Дело № 2-11 (2019 г.)

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пгт. Могойтуй 30 января 2019 года

Могойтуйский районный суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Андановой Д.Г.,

при секретаре судебного заседания Дашиевой С.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя третьего лица - Дульдургинской районной прокуратуры - заместителя прокурора Могойтуйского района Забайкальского края Данзановой Б.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с иском, в обоснование которого указал следующее. 30 марта 2016 года в отношении него заместителем руководителя Агинского межрайонного следственного отдела СУ СК Российской Федерации по Забайкальскому краю было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ. 20 апреля 2016 года в отношении него же руководителем Акшинского межрайонного следственного отдела СУ СК Российской Федерации по Забайкальскому краю было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.307 УК РФ. Данные уголовные дела соединены в единое производство. Срок следствия по уголовному делу продлевался до 9 месяцев. 22.11.2016 года в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Приговором Дульдургинского районного суда Забайкальского края от 15 февраля 2018 года он признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.285 и ч.2 ст.307 УК РФ, и ему было назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы условно, с испытательным сроком в 2 года. 

07 июня 2018 года Забайкальский краевой суд вынес апелляционный приговор о

признании его невиновным и оправдании по обвинению в совершении

преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 307 УК РФ, в связи с отсутствием в

его деяниях состава этих преступлений. На основании ст. 134 УПК РФ за ним признано право на реабилитацию.

Считает, что в результате незаконного уголовного преследования и незаконного осуждения он претерпел нравственные страдания и ему причинен моральный вред. Степень его физических и нравственных страданий увеличивало то, что избрание в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде ограничивало в свободе передвижения, он не мог выехать за пределы Могойтуйского района, чтобы трудоустроиться и обеспечивать финансово свою семью. Длительность уголовного судопроизводства сверх разумного срока, учитывая объем и сложность уголовного дела в отношении него, составила более двух лет, всего было проведено 27 судебных заседаний. В период уголовного преследования у него ухудшилось состояние здоровья, в связи с чем судебные заседания несколько раз откладывались. За время незаконного уголовного преследования он приобрел ряд заболеваний, в частности, 

<

данные изъяты> которые имеют прямую связь с его переживаниями. Кроме того, в период предварительного следствия и рассмотрения дела, со стороны прокуратуры Дульдургинского района в средствах массовой информации неоднократно размещалась информация, порочащая его честь и достоинство, как офицера полиции в отставке. Ему пришлось подать жалобы на СМИ, указывая на незаконность их действий по опубликованию его полных личных данных. Эти обстоятельства значительно увеличивали его нравственные страдания. Тем более, что его знакомые и незнакомые ему люди изменили о нём мнение в негативную сторону. Кроме этого, на протяжении всего предварительного следствия он вызывался к следователю более 10 раз, участвовал в 22 судебных заседаниях. В ходе следствия следователь по указанию прокурора пытался лишить его защитника, им вынесено необоснованное постановление об отводе защитника. В связи с этим ему и его защитнику пришлось обратиться в суд и оспорить незаконное решение следователя. При этом он испытывал огромное нервное напряжение, опасаясь остаться без квалифицированной юридической помощи. В ходе следствия им и его защитником неоднократно вносились различные ходатайства, в частности, о дополнении следствия, проведении отдельных следственных действий, выдаче копий следственных действий с его участием, однако, в удовлетворении всех его ходатайств необоснованно отказывалось. В связи с этим, он испытывал чувство безысходности и несправедливости, которое у него усиливалось и в ходе рассмотрения уголовного дела в суде Дульдургинского района. При рассмотрении дела в данном суде им и его защитником вносились ходатайства об отводе судьи и прокурора Дульдургинского района, которые были отклонены. Данные ходатайства вносились ввиду того, что в ходе рассмотрения уголовного дела наблюдались факты, свидетельствующие о предвзятости и необъективности суда, которые являлись основанием для его отвода.

