Дело № 2-4479/2017 

Решение

Именем Российской Федерации

06 декабря 2017 года 

Центральный районный суд г. Омска в составе судьи Ямчуковой Л.В. при секретаре Хруниной Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства о компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования,

Установил:

ФИО1 обратился в суд с названным иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Омской области, указывая, что в октябре 2008 года СО по ЦАО г. Омска в отношении него осуществлялось уголовное преследование по ч. 2 ст. 162 УК РФ. Одновременно с этим осуществлялось его уголовное преследование по ч. 2 ст. 105 УК РФ. По результатам предварительного расследования и судебного разбирательства в отношении него Первомайским районным судом г. Омска был постановлен обвинительный приговор от 13.04.2009 года, которым он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, назначено наказание, предусмотренное санкцией ст. 115 УК РФ. При этом, несмотря на осуществление с октября 2008 года в отношении него уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ, судебное разбирательство велось только по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Факт уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ отражен в одном из постановлений о продлении срока содержания под стражей, находящихся в материалах уголовного дела № 1-150/2009. Решением Центрального районного суда г. Омска в его пользу была взыскана компенсация морального вреда в порядке реабилитации по причине отмены 23.01.2017 года Президиумом Омского областного суда приговора Первомайского районного суда г. Омска от 13.04.2009 года. Из текста указанного решения следует, что ему было компенсировано только незаконное уголовное преследование по ч. 1 ст. 115 УК РФ, при этом вопрос о незаконном уголовном преследовании по ч. 2 ст. 162 УК РФ при рассмотрении гражданского дела не рассматривался. На основании изложенного просит взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате его незаконного уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ. /л.д. 3-4/.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству, от истца ФИО1 в суд поступило дополнение к исковому заявлению, в котором он определяет размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в его пользу, в сумме 20 000 рублей. /л.д. 29/. 

В судебном заседании истец ФИО1 участия не принимал, извещен надлежаще по месту отбывания наказания - в 

<

данные изъяты>, что подтверждается соответствующей распиской, направленной в адрес суда исправительным учреждением. /л.д. 40/. 

Дело рассмотрено судом в отсутствие истца, что не является нарушением норм процессуального права, поскольку действующее гражданское процессуальное законодательство не предусматривает обязанности этапирования лиц, содержащихся под стражей (отбывающих наказание), по месту рассмотрения гражданских дел с их участием. В судебном заседании представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства по Омской области, ФИО2, действующая на основании доверенности /л.д. 38-38 оборот/, исковые требования не признала, просила в иске отказать в полном объеме, указывая на то, что согласно приговору Первомайского районного суда г. Омска от 13.04.2009 года по делу № 1-150/2009 ФИО1 обвинялся только в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Каких-либо документов, подтверждающих осуществление в отношении истца уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ в суд не представлено, как и не представлено документов подтверждающих право на реабилитацию в связи с уголовным преследованием по ч. 2 ст. 162 УК РФ. Подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению интересов казны Российской Федерации. Исходя из имеющихся материалов по делу, считает, что истцом не приведены доказательства, подтверждающие наличие права на компенсацию морального вреда, обосновывающие заявленную им сумму возмещения морального вреда. При этом указала на то, что Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком по данному гражданскому делу, поскольку Министерство не является главным распорядителем средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности по отношению к органам дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда. В связи с изложенным просила в иске отказать. В порядке ст. 35 ГПК РФ представила в материалы дела письменные возражения на исковое заявление. 

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, обозрев материалы уголовного дела № 1-150/2009 по обвинению 

<

данные изъяты> и ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 162 УК РФ, ч. 4 ст. 111 УК РФ (в 3 томах), оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 1069 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), вред причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению; при этом, по общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Вместе с тем ГК РФ предусматривает случаи возмещения вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Действие положений п. 1 ст. 1070 ГК РФ подлежит применению в соответствии с его конституционно-правовым смыслом, выявленном в Определении Конституционного Суда РФ от 04 декабря 2003 г. № 440-О и Постановлении Конституционного Суда РФ от 16 июня 2009 г. № 9-П.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 16 июня 2009 г. № 9-П, согласно ст. 22 Конституции РФ, каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность (часть 1); арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускается только по судебному решению; до судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов (часть 2).

