РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Усть-Уда 3 апреля 2017 года

Усть-Удинский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Бахановой Л.М., при секретаре Толстоуховой С.В., с участием представителя истца – адвоката Закшеевой Г.В., ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 

<

обезличено> по исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору купли-продажи,

УСТАНОВИЛ

Обратившись в суд с вышеназванным иском, истец ФИО2 ссылалась на то, что ею с ответчиком ФИО1 

<

дата обезличена> был заключен договор, по условиям которого она обязалась передать в собственность последнего № 

<

обезличено> помещения: жилое и нежилое – расположенные в № 

<

обезличено> строении – доме по адресу: 

<

адрес обезличен>, соответственно нежилое помещение магазина № 

<

обезличено> и жилая 

<

адрес обезличен>, а ФИО1 - принять и оплатить. Квалифицируя данный договор не предварительным, а направленным на приобретение недвижимого имущества, основывая свои требования на действии п. 4 названного договора о цене приобретаемого имущества, просит взыскать с ответчика 

<

данные изъяты> рублей – ту доплату, равную № 

<

обезличено> %, к цене приобретаемого имущества, определенной в п. 2 договора. 

В судебном заседании представитель истца – адвокат Закшеева Г.В. исковые требования с учетом уменьшения их размера поддержала по доводам, изложенным в иске, просила взыскать с ответчика 

<

данные изъяты> рублей. Указала на ничтожность условий договора о дарении имущества ввиду его возмездного характера, на основании чего полагала согласованной продажной ценой имущества цену, указанную в п. 4 договора. 

Ответчик ФИО1 исковые требования не признал, подтвердил, что между ним и истцом был заключен договор купли-продажи № 

<

обезличено> помещений, по которому он свои обязательства по оплате имущества исполнил полностью, требование о доплате необоснованно, полагает, что в части п. 4 договора его следует признать недействительным. 

Заслушав участников процесса, исследовав и оценив представленные письменные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно выписке из ЕГРИП от 

<

дата обезличена> ответчик ФИО1 поставлен на учет в качестве индивидуального предпринимателя 

<

дата обезличена>, истец ФИО2 прекратила свою деятельность в качестве предпринимателя 

<

дата обезличена>. С учетом изложенных обстоятельств, сопоставляя их с датой заключения договора – от 

<

дата обезличена>, суд полагает возможным рассмотреть данный иск, как отнесенный к подведомственности судов общей юрисдикции. 

Судом установлено, между ФИО2 и ФИО1 

<

дата обезличена> был подписан договор, озаглавленный как договор о намерениях передачи в собственность помещений, и согласно которому стороны обязались: ФИО2 передать в собственность ФИО1, а последний - принять и оплатить № 

<

обезличено> помещения по адресу: 

<

адрес обезличен>, соответственно нежилое помещение магазина № 

<

обезличено> и жилая 

<

адрес обезличен>.

Продаваемые помещения принадлежали ФИО2 на праве собственности, по актуальным данным ЕГРП право собственности на помещения зарегистрировано за ней. Сторонами мер к государственной регистрации перехода права собственности на основании данного договора не предпринималось. 

Согласно п. 2 договора стоимость отчуждаемых объектов составляет 

<

данные изъяты> руб.

В п. 4 договора предусмотрены условия увеличения цены договора, указанной в п. 2 договора, на № 

<

обезличено> % при условии, «если Сторона-2 (ФИО1) будет настаивать на заключении в последующем и регистрации в управлении Росреестра по 

<

адрес обезличен> договоров купли-продажи» - буквально по тексту договора. 

Определяя в качестве юридически значимых обстоятельств и подлежащих доказыванию существование договорных отношений между истцом и ответчиком, заключенность договора, суд переходит к разрешению данных обстоятельств. 

В силу п. 1 ст. 555 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества. 

Применительно к договору купли-продажи жилого помещения ч. 1 ст. 558 ГК также предусмотрена обязанность согласовать условие о перечне лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением. 

Исследование представленного договора суду показало, что это, исходя из буквального толкования его содержания, в частности п. 1 договора, есть договор купли-продажи недвижимого имущества. 

Данное обстоятельство сторонами не оспорено, напротив, каждая из сторон утверждает о заключении именно договора купли-продажи. 

Сделка была совершена в соответствующей форме, предусмотренной ст. 550 ГК РФ. Отсутствие требуемой ст. 551 ГК РФ государственной регистрации перехода права собственности не умаляет законности самой сделки в части соблюдения ее формы. 