Указанные обстоятельства в совокупности с отсутствием справедливого и беспристрастного предварительного следствия и судебного разбирательства заставляли его испытывать чувство безысходности. С учетом изложенного считает справедливой и разумной денежную компенсацию морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности и незаконное осуждение, длительность судебного разбирательства сверх разумных сроков в размере 1 500 000 рублей.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству представителем Министерства финансов РФ ФИО3 поданы возражения на иск, в которых он просит в удовлетворении требований отказать, считает, что заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей является явно завышенной, не подтверждена фактическими материалами, позволяющими определить степень и полноту причиненных истцу физических и нравственных страданий. Указывает, что к исковому заявлению не приложены доказательства того, что истец действительно претерпел нравственные и физические страдания, и в чем конкретно они выражались в связи с незаконным уголовным преследованием, которые негативно сказывались на его здоровье и психическом состоянии, а также наличия причинно-следственной связи между причиненным моральным вредом и незаконным привлечением к уголовной ответственности. Не согласен с утверждениями истца о невозможности трудоустроиться по месту жительства, поскольку он не был заключен под стражу, к нему была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде, что не мешало истцу заниматься своими личными делами. Истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что примененная в отношении него мера пресечения реально лишила его возможности трудиться, выезжать за пределы места жительства и проходить лечение в различных медицинских учреждениях края, каким-либо образом ограничивала свободу передвижения, Кроме того, истцом не представлены документы, подтверждающие факты обращения к следователю с уведомлением о выезде за пределы места жительства, а также отказа последнего. Истец является пенсионером МВД, достиг пенсионного возраста, и вопрос о его трудоустройстве не является актуальным. Не согласен с утверждениями истца о том, что в результате переживаний из-за незаконного уголовного преследования ухудшилось состояние его здоровья, приобрел ряд заболеваний, поскольку считает, что необходим врач -специалист, чтобы разъяснил течение заболевания, связь заболевания с переживаниями, необходимо экспертное заключение, сделанное на основании подробно исследованных всех медицинских документов истца. Заявленная истцом сумма морального вреда требует обоснования ее размера и доказывания того, что именно эта сумма является достаточной и соответствует требованиям разумности и справедливости. Кроме того, необходимо установление причинно-следственной связи между незаконностью действий и наличием причиненного вреда. Считает, что в материалах дела отсутствуют документальные доказательства претерпевания истцом морального вреда, не установлен факт причинения истцу нравственных или физических страданий, следовательно, исковые требования не подлежат удовлетворению в заявленных размерах.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, привел доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика - Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Забайкальскому краю ФИО3 на судебное заседание не явился, о дате рассмотрения дела извещен, ходатайствовал о рассмотрении дела без участия представителя. 

Представитель третьего лица – прокуратуры Дульдургинского района Данзанова Б.Д. в судебном заседании пояснила, что не оспаривает факт незаконного уголовного преследования, поскольку имеется вступивший в законную силу приговор суда об оправдании истца. В связи с этим истец, безусловно, перенес нравственные страдания. Однако, заявленная им сумма компенсации морального вреда является чересчур завышенной. Поэтому просит при определении его размера учесть принципы разумности и справедливости, а также и то, что истец в результате увольнения со службы не был лишен источника дохода, получает пенсию. Кроме того, следует учесть, что его доводы о невозможности выезжать за пределы муниципального района в связи с нахождением под подпиской о невыезде, не подтверждены какими-либо письменными доказательствами.

Третье лицо - СУ СК России по Забайкальскому краю на судебное заседание своего представителя не направило, о дате и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом.

Руководствуясь ч. 4, 5 ст. 167 ГПК РФ, суд приходит к выводу о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения истца, представителя третьего лица, изучив и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, постановлением следователя Агинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по возбужденному в отношении него уголовному делу по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.285, ч.2 ст.307 УК РФ (л.д. 55-57). 

Приговором Дульдургинского районного суда Забайкальского края от 15.02.2018 года истец ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 307 УК РФ, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ к 2 годам лишения свободы, условно с испытательным сроком 2 года.

Апелляционным приговором Забайкальского краевого суда от 07.06.2018 года приговор Дульдургинского районного суда в отношении ФИО1 отменен и постановлен новый приговор, которым он признан невиновным и оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 307 УК РФ, за отсутствием в его деяниях состава этих преступлений. На основании ст. 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию. Этим же приговором оставлены без изменения постановления Дульдургинского районного суда Забайкальского края от 13 февраля 2017 года об отказе в удовлетворении ходатайства об отводе судьи и государственного обвинителя (л.д. 31-54). 

К исковому заявлению также приложены:

постановление следователя по особо важным делам Агинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю (л. д. 58-59), которым отказано в удовлетворении ходатайства защитника Эрдынеевой В.А. о предоставлении ей копий материалов уголовного дела;

постановления следователя Агинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю (л. д. 69-79), которыми отказано в удовлетворении ходатайства защитника Эрдынеевой В.А. о прекращении уголовного дела, допросе свидетеля, проведении очной ставки, проведении почерковедческой экспертизы, запросе статистических данных о служебной деятельности, проведении психофизиологических исследований;

постановление следователя об отводе защитника Эрдынеевой В.А. (л. д. 60);

постановление руководителя Агинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю об отмене постановления следователя об отводе защитника (л. д. 61);

постановление судьи Дульдургинского районного суда Забайкальского края, которым производство по жалобе адвоката Эрдынеевой В.А. на действия (бездействие) следователя межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю прекращено (л. д. 62-65);

постановления Дульдургинского районного суда Забайкальского края, которыми в удовлетворении ходатайства защитника Эрдынеевой В.А. об отводе судьи и государственного обвинителя отказано (л. д. 66-68).

Также в материалы дела истцом представлены копии опубликованных изданий с информацией о возбуждении уголовного дела и осуждении ФИО1, источниками которых являются средства массовой информации: Вечорка, Забайкальское информационное агентство, Новости Читы и Забайкальского края, Aginskoe24.ru, Новости прокуратуры РФ, Мангазея, Вести-Чита, zabinfo.ru, «Zabmedia», «Агинская правда» (л. д. 81-102).02.04.2018 года ФИО1 в адрес сетевого издания подано заявление с требованием привести их действия в соответствие с действующим законодательством.

Из выписного эпикриза (л. д. 104) следует, что ФИО1 находился на 

<

данные изъяты> 

Согласно справке от 

<

ДАТА> и выписному эпикризу (л. д. 103) ФИО1 находился 

<

данные изъяты> (л. д. 103,105). Допрошенные по ходатайству истца свидетели ФИО8, ФИО2, ФИО9 показали, что истец вынужден был уволиться со службы в связи с возбуждением уголовного дела, поскольку на него повлияло руководство. Состояние здоровья было хорошее, иначе бы он не служил в правоохранительных органах. В период уголовного преследования состояние его здоровья ухудшилось, он приобрел ряд заболеваний, которыми он не страдал ранее. Кроме того, в средствах массовой информации было много сведений о привлечении его к уголовной ответственности, в связи с чем ФИО1 замкнулся, нигде не появлялся, был подавлен.

Оценив представленные доказательства в совокупности, учитывая, что оправдание ФИО1 является основанием для возникновения права на реабилитацию посредством компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что в силу закона он имеет право на денежную компенсацию морального вреда, так как был незаконно привлечен к уголовной ответственности и осужден по ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 307 УК РФ.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет в частности, осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда.

Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Статьей 1071 ГК РФ установлено, что в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина

В соответствии со ст. 165, 242.2 Бюджетного кодекса РФ на Министерство финансов РФ возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного незаконными действиями и решениями органов государственной власти, либо должностного лица.

В силу ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абзаца 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному, суд должен учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения лица за перенесенные страдания.

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием и осуждением, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц. 

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При разрешении требования истца суд учитывает, что сам факт незаконного привлечения его к уголовной ответственности и осуждение повлекли его нравственные переживания, а также характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, а именно: истец длительное время - более 2 лет находился в состоянии неопределенности относительно исхода уголовного преследования; тяжесть предъявленного обвинения в преступлениях, которые он не совершал; характер избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и длительность применения такой принудительной меры в отношении истца, соответственно незаконное ограничение конституционных прав в виде свободного передвижения; длительность уголовного преследования, в рамках которого он был допрошен в качестве подозреваемого, обвиняемого с последующим вынесением обвинительного приговора.

Кроме того, в период уголовного преследования истец находился в стрессовой ситуации, поскольку сведения о привлечении его к уголовной ответственности были известны широкому кругу коллег и населения, в результате чего он потерял авторитет и уважение с их стороны. Неоднократные вызовы в следственные органы сказались на его самочувствии, он испытывал чувство подавленности, положение обвиняемого по уголовному делу его угнетало и тяготило.

У него ухудшилось состояние здоровья, стал обращаться к врачам с проблемами на здоровье, которые развились на фоне указанных событий. Кроме этого, в средствах массовой информации в отношении него было опубликовано большое количество репортажей о совершении им должностного преступления, что также дискредитировало его.

Доводы представителей ответчика и третьего лица о том, что примененная в отношении истца мера пресечения в виде подписки о невыезде не лишала его возможности свободно передвигаться, так как не ограничивала его право покидать свое место жительства с разрешения следователя, однако он за таким разрешением не обращался, не влияют на выводы суда, поскольку причинение истцу морального вреда заключается в самом факте незаконного привлечения его к ответственности и избрания в отношении него данной меры пресечения, которой нарушаются его личные неимущественные права, такие как достоинство личности, личная неприкосновенность, право свободного передвижения.

Также не могут быть приняты доводы представителя ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между незаконным уголовным преследованием и причиненным вредом, поскольку факт причинения истцу морального вреда в данном случае не требует доказывания, поскольку заключается в испытанных им нравственных страданиях, вызванных посягательством на гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека, свободу и неприкосновенность личности, честь, достоинство, доброе имя, которые подвергались унижению посредством обвинения истца в совершении преступлений, которые он не совершал.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает также требования разумности и справедливости, поэтому считает, что представитель ответчика правомерно ссылается на то, что размер компенсации, указанный истцом, чрезмерно завышен.

Учитывая изложенное, а также продолжительность уголовного преследования, оправдание по всем преступлениям, в совершении которых обвинялся истец, степень его нравственных страданий, причиненных ему незаконным уголовным преследованием и осуждением приговором суда, принимая во внимание требования разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, суд приходит к выводу о возможности взыскания компенсации морального вреда, причиненного истцу, в размере 300 000 рублей.

Поскольку моральный вред причинен истцу незаконным привлечением к уголовной ответственности, компенсация морального вреда подлежит взысканию с Министерства финансов РФ.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198, 199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300 000 (триста тысяч) рублей.

В остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда через Могойтуйский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья Д.Г. Анданова