Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 июня 2019 года г. Братск

Братский районный суд Иркутской области в составе: 

председательствующего судьи Старниковой Ю.Ю.,

при секретаре Бурда Н.Н.,

с участием помощника прокурора

Братского района Петреневой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-381/2019 по иску ФИО5, ФИО6 к Муниципальному унитарному предприятию «Вихоревское городское хозяйство» об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, восстановлении на работе, взыскании недоначисленной заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, начислении взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в Братский районный суд с иском (с учетом уточнений) к Муниципальному унитарному предприятию «Вихоревское городское хозяйство» (далее - МУП «ВГХ») об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, восстановлении на работе, взыскании недоначисленной заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, начислении взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования.

ФИО6 обратилась в Братский районный суд с иском (с учетом уточнений) к Муниципальному унитарному предприятию «Вихоревское городское хозяйство» (далее - МУП «ВГХ») об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, восстановлении на работе, взыскании недоначисленной заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, начислении взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования.

Определением Братского районного суда Иркутской области от 13.05.2019 гражданское дело по иску ФИО5 к МУП «ВГХ» об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, начислении взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования, и гражданское дело по иску ФИО6 к МУП «ВГХ» об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, начислении взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования объединены в одно производство.

В обоснование исковых требований истцы с учетом уточнений указали, что они работали по договорам возмездного оказания услуг в МУП «ЖилСервис» кондукторами. В декабре 2018 года пассажирские перевозки были переданы в МУП «Вихоревское городское хозяйство». По предложению директора ФИО7 ими были написаны заявления на прием на работу в МУП «ВГХ» на должности кондукторов. Через месяц им было предложено подписать договоры возмездного оказания услуг и актов приема-сдачи выполненных работ, при этом разъяснено, что оформляются договоры гражданско-правового характера на период испытательного срока. Полагая, что это законно, они продолжили работать.

Указанные договоры гражданско-правового характера 31.03.2019 были с ними расторгнуты в связи истечением сроков договоров без предупреждения и дополнительного соглашения к договору. Данные источники доходов для них являлись единственными.

Договоры возмездного оказания услуг были заключены между ними и ответчиком 30.11.2018 на выполнение следующей работы - реализация билетов по пассажирским перевозкам, за что им предусматривалась оплата в размере 16 000 руб. Договоры перезаключались ежемесячно до 31.03.2019 по адресу: 

<

...>. 

Вместе с тем, данные договоры фактически гражданско-правовыми не являются, а являются трудовыми. Так, за ними была закреплена конкретная трудовая функция (кондуктор), данная должность присутствует в штатном расписании, при этом является вакантной; из условий договора невозможно определить и подсчитать конечный результат; от них требовалось соблюдение графика выходов и соблюдения правил трудового распорядка; осуществлялся учет рабочего времени; оплата труда осуществлялась не за результат выполненных работ, а за фактически отработанное время; гражданско-правовой договор перезаключался каждый месяц; работа выполнялась в соответствии с указаниями работодателя; им предоставлялись еженедельные выходные дни и перерывы на обед; работодателем предоставлялись материалы и механизмы. Кроме того, по договору гражданско-правового характера исполнитель сохраняет положение самостоятельного субъекта. 

В соответствии со ст. 15 ТК РФ трудовыми являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовые отношения согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора. Условия договора должны соответствовать ст. ст. 56 и 57 ТК РФ. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

По смыслу действующего трудового законодательства Российской Федерации предметом трудового договора является сам процесс труда, а именно выполнение работы по определенной специальности, квалификации, должности, т.е. выполнение работником определенной трудовой функции.

Как следует из ч. 4 ст. 11 ТК РФ, в случаях, когда судом установлено, что договором гражданско-правового характера фактически регулируются отношения между работником и работодателем, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Одним из основных признаков трудовых отношений является личное выполнение за плату конкретной трудовой функции, под которой подразумевается выполнение работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы.

Предметом трудового договора (соглашения) является труд работника, тогда как предметом гражданско-правовых договоров является конечный результат труда, а труд в них - лишь способ выполнения взятых на себя обязательств.

Истец ФИО5 просила суд установить между ней и МУП «ВГХ» факт трудовых отношений; обязать МУП «ВГХ» заключить с ней с 01.12.2018 трудовой договор о приеме на работу в должности кондуктора с окладом 11 280 руб.; восстановить ее на работе в МУП «ВГХ» в должности кондуктора; взыскать недоначисленную заработную плату за период с декабря 2018 года по март 2019 года в размере 34 584 руб., заработную плату за все время вынужденного прогула, рассчитав размер за период с марта 2019 года по май 2019 года в 62 849,34 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.; произвести начисление взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования. 

Истец ФИО6 просила суд установить между ней и МУП «ВГХ» факт трудовых отношений; обязать МУП «ВГХ» заключить с ней с 01.12.2018 трудовой договор о приеме на работу в должности кондуктора с окладом 11 280 руб.; восстановить ее на работе в МУП «ВГХ» в должности кондуктора; взыскать недоначисленную заработную плату за период с декабря 2018 года по март 2019 года в размере 34 584 руб., заработную плату за все время вынужденного прогула, рассчитав размер за период с апреля 2019 года по май 2019 года в 44 364,24 руб., компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.; произвести начисление взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования. 

В судебном заседании истец ФИО5 исковые требования с учетом уточнений поддержала в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в уточненном исковом заявлении, дополнительно пояснила, что на работу ее принимала начальник отдела кадров МУП «ВГХ» Свидетель №2 04.12.2018 ею (ФИО5) был подписан договор возмездного оказания услуг, после чего она сразу вышла на работу. График работы ей выдавался диспетчером, график никем не утверждался. График работы был разный: могли вызвать на работу в ее выходной день. При работе она руководствовалась Правилами внутреннего трудового распорядка. Оплату за работу она получала только после подписания акта выполненных работ. По окончании каждой смены она сдавала в кассу предприятия отчет по проданным билетам, оплата труда была одинаковой, но один раз она получила большую сумму ввиду переработки. Билеты для реализации ей выдавала кассир Свидетель №3 

На общем собрании 12.12.2018 директором МУП «ВГХ» ФИО7 было сообщено, что те, кто долго работает, будут трудоустроены, в связи с чем, он сказал написать заявления о приеме на работу. Она, ФИО6 и еще один кондуктор в отделе кадров написали заявления о приеме на работу, куда затем пропало ее заявление, ей неизвестно. Подписывала ли она договор о материальной ответственности, не помнит, копии договора у нее не имеется. В отдел кадров она приносила трудовую книжку, однако трудовую книжку ей вернули без записи о работе в МУП «ВГХ». Просила исковые требования с учетом уточнений удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании истец ФИО6 исковые требования с учетом уточнений поддержала в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в уточненном исковом заявлении, дополнительно пояснила, что в декабре 2018 года ею в МУП «ВГХ» было подано заявление о приеме на работу сначала на месяц, затем в конце декабря 2018 года в отделе кадров МУП «ВГХ» она вновь писала заявление на имя директора ФИО7 о приеме на работу кондуктором, так как на собрании было сообщено, что их примут на постоянную работу, в связи с чем необходимо написать заявления. Куда делось ее заявление впоследствии, ей неизвестно. Заявление о приеме на постоянную работу она писала и подписывала гражданско-правовые договоры в отделе кадров МУП «ВГХ» в присутствии начальника отдела кадров Свидетель №2 

Она была принята на работу с 01.12.2018. Медицинский осмотр при приеме на работу она не проходила, за период работы в МУП «ВГХ» на больничный не ходила. Все документы оформлялись в отделе кадров, при этом при заключении с ней договора ни директор МУП «ВГХ» ФИО7, ни его заместитель не присутствовали. Трудовой договор она не подписывала, подписывала только договоры возмездного оказания услуг. Ее трудовая книжка находится у нее, записи о работе в МУП «ВГХ» в трудовую книжку не вносились, несмотря на то, что она приносила ее в отдел кадров по просьбе работников отдела кадров, трудовая книжка немного позже была ей возвращена без записи о трудоустройстве в МУП «ВГХ». В декабре 2018 года в отделе кадров МУП «ВГХ» ею было написано заявление о приеме на работу, от кассира получены билеты, сумка и все необходимое для работы. Также ей выдавался график выходов на смену и маршрут.

