Судья Балаев Д.Е. дело № 22-1025/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кострома 16 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Николаевой Е.И.,

судей Глушкова В.В., Андриянова А.Н.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Костромской области Шепелева С.Е.,

осуждённых ФИО1, ФИО2 (по видеоконференц-связи),

защитников – адвокатов Кузьмина М.Г., Бугрова Д.В.,

при секретаре Вовк М.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Свердловского районного суда г.Костромы от 10 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Глушкова В.В., кратко изложившего содержание приговора и доводы апелляционной жалобы, мнение осуждённых ФИО1, ФИО2 и их защитников – адвокатов Кузьмина М.Г., Бугрова Д.В., поддержавших доводы жалобы, прокурора Шепелева С.Е., возражавшего против удовлетворения жалобы,

УСТАНОВИЛА:

Приговором Свердловского районного суда г.Костромы от 10 октября 2025 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец д. 

<

адрес>, гражданин РФ, не судимый, осужден:

- по трем эпизодам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 8 годам лишения свободы за каждое;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам лишения свободы.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения – в виде заключения под стражей.

В соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 18 марта 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Этим же приговором осуждена ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении которой приговор не обжалован.

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в совершении в составе организованной группы (с иными лицами) трех эпизодов покушений на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере с использованием сети Интернет и одном эпизоде покушения на незаконный сбыт наркотического средства в крупном размере с использованием сети Интернет. Преступления совершены в марте 2025 года на территории г.Костромы при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 указывает о несогласии с приговором суда ввиду чрезмерной строгости назначенного наказания. Обращает внимание на то, что преступления совершил впервые, полностью признал вину, в содеянном раскаялся, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, участвовал в проверке показаний на месте. Кроме того, судом при назначении наказания в качестве смягчающего наказание обстоятельства учтено его состояние здоровья. Однако, не смотря на совокупность данных обстоятельств, суд назначил ему наказание в большем размере, чем просил государственный обвинитель. Поэтому просит приговор изменить, смягчив назначенное наказание.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции, проверив по апелляционной жалобе законность, обоснованность и справедливость постановленного в отношении ФИО1 приговора, приходит к следующему.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств для разрешения дела. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию при производстве по уголовному делу, предусмотренные ст. 73 УК РФ, судом установлены правильно и подтверждены исследованными доказательствами, анализ которых содержится в приговоре.

Процедура предварительного расследования, судебного разбирательства и права осуждённого ФИО1 по делу соблюдены, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих безусловную отмену приговора, по делу не допущено. Уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Ходатайства сторон рассмотрены в соответствии с требованиями закона. Права осуждённого ФИО1 нарушены не были.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, в нем приведены все установленные судом обстоятельства совершения ФИО1 преступных действий: место, время, способ, форма вины.

Виновность ФИО1 в совершении преступлений подтверждается исследованными и приведенными в приговоре доказательствами:

- показаниями осужденного ФИО1, с учетом данных на следствии и оглашенных в соответствии со ст.276 УПК РФ (т.3 л.д.201-205, 230-235), из которых следует, что в конце января 2025 года с целью получения дохода через мессенджер в сети Интернет устроился «курьером» наркотических средств, в задачу которого входило получение партий наркотиков с их последующей раскладкой по тайникам в г.Костроме. Его деятельность курировало неизвестное лицо, представившееся «Т.», связь с которым осуществлял по сети Интернет. 18 марта 2025 года тот направил ему географические координаты оптовой закладки с наркотическим средством, расположенной в лесу в районе 

<

адрес>. Забрав которую, из нее разложил по тайникам 5 свёртков в районе 

<

адрес>. Далее, проехав в район стадиона 

<

данные изъяты>, был задержан сотрудниками полиции с изъятием находившихся при нём свёртков с наркотиком.

- показаниями осужденной ФИО2 сообщившей, что в декабре 2024 года для получения дохода через мессенджер в сети Интернет устроилась «курьером» наркотических средств, в обязанности которого входило получение партий наркотиков для их последующей раскладки по тайникам на территории г.Костроме. Ее деятельность путем связи по сети Интернет курировало неизвестное лицо представившееся Т.. При этом в феврале 2025 года, забирая оптовую закладку, встретила своего знакомого О.Р.Р., который, как выяснилось, занимается аналогичной деятельностью, также работая с куратором Т.. Решили для безопасности заниматься оборудованием тайников совместно. 9 марта 2025 она, ФИО2, в 

<

адрес> по сообщенным ей неизвестным лицом координатам забрала оптовую закладку с 30 свёртками. Совместно с О.Р.Р. в 

<

адрес> сделала 15 закладок в различных местах. При этом О.Р.Р. наблюдал за окружающей обстановкой для предупреждения об опасности. 10 марта 2025 года, встретившись с О.Р.Р., поехали 

<

адрес>, где тот по сообщенным ему куратором географическим координатам забрал оптовую партию наркотиков, убрав ее к себе. Однако, при выходе с места, чтобы ехать её раскладывать, были задержаны сотрудниками полиции.

