Судья Патютько М.Н. № 22-1015/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Самара «27» февраля 2024 года

Самарский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Ивановой Т.Н.,

при секретаре – ФИО12

с участием:

прокурора – ФИО13

защитника – адвоката ФИО14

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Октябрьского района г. Самара ФИО15 на постановление Октябрьского районного суда г. Самара 10 октября 2023 года, которым в отношении 

ЭРМАТОВА Акмала Латипбаевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина Республики Узбекистан, имеющего среднее образование, холостого, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, прекращено уголовное дело в связи с примирением сторон.

Заслушав доклад судьи, доложившего содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционного представления, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

установил:

органами следствия Эрматов А.Л. обвинялся в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, совершенном в состоянии опьянения, при обстоятельствах, изложенных в постановлении.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Самара 10 октября 2023 года уголовное дело в отношении Эрматова А.Л. прекращено в связи с примирением сторон.

В апелляционном представлении прокурор выражает несогласие с постановлением, просит его отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указывая, что судом первой инстанции не выяснено, каким образом заглажен причиненный преступлением вред, решение о прекращении уголовного дела было принято в отсутствие потерпевшего, который не явился в судебное заседание, в связи с чем суд не мог убедиться в добровольности его волеизъявления о прекращении дела. Полагает, что телефонограмма и письменное заявление потерпевшего не могут быть признаны юридически значимыми документами, достаточными для разрешения ходатайства в отсутствие стороны. Кроме того, указывает, что в постановлении суда первой инстанции неверно изложены фактические обстоятельства уголовного дела, поскольку судом указана дата совершения преступления ДД.ММ.ГГГГ года, тогда как из материалов дела следует, что события происходили ДД.ММ.ГГГГ года. Полагает, что судом неправильно применен уголовный закон и нарушены требования уголовно-процессуального закона, что повлекло необоснованное прекращение уголовного дела в отношении ФИО1, исказило саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, в связи с чем судебное решение суда первой инстанции нельзя признать законным, обоснованным и мотивированным. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу ст. 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением, в том числе, защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

В силу требований ст. 25 УПК РФ, суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой либо средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, в силу которой лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Таким образом, прекращение уголовного дела за примирением сторон является правом, а не обязанностью суда, поскольку принимая решение о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, суду надлежит всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности подсудимого, оценить, будет ли соответствовать такое решение целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, убедиться в добровольном и сознательном стремлении потерпевшего к примирению, а также в действительности и полноте заглаживания причиненного преступлением вреда с учетом объектов преступного посягательства. 

По смыслу закона, при решении вопроса о прекращении уголовного дела суд должен установить, предприняты ли обвиняемым (подсудимым) меры, направленные на восстановление всех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения этого преступления, и достаточны ли эти меры для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного, как позволяющее освободить подсудимого от уголовной ответственности. 

Данные требования закона судом первой инстанции оставлены без внимания.

Как следует из материалов уголовного дела, органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в том, что ДД.ММ.ГГГГ года в 04 часов 17 минут, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» регистрационный знак «№», с находящимся в салоне автомобиля на переднем сиденье пассажиром ФИО16., двигался по асфальтированной, сухой, горизонтальной проезжей части в условиях темного времени суток, пасмурной погоды, без осадков, искусственного освещения, без необходимой внимательности и предусмотрительности к дорожной обстановке. В пути следования, в нарушение п. 9.9, п. 10.1, п. 10.2 Правил дорожного движения РФ, водитель ФИО1, действуя небрежно, не предвидя возможное наступление общественно опасных последствий, хотя, являясь водителем механического транспортного средства, при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть эти последствия, управляя указанным автомобилем, двигался в указанном направлении со скоростью, значительно превышающей установленное ограничение для движения в населенном пункте - 60 км/ч, и не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением своего транспортного средства для выполнения требований Правил, вследствие чего в районе 

<

адрес>, утратил контроль за движением своего автомобиля, выехал за пределы проезжей части, допустил наезд на препятствие – бордюрный камень с последующим наездом на пешеходное ограждение и столб, расположенные на обочине слева от проезжей части 

<

адрес>, по ходу движения автомобиля. После совершения указанного дорожно-транспортного происшествия, водитель ФИО1 в нарушение п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения отказался. В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля ФИО17 по неосторожности причинен тяжкий вред здоровью.

