Судья Постников А.С. Дело № 22-1183

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 18 августа 2025 г.

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи Карифановой Т.В., 

при секретаре Коренькове Д.А.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Воронежской области Асадовой Т.И.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Старченко А.А., 

потерпевшей и законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2 – Потерпевший №1,

представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Кузьмичева В.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Кузьмичева В.М. на приговор Советского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин 

<

данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 109 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 (один) год 3 (три) месяца, с установлением ограничений и возложением обязанности, перечисленных в приговоре. 

Постановлено зачесть в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы время задержания и содержания под стражей с 28 января 2024 г. по 16 октября 2024 г. включительно из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы, а также время запрета определенных действий с 17 октября 2024 г. по 21 октября 2024 г. включительно из расчета один день запрета определенных действий за один день ограничения свободы.

ФИО1 освобожден от отбывания назначенного ему наказания в связи с его полным отбытием.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 удовлетворен частично.

В счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, с ФИО1 взыскано:

- в пользу потерпевшей Потерпевший №1 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей;

- в пользу Потерпевший №1, действующей в интересах несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части (о взыскании упущенной выгоды, о возмещении вреда в случае смерти кормильца) исковое заявление оставлено без рассмотрения, за потерпевшей признано право на подачу иска в порядке гражданского судопроизводства.

Постановлено выплатить Потерпевший №1 в счет возмещения процессуальных издержек (расходов на представителя) по уголовному делу 60000 (шестьдесят тысяч) рублей. 

С осужденного ФИО1 взыскано в доход федерального бюджета 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей в возмещение понесенных расходов по выплате вознаграждения представителю потерпевшей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Карифановой Т.В. о содержании приговора, существе апелляционной жалобы, возражений на нее государственного обвинителя, выступления потерпевшей и законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2 – Потерпевший №1, ее представителя – адвоката Кузьмичева В.М., поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших приговор отменить, уголовное дело возвратить прокурору, осужденного ФИО1, защитника – адвоката Старченко А.А., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, мнение прокурора Асадовой Т.И., полагавшей приговор районного суда законным и обоснованным, просившей апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, суд апелляционной инстанции 

У С Т А Н О В И Л:

приговором суда ФИО1 признан виновным в причинении смерти по неосторожности.

Как следует из приговора, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, находясь на лестничной площадке 1-го этажа подъезда № 

<

адрес> 

<

адрес>, в ходе словесного конфликта на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, проявляя преступную небрежность и не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, нанес удар локтем правой руки в область лица ФИО8 (в подбородок), в результате чего ФИО8, потеряв равновесие, упал и ударился жизненно важным органом – головой о твердую поверхность пола, получив, в том числе телесные повреждения, которые при жизни в совокупности квалифицировались бы как причинившие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, и в данном случае привели к смерти ФИО8, наступившей ДД.ММ.ГГГГ в результате черепно-мозговой травмы, осложнившейся травматическим отеком головного мозга с дислокацией, вклинением и ущемлением его ствола в большом затылочном отверстии.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Осужденный ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении признал полностью, от дачи показаний в судебном заседании отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, но подтвердил признательные показания, данные в ходе предварительного расследования.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Потерпевший №1 – адвокат Кузьмичев В.М. считает приговор незаконным и необоснованным, оспаривает квалификацию действий осужденного ФИО1 по ч. 1 ст. 109 УК РФ, полагает, что в его действиях усматриваются признаки преступления, предусмотренного п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. 

Указывает, что выводы суда основаны лишь на поверхностных выводах судебно-медицинской экспертизы и недостоверных показаниях осужденного ФИО1, стремящегося уйти от соответствующей ответственности.

Ссылаясь на заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно выводов которого, травмы потерпевшему могли быть причинены фрагментом металлической трубы (ножкой стула), изъятой с места происшествия, настаивает на версии о том, что ФИО1 нанес удар фрагментом металлической трубы в подбородок ФИО8, от чего последний упал, ударился теменной частью головы о плитку пола, получив при этом смертельную травму. 

Ставит под сомнение достоверность выводов экспертов о том, что нельзя исключить привнесение в рану на подбородке потерпевшего, обнаруженных в ней металлов, при проведении её первичной хирургической обработки в 

<

данные изъяты>. 

