Судья первой инстанции Красько О.А. 

(дело:1-392/2023, №) Дело № 22-79/2024 

(№ 22-6967/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Владивосток 15.01.2024 года

Приморский краевой суд

В составе:

Председательствующего судьи Барабаш О.В.

при секретаре Савченко К.В.

с участием: 

прокурора Пилипенко Н.А.

адвокатов Бялгожевского О.Б.

Рыженко К.В. 

подсудимых ФИО2, ФИО1, 

представителя потерпевшего ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление и.о. прокурора Ленинского района г. Владивостока Коваля Р.Ю. на постановление Ленинского районного суда г. Владивостока от 13.11.2023 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО2, ..., 

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

ФИО1, ..., 

по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 5 ст. 291 УК РФ,

- возвращено прокурору Приморского края для устранения препятствий его рассмотрения судом, 

- мера пресечения в виде запрета определенных действий ФИО2 и ФИО9 оставлена без изменения.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выслушав прокурора Пилипенко Н.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, адвокатов Бялгожевского О.Б., Рыженко К.В., подсудимых ФИО2, ФИО1, поддержавших возражения на апелляционное представление, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, ФИО9 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 5 ст. 291 УК РФ.

22.03.2023 года уголовное дело поступило в Ленинский районный суд г. Владивостока для рассмотрения по существу. 

В ходе судебного заседания постановлением от 13.11.2023 года уголовное дело возвращено прокурору Приморского края на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В качестве обоснования возвращения указано, что существо обвинения неконкретно и противоречиво, в обвинительном заключении не указаны и неустановленны важные для дела обстоятельства. Так, из обвинительного заключения следует, что следствием из общего количества предоставленных заказных писем не проверялось и не устанавливалось, доставлялись ли заказные письма адресату, вручались либо оставлялись адресату извещения о необходимости явиться за заказным письмом, не проверялись факты оплаты штрафов. Указанное не позволяет установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для дела обстоятельства, затрудняет установление пределов судебного разбирательства, препятствует осуществлению прав и законных интересов лица, потерпевшего от преступления, свидетельствует о нарушении прав ФИО10 и ФИО9 на защиту: право знать, в чем конкретно обвиняются.

Кроме того, в обвинении не указан расчет размера причиненного ущерба. Из текста обвинения не представляется возможным определить общую сумму похищенных денежных средств. Так, представители потерпевших не указали, какими именно действиями ООО «...» причинен ущерб, каким образом он был определен и какими документами подтверждается. Общее количество недоставленных заказных писем не позволяет суду проверить правильность установления органами следствия размера ущерба, причиненного преступлением. Суд полагает, что по ч. 4 ст. 159 УК РФ размер вреда, приведенный в обвинительном заключении, является предположением, не основанном на соответствующих доказательствах и не подтвержденным экспертным заключением. 

Не согласившись с судебным решением, и.о. прокурора Ленинского района г. Владивостока Коваль Р.Ю. в апелляционном представлении просит постановление отменить, уголовное дело направить в суд первой инстанции для рассмотрения по существу. 

Ссылаясь на п. 1 ч. 1 ст. 237, ст. 171, ст. 220 УПК РФ считает, что каких-либо неясностей обвинение не содержит, поскольку действия ФИО10 и ФИО1 подробно описаны в обвинительном заключении в той мере, в какой нашли подтверждение в ходе расследования дела. В обвинительном заключении изложены обстоятельства совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ подлежащие доказыванию, в силу ст. 73 УПК РФ, и образующие объективную сторону преступления с указанием места, времени совершения, способа, мотива, цели, последствий данного преступления, суммы причиненного ущерба. 

Указывает, что в судебном заседании исследован протокол осмотра документов от 23.06.2022 года - 344 картонных коробки с почтовыми отправлениями с постановлениями о привлечении к административной ответственности за нарушения правил дорожного движения, которые не вручены адресатам. Исходя из протокола, после осмотра всех документов произведено сопоставление и анализ обнаруженных писем со сведениями из ранее осмотренных отчетов, и установлен факт невручения почтовых отправлений на общую сумму 14 859 972,13 рублей, то есть в особо крупном размере, что подтверждает обоснованность выводов следствия о причинении действиями подсудимых ущерба на указанную сумму. Данные сведения подтвердил и представитель потерпевшего.