Эти действия ФИО1 органами предварительного расследования квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Принимая решение об освобождении ФИО1 от уголовной ответственности и прекращении уголовного дела, суд первой инстанции исходил из того, что он не судим, впервые совершил преступление, относящееся к категории средней тяжести, полностью загладил причиненный преступлением вред, раскаялся в содеянном, примирился с потерпевшим, при этом ФИО1 не возражал против прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям. 

При этом суд, как верно отмечено в представлении, не выяснил, каким образом заглажен причиненный преступлением вред, не убедился в добровольности волеизъявления потерпевшего на прекращении дела, а также не дал надлежащей оценки тому обстоятельству, что в результате преступления были нарушены, в том числе общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения, не проверил, соответствует ли прекращение уголовного дела целям и назначению уголовного судопроизводства, не учел, что при совершении инкриминированного ФИО1 преступления в состоянии опьянения водитель посягает на безопасность всех участников дорожно-транспортной обстановки и как следствие затрагивает права неопределенного круга лиц, являющихся, как и потерпевший по делу, участниками дорожного движения.

Вместе с тем, суд оставил без внимания, что санкция ч. 2 ст. 264 УК РФ предусматривает назначение обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, что свидетельствует о нацеленности государства на принятие мер, обеспечивающих реализацию принципа неотвратимости ответственности за содеянное, однако в результате прекращения уголовного дела ФИО1 не лишен возможности управлять автомобилем, что само по себе несоизмеримо с понятием социальной справедливости, не отвечает целям уголовного судопроизводства, противоречит разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», в силу которых, принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

Такая же позиция нашла отражение в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Таким образом, различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, поэтому предусмотренные ст. 76 УК РФ действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния, следовательно, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое, обоснованное и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения, конкретные действия, предпринятые виновным для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд должен был оценить, в какой степени, предпринятые ФИО1 действия по заглаживанию вреда в виде извинений, принесенных потерпевшему ФИО18 а также выплаченных ему денежных средств позволяли компенсировать негативные последствия преступления, снизить степень общественной опасности содеянного, а равно свидетельствовать о заглаживании вреда, причиненного как потерпевшему, так и общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

С учетом конкретных обстоятельств дела, связанных с игнорированием ФИО1 требований Правил дорожного движения РФ, принимая во внимание его нахождение при этом в состоянии опьянения, наступившие последствия, суд апелляционной инстанции полагает, что отсутствие у потерпевшего ФИО19 претензий к ФИО1, а также его мнение о полном заглаживании причиненного вреда не могут являться единственным подтверждением такого уменьшения степени общественной опасности содеянного, которое позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

Более того, суд не привел суждений о том, соответствует ли прекращение уголовного дела по данному основанию общественным интересам в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств с учетом характера нарушения ФИО1 правил дорожного движения и способны ли меры, которыми ограничился суд, предотвратить в будущем подобные нарушения, поскольку прекращение уголовного дела не ограничило ФИО1 в праве управления транспортными средствами.

При таких обстоятельствах прекращение настоящего уголовного дела лишь в силу простой констатации наличия указанных в законе оснований для этого является немотивированным, не соответствует целям и задачам уголовного судопроизводства, не обеспечивает защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Как справедливо отмечено в апелляционном представлении, неправильное применение уголовного закона и нарушение требований уголовно-процессуального законодательства, повлекло необоснованное прекращение уголовного дела, исказив саму суть правосудия и смысл судебного решения. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает подлежащими удовлетворению доводы апелляционного представления об отмене постановления с передачей дела на новое судебное рассмотрение вследствие незаконности судебного решения о прекращении в отношении ФИО1 уголовного дела за примирением сторон. Доводы представления о неверном указании судом даты события являются обоснованными и подлежат учету при повторном рассмотрении дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, ст. 389.20, ст. 389.28, ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Октябрьского районного суда г. Самара от 10 октября 2023 года, которым в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, прекращено уголовное дело в связи с примирением сторон – отменить, апелляционное представление прокурора – удовлетворить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Т.Н. Иванова