Дело № 2-870/2017 г. 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

23 мая 2017 года 

Муромский городской суд Владимирской области в составе 

председательствующего судьи

Петрухина М.В. 

при секретаре

ФИО1, 

с участием представителей истца

Калашниковой М.С., ФИО2, ФИО3 

ответчика 

ФИО4

представителя ответчика 

ФИО5,

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Муроме Владимирской области гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «СК ДомСтрой» к ФИО4 и ФИО6 о признании недействительной сделки, применении последствий её недействительности, признании недействительной государственной регистрации права,

у с т а н о в и л :

Общество с ограниченной ответственностью «СК «ДомСтрой» (далее - ООО «СК ДомСтрой») обратилось в суд с иском (с учетом увеличения размера исковым требований) к ФИО4 и ФИО6, в котором просило: 

1) признать недействительным договор дарения квартиры от 17.01.2017 года, расположенной по адресу: ...., заключенный между ФИО4 и ФИО6;

2) применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде обязания ФИО6 возвратить ФИО4 квартиру, расположенную по адресу: ....;

3) признать недействительной государственную регистрацию права собственности на квартиру, расположенную по адресу: ...., от 23 января 2017 года (номер) на имя ответчика ФИО6, а также аннулировать запись о регистрации права собственности на квартиру на имя ответчика ФИО6 в ЕГРП.

Заявленные требования обоснованы тем, что определением Арбитражного суда Владимирской области от 19.01.2017 г. были приняты обеспечительные меры в виде ареста имущества ответчика ФИО4, находящегося у нее или у других лиц, на сумму иска - ***. 

23 января 2017 года судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство.

Однако 17.01.2017 г. ФИО4 заключила договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ...., со своей матерью ФИО6 23.01.2017г. состоялся переход права собственности на указанную квартиру. 

Полагают, что данная сделка является мнимой, поскольку 08.10.2016 г. в адрес ответчика направлялась претензия, в которой истец требовал вернуть аванс по договору поставки в размере *** руб., а в случае не возврата указал на намерение обратиться в суд. У ответчика находились в собственности транспортные средства, которые в день вынесения Арбитражным судом определения об обеспечительных мерах также были проданы, - свекрови ответчицы ФИО7 Также ответчик занималась предпринимательской деятельностью, но после ареста имущества прекратила свою деятельность. 

Считает, что в результате возврата от одаряемого дарителю квартиры, на неё будет наложен арест в целях обеспечения иска о взыскании задолженности, что предотвратить причинение истцу значительного ущерба.

Кроме того, полагают, что ответчики в силу ст. 10 ГК РФ злоупотребили правом, которое выразилось в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. ФИО4 была уведомлена о долговых обязательствах перед истцом. Несмотря на это, после получения от истца 08.10.2016г. и 31.12.2016г. претензий с требованием исполнить обязательства по уплате долга, 17.01.2017г. заключила договор дарения спорной квартиры, а 18.01.2017г. договоры купли-продажи трех принадлежащих ей автомобилей, по которым её имущество перешло в собственность третьих лиц, являющихся её близкими родственниками. 

Поэтому просили исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со ст. 113 ГПК РФ. 

В судебном заседании представители истца ФИО2, ФИО3, адвокат Калашникова М.С. поддержали уточненные исковые требования и просили удовлетворить в полном объеме по изложенным в иске основаниям.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала. Считает, что сделка дарения спорной квартиры совершена на основании закона. Спорная квартира была приобретена ею по договору мены. При этом ранее принадлежавшая ей квартира, являвшаяся предметом договора мены, была приобретена на денежные средства, подаренные ее матерью. В связи с этим, заключая спорный договор дарения, она преследовала цель отблагодарить свою маму ФИО6 за ранее оказанную материальную помощь в приобретении квартиры. В настоящее время она продолжает проживать в спорной квартире, т.к. у нее больная собака. Поэтому просила в иске отказать.

Представитель ответчика ФИО4 - ФИО8 в судебном заседании пояснил, что заключение спорного договора дарения являлось правом ответчиков. 

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явилась, ее ходатайство об отложении заседания отклонено. В ранее направленных письменных возражениях в иске просила отказать. 

Третье лицо - представитель Управления Росреестра по Владимирской области в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил. 

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц на основании ст. 167 ГПК РФ.

Суд, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив доказательства, приходит к следующему. 

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (п. 3 ст. 574 ГК РФ).

В соответствии с п. п. 1, 3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). 

Исходя из смысла приведенных норм, направленных на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

При этом стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - ППВС РФ от 23.06.2015 № 25)). 

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (п. 7, 8 ППВС РФ от 23.06.2015 № 25). 