Указывает, что инструменты, которые используются в медицинской деятельности, тем более при хирургических манипуляциях, изготовлены из специальной медицинской стали, поэтому никакие металлы, в том числе железо, цинк, медь не могли образоваться в подбородочной ране ФИО8 при проведении её первичной хирургической обработки в медицинском учреждении.

Полагает, что более правдоподобной является версия о том, что рана на затылочной части (темени) головы ФИО8, была причинена ему в результате удара ФИО1 в это место фрагментом металлической трубы (ножки стула), а не от удара локтем его правой руки в область подбородка. Однако эта версия следствием не была проверена, перед экспертами не были поставлены вопросы о возможности образования этой раны при указанных обстоятельствах.

Обращает внимание на то, что согласно акту судебно-медицинского исследования трупа ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ №, ушибленная рана на препарате кожи с подбородочной области ФИО8 могла образоваться при травматическом воздействии тупого твердого предмета, имеющего травмирующую поверхность в виде сглаженного двухгранного ребра или цилиндра небольшого диаметра, в составе сплава которого или на поверхности имелось железо, цинк и в меньшем количестве медь. Из чего, по мнению потерпевшей стороны, следует, что ФИО1 нанес удар в область подбородка ФИО8 неким твердым металлическим орудием, которое имело вид сглаженного двухгранного ребра или цилиндра небольшого диаметра, при этом в составе данного твердого тупого предмета имелось железо, цинк, медь, что исключает версию осужденного о нанесении удара локтем правой руки и квалификацию его действий по ч. 1 ст. 109 УК РФ. 

Кроме того, считает, что не была проверена версия о том, что ФИО1 ударил указанной металлической трубой по затылочной (теменной) части головы ФИО8, который от полученного удара потерял равновесие и упал на пол, ударившись подбородком о плитку пола, при этом смертельное повреждение ФИО8 получил от удара ФИО1 в теменную часть головы. 

Указывает, что согласно заключению эксперта, на металлической трубе обнаружены следы пота человека, принадлежность которого не представилось возможным установить, тем не менее, по мнению потерпевшей стороны, это является еще одним доказательством ее использования в ближайшее время от времени происшествия, поскольку человеческий пот может сохраняться только лишь непродолжительное время.

Считает, что следователем грубо нарушено требование закона, выразившееся в уничтожении металлической трубы, обнаруженной на месте происшествия, тем более с указанием на то, что данная труба была уничтожена путем сжигания, что фактически является невозможным. 

Полагает, что действия ФИО1 необходимо квалифицировать по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное из хулиганских побуждений. Просит приговор отменить, уголовное дело возвратить прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевшей адвоката Кузьмичева В.М. государственный обвинитель СамоФИО24 считает ее доводы необоснованными, полагает, что оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного решения не имеется.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельства совершения преступления, подлежащие в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ доказыванию по настоящему уголовному делу, установлены судом правильно.

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена судом и подтверждена совокупностью приведенных в нем доказательств, исследованных в судебном заседании, подробно изложенных и проанализированных в приговоре, а именно его вина подтверждается:

- показаниями самого ФИО1, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ в подъезде дома, у него с ФИО8 возник словесный конфликт, в ходе которого ФИО8 первый схватил его за одежду, а именно за футболку, притянул его к себе, а он (ФИО1), пытаясь вывернуться от потерпевшего, нанес ему один удар локтем правой руки в область подбородка, не имея умысла на причинение ФИО8 какого-либо вреда. От его удара ФИО8 попятился назад, и, потеряв равновесие, упал на кафельную плитку, ударившись при этом головой о пол. Он сразу побежал в свою квартиру, чтобы попросить свою сожительницу принести воды и вызвать скорую помощь, после чего вернулся на лестничную площадку, где находился с ФИО8 до приезда скорой помощи. Никакими другими предметами он ФИО8 не бил (т. 2, л.д., л.д. 85-88, 96-99, 108-111);

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ, когда она спустилась на первый этаж подъезда своего дома, то около лифта в полусидящем-полулежащем положении увидела всего в крови хрипящего ее супруга, который находился в бессознательном состоянии, у него текла по шее кровь, он очень тяжело дышал. ФИО1 сказал, что он просто толкнул её мужа, а тот поскользнулся и упал;

