проживать в более благоприятном для неё климате в Краснодарском крае вместе со своими родственниками.

Свидетель со стороны ответчика ФИО26 факт ведения общего хозяйства не опровергала, пояснила, что в доме и в гостях у сторон не была более двух лет, знает со слов ФИО1, что её сын не работает, является иждивенцем Натальи Петровны, в её присутствии он нецензурно выражался, бросался на мать, она сама их разнимала, ФИО4 живет с ними более трех лет, тоже не работала.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что и ФИО4 и ФИО5 были вселены в качестве членов семьи собственника, длительное время поддерживали семейные отношения, вели общее хозяйство, заботились друг о друге. В 2019 г. такие отношения были прекращены, ФИО1 перестала вести с ФИО4 общее хозяйство, признавать ФИО27 своим внуком, заботиться о них, помогать в содержании и уходе за несовершеннолетним.

Тот факт, что ФИО4 и её сын продолжают поддерживать семейные отношения с ФИО3 не могут служить основанием для сохранения за ними права пользования, поскольку часть 2 статьи 31 ЖК РФ не наделяет членов семьи собственника правом на вселение в спорное жилое помещение других лиц, на что прямо указано в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации".

Соответственно, как бывшие члены семьи собственника они утратили право пользования жильем и подлежат выселению, но за ними может быть сохранено право пользования в порядке ч. 4 ст. 31 ЖК РФ. 

Данной нормой предусмотрено, что в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.

Как установлено судом, ФИО4 своего жилья не имеет, что подтверждено представленной суду выпиской из ЕГРН по состоянию на 09.10.2019 г. (л.д.199), находится в отпуске по уходу за малолетним ФИО28., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в соответствии с постановлением администрации Елецкого муниципального района Липецкой области от 29.11.2019 г. №786 ей отказано во включении в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилым помещением, поскольку ранее она являлась членом семьи нанимателя, была обеспечена жилым помещением в г. Ельце, факт невозможности проживания не устанавливался (л.д.175-176), размер выплачиваемых пособий составляет 12 724 руб. 33 коп. (л.д.201-203).

С учетом изложенного суд считает возможным сохранить за ФИО4 и несовершеннолетним ФИО29 право пользования жилым помещением - домом № по ул. 

<

адрес> в течение двух месяцев с момента вступления решения суда в законную силу. 

Данный срок суд полагает достаточным с учетом времени вступления решения суда в законную силу, пояснений ФИО4, что имеются варианты снятия однокомнатной квартиры за 5000 руб., соответственно, стоимость комнаты ниже, также имеется возможность обустройства ребенка в дошкольное образовательное учреждение с полутора лет, что также признавалось ФИО4

Ссылки представителя ФИО1 - ФИО2 на то, что у неё имеется возможность проживать с родственниками, ничем не подтверждены, право пользования квартирой в г. Ельце она утратила, выехав на постоянное место жительство к ФИО1, где проживала более четырех лет, что признавалось сторонами. Доводы о согласии других родственников прописать ФИО4 ничем не подтверждены.

Не могут быть положены в основу для отказа в сохранении прав на спорное жилое помещение и ссылки представителя истца ФИО2 на ненадлежащее оформление требований о сохранении права пользования на определенный срок. Требования о сохранении права пользования в данном случае не являются встречными исковыми требованиями, поскольку не направлены к взаимозачету первоначальных требований, по своей сути являются возражением на заявленные исковые требования и основаны на положениях ч.4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации как бывших членов семьи собственника жилого помещения.

Доводы стороны истца о вынужденном характере отъезда в Краснодарский край не подтверждены надлежащими доказательствами, представленные медицинские документы (л.д.33) не свидетельствуют о невозможности для истца по состоянию здоровья проживать на территории Елецкого района Липецкой области.

Тот факт, что истцом заключен предварительный договор купли-продажи от 07.12.2019 г., копия которого приобщена к делу (л.д.206-208), также не может служить основанием для удовлетворения иска ко всем ответчикам и для отказа в требованиях о сохранении права пользования спорным жилым помещением на определенный срок, поскольку данный договор заключен уже в период спора, заключая его, ответчик действовала недобросовестно, не учитывая жилищные права иных проживающих в доме лиц.

Требований о взыскании судебных расходов сторонами не заявлено.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

ФИО9 Евгеньевну и ФИО30 прекратившими право пользования жилым помещением и выселить из жилого помещения – дома №№ по 

<

адрес> по истечении установленного судом срока сохранения права пользования жилым помещением.

Сохранить за ФИО4 и ФИО31 право пользования жилым помещением - домом №№ по ул. 

<

адрес> в течение двух месяцев с момента вступления решения суда в законную силу.

В иске ФИО1 к ФИО3 о признании прекратившим право пользования жилым помещением и выселении отказать.

Данное решение является основанием для снятия ФИО4, ФИО32 с регистрационного учета по указанному адресу по истечении установленного судом срока сохранения права пользования жилым помещением.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Липецкого областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Елецкий районный суд. 

Председательствующий - Ю.С. Луганцева

Решение изготовлено в окончательной форме 27 января 2020 года.

Председательствующий - Ю.С. Луганцева