С учетом указанного считает, что размер причиненного ущерба установлен, с учетом показаний представителя потерпевшего, в совокупности с другими доказательствами. Так, ст. 196 УПК РФ не содержит обязательного назначения экспертизы для определения суммы причиненного ущерба. На момент вынесения решения о возвращении уголовного дела доказательства, представленные сторонами, в полном объеме не исследованы. В ходе судебного следствия только допрошен представитель потерпевшего и изучен протокол осмотра от 23.06.2022 года.

Выводы суда по своему содержанию сводятся к неполноте предварительного следствия. Изложенные в постановлении сведения о нарушении требований уголовно-процессуального закона, допущенных при составлении обвинительного заключения основаниями для возращения уголовного дела прокурору не являются, не исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В возражении на апелляционное представление адвокат Бялгожевский О.Б. просит апелляционное представление оставить без удовлетворения, считая его доводы не состоятельными, не мотивированными, законодательно не обосноваными и не соответствующими установленным обстоятельствам уголовного дела. Постановление суда просит оставить без изменения. 

Считает, что апелляционное представление не содержит каких-либо обоснованных, со ссылкой на материалы уголовного дела сведений, опровергающих доводы судьи, изложенные в постановлении.

Судом верно указано, что фактически сумма ущерба потерпевшей стороне надлежащим образом не установлена. 

Считает, что осмотр предметов произведен поверхностно путем простого арифметического подсчета почтовых отправлений, без исследования и указания штрих-кодового почтового идентификатора. Сам подсчет не может подтверждать размер ущерба.

Указывает, что следствием из общего количества недоставленных писем не проверялось и не устанавливалось, доставлялись ли они адресату, вручались либо оставлялись адресатам извещения о необходимости явиться за заказным письмом. Не проверялись факты оплаты штрафов. Представитель потерпевшего в ходе судебных заседаний неоднократно поясняла, что размер ущерба и его наличие был сообщен представителями правоохранительных органов. Потерпевшая сторона не принимала мер к установлению размера ущерба.

Считает, что судом со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 года верно указано на необходимость установления стоимости похищенного имущества на основании заключения специалиста или эксперта, чего по делу выполнено не было. Доводы о размере ущерба на момент совершения преступления являются предположением следователя, не основанном на соответствующих доказательствах и не подтвержденных экспертным заключением.

При вынесении постановления суд правильно учел и проанализировал все обстоятельства. Вывод основан на всестороннем анализе норм законодательства и материалов уголовного дела, исследованных судом, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного заседания.

В возражении на апелляционное представление подсудимая ФИО1 просит постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения. 

Указывает, что согласно исследованным в судебном заседании документам, протоколу допроса представителя потерпевшего очевидно, что ущерб, якобы причиненный ... «... рассчитан исключительно органами предварительного следствия. Сведения о причиненном ущербе, его размере от потерпевшего не поступали. В судебном заседании представитель потерпевшего не смог мотивированно объяснить каким образом ущерб был рассчитан органом предварительного следствия, из чего он сложен, пояснив, что самому ... «...» ущерб не причинен. 

С учетом указанного, ссылаясь на правовые позиции, изложенные в постановлениях Конституционного Суда РФ № 18-П от 08.12.2003 года и Верховного Суда РФ № 348 от 30.11.2017 года считает, что размер причиненного ущерба, указанный в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, является не основанном на доказательствах предположением.

Ссылаясь на ст. 42 УПК РФ указывает, что органом предварительного следствия не учтено, что в структуру правительства Приморского края входят органы исполнительной власти, в том числе «Департамент по координации правоохранительной деятельности, исполнения административного законодательства и обеспечения деятельности мировых судей», в который входит ряд подведомственных учреждений, в том числе ... «...».

В описании совершенного ею и ФИО10 преступления, изложенного в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении указывается на количество писем, которые, по мнению органа предварительного следствия, не доставлялись адресату. Из текста обвинения нельзя сделать вывод относительно того, что данная корреспонденция не обрабатывалась и не направлялась адресатам, что вызывает неопределенность вмененного преступления - мошенничества, совершенного путем внесения ложных сведений в отчеты о выполнении контрактов и соотношения недоставления корреспонденции.

Осмотр предметов и документов от 23.06.2022 года сделан поверхностно, формально. В протоколе осмотра отсутствуют сведения о штрих-кодовых почтовых идентификаторах, не указаны сведения, на основании которых сделаны выводы о том, что корреспонденция адресатам не доставлялась. 