- показаниями свидетелей Свидетель №1 и ФИО10, согласно которым вечером ДД.ММ.ГГГГ в подъезде дома, в котором проживал ФИО8, на площадке у лифта они увидели ФИО8, полусидевшего на полу, а также незнакомого мужчину, который сказал, что они с ФИО8 немного потолкались (т. 1 л.д. 121-124, л.д. 128-130);

- показаниями свидетелей Свидетель №3 – фельдшера 

<

данные изъяты> и Свидетель №4 – медицинской сестры 

<

данные изъяты>, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ они приехали на вызов и обнаружили пострадавшего ФИО8 без сознания, но с признаками жизни, у него прощупывался пульс и дыхание. У ФИО8 были обнаружены травмы: подкожная гематома на затылке, ушибленная рана на подбородке и кровотечение из левого уха. Один из соседей рассказал, что ударил ФИО8 в подбородок, после чего тот упал и ударился затылком (т. 1, л.д. 115-117, л.д. 118-120);

- показаниями свидетелей Свидетель №6 – заведующего реанимационным отделением 

<

данные изъяты>» и Свидетель №8 – врача-реаниматолога-анестезиолога 

<

данные изъяты> согласно которым в отделение их больницы был доставлен ФИО8 с тяжелыми травмами: ушиб головного мозга, субдуральная гематома, перелом черепа, его состояние было тяжелым, он находился в коме. Со слов супруги был избит соседом. В реанимации ему было оказано необходимое лечение, но он так и не пришёл в себя и ДД.ММ.ГГГГ умер (т. 1, л.д. 141-143, л.д.144-146);

- показаниями свидетеля Свидетель №7, согласно которым она услышала грохот и обнаружила ФИО1 в подъезде с ФИО8, лежащим на полу в крови. ФИО1 сказал, что они «просто потолкались» (т. 1, л.д. 134-137);

Вина ФИО1 также подтверждается и письменными доказательствами, исследованными судом первой инстанции:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому произведен осмотр лестничной площадки 1-го этажа подъезда № 

<

адрес>, где обнаружены и изъяты: смыв вещества бурого цвета со стены, куртка, спортивные брюки (т. 1, л.д. 46-51);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому произведен осмотр реанимационного отделения 

<

данные изъяты> где обнаружен труп ФИО8 с телесными повреждениями в области головы (т. 1, л.д. 58-62);

- протоколом проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 указал место – площадку возле лифта подъезда № 

<

адрес>, где между ним и его соседом ФИО8 произошел конфликт (т. 2, л.д. 112-120);

- актом судебно-медицинского исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причиной смерти ФИО8 является черепно-мозговая травма с осложнениями в виде травматического отека мозга, дислокации и ущемления ствола в большом затылочном отверстии. Травмы включают переломы костей черепа, кровоизлияния в мозг и мягкие ткани, а также травматические повреждения головного мозга и его оболочек (т. 1, л.д. 164-173);

- заключением экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО8 были обнаружены телесные повреждения: перелом костей свода и основания черепа с кровоизлиянием в мягкие ткани на его уровне; конструкционные переломы затылочной кости слева и верхних стенок глазниц с кровоизлияниями в заглазничную клетчатку и кровоподтеками на уровне кровоизлияний; травматическое кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой справа; травматическое кровоизлияние под твердой мозговой оболочкой слева; травматические кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой головного мозга; кровоизлияния в правых и левых лобных долях, левой височной доле головного мозга, которые при жизни в совокупности квалифицировались бы, как причинившие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни, а в данном конкретном случае привели к наступлению смерти. Причиной смерти ФИО8 послужила черепно-мозговая травма, осложнившаяся травматическим отеком головного мозга с дислокацией, вклиниванием и ущемлением его ствола в большом затылочном отверстии.

Кроме того, у ФИО8 были обнаружены телесные повреждения: в виде раны в подбородочной области слева, квалифицированные как причинившие легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы, отношения к причине смерти не имеет; кровоподтека и ссадины на его уровне на красной кайме нижней губы слева, квалифицированные, как отдельно, так и в совокупности как не причинившие вреда здоровью, т.к. не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности, отношения к причине наступления смерти не имеют (т. 2, л.д. 12-52);

- показаниями экспертов ФИО11, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, принимавших участие в производстве комплексной судебно-медицинской экспертизы, подтвердивших сделанное ими заключение, пояснивших, что заявленный фактически подсудимым механизм причинения потерпевшему смертельной травмы мог иметь место в действительности. Им предлагалась к проверке версия о нанесении ФИО8 умышленного удара в область подбородка металлической трубой, на что эксперты пояснили, что данный механизм также мог иметь место, однако, экспериментальный удар фрагментом трубы не оставил на манекене примесей цинка и свинца, оставив только железо, в то время, как в обнаруженной у потерпевшего ране присутствовали следы всех трех указанных химических элементов (т. 3, л.д.143об.-145).