- протоколом личного досмотра ФИО1 от 18 марта 2025 после его задержания (т. 3 л.д. 160) в ходе которого обнаружены и изъяты 5 свертков с веществом внутри (т. 3 л.д. 161-162, 181-187, 237-245, т. 4 л.д. 26-29, 171-185); справкой об исследовании и заключением эксперта (т. 3 л.д. 190-191, т. 5 л.д. 222-226) согласно которым вещество является наркотическим средством – смесью, содержащей производное эфедрона (меткатинона) – (3-СМС (2-Метиламино-1-(3-хлорфенил)пропан-1-он); (4-СМС (2-Метиламино-1-(4-хлорфенил)пропан-1-он)) общей массой 9,86 г; заключением эксперта (т. 5 л.д. 236-247), согласно которому на внешней упаковке обнаружены эпителиальные клетки, которые произошли от трех или более лиц, один из которых вероятно является ФИО1; протоколом осмотра мобильного телефона ФИО1, содержащем сведения о его переписке в сети Интернет в мессенджере с неустановленным лицом с именем пользователя таким же, что в переписке О.Р.Р. и ФИО2, касающейся совместной деятельности по устройству тайниковых закладок. В частности, ДД.ММ.ГГГГ неизвестное лицо направляет ФИО1 сведения о расположении оптовой партии наркотического средства, а также переписка содержит сведения об отчете ФИО1 в ее получении с отправлением сведений об оборудованных тайниках с наркотическими средствами, содержащими фотоизображения участков местности с их географических координатами с оборудованными тайниками; протоколом осмотра места происшествия от 18.03.2025 года, в ходе которого (т. 3 л.д. 171-180) по имеющимся в телефоне координатам в районе 

<

адрес> в лесном массиве обнаружены 3 тайника со свертком в каждом (т. 3 л.д. 237-245, т. 4 л.д. 5-8); заключением эксперта (т. 5 л.д. 222-226), согласно которому вещество в свертках является наркотическим средством – смесью, содержащей производное эфедрона (меткатинона) – (3-СМС (2-Метиламино-1-(3-хлорфенил)пропан-1-он); (4СМС (2Метиламино-1-(4-хлорфенил)пропан-1-он)), массой 2,02 г; 2,02 г; 2,05 г; заключением эксперта, согласно которого на фрагментах изоляционной ленты и полимерных пакетах (т. 5 л.д. 236-247) обнаружены эпителиальные клетки, которые произошли от трёх и более лиц, одним из которых вероятно является ФИО1; показаниями свидетеля Ш.М.А – сотрудника полиции сообщившего, с учетом оглашенных показаний (т. 4 л.д. 160-162), об обстоятельствах задержания 18 марта 2025 года ФИО1 в районе 

<

адрес>, который там что-то фотографировал;

- протоколом личного досмотра О.Р.Р. от 10.03.2025 года после его задержания, в ходе которого у него изъято 20 свертков с веществом (т. 2 л.д. 45, 146, 46-48, 50-51, 52-65, 226-229, т. 3 л.д. 91-134, т. 4 л.д. 218-219); заключением эксперта (т. 3 л.д. 28-30), согласно которого вещество является наркотическим средством – смесью, содержащей производное N-метилэфедрона – ?-пирролидиновалерофенон общей массой 15,98 г; заключением эксперта, согласно которого на полимерных пакетах и фрагментах изоляционной ленты (т. 3 л.д. 6-18) обнаружены эпителиальные клетки, которые произошли от двух и более лиц, одним из которых является О.Р.Р.; протоколом осмотра мобильного телефона О.Р.Р., содержащего сведения о переписке в мессенджере в сети Интернет с неустановленным пользователем Т., касающейся получения сведений о тайниках с наркотиками и их устройстве в г.Костроме, в частности, 10.03.2025 Т. отправляет ему координаты с оптовой партией наркотического средства, которую О.Р.Р. в тот же день находит и отправляет тому фотоизображение со свёртком, а также содержится переписка с ФИО2 касающаяся ее поездки в 

<

адрес> для получения оптовой партии наркотического средства, а также совместной поездки 10.03.2025 года в 

<

адрес> за партией наркотиков для О.Р.Р.; протоколом осмотра соединений абонентского номера О.Р.Р., подтверждающего нахождение того 10.03.2025 в зоне действия базовой станции в районе места обнаружения им оптовой партии наркотического средства в 

<

адрес>. (т. 3 л.д. 67, 68-71); уголовное дело в отношении О.Р.Р. приостановлено на основании ст.208 ч.1 п.3.1 УК РФ.