Она работала согласно плановому графику кондукторов, который выдавался диспетчером. На работу она приходила в зависимости от смены, согласно расписанию маршрута, с которым ее знакомила также диспетчер, расписание никем не утверждалось. С 03 час. 50 мин. до 09 час. 15 мин. - это смена Г? (Город 2); смена Г?-7 - это 7-часовая смена; смена Г?-10 - это маршрут с разрывным графиком: 2 рейса с 07 час. 00 мин., 3 рейса с 12 час. 00 мин., 3 рейса с 17 час. 15 мин.; смена Г? - с 06 час. 45 мин. до 15 час. 00 мин.; смена Г?-12 - это также разрывной график: 1 рейс с 05 час. 55 мин. до 16 час. 35 мин. и 2 рейс - с 16 час. 35 мин. до 20 час. 00 мин. Пустые клетки в графике - это выходные дни. В ее трудовые обязанности кондуктора входила продажа билетов на маршруте.

Учет рабочего времени вела диспетчер Свидетель №4, она же проверяла, вышли на линию кондукторы или нет. Все кондукторы заполняли билетно-учетные листы и сдавали их в кассу, все отчеты сдавались кассиру. 

Она подписывала договор о материальной ответственности, но точной даты не помнит, предположительно в феврале 2019 года, при этом был ли подписан данный договор директором МУП «ВГХ» ФИО7, она также не запомнила. 

С правилами внутреннего трудового распорядка ее ознакомили на общем собрании в декабре 2018 года, с должностной инструкцией не знакомили, просто выдали ее на руки. 

В январе 2019 года с ней также был заключен гражданско-правовой договор. В данный период на работу приняли еще двух кондукторов. Каждый раз при подписании гражданско-правовых договоров она писала заявления о приеме на работу, при этом с ней все равно заключался гражданско-правовой договор. 

До трудоустройства в МУП «ВГХ» она работала в управляющей компании «ОВУК» в г. Вихоревка. 

Просила исковые требования с учетом уточнений удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика МУП «ВГХ» - директор ФИО7, действующий на основании прав по должности, исковые требования, заявленные ФИО5 и ФИО6, не признал, в их удовлетворении просил отказать, суду пояснил, что между истцами ФИО5, ФИО6 и МУП «ВГХ» неоднократно были заключены договоры возмездного оказания услуг, по условиям которых истцы приняли на себя обязательства в сроки, установленные договорами, производить реализацию билетов по пассажирским перевозкам, а МУП «ВГХ» - оплатить данные услуги в размере 16 000 руб. Как следует из п. 1.4 указанных договоров, услуги считаются оказанными после подписания актов выполненных работ заказчиком или его уполномоченным представителем. В установленные сроки между сторонами были подписаны акты сдачи - приемки работ, выполненных по договорам возмездного оказания услуг.

Режима рабочего времени ФИО5 и ФИО6 не устанавливалось, они оказывали услуги по реализации билетов в свое свободное время и по своему усмотрению, никаких графиков работы МУП «ВГХ» не утверждалось.

Таким образом, из буквального толкования договоров возмездного оказания услуг следует, что ФИО5 и ФИО6 не был установлен режим рабочего времени, в договорах не определена трудовая функция, не оговорено обязанности подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка. Акты выполненных работ были подписаны сторонами, оплата осуществлялась на основании указанных актов. 

Более того, приказы о приеме на работу истцов не издавались, записи в их трудовые книжки о периодах работы по договорам возмездного оказания услуг не вносились, для прохождения медицинского осмотра истцы ФИО5 и ФИО6 не направлялись, с локальными актами предприятия их не знакомили, сведения персонифицированного учета в ПФ РФ в отношении истцов не подавались, заработная плата с установленными законом налогами не выплачивалась, договоры о материальной ответственности не заключался.

В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка МУП «ВГХ» на предприятии устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов в неделю для мужчин и 36 часов в неделю для женщин с двумя входными днями (суббота и воскресенье). Продолжительность ежедневной работы для мужчин составляет 8 часов, для женщин 7 часов 12 минут. Время начала работы - 09 часов 00 минут, время окончания работы: для мужчин - 18 часов 00 минут, для женщин - 17 часов 12 минут.

На основании производственного календаря на 2018-2019 годы нормой часов рабочего времени установлено: декабрь 2018 года - 150,2 часа, январь 2019 года -122,4 часа, февраль 2019 года - 143 часа, март 2019 года - 143 часа.

Вместе с тем, ФИО5 и ФИО6, оказывая ответчику возмездные услуги, норму часов, установленную правилами внутреннего трудового распорядка МУП «ВГХ», не вырабатывали, что следует из актов выполненных работ, в которых отражено отработанное ими время, которое меньше нормы часов рабочего времени по производственному календарю, следовательно, доводы о соблюдении истцами правил внутреннего трудового распорядка являются необоснованными. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ обязанность доказывать наличие факта трудовых отношений между истцами и ответчиком возлагается на истцов. Вместе с тем, доказательств, подтверждающих данный факт, не представлено. Представленная копия планового графика на декабрь, январь, февраль и март водителей и кондукторов пассажирских перевозок, не может являться допустимым доказательством возникновения трудовых отношений, поскольку в данной копии отсутствует подпись директора, копия не заверена и изготовлена неизвестным лицом. 

Доводы истцов о том, что доходы, получаемые по договорам возмездного оказания услуг, являются единственными, не могут служить основанием для установления факта трудовых отношений, равно как и обязании в будущем заключить с истцами трудовой договор.

Кроме того, по смыслу ст. ст. 11, 15, 56 ТК РФ во взаимосвязи со ст. 67 ТК РФ, признаки трудовых отношений между истцами и ответчиком, отсутствуют.

Работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управление имуществом самостоятельно, под свою ответственность, принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), и заключение трудового договора с конкретным лицом, является правом, а не обязанностью работодателя. Соответственно, требование истцов об обязании работодателя заключить трудовой договор не подлежат удовлетворению, поскольку эта обязанность возникает в силу закона и не может быть возложена на работодателя судом. Установление окладов является прерогативой работодателя исходя из фонда оплаты труда, утвержденной учредителем.

Более того, длительное время с 01.12.2018 по 31.03.2019 у ФИО5 и ФИО6 не возникало вопросов по факту отсутствия трудовых договоров, при этом истцы были осведомлены о возникших отношениях по договорам возмездного оказания услуг, поскольку все договоры были заключены заблаговременно до начала выполнения работ, с жалобами и заявлениями об установлении факта трудовых отношений ни ФИО5, ни ФИО6 не обращались, заявлений о приеме на работу в должности кондуктора не подавали. Таким образом, фактически между истцами и ответчиком имели место гражданско-правовые отношения по договорам возмездного оказания услуг и в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 ТК РФ, отсутствуют.