Вина осужденного ФИО1 подтверждается и иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

В соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ суд проверил представленные доказательства, раскрыл их содержание, оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности обоснованно признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Суд первой инстанции установил, что виновность ФИО1 в причинении смерти потерпевшему ФИО8 по неосторожности подтверждается совокупностью собранных и тщательно исследованных в судебном заседании доказательств, которым в приговоре дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. 

Доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшей о наличии у осужденного ФИО1 умысла на совершение преступления, предусмотренного п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, тщательно проверялись судом первой инстанции и были обоснованно отвергнуты, поскольку данные доводы являются только предположением потерпевшей стороны и не нашли своего подтверждения ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия.

Суд дал объективную оценку всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам в их совокупности, при этом в соответствии с требованиями УПК РФ привел в приговоре мотивы, по которым им были оценены как достоверные и приняты одни доказательства, в том числе показания осужденного ФИО1, заявившего о том, что, падение ФИО8 было для него неожиданным и он не имел умысла на причинение ему какого-либо вреда, и отвергнуты другие. 

С учетом характера действий ФИО1, который нанес ФИО8 один удар локтем правой руки в подбородок, от чего тот потерял равновесие и упал, ударившись жизненно важным органом – головой о твердую поверхность пола, получив черепно-мозговую травму, причинившую тяжкий вред его здоровью и повлекшую впоследствии смерть, а также последующего поведения осужденного, который попытался оказать ему помощь, попросил свою сожительницу вызвать скорую помощь, суд сделал правильный вывод о том, что ФИО1 не имел намерения причинить тяжкий вред здоровью потерпевшего, не предвидел возможности причинения ему смерти в результате своих действий, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление, в том числе таких последствий, то есть действовал по неосторожности. 

Наличие у ФИО1 умысла на причинение смерти потерпевшему ФИО8 не нашло подтверждения доказательствами, исследованными в ходе рассмотрения уголовного дела. 

Выводы суда о причинении ФИО1 смерти ФИО8 по неосторожности согласуются с выводами, изложенными в заключении экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым причиной смерти ФИО8 послужила черепно-мозговая травма, осложнившаяся травматическим отеком головного мозга с дислокацией, вклиниванием и ущемлением его ствола в большом затылочном отверстии. Весь комплекс повреждений, составляющих черепно-мозговую травму, является характерным для инерционного воздействия (травма ускорения) и мог образоваться при воздействии в задние левые отделы головы. Не исключается возможность образования черепно-мозговой травмы, приведшей к наступлению смерти ФИО8 при падении с высоты собственного роста и соударении задними левыми отделами головы о твердую поверхность пола, выложенного плиткой. Обнаруженные при исследовании трупа телесные повреждения в виде раны в подбородочной области слева, кровоподтека и ссадины на его уровне на красной кайме нижней губы слева, причинены не менее, чем при одном преимущественно ударном воздействии твердого тупого предмета, возможно при ударном воздействии локтем правой руки в нижние отделы лица, как указано в материалах дела (т. 2, л.д. 12-52). 

Доводы апелляционной жалобы о возможном нанесении осужденным ФИО1 телесных повреждений потерпевшему ФИО8 металлической трубой (ножкой от стула), обнаруженной на месте происшествия, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно были отвергнуты.

Согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, возможность образования телесных повреждений у потерпевшего ФИО8 в виде раны в подбородочной области слева, кровоподтека со ссадиной на его уровне на красной кайме нижней губы слева не исключается при ударном воздействии фрагментом металлической трубы. Вместе с тем, на металлической трубе установлено наличие пота, содержащего биоматериал не менее трёх лиц мужского генетического пола, однако, однозначно высказаться о присутствии либо отсутствии в них биологического материала ФИО8 и ФИО1 не представилось возможным в связи со сложным характером смешения следов и малым количеством биоматериала в них. Наличия крови на металлической трубе не установлено (т. 2, л.д. 12-53).