- протоколами личного досмотра ФИО2 (т. 2 л.д. 66-68, 69-122, т. 3 л.д. 91-134) и осмотра изъятого у нее мобильного телефона, в котором содержатся сведения о ее переписке в сети Интернет с лицом под ником Т. по поводу незаконного распространения наркотических средств посредством оборудования тайников, получения от того сведений о необходимости забрать партии наркотиков для последующей раскладки, а также переписке с абонентом, которым является О.Р.Р., о совместных действиях по оборудованию тайников; в телефоне содержатся фотоизображения участков местности с тайниками наркотических средств; протоколами осмотра мест происшествий (т. 1 л.д. 238-249, т. 2 л.д. 1-20, 23-26), согласно которых 10.03.2025 года в трех местах рядом с 

<

адрес> по координатам, имевшимся в фотоизображениях в телефоне, обнаружены и изъяты свертки с веществом (т. 1 л.д. 12-18, т. 3 л.д. 52-57, т. 4 л.д. 218-219, т.1 л.д.28-30); заключением эксперта (т. 5 л.д. 209-212), согласно которого вещество является наркотическим средством – смесью, содержащей ?-пирролидиновалерофенон являющееся производным N-метилэфедрона, массой 0,45 г, 0,41 г, 0,40 г соответственно; заключением эксперта (т.5 л.д.178-193), согласно которому на свертках обнаружены эпителиальные клетки, которые произошли от трех и более лиц, одним из которых является ФИО2; протоколом осмотра соединений абонентского номера ФИО2 (т.1 л.д. 193, 194-199), из которого следует, что 9.03.2025 абонент находился в зоне действия базовой станции, охватывающей территорию в районе 

<

адрес>, на которой были обнаружены тайники с наркотиком, а 10.03.2025 в интересующее время абонент находился в зоне действия базовой станции, расположенной в 

<

адрес>, охватывающей участок местности, где О.Р.Р., прибыв вместе с ФИО2, забрал оптовую партию наркотических средств.

- протоколом личного досмотра задержанного М.В.С. от 23.04.2025 года, в ходе которого у него изъят (т. 4 л.д. 44-45) мобильный телефон, при осмотре которого (т.4 л.д. 79-82) установлено наличие переписки в сети Интернет в мессенджере с тем же пользователем, что и в переписках ФИО2 и ФИО1, касающейся занятием деятельности по устройству тайников с наркотическими средствами; оглашенными показаниями подозреваемого М.В.С., уголовное дело в отношении которого приостановлено в соответствии со ст.208 ч.1 п. 3.1 УПК РФ, из которых следует, что в феврале 2025 года через мессенджер устроился работать в наркомагазин и должен был «поднимать» оптовые партии наркотических средств и раскладывать по тайникам. Впоследствии он, М.В.С., стал получать сведения об оптовых партиях наркотиков, которые затем сам фасовал на свёртки и упаковывал их в один свёрток, сведения об устройстве тайников с которыми сообщал куратору, а тот – закладчикам, которые в свою очередь раскладывали их по отдельным тайникам (т. 4 л.д. 90-95).

- оглашенными показаниями свидетеля С.А.Е (т. 4 л.д. 132-145) и показаниями свидетеля Ч.А.Е., с учетом оглашенных (т. 4 л.д. 146-159), сообщивших, что, будучи сотрудниками УНК УМВД России по Костромской области, весной 2025 года выявлена группа лиц, в которую входили О.Р.Р., ФИО2 и ФИО1, занимающаяся через интернет-магазин распространением наркотических средств путем устройства тайников, выполнявших функции закладчиков, сведения о тайниках получали и передавали неустановленному лицу-куратору, который был у них один, осуществляя связь с ним по сети Интернет через мессенджер.

Все представленные сторонами доказательства суд в соответствии с положениями ст.ст.87,88 УПК РФ тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку, при этом указал в приговоре, по каким основаниям принял одни из доказательств и отверг другие.