Выслушав истцов ФИО5, ФИО6, представителя ответчика МУП «ВГХ» ФИО7, исследовав письменные доказательства, допросив свидетелей, заслушав заключение помощника прокурора Братского района Петреневой Е.Ю., полагавшей необходимым частично удовлетворить исковые требования, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В силу п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик в соответствии с п. 1 ст. 781 ГК РФ обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В судебном заседании установлено, что Муниципальное унитарное предприятие «Вихоревское городское хозяйство» (МУП «ВГХ») является действующим юридическим лицом, создано с целью удовлетворения потребностей населения города, юридических лиц, иных потребителей по жилищно-коммунальному обслуживанию, и получение прибыли. Предметом деятельности предприятия является эксплуатация объектов городского хозяйства, техническое обслуживание инженерного оборудования и сетей, оказание сервисных и иных платных услуг. Основным видом деятельности предприятия является деятельность по эксплуатации автомобильных дорог и автомагистралей, одним из дополнительных видов деятельности является деятельность сухопутного пассажирского транспорта: перевозки пассажиров в городском и пригородном сообщении, что подтверждается копиями Устава МУП «ВГХ», свидетельства о постановке на учет Российской организации в налоговом органе по месту ее нахождения, а также выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц от 12.04.2019. 

30.11.2018, 31.01.2019, 28.02.2019 между МУП «ВГХ» (заказчик) и ФИО5 (исполнитель) были заключены договоры возмездного оказания услуг №№ 31, 54, 66, по условиям которых ФИО5 обязалась по заданию МУП «ВГХ» производить реализацию билетов по пассажирским перевозкам, а МУП «ВГХ» - оплатить эти услуги. Срок оказания услуг установлен в п. 1.3 договоров - с 01.12.2018 по 31.12.2018, с 01.02.2019 по 28.02.2019, с 01.03.2019 по 10.03.2019. 

Кроме того, 30.11.2018, 29.12.2018, 31.01.2019, 28.02.2019 между МУП «ВГХ» (заказчик) и ФИО6 (исполнитель) также были заключены договоры возмездного оказания услуг №№ 30, 43, 55, 65, по условиям которых ФИО6 обязалась по заданию МУП «ВГХ» производить реализацию билетов по пассажирским перевозкам, а МУП «ВГХ» - оплатить эти услуги. Срок оказания услуг установлен в п. 1.3 договоров - с 01.12.2018 по 31.12.2018, с 01.01.2019 по 31.01.2019, с 01.02.2019 по 28.02.2019, с 01.03.2019 по 31.03.2019.

Услуги считаются оказанными после подписания акта выполненных работ заказчиком или его уполномоченным представителем (п. 1.4). 

Обязанности исполнителя определены в п. 2.1 договоров возмездного оказания услуг. Согласно пп. пп. 2.1.5, 2.1.6 в обязанности исполнителя входит, в частности сбор платы за проезд с выдачей билетов, проверка наличия билетов, проездных билетов, документов, предъявляемых для бесплатного проезда. Сбор платы за проезд с выдачей пассажирам билетов производиться в течение времени с момента посадки пассажира в автобус до следующей остановки. На установленных контрольных пунктах маршрута необходимо производить порейсовую запись в билетно-учетном листе (номинал билета, количество перевезенных пассажиров (с разбивкой по полной стоимости и льготных), сумму выручки.

В соответствии с пп. 2.1.9 исполнитель принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему заказчиком имущества, а также за ущерб, возникший у заказчика в результате возмещения им ущерба иным лицам.

Заказчик на основании пп. 2.2.1 договоров возмездного оказания услуг обязан принять оказанные услуги в соответствии с условиями настоящих договоров на основании актов выполненных работ. 

Заказчик обязуется оплатить оказанные в соответствии с настоящими договорами услуги на основании актов выполненных работ в сумме 16 000 руб. в месяц (п. 3.1). За неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств размер оплаты снижается на 15% за каждый невыполненный или некачественно выполненный пункт договоров (п. 3.2).

Дополнительными соглашениям № 3 от 28.12.2018 к договору подряда № 31 от 30.11.2018, № 5 от 31.01.2019 к договору подряда № 44 от 29.12.2018, № 10 от 05.03.2019 к договору подряда № 66 от 28.02.2019 МУП «ВГХ» обязалось дополнительно оплатить ФИО5 за выполненную работу на основании актов выполненных работ 580,60 руб., 4 413,60 руб., 575 руб. соответственно (в том числе подоходный налог).

Дополнительными соглашениям № 2 от 28.12.2018 к договору подряда № 30 от 30.11.2018, № 4 от 31.01.2019 к договору подряда № 43 от 29.12.2018, № 6 от 28.02.2019 к договору подряда № 55 от 31.01.2019, № 9 от 05.03.2019 к договору подряда № 65 от 28.02.2019 МУП «ВГХ» обязалось дополнительно оплатить ФИО6 за выполненную работу на основании актов выполненных работ 492,60 руб., 6 198,60 руб., 273 руб., 575 руб. соответственно (в том числе подоходный налог). 

Актами сдачи-приемки работ от 28.12.2018, 31.01.2019, 28.02.2019, 11.03.2019 подтверждается факт выполненных ФИО5 работ по договорам № 31 от 30.11.2018, № 44 от 29.12.2018, № 54 от 31.01.2019, № 66 от 28.02.2019. Работа выполнена надлежащим образом, в установленный срок и в соответствии с требованиями и заданиями заказчика.

Актами сдачи-приемки работ от 28.12.2018, 31.01.2019, 28.02.2019, 29.03.2019 подтверждается факт выполненных ФИО6 работ по договорам № 30 от 30.11.2018, № 43 от 29.12.2018, № 55 от 31.01.2019, № 65 от 28.02.2019. Работа выполнена надлежащим образом, в установленный срок и в соответствии с требованиями и заданиями заказчика. 

В соответствии с ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Часть 1 статьи 15 ТК РФ определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями (абз. 8 ч. 2 ст. 16 ТК РФ).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19.05.2009 №597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Таким образом, трудовые отношения предполагают включение работника в производственную деятельность компании, подчинение работника внутреннему трудовому распорядку, составным элементов которого является выполнение в процессе труда распоряжений работодателя, за ненадлежащее выполнение которых работник может нести дисциплинарную ответственность. Работник осуществляет выполнение работ определенного рода, а не разовые задания заказчика, работнику предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Сторонами трудовых отношений согласно ст. 20 ТК РФ являются работник и работодатель. Работником является физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодателем является физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.

В соответствии с положениями ст. ст. 21, 22 ТК РФ работник, в том числе имеет право: на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, и обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; а работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами, и обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. 

Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

В силу ст. 57 ТК РФ трудовой функцией является работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы. 

Данной нормой ТК РФ установлены обязательные условия, подлежащие включению в трудовой договор, в частности, условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха; гарантии и компенсации; условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами.

В силу ст. 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, в силу ч. 2 ст. 67 ТК РФ, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Прием на работу согласно ст. 68 ТК РФ оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора.

Таким образом, действующее трудовое законодательство указывает на то, что фактический допуск работника к работе предполагает, что работник приступил к исполнению трудовых обязанностей по обусловленной соглашением сторон должности и с момента начала исполнения трудовой функции работник подчиняется действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; оплата труда работника осуществляется работодателем в соответствии с установленным по занимаемой работником должности окладом и действующей у работодателя системой оплаты труда; работник в связи с началом работы обязан передать работодателю соответствующие документы.

В соответствии со ст. 19.1 ТК РФ в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров. 