Вывод комиссии экспертов о возможном образовании телесных повреждений у потерпевшего ФИО8 в виде раны в подбородочной области слева и кровоподтека со ссадиной на его уровне на красной кайме нижней губы слева при ударном воздействии фрагментом металлической трубы, является предположительным, и не подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, каких-либо доказательств, с достоверностью, подтверждающих версию потерпевшей стороны о нанесении осужденным ФИО1 телесных повреждений потерпевшему ФИО8 металлической трубой, ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании установлено не было, а довод апелляционной жалобы об уничтожении металлической трубы путем сжигания не имеет правового значения, поскольку указанная труба была исследована и не была признана в качестве вещественного доказательства (т. 2, л.д. 74). 

В соответствии с ч. 3 ст. 49 Конституции РФ неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. Аналогичные правовые положения закреплены в ч. 3 ст. 14 УПК РФ.

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих (формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.), толкуются в пользу подсудимого.

Несостоятельными являются и доводы апелляционной жалобы о наличии противоречий в заключении комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и недостоверности их выводов вследствие указания о том, что нельзя исключить привнесение в рану металлов, обнаруженных в ране, имевшейся на подбородке потерпевшего, при проведении ее первичной хирургической обработки в 

<

данные изъяты>. Указанное заключение экспертов подвергалось надлежащей проверке судом и лишь после сопоставления с иными доказательствами оно было положено в основу приговора. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд обоснованно признал указанное заключение экспертов допустимым и достоверным доказательством, дав ему мотивированную оценку в совокупности с другими доказательствами. Оснований сомневаться в выводах экспертов у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку их заключение получено в соответствии с требованиями УПК РФ, соответствует положениям ст. 80, ст. 204 УПК РФ; эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений, выводы экспертов научно обоснованы, мотивированы, непротиворечивы, подтверждаются результатами, содержащимися в исследовательской части заключения, содержат ответы на поставленные вопросы, в том числе о характере и механизме образования травмы потерпевшего, в пределах компетенции экспертов, оснований сомневаться в профессиональной компетентности которых не имеется, исходя из их образования, продолжительного периода работы по специальности. 

В судебном заседании были допрошены эксперты, подтвердившие свои выводы, отраженные в указанном заключении, а противоречия, которые, по мнению представителя потерпевшего, в нем содержались, устранены судом с приведением в приговоре обоснования несостоятельности позиции потерпевшей стороны, в связи с чем оснований сомневаться в его обоснованности у суда первой инстанции не имелось.

Необоснованным является и утверждение представителя потерпевшей адвоката Кузьмичева В.М. о том, что в силу разницы в росте – осужденный имеет рост 172 см., а потерпевший имел рост 190 см., ФИО1 не мог нанести удар локтем руки в подбородок потерпевшего, что, по его мнению, ставит под сомнение выводы экспертов о том, что телесные повреждения, обнаруженные у потерпевшего могли быть причинены ФИО8 при ударном воздействии локтем правой руки в нижние отделы лица.

Указанный довод проверялся судом первой инстанции путем проведения в судебном заседании следственного эксперимента, в ходе которого была установлена возможность нанесения ФИО1 локтем правой руки в подбородок мужчине ростом 190 см. и даже выше (196 см.). 

Следственный эксперимент проводился в соответствии с требованиями положений ст. ст. 288, 181 УПК РФ. В ходе следственного эксперимента подтверждена достоверность показаний подсудимого. Каких-либо нарушений закона при производстве следственного действия не допущено.

Доводы потерпевшей стороны, приведенные в жалобе, в том числе о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, о неверной квалификации действий ФИО1 являлись предметом рассмотрения суда первой инстанций, им дана надлежащая оценка, с которой суд апелляционной инстанции полностью соглашается.

При исследовании и оценке доказательств судом первой инстанции не допущено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение правильность установления фактических обстоятельств.

Выводы суда, в том числе касающиеся оценки доказательств, квалификации действий осужденного, в приговоре мотивированы, каких-либо оснований сомневаться в их правильности суд апелляционной инстанции не находит. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией потерпевшей стороны, не ставит под сомнение законность обжалуемого судебного решения.

