Судья ФИО2 Дело №22К-613/2021 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново "11" марта 2021 года

Судья Ивановского областного суда Веденеев И.В.

с участием прокурора Ахмеровой Ж.Г.,

руководителя следственного органа - начальника СО ОМВД России по 

<

адрес> ФИО2, 

обвиняемого ФИО1/путём использования системы видео-конференц-связи/, его защитника - адвоката Захарова Г.И., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный Ивановской коллегией адвокатов "Адвокатский Центр", 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бондарь К.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Захарова Г.И. на постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу 

<

адрес>, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п."а" ч.2 ст.161 УК РФ, 

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы защитника, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд

у с т а н о в и л:

Обжалуемым постановлением обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по 

<

адрес>. Мотивы принятого решения в вынесенном постановлении приведены. 

В поданной в интересах обвиняемого апелляционной жалобе защитник Захаров Г.И., не соглашаясь с указанным постановлением, находя его не соответствующим ч.4 ст.7 УПК РФ, просит об отмене судебного решения и избрании ФИО1 более мягкой, нежели содержание под стражей, меры пресечения, ссылаясь в обоснование своей позиции на следующее:

-обжалуемое постановление вынесено в нарушение требований ч.1 ст.97, ч.1 ст.108 УПК РФ, а также позиции Пленума Верховного Суда РФ, выраженной им в своём Постановлении от 19 декабря 2013 года №41; 

-выводы суда о том, что, находясь на свободе, обвиняемый может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить совершать преступления, представленными материалами дела не подтверждаются, противореча им; 

-заключение обвиняемого под стражу явилось не следствием его поведения, а ненадлежащим качеством расследования уголовного дела; 

-ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уже задерживался в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ по подозрению в совершении того же преступления, но ДД.ММ.ГГГГ был освобождён из изолятора временного содержания с избранием ему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по адресу расположения дома ФИО1 в 

<

адрес>; однако, данный дом разрушен, о чём ФИО1 сообщалось, как и сообщалось о том, что вследствие этого он вынужден проживать у знакомых и снимать квартиры; информация о физическом отсутствии указанного дома следователем не проверялась; при таких обстоятельствах избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде в несуществующем жилом помещении являлось ошибкой следователя, а не виной ФИО1; а, между тем, отсутствие последнего по месту своей регистрации послужило основанием для вывода о нарушении им ранее избранной меры пресечения, равно как и о том, что он может скрыться от следствия и суда;

-спустя десять дней после избрания подписки о невыезде она была отменена, и, соответственно, никакой обязанности проживать в определённом месте у ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ не существовало; при этом свобода передвижения ему была гарантирована Конституцией РФ;

-с момента возбуждения уголовного дела сотовый телефон ФИО1 находился в рабочем состоянии, номер данного телефона следователю был известен, однако, никаких звонков на него от сотрудников полиции для вызова на проведение следственных и процессуальных действий не поступало; доказательств обратному не имеется; 

-имевшиеся ранее у ФИО1 судимости являются погашенными в установленном законом порядке, никаких новых преступлений после возбуждения уголовного дела он не совершал. 

Начальник СО ОМВД России по 

<

адрес> ФИО2 просила об оставлении обжалуемого стороной защиты постановления без изменения, обратив внимание на следующее. В ноябре 2020 года ФИО1 действительно задерживался в качестве подозреваемого в совершении того же преступления и в его отношении избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Такое решение было обусловлено тем, что у подозреваемого имелась постоянная регистрация по конкретному адресу, а также им был назван адрес фактического места проживания. Кроме того, они с ФИО1 обменялись номерами сотовых телефонов для вызова подозреваемого к следователю в случае возникновения такой необходимости. Первоначально подозреваемый на её звонки отвечал, однако, впоследствии вообще перестал "поднимать трубку", хотя звонки на телефон проходили. Выезды сотрудников полиции по всем указанным подозреваемым адресам результата не принесли. Дом по месту регистрации являлся разрушенным, не пригодным для проживания. По иным названным ФИО1 адресам он также не проживал, с слов проживавших в них жильцов, появившись у них всего лишь несколько раз. Местонахождение подозреваемого являлось неизвестным, что препятствовало своевременному предъявлению ему обвинения. В связи с данными обстоятельствами органы следствия стали заниматься подготовкой документов для объявления ФИО1 в розыск. Однако, во время этой подготовки местонахождение ФИО1 было случайно установлено в связи с совершением им какого-то административного правонарушения. 