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. 

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2.2 определения от 19.05.2009 № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера.

Из приведенного правового регулирования и правовой позиции Конституционного суда следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников суду (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) при рассмотрении таких споров следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО5 и ФИО6 являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между сторонами о личном выполнении истцами работы по должности кондуктора, были ли допущены ФИО5 и ФИО6 к выполнению этой работы руководителем учреждения; выполняли ли ФИО5 и ФИО6 работу в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялись ли ФИО5 и ФИО6 действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику сменности; выплачивалась ли им заработная плата.

Согласно справке директора МУП «ВГХ» от 29.04.2019 ФИО5 оказывала МУП «ВГХ» услуги по реализации билетов по пассажирским перевозкам на основании заключенных с ней договоров возмездного оказания услуг: договор № 31 от 30.11.2018, срок действия договора с 01.12.2018 по 31.12.2018, начислено - 16 580,60 руб., объем услуг - 142 часа; договор № 44 от 29.12.2018, срок действия договора с 01.01.2019 по 31.01.2019, начислено - 20 413,60 руб., объем услуг - 148 часов; договор № 54 от 31.01.2019, срок действия договора с 01.02.2019 по 28.02.2019, начислено - 15 245 руб., объем услуг - 125 часов; договор № 66 от 28.02.2019, срок действия договора с 01.03.2019 по 10.03.2019, начислено - 6 341 руб., объем услуг - 38 часов.

Факт перечисления МУП «ВГХ» денежных средств ФИО5 в качестве оплаты выполненных работ за декабрь 2018 года, январь, февраль, март 2019 года подтверждается копиями платежных поручений № 203 от 17.01.2019, 13.02.2019, № 191 от 15.03.2019, № 203 от 15.03.2019.

Согласно справке директора МУП «ВГХ» от 06.05.2019 ФИО6 оказывала МУП «ВГХ» услуги по реализации билетов по пассажирским перевозкам на основании заключенных с ней договоров возмездного оказания услуг: договор № 30 от 30.11.2018, срок действия договора с 01.12.2018 по 31.12.2018, начислено - 16 492,60 руб., объем услуг - 142 часа; договор № 43 от 29.12.2018, срок действия договора с 01.01.2019 по 31.01.2019, начислено - 22 198,60 руб., объем услуг - 158 часов; договор № 55 от 31.01.2019, срок действия договора с 01.02.2019 по 28.02.2019, начислено - 16 273 руб., объем услуг - 137 часов; договор № 65 от 28.02.2019, срок действия договора с 01.03.2019 по 31.03.2019, начислено - 15 820 руб., объем услуг - 125 часов. 

Факт перечисления МУП «ВГХ» денежных средств ФИО6 в качестве оплаты выполненных работ за декабрь 2018 года, январь, февраль, март 2019 года подтверждается копиями платежных поручений № 17 от 17.01.2019, № 54 от 11.02.2019, № 120 от 15.03.2019, № 188 от 16.04.2019.

Копиями билетно-учетных листков МУП «ВГХ» подтверждается факт работы ФИО5 в должности кондуктора за период с 03.12.2018 по 09.03.2019, а также факт работы ФИО6 в должности кондуктора за период с 02.12.2018 по 30.03.2019. 

Согласно копиям штатных расписаний МУП «ВГХ», утвержденным директором МУП «ВГХ» и согласованных главой Администрации Вихоревского городского поселения, с 01.11.2018, с 01.02.2019 в МУП «ВГХ» имеется 4 ставки кондукторов. 

Как следует из копии штатного расписания МУП «ВГХ», утвержденного директором МУП «ВГХ» и согласованного главой Администрации Вихоревского городского поселения, по состоянию на 01.04.2019 в МУП «ВГХ» в должности кондукторов состоят: ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 

Согласно копиям табелей учета рабочего времени в декабре 2018 года в МУП «ВГХ» в должности кондукторов состояли - ФИО1, ФИО2, ФИО3, в январе, феврале, марте 2019 года - ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 

В представленной стороной ответчика копии книги учета движения трудовых книжек и вкладышей в них, отсутствует информация о трудовых книжках ФИО5 и ФИО6

В трудовой книжке ТК-I ***, заполненной **.**.****, последняя запись о трудовой деятельности ФИО5 - ООО «***»: **.**.**** уволена по собственному желанию на основании п. 3 ст. 77 ТК РФ.

В трудовой книжке АТ-II ***, заполненной **.**.****, последняя запись о трудовой деятельности ФИО6 - ***: **.**.**** уволена по истечении срока трудового договора на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. 

Из представленных сведений о застрахованных лицах, следует, что страхователем МУП «ВГХ» в отчетном периоде - декабрь 2018 года, январь, февраль, март 2019 года представлены сведения о застрахованных лицах, в том числе: ФИО5, ФИО6. 

По сообщению заместителя управляющего Государственного учреждения - Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области от 28.05.2019 в региональной базе данных за период с декабря 2018 года по март 2018 года на застрахованное лицо ФИО5 имеются следующие сведения, составляющие пенсионные права: сведения для включения в индивидуальный лицевой счет - МУП «ВГХ», период работы с декабря 2018 года по март 2019 года, в декабре 2018 года застрахованному лицу начислена сумма выплат и иных вознаграждений - 16 580,60 руб., из них сумма выплат и иных вознаграждений, на которые были начислены страховые взносы - 16 580,60 руб. В региональной базе данных за период с декабря 2018 года по март 2018 года на застрахованное лицо ФИО6 имеются следующие сведения, составляющие пенсионные права: сведения для включения в индивидуальный лицевой счет - МУП «ВГХ», период работы с декабря 2018 года по март 2019 года, в декабре 2018 года застрахованному лицу начислена сумма выплат и иных вознаграждений - 16 492,60 руб., из них сумма выплат и иных вознаграждений, на которые были начислены страховые взносы - 16 492,60 руб. 

Указанные обстоятельства также подтверждаются сведениями о состоянии индивидуальных лицевых счетов застрахованных лиц ФИО5 и ФИО6 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1, пояснил, что он является депутатом Думы Вихоревского городского поселения. Ранее обслуживанием пассажирских маршрутов занималось МУП «ЖилСервис», на смену которому пришло МУП «ВГХ». Он, как депутат, интересовался, что будет с людьми, ранее работавшими в МУП «ЖилСервис», на что директор МУП «ВГХ» пояснил, что трудовые договоры с работниками заключены. **.**.**** проводилось заседание Думы Вихоревского городского поселения, на котором ему (свидетелю) стало известно, что с работниками были заключены гражданско-правовые договоры. Мэру Вихоревского муниципального образования о данном факте известно, в связи с чем он пояснил, что могут быть заключены такие договоры в связи с экономией денежных средств. По окончании работы в конце месяца с людьми подписывается акт приемки работ и заключается новый гражданско-правовой договор. В актах приемки работ имеется такое понятие, как оплата праздничных дней и переработки. Работники предприятия были фактически допущены к работе, а гражданско-правовые договоры были заключены с ними уже позже.

Свидетель Свидетель №2 суду показала, что с 01.12.2018 года работает инспектором отдела кадров в МУП «ВГХ». Истцы ФИО5 и ФИО6 с декабря 2018 исполняли в МУП «ВГХ» обязанности по распространению билетов, с ними были заключены гражданско-правовые договоры, трудовые договоры не заключались, в трудовых книжках истцов работодатель записей не делал. Гражданско-правовой договор заключался с ФИО5 и ФИО6 ежемесячно до марта 2019 года. В МУП «ВГХ» есть четыре кондуктора, которые приняты в штат предприятия. Отличия в работе по трудовому и гражданско-правовому договору заключается в том, что гражданско-правовой договор предполагает разовое выполнение работ. Трудовые книжки у истцов для внесения записи о трудовых отношениях она не просила, с должностной инструкцией кондуктора их не знакомили, договор о полной материальной ответственности с ними не заключался. 

Свидетель Свидетель №3 суду показала, что работает в МУП «ВГХ» бухгалтером-кассиром с 01.12.2018. Истцы ФИО5 и ФИО6 оказывали МУП «ВГХ» услуги по гражданско-правовым договорам с декабря 2018 по март 2019 года включительно по реализации билетов на пассажирские перевозки, ежедневно сдавая выручку с приложением билетно-учетных листов. В МУП «ВГХ» работает 5-6 кондукторов, в зависимости от того, сколько маршрутов. 

Свидетель Свидетель №4 суду показала, что работает в МУП «ВГХ» инженером-диспетчером автотранспорта, она составляет и передает работникам плановые графики о расстановке по маршрутам – водителям и кондукторам. В указанных графиках есть указание времени работы каждого водителя и кондуктора, то есть продолжительность смены.

В МУП «ВГХ» истцы ФИО5 и ФИО6 оказывали услуги по гражданско-правовым договорам в декабре 2018, январе, феврале и марте 2019 года по реализации билетов на пассажирские перевозки, истцам ею передавались плановые графики на текущий месяц. В МУП «ВГХ» работает 5-6 кондукторов, есть кондукторы, которые состоят в штате предприятия и с ними заключены трудовые договоры. Различия между работой кондуктора, который состоит в штате предприятия и того, кто реализует билеты по гражданско-правовым договорам в том, что по трудовому договору работник является «более обязанным» организации, он не может не выйти на работу по своему желанию. Табель учета рабочего времени ведется только на тех, кто состоит в штате организации. 

К характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника (прием на работу по личному заявлению), обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения, издание приказа (распоряжения) работодателя, в котором указывается профессия или должность, размер заработной платы, дата начала работы, продолжительность рабочего времени, гарантии и прочее.

Оценивая в совокупности установленные по делу обстоятельства и перечисленные нормы закона, суд приходит к выводу, что между истцом ФИО5 и ФИО6 и ответчиком в лице руководителя предприятия – директора МУП «ВГХ» ФИО7 было достигнуто соглашение о личном выполнении истцами с 01.12.2019 работы по должности кондуктора. При этом работа носила постоянный характер, о чем свидетельствует ежемесячное заключение договоров возмездного оказания услуг по реализации билетов по пассажирским перевозкам по истечении каждого предыдущего договора: ФИО6 с 01.12.2018 по 31.03.2019, ФИО5, начиная с 01.12.2018 по 10.03.2019. Так, работодатель обеспечил истцам ФИО5 и ФИО6 место работы. О том, что истцы были допущены к работе кондукторов с ведома и по поручению работодателя – директора МУП «ВГХ» ФИО7 свидетельствует подписание руководителем договоров возмездного оказания услуг по реализации билетов, присутствие истцов на общем собрании трудового коллектива МУП «ВГХ». 

Факт отсутствия трудовых договоров, неиздание ответчиком приказов о приеме на работу, отсутствие сведений о приеме на работу в трудовой книжке, табеле учета рабочего времени, свидетельствует не об отсутствии между сторонами трудовых отношений, а о допущенных нарушениях со стороны работодателя. При этом доводы представителя ответчика ФИО7 об убыточности предприятия МУП «ВГХ», не могут являться основанием для оформления гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг при фактически сложившихся трудовых отношениях. При этом позиция представителя ответчика направлена на уклонение от возможных негативных последствий для него в результате удовлетворения исковых требований об установлении факта трудовых отношений. 

О выполнении истцами ФИО5 и ФИО6 трудовой функции кондуктора в МУП «ВГХ» свидетельствует также подчинение их правилам внутреннего трудового распорядка. Так, ФИО5 и ФИО6 выходили на смену согласно ежемесячным плановым графикам для водителей и кондукторов пассажирских перевозок, составленным инженером автотранспорта МУП «ВГХ», что подтвердила допрошенная в качестве свидетеля по делу Свидетель №4 При этом выполняемая истцами работа ничем не отличалась от той, которую выполняли кондукторы МУП «ВГХ», с которыми заключены трудовые договоры, о чем свидетельствуют исследованные материалы гражданского дела, а также показания допрошенных в суде свидетелей.

В актах сдачи-приемки работ, заполненных по результатам ежемесячно перезаключаемых договоров возмездного оказания услуг каждым из истцов, указан объем выполненных работ в часах, указано, что истцы работали по разрывному графику с отражением количества отработанных смен, сделана отметка об оказании услуг в праздничные дни с указанием количества отработанных часов, что также характерно для трудовых отношений. 

Деятельность истцов в МУП «ВГХ» носила длительный, устойчивый, а не разовый характер. ФИО5 и ФИО6 производилась оплата труда, при этом вознаграждение не зависело от общего объема и характера работы, а от количества часов, отработанных за месяц, что свидетельствует о том, что ответчик фактически выплачивал заработную плату. 

Заработная плата, как оплата по гражданско-правовому договору, выплачивалась истцам ежемесячно. 

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ст. 19.1 ТК РФ).

Анализ вышеуказанных обстоятельств позволяет сделать однозначный вывод о существовании между МУП «ВГХ» и истцами ФИО6, ФИО5 трудовых отношений, начиная с 01.12.2018.

При этом из пояснений истцов ФИО6, ФИО5 следует, что директор МУП «ВГХ» ФИО7 сказал им не выходить на работу по истечении договоров возмездного оказания услуг №65 и №66 от 28.02.2019, заключенных сроком по 31.03.2019 и 10.03.2019 с каждым из истцов соответственно, несмотря на то, что они были готовы продолжать работать в МУП «ВГХ» и ожидали заключения трудовых договоров с ними на неопределенный срок. 

С заявлением о прекращении трудовых отношений ни ФИО5, ни ФИО6 не обращались, доказательств, свидетельствующих о согласии истцов на предстоящее прекращение трудового договора, ответчиком не представлено и в судебном заседании не добыто.

Судом установлено, что истцы ФИО5, ФИО6 с заявлением о прекращении трудовых отношений не обращались, доказательств, свидетельствующих о согласии истцов на предстоящее прекращение трудовых отношений работодателем не представлено и в судебном заседании не добыто. 

Вместе с тем, истцы осуществляли работу кондукторов МУП «ВГХ» на постоянных маршрутах, функционирующих круглогодично, а на место истцов после истечения срока гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг по реализации билетов по пассажирским перевозкам были приняты иные лица.

Поскольку из действий работодателя следует, что трудовые отношения с ФИО6 были прекращены 31.03.2019, с ФИО5 – 10.03.2019 по инициативе работодателя, без надлежащего оформления, трудовые отношения, не оформленные в порядке, предусмотренном трудовым законодательством, возникшие с 01.12.2018 до настоящего времени не прекращены.

Отсутствие приказов об увольнении вследствие неисполнения работодателем обязанности по оформлению расторжения трудового договора, не исключает возможности защиты прав работников путем восстановления их на работе.