Экспертизы по уголовному делу проведены компетентными лицами, заключения оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, научность и обоснованность выводов, изложенных в заключениях, а также соблюдение при проведении экспертных исследований необходимых требований уголовно-процессуального закона сомнений у суда первой инстанции не вызвали, не имеется таких сомнений и у судебной коллегии.

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым внести в приговор следующие изменения.

С учетом положений ст.240 УПК РФ в соответствии с которой приговор может быть основан лишь на доказательствах, исследованных в судебном заседании, подлежит исключению из приговора ссылка на протоколы проверки показаний на месте с участием ФИО2 и ФИО1, как на доказательства их вины, поскольку данные протоколы не исследовались в судебном заседании, что следует из протокола судебного заседания. Кроме того, из приговора следует исключить ссылку на оглашенные показания свидетеля О.Р.Р., как на доказательство вины ФИО2 и ФИО1, поскольку такие показания О.Р.Р., хотя и не привлекающимся к уголовной ответственности по рассматриваемому делу, были даны в качестве свидетеля без участия адвоката с разъяснением ему предусмотренных ст.56 УПК РФ прав, в том числе с предупреждением его за отказ и за дачу заведомо ложных показаний по ст.ст.307,308 УК РФ. В этом случае допустимым доказательством такие показания лица признаны быть не могут.

Вместе с тем, исключение из доказательственной базы данных процессуальных документов не ставит под сомнение виновность осужденного, которая подтверждена достаточной совокупностью других допустимых доказательств.

В связи с нарушением судом положений ст.252 УПК РФ при описании преступного деяния подлежит уточнению описательно-мотивировочная часть приговора. Так, при описании совершенного ФИО1 преступления, суд указал, что 18.03.2025 года не позднее 9 часов 10 минут с целью дальнейшего незаконного сбыта он незаконно приобрел оптовую партию наркотического средства упакованное в 10 свертков. Вместе с тем, из предъявленного ему обвинения следовало, что он покушался на сбыт наркотического средства по 4 эпизодам, изъятого из 3 тайников (по 1 свертку в каждом), и изъятого при его личном досмотре (5 свертков). Ему было вменено изначальное приобретение (получение) для дальнейшего незаконного сбыта 8 свертков с наркотиком. Однако, данное уточнение не влияет на объем обвинения и не является основанием для снижения наказания, поскольку масса наркотического средства не изменяется.

По результатам судебного разбирательства суд дал действиям ФИО1 по эпизодам изъятия наркотического средства из оборудованных им 18.03.2025 года тайников и изъятого при его задержании в тот же день, правильную квалификацию соответственно:

- по ч.3 ст.30, п. "а" ч.4 ст.228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотического средства с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в значительном размере, организованной группой (по каждому из 3 эпизодов оборудованных им тайников в районе 

<

адрес>);

- по ч.3 ст.30, п. "а,г" ч.4 ст.228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотического средства с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в крупном размере, организованной группой (по эпизоду изъятия наркотического средства при задержании ФИО1)

Об умысле на сбыт наркотических средств, помимо показаний осужденных, свидетельствует, как фактические обстоятельства дела (размещение свертков с наркотиком в тайниках для бесконтактного сбыта, а изъятых при задержании их объем, размещение в удобной для сбыта упаковке), так и имеющаяся в телефонах осужденных переписка, касающаяся деятельности, связанной с незаконным оборотом наркотических средств, из содержания которой однозначно следует, что наркотическое средство предназначалось для сбыта.

Вопреки утверждениям ФИО1 в суде первой инстанции об отсутствии в его действиях признака «организованной группы», его наличие подтверждено достаточной совокупностью доказательств, наряду с самим фактом существования интернет-магазина по незаконному сбыту наркотиков, когда вовлечение и участие в его функционировании лица с отведенной ему ролью является участием в преступной деятельности организованной группы в качестве ее члена.

Согласно ст.35 ч.3 УК РФ, преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Созданная организованная группа - существующий интернет-магазин, структура, функционал, порядок деятельности которого по незаконному сбыту наркотиков подробно приведены в описательно-мотивировочной части приговора в полной мере соответствовала признакам организованной группы, предусмотренным ч. 3 ст. 35 УК РФ, устойчивость, сплоченность, высокая степень организованности, наличие в ее составе руководителя, заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределение функций и ролей между членами группы при подготовке к совершению преступлений и осуществлении общего преступного умысла. Все эти признаки подтверждены исследованными по делу доказательствами.

