Дело № 2-2376/17

Решение

 в окончательной форме принято 18.08.2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

17 августа 2017 года г. Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе 

председательствующего судьи Матвеевой Ю.В.

при секретаре Дербышевой К.Р.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, представителя третьего лица ФИО3, старшего помощника прокурора Железнодорожного района г.Екатеринбурга Боброва А.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» в лице филиала Свердловской железной дороги о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» в лице филиала Свердловской железной дороги о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей, причиненного вследствие профессионального заболевания.

В обоснование исковых требований указано, что с 1977 по 2008 годы работал у ответчика. В 2008 году истцу диагностировано профессиональное заболевание: двухсторонняя нейросенсорная тугоухость. В соответствии с заключением комиссии по установлению связи заболевания с профессией причиной заболевания явилась длительная работа (28 лет) в условиях, связанных с вредными производственными факторами: производственный шум. Вины работника в получении профессионального заболевания не установлено. После выявления профессионального заболевания истцу было предложено перейти на другую работу, от которой он отказался в связи с низкой заработной платой, в связи с чем истец был уволен. Согласно заключению МСЭ истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% бессрочно. В связи с получением профессионального заболевания в период работы у ответчика истцу причинен моральный вред, который выразился в лишении возможности трудиться, вести активный образ жизни, что вызывает чувство неполноценности. Заявление истца о добровольном возмещении морального вреда работодатель проигнорировал. Компенсацию понесенных физических и нравственных страданий ФИО4 полагал соразмерной сумме 200 000 руб.

В судебное заседание истец не явился, извещался своевременно и надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие, направил для участия в деле представителя.

Представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования по вышеуказанным основаниям, пояснив, что у истца имеется слуховой аппарат, которым он не может пользоваться в связи с отсутствием эффекта и дискомфортом.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании иск не признали по доводам письменного отзыва (л.д.26-30), в обоснование возражений указала, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие факт причинения морального вреда, а также доказательства того, что имеющееся повреждение здоровья вызвано исключительно профессиональным заболеванием. С момента установления профзаболевания прошло более 9 лет, однако истец только в настоящее время обратился в суд. По всем указанным основаниям просила произвести снижение размера компенсации морального вреда.

Представитель третьего лица ГУ Свердловское региональное отделение Фонда социального страхования РФ ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании просила исковые требования удовлетворить, определение размера компенсации оставила на усмотрение суда, пояснив, что *** истцу было установлено профессиональное заболевание, по заключению МСЭ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30%. Истцу назначены единовременная и ежемесячная страховые выплаты в размере 17 783,50 руб. 

Помощник прокурора Железнодорожного района г.Екатеринбурга Бобров А.Ю. дал заключение о необходимости удовлетворения исковых требований.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО4 в период с *** по *** состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работая помощником машиниста, слесарем 3 разряда по ремонту локомотивов, машинистом электровоза, уволен *** в связи с отказом от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением, что подтверждается сведениями трудовой книжки.

Согласно извещению об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, выписки из журнала комиссии по установлению связи заболевания с профессией, выписному эпикризу, выданными НУЗ «Центральная клиническая больница № 1» от *** (л.д.10-13), акту о случае профессионального заболевания от *** года, истцу поставлен диагноз - *** (2 ст.) ***, заболевание профессиональное, причиной возникновения профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора – шума (шум фактический 87 ДБ, ПДУ – 75 ДБ, превышение на 12 ДБ, общая вибрация фактически 105 ДБ, ПДУ – 100 ДБ, превышение на 5 ДБ). Вина работника не установлена. Заключением комиссии МСЭ истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% (л.дл.11). 

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации возлагает на работодателя обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда.

Аналогичные положения были закреплены и в ст. ст. 139, 140 Кодекса законов о труде РФ, действовавшего в период трудовых правоотношений сторон.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Таким образом, общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В соответствии с абз. 11 ст. 3 Федерального закона N 125-ФЗ от 24.07.1998, профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу пунктов 4, 5, 6 ст.63 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" экспертиза связи заболевания с профессией проводится в целях установления причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью. Экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания. По результатам экспертизы связи заболевания с профессией выносится медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания. Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и форма медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с пунктами 13, 14, 15 «Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 N 967 учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (отравление), в месячный срок обязано направить больного на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно - профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клинику или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля) (далее именуется - центр профессиональной патологии).

Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно - эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п.14).

Медицинское заключение о наличии профессионального заболевания выдается работнику под расписку и направляется страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п.15).

Работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания (далее именуется - расследование).

Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. (п.30). Акт о случае профессионального заболевания составляется в 3-дневный срок по истечении срока расследования в пяти экземплярах, предназначенных для работника, работодателя, центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, центра профессиональной патологии (учреждения здравоохранения) и страховщика. Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра (п.31).

По смыслу ст. ст. 212, 219, 220 Трудового кодекса РФ, ст. 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Согласно статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствие со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ и пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.1996 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" предусмотрено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Учитывая исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что установлены факт работы истца у ответчика во вредных условиях труда, причинная связь между этой работой и возникновением профессионального заболевания, т.е. ухудшением здоровья истца, а также вина ответчика как работодателя в непринятии всех необходимых мер для обеспечения безопасных условий труда истца. 

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, факт нравственных и физических страданий в связи с причинением вреда здоровью является общеизвестным и доказыванию не подлежит согласно части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании сведений искового заявления судом также установлено, что истцу причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу невозможности ведения привычного образа жизни, беспокойством о состоянии своего здоровья, а также в связи с потерей работы, невозможности трудоустройства по состоянию здоровья.

Таким образом, факт причинения истцу по вине ответчика морального вреда в виде физических и нравственных страданий нашел подтверждение в судебном заседании. 

С учетом изложенного, судом установлена совокупность условий, при наличии которых на причинителя вреда возлагается обязанность по его возмещению.

Сторонами не достигнуто соглашение о компенсации морального вреда, добровольно ответчиком требования истца о выплате компенсации морального вреда не исполнено. Коллективный договор ОАО «РЖД» на 2008-2010 г.г. не содержит нормы о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.

В силу статей 12, 1064, 150, 151, п.1 ст. 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 21 22, 237, 212 Трудового кодекса Российской Федерации суд возлагает на ответчика обязанность по компенсации причиненного истцу морального вреда в сумме 70 000 руб., находя данный размер компенсации разумным и справедливым. При этом суд учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень и период таких страданий, фактические обстоятельства причинения вреда, который был причинен истцу вследствие того, что работодателем не были обеспечены безопасные условия труда.

В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в сумме, превышающей 70 000 руб., суд истцу отказывает, учитывая обстоятельства, изложенные выше. 

Доводы ответчика о том, что вина в возникновении у истца профессионального заболевания не может быть возложена на ответчика, поскольку истец на протяжении более чем 9 лет с момента выявления профессионального заболевания не обращался за возмещением вреда, признаются судом необоснованными ввиду следующего. В соответствии с ч. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Между тем, каких-либо доказательств отсутствия своей вины в возникновении у истца профессионального заболевания ответчиком не представлено. Так, профессиональное заболевание возникло в период работы у ответчика, условия труда являлись вредными в связи с превышением уровня шума. Таким образом, вина ответчика как работодателя в непринятии всех необходимых мер для обеспечения безопасных условий труда истца подтверждена материалами дела, ответчиком не опровергнута.

Что касается доводов о недоказанности факта причинения истцу физических и нравственных страданий в связи получением профессионального заболевания, то они не могут быть признаны состоятельными, поскольку бездействием ответчика, не обеспечившего безопасных условий труда ФИО4, нарушено принадлежащее истцу неимущественное благо (здоровье), что следует из искового заявления, медицинских документов, которые суд находит достаточными доказательствами факта причинения морального вреда.

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлено о взыскании расходов в сумме 25 000 рублей, несение которых подтверждается договором от ***, квитанцией об оплате юридических услуг. 

С учетом требований разумности и справедливости, объема оказанной услуги, категории спора, сложности дела, затраченного времени, суд взыскивает расходы в размере 10 000 рублей. 

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 10 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга. 

Судья: Ю.В.Матвеева