Из данной статьи во взаимосвязи со ст.ст. 1, 2, 15, 17, 19, 21 и 55 Конституции РФ следует, что право на свободу и личную неприкосновенность как одно из основных прав, будучи неотчуждаемым и принадлежащим каждому от рождения, может быть ограничено лишь при соблюдении общеправовых принципов и на основе конституционных критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не допустить утраты самого существа данного права.

Такое установление обусловлено особым значением указанного конституционного права, которое, хотя и не является абсолютным, то есть не относится к не подлежащим никаким ограничениям, имеет, тем не менее, исключительную ценность, поскольку создает необходимые условия для реализации всех других основных прав и свобод.

Корреспондирующая приведенным конституционным положениям о праве каждого на свободу и личную неприкосновенность ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, являющаяся в силу ст. 15 (ч. 4) и 17 (ч. 1) Конституции РФ составной частью российской правовой системы и имеющая приоритет перед внутренним законодательством, закрепляет основополагающие в демократическом обществе гарантии данного права, включая гарантии защиты от незаконного лишения свободы.

Согласно п. 1 ст. 5 Конвенции каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность; никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом: а) законное содержание под стражей лица, осужденного компетентным судом; b) законное задержание или заключение под стражу (арест) лица за неисполнение вынесенного в соответствии с законом решения суда или с целью обеспечения исполнения любого обязательства, предписанного законом; с) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения; d) заключение под стражу несовершеннолетнего лица на основании законного постановления для воспитательного надзора или его законное заключение под стражу, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом; е) законное заключение под стражу лиц с целью предотвращения распространения инфекционных заболеваний, а также законное заключение под стражу душевнобольных, алкоголиков, наркоманов или бродяг; f) законное задержание или заключение под стражу лица с целью предотвращения его незаконного въезда в страну или лица, против которого предпринимаются меры по его высылке или выдаче.

Как неоднократно подчеркивал в своих решениях Европейский Суд по правам человека, любое лишение свободы должно не только осуществляться в соответствии с основными процессуальными нормами национального права, но и отвечать предписаниям статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, исчерпывающим образом определяющей обстоятельства, при которых человек может быть лишен свободы на законных основаниях.

Понятие «лишение свободы» в его конституционно-правовом смысле имеет автономное значение, заключающееся в том, что любые вводимые в отраслевом законодательстве меры, если они фактически влекут лишение свободы (будь то санкция за правонарушение или принудительные меры, обеспечивающие производство по делу), должны отвечать критериям правомерности именно в контексте ст. 22 Конституции РФ и ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, составляющих нормативную основу регулирования ареста, задержания, заключения под стражу и содержания под стражей в сфере преследования за совершение уголовных и административных правонарушений в качестве мер допустимого лишения свободы.

Задержание, арест, заключение под стражу и содержание под стражей, несмотря на их процессуальные различия, по сути, есть лишение свободы.

В связи с этим, Европейский Суд по правам человека, отмечая, при толковании соответствующих положений Конвенции, что лишение физической свободы фактически может приобретать разнообразные формы, не всегда адекватные классическому тюремному заключению, предлагает оценивать их не по формальным, а по сущностным признакам, таким как принудительное пребывание в ограниченном пространстве, изоляция человека от общества, семьи, прекращение выполнения служебных обязанностей, невозможность свободного передвижения и общения с неограниченным кругом лиц.

Европейский Суд по правам человека считает, что ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, провозглашая право на свободу и личную неприкосновенность, говорит о физической свободе лица; ее цель - гарантировать, чтобы никто не мог быть произвольно лишен свободы в смысле данной статьи, для чего следует исходить из конкретной ситуации и учитывать такие критерии, как характер, продолжительность, последствия и условия исполнения рассматриваемой меры; лишение свободы и ограничение свободы отличаются друг от друга лишь степенью или интенсивностью, а не природой или сущностью.