Из обвинительного заключения следует, что орган предварительного следствия самоустранился от проверки и установления фактов доставки, фактического вручения писем адресатам, доставки им извещений о необходимости получить заказное письмо.

С учетом изложенного считает, что из предъявленного обвинения невозможно сделать однозначный вывод, каким образом произведен расчет причиненного ущерба. Данные обстоятельства не позволяют установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для дела обстоятельства. Это затрудняет установление пределов судебного разбирательства, осуществление прав и законных интересов обвиняемых. 

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления, возражений на него, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции не находит оснований к признанию обжалуемого судебного решения законным и обоснованным.

Так, в соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

На основании ч. 4. ст. 7 УПК РФ, постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. 

Вместе с тем, данные требования закона судом первой инстанции не соблюдены.

Согласно ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе может возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Как указано в п.п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 года N 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 года N 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в статье 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого; обвинительное заключение не подписано следователем, обвинительное заключение не согласовано с руководителем следственного органа либо не утверждено прокурором, в обвинительном заключении отсутствуют указание на прошлые неснятые и непогашенные судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу.

Если возникает необходимость устранения иных препятствий рассмотрения уголовного дела, указанных в пунктах 2 - 5 части 1 статьи 237 УПК РФ, а также в других случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, неустранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия, судья в соответствии с частью 1 статьи 237 УПК РФ по собственной инициативе или по ходатайству стороны в порядке, предусмотренном статьями 234 и 236 УПК РФ, возвращает дело прокурору для устранения допущенных нарушений. 

При вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

Вместе с тем, из содержания постановления о возвращении уголовного дела прокурору не усматривается, что в досудебной стадии были нарушены такие права, гарантированные Конституцией Российской Федерации на судебную защиту обвиняемого, которые бы исключали возможность постановления законного и обоснованного приговора, служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу, принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

Так, обвинительное заключение соответствует положениям статьи 220 УПК РФ. В нем изложены обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, с указанием места, времени совершения, способа, мотива, цели, последствий преступлений. 

Обвинение, изложенное в обвинительном заключении, соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении ФИО2, ФИО1 в качестве обвиняемых. 

В обвинительном заключении изложены сведения о вмененном ФИО2 и ФИО12 преступлении, предусмотренном ч.4 ст. 159 УК РФ. При описании указано, что во исполнение заключенных государственных контрактов на оказание ООО ... услуг общедоступной почтовой связи ..., связанных с приемом, обработкой, пересылкой и вручением 600 000 заказных писем в рамках каждого государственного контракта, ФИО1 действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, используя служебное положение, давала поручение работникам ООО «... не осуществлять в рамках исполнения: государственного контракта от 21.01.2019 года - с 21.01.2019 года по 01.10.2019 года, государственного контракта от 27.12.2019 года - с 27.12.2019 года по 14.10.2020 года: обработку, пересылку и вручение заказных писем в полном объеме. Давала поручение подчиненному ей руководителю отдела информационных технологий ООО «... подготавливать отчеты об объеме оказанных услуг почтовой связи, куда включать ложные сведения о фактической доставке указанных писем адресатам. По ее указанию формировались соответствующие документы, куда включились фактически не доставленные: по государственному контракту от 21.01.2019 года - 164 448 заказных писем, по государственному контракту от 27.12.2019 года – 23 503 писем.

На основании указанных сведений ФИО1 обеспечила изготовление и подписание от имени и по поручению ФИО2 актов приема-передачи оказанных услуг, в которых были отражены сведения о якобы надлежащем исполнении государственного контракта от 21.01.2019 года, куда были включены сведения о 164 448 письмах, которые фактически адресатам не доставлялись на общую сумму 5 964 528, 96 рублей, а также государственного контракта от 27.12.2019 года, которые включали в себя и 23 503 писем, которые фактически адресатам не доставлялись, на общую сумму 757 736, 72 рублей. Акты приема-передачи оказанных услуг направила вместе с соответствующими отчетами об объеме оказанных услуг почтовой связи в ... ...» для подписания, вводя представителей данного учреждения в заблуждение о фактическом оказании соответствующих почтовых услуг на указанную сумму. По актам о якобы оказанных в полном объеме ООО «... услугах, ...», на основании платежных поручений с расчетного счета, были перечислены денежные средства на расчетный счет ООО «...»: с 05.02.2019 года по 01.10.2019 года, из которых денежные средства в сумме 5 964 528, 96 рублей, с 06.02.2020 года по 14.10.2020 года в сумме 757 736, 72 рублей - выплачены за фактически не оказанные услуги, обращенные в пользу ООО ...», которыми ФИО2 и ФИО1 распорядились по своему усмотрению.