Обвиняемый ФИО1, его защитник Захаров Г.И. апелляционную жалобу поддержали. Обвиняемый, не оспаривая приведённые руководителем следственного органа доводы, подтвердил, что, действительно, в течение какого-то времени сотовый телефон в его распоряжении отсутствовал, поскольку он его заложил в связи с испытываемыми в то время материальными трудностями. Обратно телефон он выкупил только спустя какое-то время, когда у него появились деньги. 

Прокурор Ахмерова Ж.Г., находя доводы стороны защиты необоснованными, просила оставить апелляционную жалобу защитника без удовлетворения, а вынесенное в отношении обвиняемого постановление - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В производстве СО ОМВД по 

<

адрес> находится возбуждённое ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело, в рамках которого расследуется совершение 

в июне 2020 года тайного хищения принадлежащего потерпевшему ФИО7 имущества общей стоимостью 6000 рублей, 

в сентябре 2020 года группой лиц по предварительному сговору открытого хищения имущества принадлежащего ООО "Трейд Групп" общей стоимостью 1273 рубля 97 копеек,

в августе 2020 года незаконных приобретения и хранения без цели сбыта наркотического средства, в значительном размере,

в июле - октябре 2020 года предоставления помещения для систематического потребления наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов,

в ноябре 2020 года тайного мелкого хищения принадлежащего ООО "Агроторг" имущества общей стоимостью 2019 рублей 92 копейки лицом, ранее подвергнутым административному наказанию за мелкое хищение. 

Срок предварительного следствия по уголовному делу ДД.ММ.ГГГГ заместителем начальника УМВД России по 

<

адрес> продлён до 10-ти месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ

По подозрению в совершении одного из указанных преступлений - открытого хищения имущества принадлежащего ООО "Трейд Групп" - ДД.ММ.ГГГГ в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ задержан ФИО1, который ДД.ММ.ГГГГ из-под стражи освобождён, в тот же день в его отношении избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ДД.ММ.ГГГГ указанная мера пресечения в отношении ФИО1 отменена. 

ДД.ММ.ГГГГ он же задержан в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ по подозрению в совершении того же преступления, и ДД.ММ.ГГГГ ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п."а" ч.2 ст.161 УК РФ. 

Принимая в рамках предоставленных ему полномочий оспариваемое в настоящее время стороной защиты решение, суд первой инстанции исследовал все представленные в судебное заседание сведения о юридически значимых обстоятельствах по делу, учёл положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, дал исследованным сведениям в целом соответствующую фактическим обстоятельствам дела и мотивированную оценку, обоснованно при этом исключив возможность избрания в отношении обвиняемого более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения. Вопрос о такой возможности судом первой инстанции обсуждался, что подтверждается содержанием состоявшегося в отношении обвиняемого ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ судебного решения, но с учётом всей совокупности установленных по делу обстоятельств такая возможность была обоснованно исключена. 

Доводы стороны защиты, сводящиеся к утверждению об отсутствии как оснований для избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, так и доказательств, подтверждающих наличие этих оснований, носят исключительно субъективный характер, опровергаются установленными судом фактическими обстоятельствами дела и представленными следователем материалами.

ФИО1 обвиняется в совершении умышленного тяжкого корыстного преступления, наказание в виде лишения свободы за которое санкцией уголовного закона предусмотрено на срок, значительно превышающий три года. 

Проживание обвиняемого по месту своей регистрации исключено в связи с отсутствием жилища. Постоянного фактического места проживания ФИО1 не имеет, что не оспаривалось и стороной защиты. 

Официально обвиняемый не трудоустроен, что свидетельствует об отсутствии у него легального стабильного источника дохода. 

С августа 2019 года ФИО1 находится под наблюдением нарколога, в августе 2020 года привлекался к административной ответственности в связи с незаконным потреблением наркотического средства.

Вышеизложенные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания в следственном изоляторе, ФИО1 может как продолжать заниматься преступной деятельностью, так и скрыться от предварительного следствия. В связи с этим вывод суда первой инстанции об отсутствии в настоящее время оснований для избрания обвиняемому более мягкой меры пресечения является правильным, поскольку беспрепятственное осуществление на настоящем этапе уголовного судопроизводства в отношении ФИО1 посредством применения к нему более мягкой, нежели содержание под стражей, меры пресечения невозможно. Присущие мерам пресечения, не связанным с реальной изоляцией от общества в условиях содержания в следственном изоляторе, ограничения и запреты, механизм контроля за их соблюдением, не обеспечат необходимый уровень последнего за обвиняемым, к выводу о чём позволяют придти вышеизложенные сведения. 

Доводы стороны защиты об отсутствии у обвиняемого в настоящее время не снятых и не погашенных в установленном законом порядке судимостей, равно как и отсутствии сведений о совершении обвиняемым после возбуждения уголовного дела новых преступлений, не могут быть признаны в настоящее время достаточными для отмены оспариваемого постановления, поскольку не опровергают основанный на конкретных фактических обстоятельствах дела вывод о наличии вышеуказанных обоснованных опасений.