Уголовное дело рассмотрено в соответствии с положениями гл. 36-39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства в пределах, предусмотренных ст. 252 УПК РФ. Сторонам обвинения и защиты судом были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, в том числе по представлению доказательств, созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей, нарушений принципа состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено. Каких-либо данных, указывающих на обвинительный уклон в действиях суда, необъективность процедуры судебного разбирательства, в материалах уголовного дела не содержится.

Согласно протоколу судебного заседания, суд исследовал все представленные сторонами доказательства, разрешил по существу все заявленные ходатайства, в том числе ходатайство представителя потерпевшей адвоката Кузьмичева В.М. о возвращении уголовного дела прокурору, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, с приведением мотивов принятых решений, которые сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Действия ФИО1 по ч. 1 ст. 109 УК РФ квалифицированы верно. При этом выводы суда по вопросу уголовно-правовой оценки содеянного убедительно мотивированы. 

Оснований для отмены приговора и возвращения уголовного дела прокурору, в связи с несогласием с квалификацией действий осужденного ФИО1 по ч. 1 ст. 109 УК РФ и необходимостью квалифицировать его действия по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе, не имеется, поскольку судом с достоверностью установлено отсутствие у ФИО1 умысла на причинение смерти потерпевшему ФИО8

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории преступлений небольшой тяжести, личности виновного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве данных, характеризующих личность осужденного, судом учтено, что ФИО1 ранее не судим, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденного, суд признал: полное признание вины, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, неудовлетворительное состояние здоровья подсудимого и его родителей, выраженное в судебном заседании раскаяние в содеянном.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного ФИО1, судом не установлено.

Принимая во внимание все имеющиеся по делу обстоятельства и данные о личности осужденного, руководствуясь принципом справедливости, суд пришел к обоснованному выводу о том, что достижение целей уголовного наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, возможно путем назначения осужденному ФИО1 наказания в виде ограничения свободы.

Наказание, назначенное ФИО1 в виде ограничения свободы, является справедливым, соответствующим требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ.

Судом правильно произведен зачет времени содержания ФИО1 под стражей и времени запрета определенных действий в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы, исходя из положений ст. 72 УК РФ, с учетом которого ФИО1 законно и обоснованно был освобожден от отбывания назначенного наказания в связи с его полным отбытием. 

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В силу требований ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по делу в полном объеме.

В соответствии ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. По смыслу закона приговор признается таковым, если суд при его постановлении исходил из материалов дела, рассмотренных в судебном заседании, сделал выводы на установленных им фактах, правильно применил уголовный закон.

Указанный приговор не в полной мере соответствует указанным требованиям закона.

В соответствии с п. 2 ст. 389.15, ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такие нарушения допущены судом первой инстанции.

Согласно п. 10 ч. 1 ст. 299, п. 1 ч. 1 ст. 309 УПК РФ при постановлении приговора суд разрешает вопросы о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере. 

Из приговора следует, что при разрешении гражданского иска судом не были учтены положения ч. 3 ст. 44, ч. 2 ст. 45 УПК РФ и разъяснения, содержащиеся в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 г. № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», согласно которым если потерпевшим по делу является несовершеннолетний, гражданский иск в защиту его интересов может быть предъявлен его законным представителем или прокурором. По иску, заявленному в интересах несовершеннолетнего, взыскание должно производиться в пользу самого несовершеннолетнего.

Вместе с тем, из приговора следует, что, рассмотрев гражданский иск представителя несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, - Потерпевший №1 о компенсации причиненного в результате совершенного преступления морального вреда, суд вынес решение о взыскании денежных средств в размере 750000 рублей с осужденного в пользу законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2 – Потерпевший №1, что является существенным нарушением вышеуказанного закона, в связи с чем суд апелляционной инстанции считает необходимым внести соответствующее изменение в приговор в части указания взыскателя денежных средств, которым будет являться несовершеннолетний потерпевший ФИО2

Иных нарушений действующего уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Советского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из резолютивной части приговора указание суда о взыскании с осужденного ФИО1 в пользу Потерпевший №1, действующей в интересах несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2, 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением;

- взыскать с осужденного ФИО1 в пользу несовершеннолетнего потерпевшего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката Кузьмичева В.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 - 401.8 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) в суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

По истечении указанного срока апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Т.В. Карифанова