Неустановленное лицо (Лицо 1) осуществляло общее руководство деятельностью организованной группой, организацию поставок оптовых партий наркотических средств, привлечение новых участников организованной группы в качестве «курьеров», руководство их деятельностью, передавало им сведения об оптовых партиях наркотических средств и получало от них сведения об оборудованных ими тайниках-закладках с наркотическими средствами, передавало эти сведения непосредственным наркопотребителям, получая от них денежные средства, осуществляло перевод цифровой валюты соучастникам организованной группы в качестве оплаты за выполнение ими своих функций

ФИО1 в данной группе выполнял роль так называемого «курьера», получая от неустановленного лица сведения об оптовых партиях наркотических средств, забирал их из тайника, после чего оборудовал тайники с отдельными свёртками наркотических средств, сведения о которых передавал неустановленному лицу, а тот, в свою очередь – непосредственным наркопотребителям, получая от них денежные средства.

То есть, неустановленное лицо осуществляло организационные, распорядительные и контролирующие полномочия в отношении иных участников группы, а также предоставляло информацию о местонахождении тайников с партиями наркотического средства, которые в последующем участники группы должны были изъять, расфасовать и вновь поместить в тайники, информацию о которых сообщить куратору. Сложный механизм совершения преступления, предполагающий использование строгой последовательности преступных действий нескольких соучастников без непосредственного контакта между ними, свидетельствует о тщательности планирования и организованности их совместных и согласованных действий, направленных на достижение единого преступного результата.

То обстоятельство, что по утверждению осужденного ФИО1 он не знал о существовании интернет-магазина реализующего наркотики, а также состав группы (в частности, был не знаком с ФИО2 и совместно с ней никаких действий не совершал, а также с руководителем группы), не может служить основанием для признания необоснованной квалификации его действий, как совершенных в составе организованной группы, поскольку осужденный, устраиваясь "на работу", связанную с незаконным оборотом наркотиков, не мог не осознавать, что поставку наркотических средств, сообщение о месте и способе их получения для дальнейшего сбыта, а также организацию последующего снабжения товаром потребителей и оплату проделанной работы обеспечивает значительное количество людей, которые связаны между собой групповыми обязательствами, общими финансовыми интересами, ответственностью. Поэтому тот факт, что ФИО1 не был лично знаком с другими участниками группы, обусловлен как действующей в группе системой конспирации, так и тем, что механизм функционирования группы не предполагал личных контактов между ее членами.

Кроме того, как обоснованно указал суд, подтверждением того, что ФИО1 был осведомлен о совершении преступления с более серьезной степенью соучастия, как организованная группа, указывают формы и методы так называемого трудоустройства в качестве «курьера», когда неизвестное лицо объясняло суть работы, методы конспирации, особенности использования интернет-приложений для фотографирования тайников, а оплата данной деятельности производилась цифровой валютой биткойн, не позволяющей определить происхождение денежных средств. Действия каждого из членов данной преступной группы непосредственно способствовали достижению единого преступного умысла всей преступной группы на сбыт наркотических средств.

Квалифицирующий признак совершения преступлений с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет нашел подтверждение в судебном заседании. На основании исследованных в судебном заседании доказательств, в частности, протоколов осмотра мобильных телефонов осужденных, а также их показаний, установлено, что общение между ними и неустановленным лицом происходило посредством данной сети (в т.ч. сообщениями и фотографиями с местами закладок с указанием координат), когда непосредственный контакт отсутствовал, в последующем же информация по сети Интернет должна была передаваться конечным потребителям. Без использования данной сети выполнение объективной стороны преступлений являлось бы невозможным.

Суд правильно оценил содеянное ФИО1 применительно к каждому оборудованному им тайнику и изъятому при задержании наркотическому средству, как совершение в составе организованной группы самостоятельных преступлений, поскольку его умыслом в каждом конкретном случае (при оборудовании конкретного тайника-закладки с наркотическим средством) охватывался сбыт определенного количества наркотического средства разным лицам и при различных обстоятельствах.

Поскольку наркотик изымался из тайников (сведения о которых не были доведены до потребителей) и при задержании ФИО1, им совершены неоконченные преступления – покушения.

Вид и масса наркотических средств, определивших квалификацию содеянного по каждому эпизоду, как в значительном и крупном размерах, правильно установлены судом на основании справок об исследовании и заключений экспертиз в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 01 октября 2012 года N 1002.