Таким образом, положения ст.ст. 22 и 55 (ч. 3) Конституции РФ во взаимосвязи с п. 1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее официальном истолковании Европейским Судом по правам человека предопределяют характер и пределы допустимых ограничений права на свободу и личную неприкосновенность, устанавливаемых федеральным законодателем при регулировании принудительных мер обеспечения производства, в том числе по уголовным делам.

Согласно ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

По смыслу приведенных выше положений ст.ст. 1070 и 1100 ГК РФ, в случае отмены в порядке ч. 3 ст. 74 УК РФ условного осуждения и исполнения наказания в виде лишения свободы, назначенного приговором суда, возмещение вреда производится независимо от вины органов государственной власти и их должностных лиц, что обусловлено особым значением конституционного права каждого на свободу и личную неприкосновенность.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Условия и порядок возмещения вреда в случаях, предусмотренных п. 1 ст. 1070 ГК РФ, определяется следующими законодательными актами: ГПК РФ, ГК РФ, УПК РФ, Указом Президиума Верховного Совета ССР от 18.05.1981 г. «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», Положением о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, утвержденным этим Указом, и Инструкцией от 02.03.1982 г. по применению этого Положения, утв. Министерством юстиции СССР, Прокуратурой СССР и Министерством финансов СССР.

Указанными документами установлен особый порядок возмещения вреда, причиненного гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В силу ст. 133 Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УПК РФ) право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;

2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого, прекращено, в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;

3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса;

5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Правила настоящей статьи не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния.

В силу ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» определяет, что исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц и пункта 4 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения.

Согласно п. 9 этого же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор. Однако отсутствие в приговоре указания на признание за лицом права на реабилитацию не может служить основанием для отказа в реабилитации. 

Из материалов дела следует, что приговором Первомайского районного суда г. Омска от 13.04.2009 года, вступившим в законную силу 14.05.2009 года, ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 115 ч. 1 Уголовного Кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ), за которое назначено наказание в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства. В соответствии со ст. 71 ч. 3 УК РФ в срок отбывания наказания ФИО1 зачтено время содержания под стражей со 02.08.2008 года по 13.04.2009 года, в связи с чем, постановлено считать ФИО1 отбывшим наказание. Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу изменена на подписку о невыезде до вступления приговора в законную силу, ФИО1 освобожден из-под стражи в зале суда. /л.д. 5-9/.

Из текста указанного приговора следует, что в рамках переданного для рассмотрения в суд уголовного дела ФИО1 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. При этом в судебном заседании государственный обвинитель переквалифицировал действия ФИО1 со ст. 111 ч. 4 УК РФ на ст. 115 ч. 1 УК РФ, как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, мотивировав свое решение тем, что тяжкий вред здоровью потерпевшему 

<

данные изъяты> был причинен действиями 

<

данные изъяты>, а от действий ФИО1, который нанес потерпевшему 

<

данные изъяты> не менее 4 ударов гвоздодером в область головы и который с 

<

данные изъяты> нанесли не менее 3 ударов ногами в область головы и туловища, потерпевшему были причинены повреждения, которые квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью и не причинившие вреда здоровью соответственно. /л.д. 7/. 

Решением Центрального районного суда г. Омска от 28.06.2016 года, постановленным по гражданскому делу № 2-3771/2016 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного неправомерным содержанием в СИЗО-1 г. Омска в период с 04.08.2008 года по 13.04.2009 года, с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, причиненного в результате незаконного содержанию под стражей в СИЗО в период с 04.08.2008 года по 13.04.2009 года – в количестве 191 дня, в течение которых, ФИО1 без законных на то оснований был лишен свободы. При определении данного периода суд исходил из следующего расчета: 251 день (с 04.08.2008 по 13.04.2009) – 180 дней (назначенное наказание по приговору): 3 (ст. 71 УК РФ) = 191 день. Решение вступило в законную силу 06.08.2016 года. 

