ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 сентября 2019 года город Владимир 

Владимирский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Максименко М.В.,

при секретаре судебного заседания Немыкиной Д.И.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Владимирского гарнизона майора юстиции ФИО1,

подсудимого ФИО2 и его защитника – адвоката Черентаева А.В., представившего удостоверение № № ХХХ и ордер № № ХХХ

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего войсковой части 45445, проходившего военную службу по контракту, рядового запаса 

ФИО2, 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 339 УК РФ, и одного преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 337 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

В период с февраля по июль 2019 года ФИО2 проходил военную службу по контракту в войсковой части 45445, дислоцированной в городе Муроме Владимирской области.

25 марта 2019 года, около 9 часов ФИО2, находясь на территории указанной воинской части, желая временно отдохнуть от прохождения военной службы, оформил и представил командованию рапорт с просьбой о предоставлении ему отпуска по личным обстоятельствам сроком на 10 суток, указав в нем ложные сведения о наличии заболевания у своего ребенка.

На основании данного рапорта командиром войсковой части 45445 был издан приказ о предоставлении ФИО2 указанного отпуска в период с 25 марта по 3 апреля 2019 года включительно, который он проводил по своему усмотрению в городе Муроме Владимирской области, тем самым уклоняясь от исполнения обязанностей военной службы путем обмана, учитывая, что детей у него не имеется. 

6 апреля 2019 года, около 9 часов ФИО2, вновь желая временно отдохнуть от прохождения военной службы, оформил и представил командованию рапорт с просьбой о предоставлении ему отпуска по личным обстоятельствам сроком на 10 суток и времени на дорогу, указав в нем ложные сведения о нахождении своего больного ребенка в одном из медицинских учреждений города Москвы и необходимости его (ФИО2) ухода за ним, приложив к этому рапорту фиктивные справки, подтверждающие наличие заболевания у ребенка.

На основании упомянутого рапорта командиром войсковой части 45445 был издан приказ о предоставлении ФИО2 названного отпуска в период с 6 по 17 апреля 2019 года включительно, который он проводил по своему усмотрению в городе Муроме Владимирской области, тем самым уклоняясь от исполнения обязанностей военной службы путем подлога документов и обмана, принимая во внимание отсутствие у него собственных детей. 

Кроме того, ФИО2, желая временно уклониться от прохождения военной службы, без уважительных причин не явился в войсковую часть 45445 к 08 часам 45 минутам 29 апреля 2019 года, то есть ко времени, установленному регламентом, и стал проводить его по своему усмотрению в городе Муроме Владимирской области.

25 мая 2019 года ФИО2 добровольно прибыл к постоянному месту службы в войсковую часть 45445, в связи с чем его незаконное нахождение вне сферы воинских правоотношений было прекращено.

Подсудимый ФИО2 виновным себя в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 339 УК РФ, и одного преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 337 УК РФ, признал полностью и показал, что с февраля по июль 2019 года он проходил военную службу по контракту в войсковой части 45445, дислоцированной в городе Муроме Владимирской области. Около 9 часов 25 марта 2019 года, желая временно уклониться от исполнения служебных обязанностей, он сообщил командиру роты ФИО3 заведомо ложные сведения о наличии серьезного заболевания у своего ребенка, который в действительности отсутствует, после чего оформил рапорт с просьбой о предоставлении ему отпуска по личным обстоятельствам сроком на 10 суток, указав в нем упомянутые сведения. В этот же день ему был предоставлен указанный отпуск до 3 апреля 2019 года включительно, который он проводил по своему усмотрению, находясь в городе Муроме Владимирской области. По окончании отпуска, то есть 4 апреля 2019 года он на службу не явился, а прибыл в часть лишь 5 апреля того же года. 6 апреля 2019 года он вновь решил временно уклониться от прохождения военной службы, в связи с чем сообщил старшине роты ФИО4 не соответствующие действительности сведения о том, что его ребенок находится на лечении в одной из больниц города Москвы и ему требуется постоянный уход, на что тот рекомендовал ему обратиться к командиру батальона ФИО5. Около 9 часов того же дня он, ФИО2, представил ФИО5 рапорт с просьбой о предоставлении отпуска по личным обстоятельствам сроком на 10 суток и времени на дорогу, указав в нем заведомо ложные сведения о том, что его ребенок находится на лечении в больнице города Москвы и ему требуется уход, приложив к данному рапорту две фиктивные медицинские справки, подтверждающие наличие заболевания у ребенка. В этот же день ему был предоставлен названный отпуск сроком на 12 суток, то есть до 17 апреля 2019 года включительно, который он проводил по своему усмотрению в городе Муроме Владимирской области. По окончании отпуска он на службу не явился и прибыл в часть лишь 27 апреля 2019 года. Законных оснований для предоставления упомянутых отпусков у него не имелось. Два бланка медицинских справок он в начале апреля 2019 года распечатал через принтер из сети «Интернет», один из которых был заполнен им самостоятельно, а другой – под его диктовку ранее знакомой Бычковой. Помимо изложенного ФИО2 пояснил, что 29 апреля 2019 года он, желая временно отдохнуть от прохождения военной службы, без уважительных причин не явился в часть на службу к 8 часам 45 минутам, как это установлено регламентом, проводя время по своему усмотрению в городе Муроме Владимирской области вплоть до 25 мая 2019 года, когда он добровольно прибыл к месту прохождения военной службы. В данный период времени он единожды являлся в часть, однако к исполнению служебных обязанностей фактически не приступал. Умысла вовсе не пребывать на службу, как и стечения тяжелых жизненных обстоятельств, препятствующих явке в часть, у него не имелось.

Помимо личного признания виновность ФИО2 в совершении инкриминируемых ему преступлений подтверждается следующими доказательствами.

Так, свидетель К. – командир роты войсковой части 45445 показал, что в 9 часу 25 марта 2019 года ФИО2 сообщил ему о том, что у его ребенка обнаружено заболевание «менингит». В этой связи он рекомендовал тому оформить рапорт на предоставление отпуска по личным обстоятельствам, что тот и сделал, после чего данный отпуск был ему предоставлен на срок 10 суток, то есть до 3 апреля 2019 года включительно. В период с конца марта по вторую декаду апреля 2019 года он, К., находился в служебной командировке, однако 6 апреля того же года от старшины роты З. ему стало известно о том, что ФИО2 вновь предоставлен отпуск по личным обстоятельствам. Прибыв из командировки, он узнал, что по окончании отпуска ФИО2 на службу не явился. Изучив представленные тем медицинские справки, послужившие основанием для предоставления отпусков по личным обстоятельствам, он понял, что эти справки были распечатаны на цветном принтере, то есть являются подложными. 27 апреля 2019 года ФИО2 прибыл в часть, однако, начиная с 29 апреля и вплоть до 24 мая того же года включительно, он к месту службы для исполнения должностных обязанностей не являлся. В один из дней мая 2019 года ФИО2 прибывал на КПП части, однако к исполнению служебных обязанностей он в тот день не приступал. 25 мая 2019 года ФИО2 добровольно явился к месту службы согласно регламенту служебного времени. По результатам проведенных разбирательств ему, в том числе и от самого ФИО2, стало известно о том, что он не женат и собственных детей у него не имеется, а оформляя рапорты о предоставлении отпусков по личным обстоятельствам, тот просто хотел уклониться от исполнения служебных обязанностей, желая отдохнуть от прохождения военной службы. Кроме того, каких-либо уважительных причин, послуживших неявке в часть на службу в период с 29 апреля по 25 мая 2019 года, у ФИО2 не имелось.

Свидетель З. – старшина роты войсковой части 45445 показал, что в конце марта 2019 года ему от ФИО3 стало известно о том, что ФИО2 предоставлен отпуск по личным обстоятельствам продолжительностью 10 суток в связи с серьезным заболеванием ребенка. 4 апреля 2019 года ФИО2 должен был выйти из отпуска и прибыть на службу, однако в часть он явился лишь 5 апреля того же года. в 9 часу 6 апреля 2019 года ФИО2 сообщил ему о том, что его ребенок находится в больнице города Москвы и за ним необходимо осуществлять уход. На это он, З., посоветовал ФИО2 обратиться к командиру батальона П. с рапортом о предоставлении отпуска по личным обстоятельствам, что тот и сделал, приложив к соответствующему рапорту 2 медицинские справки, подтверждающие наличие заболевания у ребенка. В этот же день ФИО2 был предоставлен названный отпуск сроком на 12 суток, то есть до 17 апреля 2019 года включительно, однако из данного отпуска он прибыл в часть на службу лишь 27 апреля того же года. Также З. пояснил, что начиная с 29 апреля 2019 года, ФИО2 перестал являться в часть ко времени, установленному регламентом, и прибыл к месту службы 25 мая 2019 года.

Аналогичные по своему содержанию показания дал допрошенный в суде свидетель С. – военнослужащий войсковой части 45445. 

Из протокола допроса свидетеля К.2 следует, что в период с ноября 2018 года по апрель 2019 года он временно исполнял обязанности командира батальона войсковой части 45445, дислоцированной в городе Муроме Владимирской области. 25 марта 2019 года ФИО3 представил ему рапорт ФИО2 с просьбой о предоставлении отпуска по личным обстоятельствам, сообщив при этом, что у его ребенка имеется тяжелое заболевание. Доверяя указанной информации, он, К.2, поставил на рапорте свою резолюцию, тем самым, ходатайствуя перед командиром части о предоставлении ФИО2 указанного отпуска. 

Допрошенный в суде свидетель П.2 показал, что с начала апреля 2019 года он временно исполнял обязанности командира батальона войсковой части 45445. 6 апреля 2019 года к нему обратился ФИО2 с просьбой о предоставлении отпуска по личным обстоятельствам, сообщив при этом, что его ребенок находится в больнице города Москвы с заболеванием «менингит» и ему требуется постоянный уход. В подтверждение своих слов ФИО2 предъявил ему две медицинские справки с подписями врачей и оттисками печатей, в связи с чем он, П.2, предложил ему оформить соответствующий рапорт, что тот и сделал. После этого ФИО2 был предоставлен отпуск общей продолжительностью 12 суток (с учетом времени на дорогу), то есть до 17 апреля 2019 года включительно, из которого он прибыл в часть лишь 27 апреля того же года. Меры, принятые к его розыску в период с 18 по 26 апреля 2019 года, положительных результатов не принесли. В результате проведенных разбирательств было установлено, что ФИО2 не женат и собственных детей у него не имеется, а рапорт на предоставление отпуска был оформлен им с целью уклонения от исполнения служебных обязанностей. При этом представленные им медицинские справки являлись фиктивными. Помимо изложенного П.2 пояснил, что в период с 29 апреля по 24 мая 2019 года включительно ФИО2 без уважительных причин в часть для выполнения обязанностей военной службы не являлся. Примерно в середине мая 2019 года он один раз прибыл на КПП воинской части, однако к исполнению служебных обязанностей в этот день не приступал. Вместе с тем, 25 мая 2019 года ФИО2 добровольно явился в часть на службу согласно регламенту служебного времени. Уважительных причин своего нахождения вне части ФИО2 представлено не было. 

Из протокола допроса свидетеля У. – командира войсковой части 45445 следует, что 25 марта и 6 апреля 2019 года ему поступили рапорты ФИО2, в которых он просил предоставить ему отпуска по личным обстоятельствам в связи с заболеванием своего ребенка. На основании этих рапортов и в соответствии с действующим законодательством ФИО2 дважды предоставлялись указанные отпуска, первый с 25 марта, а второй с 6 апреля 2019 года. В последствии ему, У., стало известно о том, что ФИО2 не женат и собственных детей у него не имеется. Таким образом, в период предоставленных отпусков он обманным путем уклонился от исполнения своих служебных обязанностей.

Свидетель Б. – делопроизводитель войсковой части 45445 показала, что в начале апреля 2019 года ФИО2 представил ей бланк медицинской справки и обратился с просьбой заполнить его своей рукой от имени врача. Поддавшись на его уговоры, она под диктовку ФИО2 собственноручно заполнила названный бланк, поставив в нем выдуманную подпись от имени врача. Со слов ФИО2 данная медицинская справка была необходима ему для предоставления командованию части с целью оправдания своего отсутствия на службе. 

Как следует из протокола допроса свидетеля Ф. в период с января по май 2019 года она проживала совместно с ФИО2 в городе Муроме Владимирской области и состояла с ним в близких отношениях. В период с 25 марта по 18 мая 2019 года ФИО2, будучи военнослужащим по контракту, на службу в часть не выходил, проводя время по месту ее жительства, и заявляя, что находится в отпуске. 18 мая 2019 года она вместе с ФИО2 прибыла на КПП воинской части, где от его сослуживцев ей стало известно о том, что тому дважды предоставлялся отпуск по личным обстоятельствам в связи с заболеванием своего ребенка. Вместе с тем с ФИО2 она в браке не состояла и отцом имеющегося у нее ребенка тот не является. По какой причине ФИО2 сообщал командованию части ложные сведения относительно ее ребенка ей неизвестно. Сведениями о том, появлялся ли ФИО2 на службе после 18 мая 2019 года, она не располагает. 

Из исследованных в суде выписок из приказов командира войсковой части 45445 и рапортов командиров подразделений усматривается, что ФИО2 отсутствовал в части на службе без уважительных причин 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 29 и 30 апреля 2019 года, а также 4, 6, 7, 8, 11, 13, 14 и 15 мая 2019 года. 

В соответствии с регламентом служебного времени, утвержденного приказом командира войсковой части 45445 от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ, время прибытия на службу военнослужащих названной воинской части, проходящих военную службу по контракту, определено в рабочие дни к 08 часам 45 минутам.

Согласно сообщению Департамента записи актов гражданского состояния от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

данные изъяты> в архиве отсутствуют записи актов о рождении детей, заключении и расторжении брака, а также установлении отцовства в отношении ФИО2. 

Из содержания осмотренных в суде рапортов ФИО2, признанных в качестве вещественных доказательств по уголовному делу, усматривается, что 25 марта и 6 апреля 2019 года он обращался к командованию части с просьбами о предоставлении ему с указанных дат отпусков по семейным обстоятельствам. В первом случае сроком на 10 суток в связи с болезнью ребенка, а во втором случае сроком на 10 суток и времени на дорогу в связи с нахождением ребенка на лечении в больнице города Москвы и необходимостью ухода за ним. При этом к рапорту от 6 апреля 2019 года ФИО2 была приложена справка о болезни.

Из исследованных в суде 2-х справок, также признанных в качестве вещественных доказательств, видно, что первая из них выдана ФИО2 главврачом Р., а вторая врачом Л., которые подтвердили его нахождение с больным ребенком в период с 23 марта по 3 апреля 2019 года. При этом на обеих справках имеются изображения оттисков печатей.

В соответствии с заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ изображения оттисков печатей на вышеуказанных справках не являются оттисками удостоверительных печатных форм и сымитированы их воспроизведением способом цветной струйной печати с помощью печатающего устройства, реализующего вышеуказанный способ воспроизведения реквизитов.

Согласно выпискам из приказов командира войсковой части 45445 от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ и от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ ФИО2 на основании его рапортов представлялись отпуска по личным обстоятельствам в периоды с 25 марта по 3 апреля 2019 года включительно и с 6 по 17 апреля 2019 года включительно. 

Из копии контракта о прохождении военной службы следует, что он заключен между ФИО2 и Министерством обороны Российской Федерации в лице командира войсковой части 45445 на период с 13 февраля 2019 года по 12 февраля 2022 года.

Согласно выпискам из приказов командира войсковой части 45445 от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ и от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ-СЧ ФИО2 с 13 февраля 2019 года зачислен в списки личного состава воинской части, принял дела и должность и приступил к исполнению служебных обязанностей.

В соответствии с выпиской из приказа того же командира от ДД.ММ.ГГГГ № ХХХ ФИО2 с даты издания приказа был исключен из списков личного состава воинской части в связи с увольнением с военной службы. 

Органами предварительного следствия ФИО2 обвиняется в уклонениях от исполнения обязанностей военной службы путем обмана в период с 25 марта по 4 апреля 2019 года включительно, а также путем подлога документов и обмана в период с 6 по 26 апреля 2019 года включительно.

Исследованными в суде доказательствами действительно подтверждается факт незаконного отсутствия ФИО2 на службе в указанные периоды.

Вместе с тем, суд считает, что уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем обмана было совершено ФИО2 в период с 25 марта по 3 апреля 2019 года включительно, а путем подлога документов и обмана в период с 6 по 17 апреля 2019 года включительно.

Приходя к таким выводам, суд принимает во внимание, что незаконное отсутствие ФИО2 в воинской части на службе 4 апреля 2019 года, а также в период с 18 по 26 апреля того же года не было обусловлено каким-либо обманом или предоставлением подложных документов с его стороны.

В указанные дни ФИО2 фактически совершил неявку в срок без уважительных причин на службу, однако такие его действия не образуют самостоятельных составов преступлений, предусмотренных ст. 337 УК РФ, учитывая продолжительность незаконного нахождения ФИО2 вне сферы воинских правоотношений. 

При таких обстоятельствах из вмененного ФИО2 обвинения в уклонении от исполнения обязанностей военной службы путем обмана в период с 25 марта по 4 апреля 2019 года подлежит исключению один день, а именно 4 апреля 2019 года, а из обвинения в уклонении от исполнения обязанностей военной службы путем подлога документов и обмана в период с 6 по 26 апреля 2019 года – период с 18 по 26 апреля 2019 года.

Оценив приведенные данные в их совокупности, суд считает доказанным, что 25 марта 2019 года, около 9 часов ФИО2, находясь на территории войсковой части 45445, дислоцированной в городе Муроме Владимирской области, желая временно отдохнуть от прохождения военной службы, оформил и представил командованию рапорт с просьбой о предоставлении ему отпуска по личным обстоятельствам сроком на 10 суток, указав в нем ложные сведения о наличии заболевания у своего ребенка, который фактически у него отсутствует, что явилось основанием для предоставления ему указанного отпуска в период с 25 марта по 3 апреля 2019 года включительно.

Такие действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 339 УК РФ, как уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем обмана.

Также суд считает доказанным, что 6 апреля 2019 года, около 9 часов ФИО2, желая временно отдохнуть от прохождения военной службы, оформил и представил командованию рапорт с просьбой о предоставлении ему отпуска по личным обстоятельствам сроком на 10 суток и времени на дорогу, указав в нем ложные сведения о нахождении своего ребенка на лечении в одном из медицинских учреждений города Москвы и необходимости его (ФИО2) ухода за ним, приложив к этому рапорту фиктивные справки, подтверждающие наличие заболевания у ребенка, что послужило основанием для предоставления ему названого отпуска в период с 6 по 17 апреля 2019 года включительно.

Изложенные действия ФИО2 суд также квалифицирует по ч. 1 ст. 339 УК РФ, как уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем подлога документов и обмана.

Кроме того, суд считает доказанным, что желая временно уклониться от прохождения военной службы, ФИО2 без уважительных причин не являлся на службу в войсковую часть 45445, дислоцированную в городе Муроме Владимирской области, в период с 08 часов 45 минут 29 апреля по 24 мая 2019 года включительно, проводя этот период времени по своему усмотрению в названном населенном пункте. 

Указанные действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 337 УК РФ, как неявку в срок без уважительных причин на службу продолжительностью свыше десяти суток, н не более одного месяца, совершенную военнослужащим, проходящим военную службу по контракту.

При назначении наказания ФИО2 в качестве обстоятельств, смягчающих его наказание за каждое из совершенных преступлений, суд учитывает признание им своей вины, раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступлений, в целом удовлетворительную характеристику в период прохождения военной службы, а также данные о том, что к уголовной ответственности он привлекается впервые и ранее ни в чем предосудительном замечен не был.

К этим же обстоятельствам при назначении наказания за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 337 УК РФ, суд относит добровольное пресечение ФИО2 своего незаконного нахождения вне сферы воинских правоотношений.