Положениями п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» установлено, что работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Поскольку доказательств, подтверждающих законность увольнения ФИО5, ФИО6 по инициативе работодателя, стороной ответчика в суд не представлено, следовательно, исковые требования ФИО5, ФИО6 о восстановлении на работе подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, разрешая требования истцов об обязании ответчика заключить с истцами трудовой договор для работы в должности кондуктора с окладом 11 280 руб. с 01.12.2018, суд находит указанные требования не подлежащими удовлетворению, поскольку заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя, а сам трудовой договор является добровольным соглашением сторон, суд не может обязывать работодателя заключить трудовой договор на указанных истцами условиях. 

Разрешая вопрос о взыскании недоначисленной заработной платы с ответчика в пользу ФИО5, ФИО6, суд исходит из следующего.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относится обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Согласно статье 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Так, согласно ч. 2 ст. 146, ст. 148 ТК РФ труд работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями, оплачивается в повышенном размере. Оплата труда на работах в таких местностях производится в порядке и размерах не ниже установленных законами и иными нормативными правовыми актами.

В силу ст.ст. 315-317 ТК РФ для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, к числу которых относится Братский район, предусмотрено применение районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате, размер которых устанавливается Правительством РФ. 

Исходя из изложенных требований законодательства, при установлении заработной платы в учреждениях (организациях), расположенных в особых климатических условиях, неблагоприятные факторы, связанные с работой в этих условиях, в соответствии со статьями 146, 148, 315, 316 и 317 ТК РФ должны быть компенсированы специальными коэффициентом и надбавкой к заработной плате, которые подлежат начислению на должностной оклад, определенный в размере не менее минимального размера оплаты труда, включение в который районного коэффициента и северной надбавки недопустимо, так как это приводит к уравниванию в оплате труда работников, осуществляющих трудовую деятельность в районах, где компенсационные выплаты не предусмотрены, с заработной платой работников, состоящих в трудовых отношениях с организациями, расположенными в районах Крайнего Севера и в приравненных к ним местностях.

Аналогичные нормы о компенсации неблагоприятных факторов предусмотрены статьями 10 и 11 Закона РФ от 19.02.1993 № 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях».

Данная позиция подтверждена Постановлением Конституционного суда Российской Федерации от 07.12.2017 № 38-П, вступившем в законную силу в день его вынесения, которым признано, что повышенная оплата труда в связи с работой в особых климатических условиях должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, районный коэффициент и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда.

По данным, представленным МУП «ВГХ» истцу ФИО5 было выплачено: 14425,60 руб. – оплата за выполненные работы за декабрь; 17759,60 руб. оплата за выполненные работы за январь; 6631,50 руб. (оплата за выполненные работы за февраль) + 6631,50 руб. (взыскание на зарплату на основании исполнительного документа суд. приказ №2-1696/2018 от 10.07.2018 по исполнительному производству №156822/18/38007 от 04.10.2018) = 13 263 руб.; 2258,50 руб. (оплата за выполненные работы за март) + 2 758,50 руб. взыскание на зарплату на основании исполнительного документа суд. приказ №2-1696/2018 от 10.07.2018 по исполнительному производству №156822/18/38007 от 04.10.2018) = 5017 руб.

Приведенные фактические размеры месячной заработной платы ФИО5 в указанные периоды времени не соответствуют вышеизложенным требованиям действующего трудового законодательства, так как не обеспечивают повышенный размер оплаты его труда из расчета установленного размера ежемесячной минимальной заработной платы с начислением на него районного коэффициента в размере 30% и надбавки к заработной плате в связи с работой в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в размере 20%.

Поскольку истцом не представлено документального подтверждения назначения северной надбавки в максимальном размере - 50% в связи с проживанием и занятостью в районе, приравненном к Крайнему Северу до 01.01.2005 года, суд полагает верным рассчитать истцу ФИО8 заработную плату за отработанное в МУП «ВГХ» время, исходя из следующего.

Так, территории, относящиеся к районам Крайнего Севера и местностям, приравненным к ним, определяются в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 3 января 1983 г. N 12 "О внесении изменений и дополнений в Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 года N 1029" (с последующими изменениями и дополнениями). Указанное постановление содержит Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера. Согласно указанному постановлению Братский район Иркутской области, а также город Братск являются местностями, приравненным к районам Крайнего Севера.

Согласно пп. "в" п. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26.09.1967 N 1908-VII "О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера" в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, выплачивается всем рабочим и служащим надбавка к их месячному заработку (без учета районного коэффициента и вознаграждения за выслугу лет) в размере 10% заработка по истечении первого года работы с увеличением на 10% за каждый последующий год работы, но не более 50% заработка.

В соответствии с Трудовым кодексом РФ оплата труда работников, занятых на работах в местностях с особыми климатическими условиями, производится в повышенном размере (ст. 146 ТК РФ). В состав заработной платы, помимо вознаграждения за труд в зависимости от его сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, включаются также компенсационные выплаты (в том числе за работу в особых климатических условиях) и стимулирующие выплаты (ч. 2 ст. 129 ТК РФ). Статья 148 ТК РФ гарантирует оплату труда в повышенном размере работникам, занятым на работах в местностях с особыми климатическими условиями, в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Эти нормы конкретизированы в ст. ст. 315, 316, 317 ТК РФ, предусматривающих, что оплата труда лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. Размеры и порядок применения районных коэффициентов и процентных надбавок устанавливаются Правительством РФ. Аналогичное правовое регулирование содержится в Законе РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-1 "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" (далее - Закон РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-1).

На федеральном уровне до настоящего времени соответствующих постановлений не принято, поэтому в силу ч. 1 ст. 423 ТК РФ к заработной плате работников подлежат применению районные коэффициенты (для производственных и непроизводственных отраслей экономики) и процентные надбавки, установленные органами государственной власти бывшего Союза ССР или органами государственной власти Российской Федерации.

Процентные надбавки за стаж работы в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к ним, установлены Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 г. "Об упорядочении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера" и Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 г. N 1980-7 "О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера".

Органам государственной власти субъектов Российской Федерации и органам местного самоуправления предоставлено право за счет средств соответственно бюджетов субъектов Российской Федерации и бюджетов муниципальных образований устанавливать более высокие размеры районных коэффициентов и процентных надбавок для учреждений, финансируемых соответственно за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных бюджетов. Нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации может быть установлен предельный размер повышения районного коэффициента и процентной надбавки, устанавливаемого входящими в состав субъекта Российской Федерации муниципальными образованиями (ч. 2 ст. 316 ТК РФ, ст. 317 ТК РФ, ст. 10 Закона РФ от 19 февраля 1993 г. N 4520-1).

Руководствуясь приведенными нормативными предписаниями, суд приходит к выводу, что районные коэффициенты и процентные надбавки к заработной плате работников являются элементами заработной платы, выплачивать которую в полном размере в силу ст. 22 ТК РФ - прямая обязанность работодателя.

С учетом приведенных нормативных актов, исходя из представленных истцом ФИО5 сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда РФ в г. Братске и Братском районе, местом постоянного проживания и работы истца до заключения трудового договора с ответчиком являлся Братский район, при этом стаж ее работы в Братском районе к моменту принятия на работу к ответчику составлял 7 месяцев, исходя из архивной справки архивного отдела Администрации МО «Братский район» от 29.05.2019 №С-553 и 9 месяцев 3 дня, согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, в общей сложности – 16 полных месяцев. Таким образом, исходя из размера указанного стажа, возраста истца на момент начала трудовой деятельности, истец ФИО5 имеет право на получение к заработной плате 30% районного коэффициента и 20% северной надбавки.

Во исполнение требований ст.ст. 129, 133, 133.1, 146, 148, 315, 316, 317 ТК РФ минимальный размер оплаты труда ФИО8, отработавшей полностью месячную норму рабочего времени, в период с 01.12.2018 по 31.12.2018 должен был составлять не менее 16 774 руб. 50 коп. в месяц (11 163 руб. х 1,5); в период с 01.01.2019 по 31.03.2019 должен был составлять не менее 16 920 руб. в месяц (11 280 руб. х 1,5).

Исходя из указанного гарантированного законом минимального размера платы труда и вышеприведенных данных о фактических начислениях заработной платы, недоначисления заработной платы ФИО8 составили:

- за декабрь 2018 – 1 433 руб. 12 коп. = 15 858 руб. 72 коп. (16 774 руб. 50 коп.:150,2 час. (норма рабочего времени) х 142 час. (фактически отработано) – 14 425 руб. 60 коп. (выплачено);

- за январь 2019 – 2 699 руб. 22 коп. = 20 458 руб. 82 коп. (16 920 руб.: 122,4 час. (норма рабочего времени) х 148 час. (фактически отработано) – 17 759 руб. 60 коп. (выплачено);

- за февраль 2019 – 1 527 руб. 21 коп. = 14 790 руб. 20 коп. (16 920 руб.: 143 час. (норма рабочего времени) х 125 час. (фактически отработано) – 13 263 руб. (выплачено 6 631 руб. 50 коп. + 6 631 руб. 50 коп. направлено в Братский МОСП по ОПИ УФССП России по Иркутской области на основании исполнительного документа); 

- за март 2019 – недоначисление заработной платы отсутствует, поскольку начисления по расчету суда должны были составить: 4 496 руб. 22 коп. = 14 790 руб. 20 коп. (16 920 руб.: 143 час. (норма рабочего времени) х 38 час. (фактически отработано), а выплачено – 5 017 руб. (выплачено 2258 руб. 50 коп. + 2 758 руб. 50 коп. направлено в Братский МОСП по ОПИ УФССП России по Иркутской области на основании исполнительного документа); 

Таким образом, сумма недоначисленной ответчиком МУП «ВГХ» истцу ФИО5 заработной платы за период с 01.12.2018 по 10.03.2019 года составила 5 659 руб. 55 коп. (1 433 руб. 12 коп. + 2 699 руб. 22 коп. + 1 527 руб. 21 коп.). Суд не принимает расчет истца в части недоначисленной заработной платы в размере 34 584 руб., как не основанный на нормах закона и полагает, что исковые требования в указанной части в размере 28 924 руб. 45 коп. не подлежат удовлетворению. 

По данным, представленным МУП «ВГХ» истцу ФИО6 было выплачено: 14 348 руб. 60 коп. – оплата за выполненные работы за декабрь 2018; 19312 руб. 60 коп. оплата за выполненные работы за январь 2019; 14 158 руб. (оплата за выполненные работы за февраль 2019); 10 263 руб. (оплата за выполненные работы за март).

Приведенные фактические размеры месячной заработной платы ФИО6 в указанные периоды времени не соответствуют вышеизложенным требованиям действующего трудового законодательства, так как не обеспечивают повышенный размер оплаты ее труда из расчета установленного размера ежемесячной минимальной заработной платы с начислением на него районного коэффициента в размере 40% и надбавки к заработной плате в связи с работой в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, в размере 50%.

Во исполнение требований ст.ст. 129, 133, 133.1, 146, 148, 315, 316, 317 ТК РФ минимальный размер оплаты труда ФИО6, отработавшей полностью месячную норму рабочего времени, в период с 01.12.2018 по 31.12.2018 должен был составлять не менее 21 209 руб. 70 коп. в месяц (11 163 руб. х 1,9); в период с 01.01.2019 по 31.03.2019 должен был составлять не менее 21 432 руб. в месяц (11 280 руб. х 1,9).

Исходя из указанного гарантированного законом минимального размера платы труда и вышеприведенных данных о фактических начислениях заработной платы, недоначисления заработной платы ФИО6 составили:

- за декабрь 2018 – 5 703 руб. 18 коп. = 20 051 руб. 78 коп. (21 209 руб. 70 коп.:150,2 час. (норма рабочего времени) х 142 час. (фактически отработано) – 14 348 руб. 60 коп. (выплачено);

- за январь 2019 – 8 352 руб. 89 коп. = 27 665 руб. 49 коп. (21 432 руб.: 122,4 час. (норма рабочего времени) х 158 час. (фактически отработано) – 19 312 руб. 60 коп. (выплачено);

- за февраль 2019 – 6 374 руб. 75 коп. = 20 532 руб. 75 коп. (21 432 руб.: 143 час. (норма рабочего времени) х 137 час. (фактически отработано) – 14 158 руб.; 

- за март 2019 – 8 471 руб. 27 коп. = 18 734 руб. 27 коп. (21 432 руб.: 143 час. (норма рабочего времени) х 125 час. (фактически отработано) – 10 263 руб. 

Таким образом, сумма недоначисленной ответчиком МУП «ВГХ» истцу ФИО6 заработной платы за период с 01.12.2018 по 31.03.2019 года составила 28 902 руб. 09 коп. (5 703 руб. 18 коп. + 8 352 руб. 89 коп. + 6 374 руб. 75 коп. + 8 471 руб. 27 коп.). Суд не принимает расчет истца в части недоначисленной заработной платы в размере 34 584 руб., как не основанный на нормах закона и полагает, что исковые требования в указанной части в размере 5 681 руб. 91 коп. не подлежат удовлетворению. 

Установив, что в результате незаконного увольнения истцы были лишены возможности трудиться, суд, руководствуясь положениями ст. 394 ТК РФ приходит к выводу о возложении на ответчика МУП «ВГХ» материальной ответственности по выплате истцам ФИО5, ФИО6 среднего заработка за время вынужденного прогула, который согласно п. 18 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" во всех случаях средний месячный заработок работника, отработавшего полностью в расчетный период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть менее установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Период вынужденного прогула истцов составляет: ФИО5 с 11.03.2019 по 07.06.2019, ФИО6 с 01.04.2019 по 07.06.2019. 

При исчислении заработной платы за время вынужденного прогула, суд исходит из следующего.

Согласно п.п. 7.1, 7.1.1, 7.2, 7.3, 7.4, 7.5 Правил внутреннего трудового распорядка МУП «ВГХ», утвержденных директором МУП «ВГХ» ФИО7 04.04.2018, на предприятии устанавливается пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов в неделю для мужчин и 36 часов в неделю для женщин с двумя выходными днями (суббота и воскресенье), продолжительность ежедневной работы составляет 8 часов для мужчин и 7 часов 12 минут для женщин соответственно. Иной режим рабочего времени и времени отдыха устанавливается трудовым договором с работником. Условие для установления работнику режима ненормированного рабочего дня включается в трудовой договор с работником. Работодатель ведет учет времени, фактически отработанного каждым работником, в табеле учета рабочего времени.

Статьей 91 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что общая продолжительность рабочего времени за учетный период не должна превышать нормального числа рабочих часов, установленного Трудовым кодексом Российской Федерации, то есть 40 часов в неделю.

Статьей 104 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что когда по условиям производства (работы) у индивидуального предпринимателя, в организации в целом или при выполнении отдельных видов работ не может быть соблюдена установленная для данной категории работников (включая работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда) ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, допускается введение суммированного учета рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал и другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов.

Нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени. Для работников, работающих неполный рабочий день (смену) и (или) неполную рабочую неделю, нормальное число рабочих часов за учетный период соответственно уменьшается.

Поскольку трудовой договор между истцами ФИО6, ФИО5 и МУП «ВГХ» не заключался, а оплата производилась исходя из количества отработанных часов в смену, суд делает вывод о том, что к данным трудовым отношениям применим суммированный учет рабочего времени.