Кроме того, в соответствии с изменениями, внесенными в ГК РФ, сам договор купли-продажи жилого помещения не подлежит государственной регистрации - данное правило действовало и на момент подписания договора. 

Так, правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в ст. 558 ГК РФ, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 года (Федеральный закон от 30.12.2012 N 302-ФЗ).

Существенные условия договора купли-продажи недвижимости сторонами согласованы – определен предмет договора с приведением данных, позволяющих точно идентифицировать его, цена. В целом, договор соответствует императивным правовым нормам. 

У обеих сторон договора имеется свой экземпляр договора, по содержанию которые друг другу идентичны – установлено судом при их обозрении. 

Анализ содержания договора не позволяет суду прийти к выводу, что данный договор не содержит неопределенности относительно цены подлежащего продаже имущества: в п. 2 приведена конкретная цена, в том числе прописью, здесь же приведен детально график платежей: часть оплаты произведена до подписания договора, применительно к оставшейся части установлен помесячный график платежей. 

Несовпадение сведений о цене недвижимого имущества, приведенной в абз. 1 п. 2 договора и графике платежей в том же пункте договора - с разницей в 

<

данные изъяты> рубль суд находит несущественным и не ставящим под сомнение согласованность условия о цене (

<

данные изъяты> рублей больше на рубль, чем сумма № 

<

обезличено> значений «

<

данные изъяты> рублей» и «

<

данные изъяты> рублей»). 

Арифметическое несовпадение в значениях оставшейся после подписания договора суммы оплаты по договору и помесячного графика (в данном графике при сложении сумм общая сумма больше суммы 

<

данные изъяты> рублей на 

<

данные изъяты> рублей), с учетом того, что представитель истца подтвердил факт оплаты всей суммы, указанной в п. 2 договора, в том числе в соответствии с помесячным графиком, ответчик представил суду соответствующие расписки, судом оценивается аналогичным образом как ставящее под сомнение согласованность условия о цене договора. 

Таким образом, суд признает, что стороны пришли к согласию относительно цены выкупаемого имущества.

Договор не содержит положений относительно лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением – квартирой. 

Вместе с тем, по данным миграционного пункта отдела полиции № 

<

обезличено> (дислокация р.

<

адрес обезличен>) за вх. № 

<

обезличено>, зарегистрированных граждан по адресу: 

<

адрес обезличен>, не значится. По данным Администрации 

<

адрес обезличен> сельского поселения за вх. № 

<

обезличено> от 

<

дата обезличена> по этому же адресу с 

<

дата обезличена> по настоящее время никто не проживает. 

С учетом данных сведений считать договор в части отчуждения жилого помещения незаключенным у суда оснований не имеется. 

В целом обе стороны находят договор заключенным. 

Действительное волеизъявление сторон договора: продавца – на возмездное отчуждение имущества, а покупателя – на приобретение его в собственность – находит свое подтверждение в объяснениях сторон, как устных, так и письменных, изложенных в иске, возражении на него, а также в самом факте принесения в суд настоящего иска.

На момент рассмотрения дела данный договор не оспорен, не признан недействительным, фактически исполнен: помещения находятся во владении и пользовании ФИО1, им же произведена оплата в размере, определенном в п. 2 договора полностью.

При таких обстоятельствах судом установлено, что между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества: жилого и нежилого помещения. 

Разрешая вопрос о наличии правовых оснований для взыскания заявленной истцом суммы, суд таковых не усматривает. 

Данное требование истца основано на действии п. 4 договора. 

Буквальный анализ данных положений свидетельствует, что данным пунктом регулируется возможность увеличения цены договора при определенных, вышеприведенных условиях. 

В данном пункте не конкретизируется, о каких договорах (во множественном числе) купли-продажи, на заключение и регистрации которых может в последующем настаивать ФИО1, идет речь. 

Договор от 

<

дата обезличена>, анализ которого приведен выше по тексту решения, как указано также выше, заключен в момент его подписания, следовательно, согласования его существенных условий, приведенных в тексте договора-документа, то есть один договор между ФИО2 и ФИО1 заключен уже – 

<

дата обезличена>. 

Данный договор не подлежит государственной регистрации в соответствии с требованиями действующего законодательства, не подлежал ей и на момент заключения договора. 

Доказательств о наступлении тех обстоятельств, которые в совокупности должны указать на наличие условия увеличения цены договора, истцом суду не представлено, в этой связи в иске следует отказать. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору от 

<

дата обезличена> купли-продажи недвижимости, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, отказать в полном объеме.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Усть-Удинский районный суд Иркутской области в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения – 

<

дата обезличена>.

Судья Л.М. Баханова