Постановлением Президиума Омского областного суда от 23.01.2017 года, вынесенным по уголовному делу № 44-У-5/2017 по кассационной жалобе осужденного ФИО1, приговор Первомайского районного суда г. Омска от 13.04.2009 года в отношении ФИО1, осужденного по ч. 1 ст. 115 УК РФ, отменен. Уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ). За ФИО1 признано право на реабилитацию. /л.д. 10-11/.

Решением Центрального районного суда г. Омска от 21.03.2017 года, постановленным по гражданскому делу № 2-1079/2017 по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 30 000 рублей; в удовлетворении остальной части требований отказано. Из текста решения следует, что названным выше Постановлением Президиума Омского областного суда от 23.01.2017 года установлены обстоятельства, исключающие возможность уголовного преследования после переквалификации действий истца по ч. 1 ст. 115 УК РФ в отсутствие соответствующего заявления потерпевшего, поскольку уголовное дело по ч. 4 ст. 20 УПК РФ прокурором не возбуждалось. На основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ производство по уголовному делу прекращено. За истцом признано право на реабилитацию. Из анализа названного выше приговора следует, что отмененный приговор не послужил основанием для избрания более строго наказания, в том числе по признаку рецидива, отягчающие вину обстоятельства судом установлены не были. /л.д. 12-16 оборот/.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 11.05.2017 года решение Центрального районного суда г. Омска от 21.03.2017 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения. /л.д. 17-19/.

Обратившись в суд с данным иском, ФИО1 указывает на то, что в рамках названного выше уголовного дела с октября 2008 года в отношении него также осуществлялось уголовное преследование по ч. 2 ст. 162 УК РФ, которое является незаконным, в связи с чем, просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

Разрешая заявленное истцом требование, суд учитывает следующее.

Согласно материалам уголовного дела № 1-150/2009, постановлением следователя СО по ЦАО г. Омска СУ СК при прокуратуре РФ по Омской области от 01.08.2008 года возбуждено уголовное дело № 345083 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ по факту обнаружения трупа 

<

данные изъяты> с ножевыми ранениями в области туловища и головы. /т. № 1 л.д. 1-2 уголовное дело № 1-150/2009/.

02.08.2008 года ФИО1, ...... года рождения, был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ в качестве подозреваемого, что подтверждается протоколом задержания подозреваемого. /т. № 1 л.д. 95 уголовное дело № 1-150/2009/.

Постановлением следователя СО по ЦАО г. Омска СУ СК при прокуратуре РФ по Омской области от 02.08.2008 года об установлении личности постановлено считать подозреваемым по уголовному делу № 345083 ФИО1 /т. № 1 л.д. 129 уголовное дело № 1-150/2009/.

Постановлением судьи Куйбышевского районного суда г. Омска от 04.08.2008 года в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в СИЗО г. Омска. /т. № 1 л.д. 168 уголовное дело № 1-150/2009/.

По заявлению потерпевшей 

<

данные изъяты> постановлением следователя СО СУ при УВД-2 ЦАО г. Омска от 08.08.2008 года в отношении неизвестных лиц было возбуждено уголовное дело № 308458 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. Согласно текста постановления, 31.07.2008 года около 22 часов 30 минут у магазина «Омский бекон», расположенного по 

<

адрес>, неизвестные лица, с применением предмета, используемого в качестве оружия, и с причинением насилия, опасного для жизни и здоровья напали на 

<

данные изъяты> и завладели её имуществом на сумму 2 600 рублей, чем причинили последней материальный ущерб. /т. № 2 л.д. 25, 26 уголовное дело № 1-150/2009/.