16.11.2020 года ФИО2 как единственный учредитель, освободила себя от должности директора ООО ...». Назначила на должность директора ФИО15, с 17.11.2020 года приступила к исполнению обязанностей. 

02.08.2020 года и 30.12.2020 года между ...» и ООО «...» были заключены государственные контракты на оказание ООО «...» услуг общедоступной почтовой связи ... «...», связанных с приемом, обработкой, пересылкой и вручением заказных писем: по контракту от 02.08.2020 года - на 400 000 заказных писем, по контракту от 30.12.2020 года - на 484 000 заказных писем, с условием отслеживания корреспонденции через личный кабинет заказчика в онлайн режиме. 

ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, используя служебное положение, давала поручение работникам ООО ... в рамках исполнения: государственного контракта от 02.08.2020 года - с 02.08.2020 года по 27.11.2020 года, государственного контракта от 30.12.2020 года - с 30.12.2020 года по 28.07.2021 года не осуществлять обработку, пересылку и вручение заказных писем в полном объеме. После этого давала поручение подчиненному ей руководителю отдела информационных технологий ООО «...» подготавливать отчеты об объеме оказанных услуг почтовой связи, куда включать ложные сведения о фактической доставке указанных писем адресатам. Руководитель отдела информационных технологий ООО «...» формировал соответствующие документы, куда включал фактически не доставленные: по государственному контракту от 02.08.2020 года - 111 559 заказных писем, по государственному контракту от 30.12.2020 года – 71 768 заказных писем.

На основании указанных сведений ФИО1 обеспечила изготовление и подписание от имени и по поручению ФИО2, а с 17.11.2020 года и от своего имени, актов приема-передачи оказанных услуг, в которых были отражены сведения о якобы надлежащем исполнении государственного контракта от 02.08.2020 года. Акты содержали сведения о 111 559 писем, которые фактически адресатам не доставлялись на общую сумму 5 090 437, 17 рублей, государственного контракта от 30.12.2020 года – 71 768 писем, которые фактически адресатам не доставлялись на общую сумму 3047269, 28 рублей. Акты направила вместе с соответствующими отчетами об объеме оказанных услуг почтовой связи в ...» для подписания, вводя представителей данного учреждения в заблуждение о фактическом оказании соответствующих почтовых услуг на указанную сумму. По актам, о якобы оказанных в полном объеме ООО ... услугах, ..., на основании платежных поручений с расчетного счета были перечислены денежные средства на расчетный счет ООО ... с 30.09.2020 года по 27.11.2020 года, из которых денежные средства в сумме 5 090 437, 17 рублей, с 28.01.2021 года по 28.07.2021 года – 304 7269, 28 рублей выплачены за фактически не оказанные услуги, обращенные в пользу ООО ...», которыми ФИО2 и ФИО1 распорядились по своему усмотрению.

Указанные обстоятельства, в силу ст. 73 УПК РФ, подлежали доказыванию в судебном заседании, с учетом всей совокупности представленных доказательств. Так, в обвинительном заключении имеются сведения о неисполнении в полном объеме государственных контрактов, в рамках которых ООО «... взяло на себя обязательства по оказанию ... услуг общедоступной почтовой связи, связанных с приемом, обработкой, пересылкой и вручением заказных писем, с условием отслеживания корреспонденции через личный кабинет заказчика в онлайн режиме. 

Выводы суда в постановлении в обоснование возвращения уголовного дела о том, что следствием из общего количества предоставленных заказных писем не проверялось и не устанавливалось, доставлялись ли заказные письма адресату, вручались либо оставлялись адресату извещения о необходимости явиться за заказным письмом, не проверялись факты оплаты штрафов - сделаны преждевременно. В обвинительном заключении имеются сведения, что ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, используя служебное положение, давала поручение работникам ООО «...» не осуществлять в рамках исполнения государственного контракта от 21.01.2019 года - с 21.01.2019 года по 01.10.2019 года, государственного контракта от 27.12.2019 года - с 27.12.2019 года по 14.10.2020 года - обработку, пересылку и вручение заказных писем в полном объеме. Давала поручение подготавливать отчеты об объеме оказанных услуг почтовой связи, куда включать ложные сведения о фактической доставке указанных писем адресатам. По ее указанию формировались соответствующие документы, куда включились фактически не доставленные по государственному контракту от 21.01.2019 года - 164 448 заказных писем, по государственному контракту от 27.12.2019 года – 23 503 писем.

Также указано, что 02.08.2020 года и 30.12.2020 года между ... и ООО ... были заключены государственные контракты на оказание ООО ...» услуг общедоступной почтовой связи ..., связанных с приемом, обработкой, пересылкой и вручением заказных писем: по контракту от 02.08.2020 года - на 400 000 заказных писем, по контракту от 30.12.2020 года - на 484 000 заказных писем, с условием отслеживания корреспонденции через личный кабинет заказчика в онлайн режиме. 

ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, используя служебное положение, давала поручение работникам ООО «... в рамках исполнения: государственного контракта от 02.08.2020 года - с 02.08.2020 года по 27.11.2020 года, государственного контракта от 30.12.2020 года - с 30.12.2020 года по 28.07.2021 года не осуществлять обработку, пересылку и вручение заказных писем в полном объеме. После этого давала поручение подготавливать отчеты об объеме оказанных услуг почтовой связи, куда включать ложные сведения о фактической доставке указанных писем адресатам. 

С учетом изложенного, доводы суда об описании фактического недоставления адресатам писем, без проверки органом следствия и неустанавления, доставлялись ли заказные письма адресату, вручались либо оставлялись адресату извещения о необходимости явиться за заказным письмом, не проверялись факты оплаты штрафов, что не позволяло установить подлежавшие доказыванию и имеющие значение для дела обстоятельства, затрудняло установление пределов судебного разбирательства, препятствовало осуществлению прав и законных интересов лица, потерпевшего от преступления, свидетельствовало о нарушении прав ФИО10 и ФИО9 на защиту, без учета изложенных в обвинительном заключении действий ФИО2 и ФИО1 - не состоятельны, не являются препятствием для рассмотрения уголовного дела по существу, так как обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. Вопросы же доказанности вины подсудимых подлежали разрешению в соответствии со ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора в совещательной комнате. 

Кроме того, нормами уголовного и уголовно-процессуального законов установлены различные способы определения ущерба потерпевшему, в том числе, на основании экспертного исследования. Положения ст. 196 УПК РФ не содержат требований об обязательном производстве экспертизы для установления размера материального ущерба. В силу указанной статьи, по ходатайству сторон или по собственной инициативе суд может назначить судебную экспертизу. С учетом указанного, довод суда о том, что сумма ущерба является предположением следователя – не состоятелен, и данные обстоятельства не являются основанием к возвращению уголовного дела прокурору.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что протокол осмотра предметов является одним из доказательств, подлежавших оценке судом в совокупности с иными доказательствами, в том числе, с пояснениями представителя потерпевшего о порядке установления размера ущерба, о его наличии.

Согласно п.п.3,4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", согласно которым, в тех случаях, когда по поступившему в суд уголовному делу будет установлено, что лицо, которому преступлением причинен вред, не признано потерпевшим по делу, суд признает такое лицо потерпевшим, уведомляет его об этом, разъясняет права и обязанности, обеспечивает возможность ознакомления со всеми материалами дела (статья 42 УПК РФ). В решении суда о признании лица потерпевшим должно быть указано, какими действиями, из вмененных подсудимому, и какой именно вред ему причинен, в том числе при причинении вреда сразу нескольких видов (физического, имущественного и морального, вреда деловой репутации). Когда по поступившему в суд уголовному делу будет установлено, что лицо признано потерпевшим без достаточных к тому оснований, предусмотренных статьей 42 УПК РФ, суд выносит постановление (определение) о том, что такое лицо ошибочно признано потерпевшим по данному делу, и разъясняет ему право на обжалование принятого судом решения в апелляционном порядке. При этом решение суда может быть обжаловано безотлагательно до постановления приговора, поскольку решением суда затрагивается конституционное право на доступ к правосудию. Обжалование решения в этой части не является основанием для приостановления судебного разбирательства.

С учетом изложенного, доводы о ненадлежащем потерпевшем, что является основанием к возвращению уголовного дела прокурору – не состоятельны.

Суд апелляционной инстанции находит, что оценка относительно объема неисполненных в рамках государственных контрактов обязательств, размера материального ущерба, может быть дана судом первой инстанции без возвращения уголовного дела прокурору, при том, что в силу ч. 2 ст. 252 УПК РФ, изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Как неоднократно указывал в судебных решениях Конституционный Суд Российской Федерации, существенное процессуальное нарушение является препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия. Такие процессуальные нарушения не касаются ни фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации действий и доказанности вины обвиняемых, а их устранение не предполагает дополнение ранее предъявленного обвинения. 

Вместе с тем, суд первой инстанции, возвращая уголовное дело прокурору, в нарушение указанных выше требований, необоснованно вошел в обсуждение вопроса о доказанности вины подсудимых, существа предъявленного им обвинения, чем нарушил положения п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, согласно которым, основанием для возвращения уголовного дела прокурору является составленное с нарушением требований УПК РФ обвинительное заключение, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, при том, что в случае наличия процессуальных нарушений, они не должны касаться ни фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации действий и доказанности вины подсудимых, обвиняемых, и их устранение не предполагает дополнение ранее предъявленного обвинения. 

Таким образом, выводы суда первой инстанции о том, что допущенные нарушения являются существенными, не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства и исключают возможность постановления приговора или вынесения иного судебного решения, на основе данного обвинительного заключения – не соответствуют установленным судом первой инстанции обстоятельствам, так как обвинительное заключение соответствует положениям статьи 220 УПК РФ, в нем описана объективная сторона вмененных ФИО2, ФИО1 преступных деяний, свидетельствуют о том, что суд первой инстанции необоснованно принял решение о возвращении уголовного дела прокурору.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ, основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Как установлено судом апелляционной инстанции, основания для возвращения уголовного дела прокурору, указанные в статье 237 УПК РФ, нарушения изложенных в статье 220 УПК РФ положений – отсутствуют. Препятствий для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения – не имеется.

Необоснованное возвращение судом уголовного дела прокурору является существенным нарушением уголовно - процессуального закона, влечет ограничение прав граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки. В соответствии с ч. 2 ст. 389.15 УПК РФ, состоявшееся судебное решение суда первой инстанции не отвечает требованиям ст. 7 УПК РФ, подлежит отмене и передаче уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного заседания в тот же суд, но в ином составе, так как при вынесении постановления о возвращении уголовного дела прокурору судом дана оценка доказательствам до удаления в совещательную комнату для постановления приговора.

Ввиду отмены судебного решения и направления уголовного дела в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, суд апелляционной инстанции считает необходимым ФИО2, ФИО1 меру пресечения в виде запрета определенных действий оставить без изменения.

Так, согласно ч. 1 ст. 255 УПК РФ, в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Из материалов уголовного дела следует, что обстоятельства, которые послужили основанием для избрания меры пресечения в отношении ФИО2, ФИО1 не отпали, не изменились.

Принимая во внимание тяжесть предъявленного ФИО2, ФИО1 обвинения, его общественную опасность, обстоятельства совершения преступлений, личности ФИО2, ФИО1, их семейное положение, состояние здоровья, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены либо изменения им меры пресечения. 

Доводы суда, изложенные в постановлении, апелляционного представления относительно суммы размера причиненного потерпевшему ущерба по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 159 УК РФ, судом апелляционной инстанции не оценивались, так как они являются предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 289.33, 289.35 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Ленинского районного суда г. Владивостока от 13.11.2023 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и ФИО1 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 5 ст. 291 УК РФ прокурору Приморского края – отменить.

Уголовное дело передать для рассмотрения по существу в тот же суд, в ином составе, со стадии судебного заседания.

Апелляционное представление и.о. прокурора Ленинского района г. Владивостока Коваля Р.Ю. - удовлетворить.

Меру пресечения ФИО2, ФИО1 в виде запрета определенных действий, с ранее установленными ограничениями – оставить без изменения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, путем направления кассационной жалобы, представления. 

В случае подачи кассационной жалобы, подсудимые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий О.В. Барабаш