В соответствии с ч. 3 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, п.п. 4,5 Положения "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", утверждённого Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

При исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если:

а) за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации,

б) работник получал пособие по временной нетрудоспособности.

В соответствии с пунктом 13 указанного выше Положения при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок.

Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период.

Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.

Определяя среднечасовой заработок истца ФИО5, суд исходит из расчета: 15 858 руб. 72 коп. + 20 458 руб. 82 коп. + 14 790 руб. 20 коп. + 5 017 руб. = 56 124 руб. 74 коп. : 453 час. = 123 руб. 89 коп.

Согласно указанному расчету среднечасовой заработок истца ФИО5 составляет 123 руб. 89 коп. 

Ответчиком не представлены графики смен истцов за весь период вынужденного прогула, поскольку такой график составлен не был, поэтому при суммированном учете рабочего времени допустимо использовать производственный календарь за период с 10 марта 2019 по 07 июня 2019, исходя из нормальной продолжительности рабочего времени.

Таким образом, расчет среднего заработка ФИО5 за время вынужденного прогула будет следующим: 123 руб. 89 коп. х 430 час. (108 час. (за период с 10.03.2019 по 31.03.2019 - 3 недели по 36 час.) + 157,4 час. (апрель 2019) + 128,6 час. (май 2019) + 36 час. (за период с 01.06.2019 по 07.06.2019)= 53 275 руб. 14 коп. 

Суд не принимает расчет истца ФИО5 в части оплаты вынужденного прогула в размере 62 849 руб. 34 коп., как не основанный на нормах закона и полагает, что исковые требования в указанной части в размере 9 574 руб. 20 коп. не подлежат удовлетворению. 

Определяя среднечасовой заработок истца ФИО6, суд исходит из расчета: 20 051 руб. 78 коп. + 27 665 руб. 49 коп. + 20 532 руб. 75 коп. + 18 734 руб. 27 коп. = 86 984 руб. 29 коп. : 562 час. = 154 руб. 78 коп.

Согласно указанному расчету среднечасовой заработок истца ФИО6 составляет 154 руб. 78 коп. 

Таким образом, расчет среднего заработка ФИО6 за время вынужденного прогула будет следующим: 154 руб. 78 коп. х 322 час. (157,4 час. (апрель 2019) + 128,6 час. (май 2019) + 36 час. (за период с 01.06.2019 по 07.06.2019)= 49 839 руб. 16 коп.

Суд не принимает расчет истца ФИО6 в части оплаты вынужденного прогула в размере 44 364 руб. 24 коп., как неверный, при этом руководствуется следующим.

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии с абз. 1, 2 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Таким образом, восстанавливая ФИО6 на работе, суд на основании указанных норм закона, исходит из установленной законом обязанности определить размер заработной платы за все время вынужденного прогула в соответствии с требованиями законодательства и вправе в этом случае по своей инициативе выйти за пределы заявленных истицей требований с учетом соблюдения ее трудовых прав, поскольку расчет, выполненный истицей, является неверным.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан, в том числе, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 24.07.2009 г. № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» плательщиками страховых взносов являются страхователи, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, к которым относятся организации.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 28 Федерального закона «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» плательщики страховых взносов обязаны правильно исчислять и своевременно уплачивать (перечислять) страховые взносы.

В силу ст. 14 Федерального закона от 15.12.2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователи (работодатели) обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в указанный Фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 01.04.1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь представляет в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации сведения о всех лицах, работающих у него по трудовому договору, а также заключивших договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы, за которых он уплачивает страховые взносы.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 15.12.2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» суммы страховых взносов, поступившие за застрахованное лицо в Пенсионный фонд Российской Федерации, учитываются на его индивидуальном лицевом счете по нормативам, предусмотренным настоящим Федеральным законом и Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования».

Ответчиком были представлены в Пенсионный фонд индивидуальные сведения в отношении истцов ФИО5, ФИО6 за отработанный период времени не в полном объеме, страховые взносы не перечислялись.

Таким образом, суд полагает возможным обязать ответчика МУП «ВГХ» предоставить в Государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в г. Братске и Братском районе Иркутской области, Фонд социального страхования РФ индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам на ФИО5 и ФИО6 за период с 01.12.2018 по 07.06.2019 и произвести соответствующие отчисления.

Рассматривая требования истцов о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суд находит установленным причинение истцам ФИО5 и ФИО6 действиями ответчика нравственных страданий, в связи с чем, считает требование истцов о взыскании компенсации морального вреда обоснованным. 

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень нравственных страданий истцов, связанных с нарушением их трудовых прав, и с учетом всех заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании в пользу истцов компенсации морального вреда в размере по 1 500 руб. в пользу каждого истца. Оснований для удовлетворения требований в большем размере судом не установлено.

В соответствии со ст. 393 ТК РФ при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с ответчика МУП «ВГХ» подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере в размере 4 253 рубля 52 копейки, исчисленная в соответствии с требованиями ст. 333.19 Налогового кодекса РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО5, ФИО6 к Муниципальному унитарному предприятию «Вихоревское городское хозяйство» об установлении факта трудовых отношений, обязании заключить трудовой договор, восстановлении на работе, взыскании недоначисленной заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, начислении взносов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования, удовлетворить частично. 

Признать отношения между ФИО5, ФИО6 и Муниципальным унитарным предприятием «Вихоревское городское хозяйство» трудовыми с 01.12.2018 года. 

Восстановить ФИО5, ФИО6 на работе в Муниципальное унитарное предприятие «Вихоревское городское хозяйство» в должности кондуктора. 

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Вихоревское городское хозяйство» в пользу ФИО5 недоначисленную заработную плату в размере 5 659 руб. 55 коп., средний заработок за время вынужденного прогула с 11.03.2019 по 07.06.2019 в размере 53 275 руб. 14 коп. 

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Вихоревское городское хозяйство» в пользу ФИО6 недоначисленную заработную плату в размере 28 902 руб. 09 коп., средний заработок за время вынужденного прогула, с 01.04.2019 по 07.06.2019 в размере 49 839 руб. 16 коп.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Вихоревское городское хозяйство» в пользу ФИО5, ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 1 500 руб. в пользу каждого истца. 

Обязать ответчика Муниципальное унитарное предприятие «Вихоревское городское хозяйство» предоставить в Государственное учреждение – Управление пенсионного фонда Российской Федерации в г. Братске и Братском районе Иркутской области, Фонд социального страхования РФ индивидуальные сведения по начисленным и уплаченным страховым взносам на ФИО5 и ФИО6 за период с 01.12.2018 по 07.06.2019 и произвести соответствующие отчисления.

В удовлетворении требований истца ФИО5 о взыскании недоначисленной заработной платы в размере 28 924 руб. 45 коп., среднего заработка за время вынужденного прогула с 11.03.2019 по 07.06.2019 в размере 9 574 руб. 20 коп., компенсации морального вреда в размере 13 500 руб., ФИО6 о взыскании недоначисленной заработной платы в размере 5 681 руб. 91 коп., компенсации морального вреда в размере 13 500 руб., – отказать. 

В удовлетворении требований об обязании ответчика Муниципальное унитарное предприятие «Вихоревское городское хозяйство» заключить с истцами ФИО5 и ФИО6 трудовой договор для работы в должности кондуктора с окладом 11 280 рублей отказать. 

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Вихоревское городское хозяйство» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 4 253 рубля 52 копейки. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Братский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ю.Ю. Старникова