Постановлением следователя СУ при УВД-2 ЦАО г. Омска от 08.10.2008 года предварительное следствие по уголовному делу № 308458 приостановлено. Из текста постановления следует, что 05.08.2008 года от 

<

данные изъяты> поступила явка с повинной, в которой он чистосердечно признался и раскаялся в том, что 31.07.2008 года около 21 часа 30 минут он совместно с ФИО1, находясь у магазина «Омский бекон», расположенного по 

<

адрес>, забрали у женщины сумочку, откуда похитили деньги в сумме 450 рублей. Однако в ходе следствия не добыто достаточных доказательств, подтверждающих вину 

<

данные изъяты> и ФИО1 /т. № 2 л.д. 65-66 уголовное дело № 1-150/2009/.

Постановлением и.о. начальника СО СУ при УВД-2 Центрального АО г. Омска от 21.10.2008 года указанное выше постановление от 08.10.2008 года отменено, предварительное следствие по уголовному делу № 308458 возобновлено. /т. № 2 л.д. 68 уголовное дело № 1-150/2009/.

Постановлением следователя СУ при УВД-2 ЦАО г. Омска от 22.10.2008 года предварительное следствие по уголовному делу № 308458 возобновлено. Из текста постановления следует, что в числе ряда следственных действий, которые необходимо провести по уголовному делу № 308458, указано на допрос в качестве подозреваемого ФИО1 по факту причастности к совершению преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. /т. № 2 л.д. 70-71 уголовное дело № 1-150/2009/.

23.10.2008 года подозреваемым ФИО1 дано (подписано) обязательство о явке до окончания предварительного расследования по его подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. /т. № 2 л.д. 89 уголовное дело № 1-150/2009/.

23.10.2008 года несовершеннолетний ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого в рамках уголовного дела № 308458. /т. № 2 л.д. 91-91 оборот уголовное дело № 1-150/2009/.

Постановлением следователя СУ при УВД-2 ЦАО г. Омска от 29.10.2008 года в рамках уголовного дела № 308458 прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. /т. № 2 л.д. 104-105 уголовное дело № 1-150/2009/.

Уведомлением от 29.10.2008 года ФИО1 был уведомлен о прекращении в отношении него уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. /т. № 2 л.д. 106 уголовное дело № 1-150/2009/.

Из указанного выше следует, что 23.10.2008 года ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого в рамках уголовного дела № 308458, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. 29.10.2008 года прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. 

В связи с изложенным суд находит установленным факт незаконного уголовного преследования ФИО1 в рамках уголовного дела № 308458, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ. В связи с чем, заявленное истцом требование о компенсации морального вреда суд находит законным и обоснованным. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации, суд, проанализировав по правилам ст. 12, 56, 67 ГПК РФ представленные доказательства, исходит из следующего.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в рамках уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ не избиралась. На момент уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ ФИО1 являлся несовершеннолетним (полных 

<

данные изъяты> лет).

В соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ суд оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности. А также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает требования закона о разумности и справедливости, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, несовершеннолетний возраст истца на момент уголовного преследования по ч. 2 ст. 162 УК РФ, незначительную продолжительность периода нахождения ФИО1 в статусе подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, 7 дней (с 23.10.2008 года по 29.10.2008 года), количество опросов ФИО1 в качестве подозреваемого, проведенных в ходе следственных действий, - 1 (23.10.2008 года). 

С учетом изложенного, суд находит возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу истца, в размере 3 000 рублей, поскольку указанный размер компенсации отвечает требованиям разумности и справедливости, соразмерен характеру причиненного истцу вреда и не приведет к неосновательному обогащению последнего. 

Поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны РФ, суд считает, что надлежащим ответчиком по данному делу является Министерство финансов Российской Федерации, поскольку в соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет средств казны РФ, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, в частности Министерство финансов Российской Федерации.

Взыскиваемая по настоящему делу сумма компенсации морального вреда является следствием незаконных действий органов государственной власти, за которые наступает ответственность государства в лице его финансовых органов на основании ст. 15, 1069, 1071 ГК РФ за счет средств казны. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Омский областной суд через Центральный районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Л.В. Ямчукова