Судом установлено, что в октябре 2016 г. истцом в адрес ответчика ФИО4 направлялась претензия, в которой истец требовал вернуть аванс по договору поставки от (дата) № 2 в размере *** руб., а в случае не возврата указал на намерение обратиться в суд.

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 19.01.2017 года (дело № А11-288/2017) исковое заявление ООО «СК ДомСтрой» к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании предоплаты по договору поставки от (дата) № 2 в сумме *** руб., неустойки за просрочку поставки товара в сумме ***., а всего в сумме ***., принято к производству, по делу назначено предварительное заседание на 28.02.2017г. 

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 19.01.2017 г. по ходатайству истца, ООО «СК ДомСтрой», на имущество, принадлежащее ИП ФИО4 и находящееся у нее или других лиц, на общую сумму *** наложен арест. 19.01.2017 года выдан исполнительный лист.

23.01.2017 года судебным приставом-исполнителем ОСП г.Мурома и Муромского района возбуждено исполнительное производство (номер)-ИП по наложению ареста на имущество должника ИП ФИО4 

27.02.2017 г. судебным приставом ОСП г. Мурома и Муромского района окончено исполнительное производство, исполнительный документ возвращен взыскателю в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть наложено взыскание.

17.01.2017 года ФИО4 (даритель) и ФИО6 (одаряемая) заключили договор дарения квартиры (далее - договор дарения), по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность своей матери ФИО6 квартиру общей площадью 30,9 кв.м, расположенную по адресу: .....

23.01.2017 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО6 на спорную квартиру.

Из представленных стороной истца доказательств: справки, выданной председателем ТСЖ № 12 12.05.2017 года, видеозаписи, сделанной представителем истца ФИО3, акта о наложении ареста (описи имущества) от 24.01.2017 г., составленного судебным приставом-исполнителем Л., следует, что после заключения и исполнения договора дарения ФИО4 продолжает проживать в вышеуказанной квартире со своим супругом У.А., т.е. реального исполнения договора не произошло. 

Указанное обстоятельство не оспаривалось и ответчиком ФИО9, которая пояснила, она продолжает проживать в спорной квартире, т.к. у нее больная собака.

Кроме того, 18.01.2017 г. ФИО4 произвела отчуждение своей свекрови У.О. автомобиля марки « (данные изъяты)», 2013 года выпуска, гос. номер (номер), стоимостью ***., а также автомобиля марки « (данные изъяты)», 2010 года выпуска, гос. номер (номер), стоимостью ***.; отчуждение своей матери ФИО6 автомобиля марки « (данные изъяты)», 2010 года выпуска, гос. номер (номер), стоимостью ***.

Оценив в соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд считает, что договор дарения и государственная регистрация перехода права собственности по нему были совершены ответчиками лишь для вида, поскольку ФИО4 было известно о существовании у неё перед истцом неисполненных денежных обязательств по договору поставки от 11.01.2016 года № 2, в связи с чем не могли не предвидеть возможность обращения взыскания на принадлежащее ФИО4 спорное недвижимое имущество. 

На основании изложенного суд считает исковые требования о признании недействительным договора дарения квартиры от 17.01.2017 года и применении последствий недействительности сделки подлежащим удовлетворению в полном объеме.

С учетом изложенных обстоятельств и требований закона подлежат применению последствия недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положении, а именно: в виде обязания ФИО6 возвратить ФИО4 квартиру, расположенную по адресу: ....; прекратить право собственности ФИО6 на указанную квартиру; признать за ФИО4 право собственности на квартиру. 

Суд отклоняет доводы стороны ответчика о нарушении представителем истца законодательства, запрещающего получать сведения о частной жизни, личной и семейной тайне гражданина без его согласия, поскольку представителем истца была получена информация, касающаяся договорных отношений между истцом и ответчиком (о месте фактического нахождения ответчика), а потому не был нарушен запрет на получение сведений о частной жизни, установленный п. 8 ст. 9 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и защите информации». Аналогичная правовая позиция, изложена в определении Верховного Суда РФ от 14.04.2015 № 33-КГ15-6. 

Суд также отклоняет доводы стороны ответчика о том, что договор дарения был заключен ею с целью отблагодарить свою маму, ФИО6, за ранее оказанную материальную помощь в приобретении квартиры, т.к. отчуждение квартиры производилось ответчиком накануне наложения ареста на имущество, без реального исполнения договора. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «СК ДомСтрой» удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ...., заключенный между ФИО4 и ФИО6 17.01.2017 года.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде обязания ФИО6 возвратить ФИО4 квартиру, расположенную по адресу: ..... 

Прекратить право собственности ФИО6 на квартиру, расположенную по адресу: ..... 

Признать за ФИО4 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: ..... 

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Муромский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 29 мая 2017 года. 

Судья М.В. Петрухин