Определяя ФИО2 вид наказания за каждое из совершенных им преступлений, суд принимает во внимание, что ни одно из наказаний, предусмотренных санкциями ч. 1 ст. 339 и ч. 3 ст. 337 УК РФ, к нему применено быть не может (наказания в виде ограничения по военной службе и содержания в дисциплинарной воинской части не могут быть назначены ФИО2 в связи с утратой им статуса военнослужащего, наказание в виде ареста в настоящее время не применяется, а наказание в виде лишения свободы не может быть назначено ему в силу ч. 1 ст. 56 УК РФ).

В соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" в том случае, когда осужденному в силу положений, установленных законом, не может быть назначен ни один из предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ вид наказания, ему следует назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией соответствующей статьи. Ссылка на статью 64 УК РФ в таком случае не требуется.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что за каждое из совершенных ФИО2 преступлений ему надлежит назначить наказание в виде штрафа, размер которого определяется судом с учетом характера и степени общественной опасности таких преступлений, данных о его личности, а также имущественного положения ФИО2 и возможности получения им заработной платы.

Учитывая, что преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 339 и ч. 3 ст. 337 УК РФ, относятся к категории небольшой тяжести, следовательно, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется. 

Оснований для избрания в отношении ФИО2 меры пресечения, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, судом не усматривается. 

Вещественные доказательства по уголовному делу: 2 медицинские справки, оформленные от имени врачей Л. и Р., рапорта ФИО2 о предоставлении отпусков по личным обстоятельствам от 25 марта и 6 апреля 2019 года, а также отпускной билет от 27 марта 2019 года (исх. № ХХХ) – в соответствии со ст. 81 УПК РФ следует хранить при уголовном деле. 

В ходе уголовного судопроизводства ФИО2 в порядке ст. 51 УПК РФ была оказана юридическая помощь защитником – адвокатом Черентаевым, которому выплачено 10640 рублей, что является процессуальными издержками.

Так как ФИО2 от услуг адвоката не отказывался, является трудоспособным и имеет постоянное место работы, следовательно, указанная сумма подлежит взысканию с него в доход федерального бюджета. 

На основании всего изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 339 УК РФ, на основании которой за каждое из них назначить ему наказание в виде штрафа:

- по эпизоду уклонения от исполнения обязанностей военной службы путем обмана в период с 25 марта по 3 апреля 2019 года – в размере 15000 (пятнадцать тысяч) рублей;

- по эпизоду уклонения от исполнения обязанностей военной службы путем подлога документов и обмана в период с 6 по 17 апреля 2019 года – в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей.

Его же признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 337 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде штрафа в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей. 

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем поглощения менее строгих наказаний более строгим, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде штрафа в размере 30000 (тридцать тысяч) рублей.

Штраф подлежит уплате по следующим реквизитам:

- получатель - УФК по г. Санкт-Петербургу (Военное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Западному военному округу, л/с 

<

***>); ИНН: 

<

***>; КПП: 784101001; ОКТМО: 40908000; БИК: 044030001; Банк получателя: Северо-Западное ГУ Банка России по г. Санкт-Петербургу г. Санкт-Петербург; расчетный счет: 

<

***>; КБК: 417 1 162101001 6000 140 (Денежные взыскания (штрафы) и иные суммы, взыскиваемые с лиц, виновных в совершении преступлений, и возмещение ущерба имуществу).

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу не избирать.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 2 медицинские справки, оформленные от имени врачей Л. и Р., рапорта ФИО2 о предоставлении отпусков по личным обстоятельствам от 25 марта и 6 апреля 2019 года, а также отпускной билет от 27 марта 2019 года (исх. № ХХХ) – хранить при уголовном деле. 

Процессуальные издержки по уголовному делу на сумму 10640 (десять тысяч шестьсот сорок) рублей, выплаченные защитнику – адвокату Черентаеву А.В. за оказание юридической помощи в уголовном судопроизводстве по назначению, взыскать с осужденного ФИО2 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Московского окружного военного суда через Владимирский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня постановления приговора. В случае обжалования приговора осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий М.В. Максименко