Разрешение вопроса о вменяемости ФИО1 осуществлено судом с учетом имеющих значение для этого обстоятельств. По результатам чего суд обоснованно признал его вменяемыми, подлежащим уголовной ответственности и наказанию за содеянное.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6,43,60,66 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, влияния назначаемого наказания на его исправление и условия жизни семьи, а также иных, имеющих значение обстоятельств, всех известных данных о личности осужденного.

При этом данные о личности осужденного ФИО1 судом в приговоре приведены достаточно подробно и соответствуют действительности.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, признаны в соответствии с ч.1, 2 ст. 61 УК РФ признание вины и раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние его здоровья.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, по настоящему делу не имеется.

Оснований для применения положений ст.ст. 15 ч. 6, 73 УК РФ суд не нашел, мотивировав принятое решение. Как, в связи с отсутствием по делу исключительных обстоятельств, о которых идет речь в законе, суд обоснованно не усмотрел оснований для применения ст.64 УК РФ.

За каждое из преступлений суд с учетом вышеуказанных положений общей части УК РФ назначил наказание в виде лишения свободы, придя к выводу, что цели наказания могут быть достигнуты лишь путем реального отбывания наказания. Исходя из стадий совершенных преступлений, наказание за каждое из них назначено с применением положений ч. 3 ст. 66 УК РФ, а в связи с наличием смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствием отягчающих - с учетом правил ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Последовательно применив указанные нормы и, учтя иные смягчающие наказание обстоятельства, суд обоснованно назначил ФИО1 наказание за каждое совершенное преступление ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч.4 ст. 228.1 УК РФ, без ссылки на ст. 64 УК РФ, что согласуется с разъяснениями, содержащимися в абз. 2 п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", согласно которым если в результате применения ст. ст. 66 и (или) 62 УК РФ либо ст. ст. 66 и 65 УК РФ срок или размер наказания, который может быть назначен осужденному, окажется менее строгим, чем низший предел наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ (либо равным ему), то наказание назначается ниже низшего предела без ссылки на ст. 64 УК РФ.

Применяя индивидуальный подход при назначении наказания, суд не назначил являющиеся альтернативными дополнительные виды наказаний.

Наказание по совокупности преступлений обоснованно назначено судом ФИО1 с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний.

Назначенное наказание, как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности путем частичного сложения является справедливым, оснований для его смягчения не имеется. Все обстоятельства, о которых ФИО1 указал в своей жалобе, были в полной мере учтены при назначении ему наказания.

Вопреки приводимым осужденным ФИО1 в жалобе утверждениям, назначенное ему наказание является справедливым. Доводы ФИО1, что участвовавший в деле государственный обвинитель предлагал суду назначить наказание в меньшем размере, нежели назначил суд в приговоре, не могут служить основанием для снижения размера наказания, поскольку мнение стороны обвинения в этом вопросе не имело для суда обязательного значения. Поэтому жалоба осужденного удовлетворению не подлежит.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы – исправительная колония строгого режима, определен ФИО1 в соответствии с положениями ст.58 ч.1 п. «в» УК РФ. Зачет времени его содержания под стражей в срок наказания правильно произведен судом на основании ч. 3.2 ст. 72 УК РФ.

Принятое судом решение в части вещественных доказательств отвечает требованиям ч.3 ст. 81 УПК РФ. При этом мотивированным и основанным на законе является решение суда в соответствии с п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ о конфискации мобильного телефона осужденного, как средства совершения преступления (использованного при совершении преступлений),

Руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Свердловского районного суда г.Костромы от 10 октября 2025 года в отношении ФИО1 – изменить.

Внести уточнение в описательно-мотивировочную часть приговора при описании совершенного ФИО1 преступления, указав, что 18.03.2025 года не позднее 9 часов 10 минут с целью дальнейшего незаконного сбыта он незаконно приобрел оптовую партию наркотического средства (название по тексту приговора) упакованное в 8 свертков.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на протоколы проверки показаний на месте с участием ФИО2 и ФИО1, а также на оглашенные показания свидетеля О.Р.Р., как на доказательства вины осужденного.

В остальном приговор Свердловского районного суда г.Костромы от 10 октября 2025 года в отношении ФИО1 – оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу и могут быть обжалованы в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через Свердловский районный суд г. Костромы в течение шести месяцев со дня провозглашения апелляционного определения, а осуждёнными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии приговора и апелляционного определения, вступивших в законную силу. В случае пропуска этого срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подаётся по правилам выборочной кассации непосредственно в суд кассационной инстанции. Осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: