Дело № 2а-530/2023

УИД 22RS0065-02-2023-004799-05

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Кулунда 27 ноября 2023 года

Кулундинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Колтышевой А.О., 

при секретаре Ивашина Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению федерального казначейства по Алтайскому краю, Управлению Судебного департамента в Алтайском крае о присуждении компенсации за нарушение условий содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кулундинский районный суд с административным исковым заявлением, в котором просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 255 000 руб. 

В обоснование требований ссылался на те обстоятельства, что в период с //////// по ////////, во время судебных процессов, он содержался в зале судебных заседаний Кулундинского районного суда Алтайского края в клетке из железных арматур, что причинило ему душевные и нравственные страдания, поскольку он чувствовал себя зверем в клетке, это чувство его отвлекало и мешало в полной мере участвовать в судебном процессе. 

К участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены МО МВД России «Кулундинский», ГУ МВД России по Алтайскому краю, МВД России, Судебный департамент при Верховном суде РФ.

В судебном заседании ФИО1 поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в иске, дополнительно указав, что 

Представители административных ответчиков Министерство финансов Российской Федерации, Управление федерального казначейства по Алтайскому краю, Управления Судебного департамента в Алтайском крае, МО МВД России «Кулундинский», ГУ МВД России по Алтайскому краю, МВД России в судебное заседание не явились, надлежаще извещены, представили отзывы на исковое заявление в которых просят отказать в удовлетворении заявленных административных исковых требований.

Представитель административного ответчика Судебного департамента при Верховном суде РФ в судебное заседание не явился, надлежаще извещен, представил возражения на исковое заявление, в которых указывает, что содержание лиц, находящихся под стражей в зданиях (помещениях) судов общей юрисдикции действующим законодательством не предусмотрено. Согласно п. 307 Наставления по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от 07.03.2006 №140дсп, в зале судебных заседаний подозреваемые и обвиняемые размещаются за барьером (защитным ограждением) на скамьях в порядке, определенном председательствующим в судебном заседании. Конвоиры на постах располагаются с правой и левой стороны барьера (защитного заграждения). Доставка подозреваемых и обвиняемых в необорудованные барьерами (защитными ограждениями) залы судебных заседаний запрещена. Содержание подсудимого внутри ограждения в зале судебного заседания в здании суда рассчитаны на временное пребывание лиц, содержащихся под стражей. Указанные административным истцом неудобства не могут быть признаны унижающими человеческое достоинство и причиняющими лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. 

Выслушав объяснение административного истца, изучив материалы дела, суд пришел к следующему.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась, если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное (часть 1.1). Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено данным кодексом (часть 7). Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Как предусмотрено частью 2 статьи 5 Федерального закона от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 494-ФЗ), вступившего в силу 27 января 2020 года, в течение 180 дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона лицо, подавшее в Европейский Суд по правам человека жалобу на предполагаемое нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, в отношении которой не вынесено решение по вопросу ее приемлемости или по существу дела либо по которой вынесено решение о неприемлемости ввиду неисчерпания национальных средств правовой защиты в связи с вступлением в силу настоящего Федерального закона, может обратиться в суд в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с заявлением о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении с указанием в нем даты обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека и номера этой жалобы.

Из материалов административного дела следует, что административный истец в Европейский Суд по правам человека с жалобой на условия содержания не обращался, настоящий иск направлен в районный суд в августе 2023 года, то есть с пропуском законодательно установленного срока.

Вместе с тем, суд учитывает следующее.

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункты 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Одними из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

При таких обстоятельствах пропуск срока на обращение в суд сам по себе не может быть признан достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административного искового заявления без проверки законности оспариваемых административным истцом действий (бездействия), на что, в частности, указано в пункте 42 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020).

Принимая во внимание изложенное, а также то, что ФИО1 обращается с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, на которые не распространяется исковая давность, на момент подачи административного иска отбывал наказание в исправительном учреждении, суд приходит к выводу о наличии оснований для восстановления срока на подачу административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом, лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу положений статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, обязательными условиями наступления ответственности за причинение морального вреда являются: вина причинителя вреда; причинная связь между неправомерным решением, действием (бездействием) и моральным вредом; нравственные или физические страдания. Только наличие всех четырех условий в совокупности влечет наступление указанной ответственности (статьи 151, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 данного Кодекса.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (абзац 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения статей 15, 16, 1069 и 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляют дополнительные гарантии защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти и направлены на реализацию права на возмещение вреда, причиненного их незаконными действиями (или бездействием) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 февраля 2002 г. N 22-О, от 3 июля 2008 г. N 734-О-П, от 3 апреля 2014 г. N 686-О, от 26 мая 2016 г. N 947-О).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 //////// Кулундинским районным судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, как лицу, подозреваемому в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п. «б» ч.3 ст.228-1 УК РФ. 

//////// уголовное дело по обвинению ФИО1 поступило в Кулундинский районный суд Алтайского края для рассмотрения. 

//////// постановлен обвинительный приговор. ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы.

В ходе рассмотрения уголовного дела судом, ФИО1, как содержащийся под стражей, в зале судебного заседания находился за оградительным барьером, функцию которого выполняет металлическая клетка.

В Кулундинском районном суде в 2006 году в ходе выполнения капитального ремонта здания залы судебного заседания №№№№ и №№№№ были оборудованы металлическими клетками для подсудимых размерами 200х120х240 см. 

Сводом правил по проектированию и строительству СП 31-104-2000 «Здания судов общей юрисдикции», утвержденным Приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 02 декабря 1999 года №154 (действовавшим до 22 апреля 2014 года) было предусмотрено, что в целях соблюдения требований безопасности в залах судебных заседаний для слушания требований безопасности в залах судебных заседаний для слушания уголовных дел должны быть установлены металлические заградительные решетки высотой 220 см., ограждающие с четырех сторон место для содержания подсудимых во время проведения судебных процессов.

С 01 июля 2013 года проектирование и планировка зданий судов общей юрисдикции регулируется Сводом Правил 152.13330.2012 «Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования», утвержденный Приказом Госстроя от 25 декабря 2012 года №111/ГС, согласно которому для размещения подсудимых в залах судебных заседаний для слушания уголовных дел предусматриваются защитные кабины. Для слушания уголовных дел место для размещения лиц, содержащихся под стражей, необходимо огораживать с четырех сторон на высоту не менее 2,2 м., формируя, таким образом, защитную кабину. Примыкание к стене с оконными проемами не допускается, ограждаемая площадь должна обеспечивать размещение до 20 лиц, содержащихся под стражей (устанавливается заданием на проектирование). Защитная кабина, выполненная из металлической решетки, должна иметь дверь размером 2х0,8 м. оснащенную замком сувальдного типа, запирающимся только снаружи, задвижкой с возможностью фиксации в закрытом положении с помощью навесного замка и покрытия (сетка рабица). Для изготовления решетки следует применять металлический прут диаметром не менее 14 мм. Допускается выполнять заградительную решетку высотой до потолка зала.

В соответствии с разделом 7.2 Методических рекомендаций по организации деятельности администратора верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, автономного округа, окружного (флотского) военного суда, районного суда, гарнизонного военного суда, утвержденных Генеральным директором Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации 24.11.2009 г., в залах судебных заседаний для рассмотрения уголовных дел устанавливаются металлические решетки, пуленепробиваемые стекла либо иные приспособления, ограждающие места для размещения подсудимых во время проведения судебных процессов.

Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 26 января 1996 г. № 41 дсп утверждено Наставление по содержанию, охране и конвоированию подозреваемых й обвиняемых в совершении преступлений. Наставление регламентирует деятельность милиции по вопросам содержания, охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений и определяет задачи, принципы организации, порядок и особенности несения службы, обязанности и права нарядов, а также основы управления подразделениями и нарядами, выполняющими указанные функции. 

Абзацем 1 пункта 3.113 Наставления предусмотрено размещение за барьером (металлическим заграждением) в зале судебного заседания обвиняемых, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Подобная норма содержалась в Наставлении по служебной деятельности изоляторов временного содержания и подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, предварительно одобренном Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации (№ СД-АГ/269) и Генеральной прокуратурой Российской Федерации (№ 16-13-06) и утвержденном приказом № 140 (дсп) Министерства внутренних дел Российской Федерации, в соответствии с пунктом 307 которого в зале судебного заседания подозреваемые и обвиняемые размещаются за барьером (защитным заграждением) на скамьях в порядке, определяемом председательствующим в судебном заседании. Конвоиры на постах располагаются с правой и левой стороны от барьера (защитного заграждения). Доставка подозреваемых и обвиняемых в необорудованные барьеры (защитными ограждениями) залы судебных заседаний запрещена.

На период судебных заседаний, указанный истцом 2013-2016 гг., до 16.02.2019 создание в зале судебного заседания защитных кабин было предусмотрено «СП 152.13330.2012. Свод правил. Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования», где в п. 7.9. указано, что для размещения подсудимых в залах судебных заседаний для слушания уголовных дел предусматриваются защитные кабины.

В соответствие с приложением указанного свода правил для слушания уголовных дел место для размещения лиц, содержащихся под стражей, необходимо огораживать с четырех сторон на высоту не менее 2,2 м., формируя таким образом защитную кабину. Защитная кабина, выполненная из металлической решетки, должна иметь дверь размером 2х0,8 м., оснащенную замком сувальдного типа, запирающимся только снаружи, задвижкой с возможностью фиксации в закрытом положении с помощью навесного замка и покрытия (сетка рабица). Для изготовления решетки следует применять металлический прут диаметром не менее 14 мм. Допускается выполнять заградительную решетку высотой до потолка зала.

Кроме того, письмом Министерства юстиции Российской Федерации (№ 5-63-96), Верховного Судом Российской Федерации (№ 11-нк/7) и Министерства внутренних дел Российской Федерации (№ 1/483) определены предложения по созданию надлежащих условий для рассмотрения судами уголовных дел и безопасности участников уголовного судопроизводства и конвойных внутренних войск и милиции при исполнении ими обязанностей. В письме предлагалось председателям судов общей юрисдикции обеспечить оборудование всех залов судебных заседаний специальными фиксированными металлическими заграждениями, отделяющими подсудимых по уголовным делам от состава суда и посетителей, прибывших на слушание, и обязывались конвойные помещать за эти заграждения всех подсудимых, содержащихся под стражей.

В залах судебных заседаний для рассмотрения уголовных дел устанавливаются металлические решетки, пуленепробиваемые стекла либо иные приспособления, ограждающие места для размещения подсудимых во время проведения судебных процессов (письмо Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 25 ноября 2009 г. № СД-АГТ/21-43).

Размещение подсудимого в защитной кабине при проведении судебного разбирательства в уголовном процессе не противоречит действующему законодательству и направлено на обеспечение безопасности других лиц, присутствующих в открытом заседании. Указанные положения не противоречат принципу гласности судебного разбирательства в уголовном судопроизводстве, который закреплен в ч. 1 ст. 241 УПК РФ, где указано, что разбирательство уголовных дел во всех судах открытое, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

Действительно, Постановлением Европейского суда по правам человека от 17 июля 2014 года по делу «ФИО2 и ФИО3 против Российской Федерации» нахождение подсудимых на скамье, окруженной клеткой из металлических прутьев, было признано нарушающим ст.3 вышеуказанной Конвенции.

Однако из содержания п.119 названного Постановления Европейского суда по правам человека следует, что использование металлических клеток не исключается и может допускаться с учетом личности заявителя, природы преступлений, в которых он обвиняется, его судимости и поведения, данных об угрозе безопасности в зале судебных заседаний или угрозе того, что заявитель скроется, присутствия публики и др.

Таким образом, размещение подсудимого в защитной кабине при проведении судебного заседания в уголовном процессе не противоречит действующему законодательству и направлено на обеспечение безопасности других лиц, присутствующих в судебном заседании.

Поскольку в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу за совершение преступления, относящегося к категории тяжких, условия пребывания его как подсудимого в зале судебного заседания при рассмотрении уголовных дел Кулундинским районным судом Алтайского края в защитной кабине, выполненной из металлической решетки, определялись именно этим обстоятельством, что соответствует требованиям, установленным действующим законодательством Российской Федерации, в связи с чем принятые к нему меры не являлись чрезмерными и неоправданными.

Вопреки доводам административного истца его размещение как подсудимого в защитной кабине, выполненной из металлической решетки, являлось мерой обеспечения безопасности и не может расцениваться как унижающее честь и достоинство личности.

Нахождение истца за ограждением в кабине, позволяло ему сидеть, стоять во время проведения судебного разбирательства, не ограничивало попадание кислорода, света, не препятствовало участию в судебном заседании и реализации предусмотренных законом процессуальных прав.

Административным истцом не представлено бесспорных и достаточных доказательств того, что в результате его содержания в металлической клетке ему причинен реальный физический вред, глубокие физические или психические страдания, и это вызвало у него чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. 

При этом, факт нахождения истца в металлической клетке в процессе судебного разбирательства не может являться самостоятельным основанием для взыскания денежной компенсации морального вреда, поскольку неудобства, которые истец мог претерпевать неразрывно связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение преступления.

Учитывая изложенное, суд не нашел оснований для удовлетворения заявленных административным истцом требований. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

административные исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению федерального казначейства по Алтайскому краю, Управлению Судебного департамента в Алтайском крае о присуждении компенсации за нарушение условий содержания оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд в апелляционном порядке через Кулундинский районный суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме. 

Председательствующий А.О. Колтышева 

Мотивированное решение изготовлено – ////////.