Исходя из вышеизложенного, находит суд апелляционной инстанции несостоятельными и доводы жалобы защитника, сводящиеся к утверждению о том, что заключение обвиняемого под стражу явилось не следствием его поведения, а ненадлежащим качеством расследования уголовного дела. 

Вопреки доводам жалобы защитника, вывода о нарушении ФИО1 ранее избранной ему меры пресечения, что, в свою очередь, явилось бы основанием для заключения его под стражу, обжалуемое постановление не содержит. 

Доводы жалобы о нахождении с момента возбуждения уголовного дела сотового телефона ФИО1 в рабочем состоянии и доступности в течение всего этого времени его абонентского номера для звонка опровергаются пояснениями в судебном заседании руководителя следственного органа, не оспариваемыми и непосредственно самим обвиняемым. 

Вместе с тем, исходя из содержания п.2 ч.1 ст.97 УПК РФ, суд апелляционной инстанции полагает необходимым уточнить в соответствии с данной нормой закона приведённое в обжалуемом постановлении основание, указав в описательно-мотивировочной части, что не находясь в условиях строгой изоляции от общества, обвиняемый может продолжать заниматься преступной деятельностью. 

Кроме того, из описательно-мотивировочной части постановления подлежит исключению вывод о том, что обвиняемый ФИО1 может скрыться от суда. До поступления уголовного дела в суд такой вывод является преждевременным.

Однако, изменение постановления в данной части не влияет на правильность принятого ДД.ММ.ГГГГ судом первой инстанции в отношении обвиняемого по существу ходатайства следователя решения. Установленные судом и приведённые выше обстоятельства в своей совокупности исключают в настоящее время возможность изменения ФИО1 меры пресечения на более мягкую и являются достаточными для избрания ему самой строгой меры пресечения на двухмесячный срок.

Достаточные данные, свидетельствующие об обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к инкриминируемому ему преступлению, в представленных следователем материалах имеются, что, в частности, подтверждается показаниями представителя потерпевшего ФИО8/л.д.32-33/, свидетеля ФИО9/л.д.34-35/, подозреваемых ФИО10/л.д.36-39/, ФИО11/л.д.40-42/, а также непосредственно самого ФИО1/л.д.45-50/. 

Основания для задержания ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в соответствии с ч.2 ст.91 УПК РФ в качестве подозреваемого имелись, данные основания указаны в составленном протоколе, и с учётом представленных следователем материалов суд апелляционной инстанции находит их соответствующим фактическим обстоятельствам дела. Не усматривает суд апелляционной инстанции при имеющихся обстоятельствах и влекущего освобождение из-под стражи нарушения регламентированного ст.92 УПК РФ порядка задержания ФИО1 в качестве подозреваемого. 

Нарушений требований главы 23 УПК РФ при предъявлении ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обвинения, которые бы влекли отмену оспариваемого стороной защиты постановления и освобождение обвиняемого из-под стражи, суд апелляционной инстанции при имеющихся обстоятельствах дела не усматривает. 

Сведений о наличии у обвиняемого тяжёлых заболеваний, препятствующих его содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не имеется. О наличии у ФИО1 таких заболеваний не заявляла и сторона защиты. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену состоявшегося судебного решения, не допущено. 

Наряду с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить внимание на следующее. Правильно избрав обвиняемому меру пресечения на два месяца, вместе с тем, суд первой инстанции ошибочно указал срок её действия до ДД.ММ.ГГГГ. Как следует из представленных материалов, по подозрению в совершении того же преступления ФИО1 задерживался в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ также и ранее ДД.ММ.ГГГГ - в период с 19 по ДД.ММ.ГГГГ, - что судом не учтено. Между тем, согласно п.1 ч.10 ст.109 УПК РФ время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого, засчитывается в срок содержания под стражей. При таких обстоятельствах окончание периода установленного обжалуемым постановлением срока содержания под стражей подлежит соответствующему техническому уточнению. 

В остальной части обжалуемое постановление изменению не подлежит. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Постановление Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении обвиняемого ФИО1 изменить. 

В описательно-мотивировочной части постановления - 

исключить вывод суда о том, что, не находясь в условиях строгой изоляции, обвиняемый может скрыться от суда,

а также указать, что, не находясь в такой изоляции, он может продолжать заниматься преступной деятельностью. 

Уточнить резолютивную часть постановления, указав об избрании обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ. 

В остальной части постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Захарова Г.И. - без удовлетворения. 

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ. 

Судья: И.В.Веденеев