Дело № 2-2270/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 августа 2017 года город Красноярск

Кировский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Гарбуза Г.С.,

при секретаре Кляпец М.А.,

с участием: 

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от 09.06.2017 года,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2270/2017 по исковому заявлению ФИО1 ФИО8 к ФИО3 ФИО9 о взыскании неосновательного обогащения,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 и просит: взыскать с ответчика в свою пользу 2710102 рубля – неосновательное обогащение, а также 21751 рубль – расходы по уплате госпошлины.

В обоснование заявленных исковых требований истец указывает на то, что 02 ноября 2016 года между ФИО3 и ФИО1 был заключён договор уступки прав (цессии), в соответствии с п. 1.1. которого цедент (ответчик) уступает цессионарию (истцу), а последний принимает в полном объёме права и обязанности по договору купли-продажи имущества от 24.10.2016 года, заключённому между ФИО3 и ООО «

<

данные изъяты>». На основании данного договора купли-продажи к ответчику перешло право собственности на имущество, указанное в приложении № 1. В дальнейшем ответчик переуступил истцу по договору цессии права требования имущества с ООО «

<

данные изъяты>». Согласно п. 3.1 договора цессии, в счёт уступаемых прав и обязанностей цессионарий уплачивает цеденту денежные средства в соответствии с п. 2.1 (п. 4.1 – опечатка) договора купли-продажи от 24.10.2016 года. Пунктом 2.1 договора купли-продажи общая цена имущества определена в 789898 рублей, однако, истец уплатил ответчику 3500000 рублей, что подтверждается распиской. При таких обстоятельствах размер переплаты составил 2710102 рубля (3500000 рублей – 789898 рублей). Ввиду того, что ответчик необоснованно обогатился на данную сумму, с него в пользу истца подлежат взысканию 2710102 рубля как неосновательное обогащение, а также расходы по уплате госпошлины в размере 21751 рубль.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился. Извещён о времени и месте рассмотрения гражданского дела надлежащим образом. Обеспечил участие в деле своего представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям. Суду по существу заявленных исковых требований дополнительно пояснила, что 24.10.2016 года ответчик ФИО3 приобрёл у ООО «

<

данные изъяты>» имущество на сумму 789898 рублей. Впоследствии ответчик переуступил права по договору цессии ФИО1 Истец уплатил ответчику 3500000 рублей по договору цессии, что подтверждается распиской. Вместе с тем, в п. 3.1. договора цессии указано, что цессионарий уплачивает цеденту в счёт уступаемых прав и обязанностей денежные средства в соответствии с п. 4.1 договора купли-продажи от 24.10.2016 года. Фактически это опечатка, поскольку подразумевался пункт 2.1 договора купли-продажи от 24.10.2016 года. Договорённость об уплате по договору цессии той же цены, что и по договору купли-продажи от 24.10.2016 года, обусловлена пунктом 3.1. договора цессии. Полагает, что ответчик, купив товар у ООО «

<

данные изъяты>» за 789898 рублей и продав его ФИО1 за 3500000 рублей, неосновательно обогатился на разницу, которая составляет 2710102 рубля, поэтому сумма неосновательного обогащения подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признал. Суду пояснил, что он действительно приобрёл на торгах, которые проводились ООО «

<

данные изъяты>», имущество ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 789898 рублей. Приобретение имущества оформлено договором купли-продажи от 24.10.2016 года. При этом он сначала уплатил задаток в размере 102778 рублей 77 копеек, а потом внёс оставшиеся деньги в сумме 687119 рублей 23 копейки, что подтверждается платёжными поручениями. В дальнейшем ФИО1 изъявил желание купить у него это имущество, и они устно договорились на сумму 4500000 рублей. 02.11.2016 года он и ФИО1 заключили договор уступки прав, по которому он (ФИО3) передал истцу свои права по договору, заключённому с ООО «

<

данные изъяты>». По договору цессии ФИО1 заплатил ему 3500000 рублей, что подтверждается распиской от 11.11.2016 года. В то же время цена в договоре цессии не определена. Пункт 1.4. договора цессии от 02.11.2016 года отсылает к п. 4.1 договора купли-продажи от 24.10.2016 года, в котором речь идёт о правах и обязанностях продавца. В п. 3.1. договора цессии также идёт ссылка на п. 4.1 договора купли-продажи. Товар он приобрёл у ООО «

<

данные изъяты>» за одну цену, а передал права на этот товар ФИО1 за другую цену, поэтому в его действиях нет неосновательного обогащения. Более того, истец не доплатил ему 1000000 рублей и всё имущество с площадки не вывез. Об этом он (ФИО3) дважды отправлял в адрес ФИО1 претензии, которые последним не получены. Он был бы согласен вернуть истцу 3500000 рублей, которые он получил его по расписке, если бы ФИО1 возвратил ему имущество, но это невозможно, поскольку ФИО1 уже реализовал часть имущества третьим лицам. Остальное имущество, которое менее ликвидное, и которое реализовать не удалось, ФИО1 у ООО «

<

данные изъяты>» не забирает.

Представитель третьего лица ООО «

<

данные изъяты>», третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явились. Извещены о времени и месте рассмотрения гражданского дела судебным извещением. В деле имеется возврат почтового конверта.

Суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в соответствии со ст. 167 ГПК РФ в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Заслушав представителя истца и ответчика, изучив материалы гражданского дела, суд оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не находит в силу следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно ч. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

На основании ч. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Согласно ст. 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В судебном заседании из предоставленных суду доказательств установлено, что 24 октября 2016 года между ООО «

<

данные изъяты>» в лице конкурсного управляющего ФИО4 и ФИО3 заключён договор купли-продажи оборудования, в соответствии с которым ООО «

<

данные изъяты>» обязуется передать, а покупатель ФИО3 принять в собственность и оплатить обусловленную договором цену за оборудование (имущество), находящееся по адресу: Красноярский край, г. Железногорск, ул. Красноярская, зд. 80. В соответствии с п. 2.1 данного договора, общая цена имущества составляет 789898 рублей. Сумма задатка в размере 102778 рублей 77 копеек засчитывается в счёт покупной цены, оставшуюся сумму – 687119 рублей 23 копейки покупатель оплачивает в течение 30 дней с даты подписания договора (л.д. 4-6). Платёжным поручением от 25.08.2016 года № 99674662 подтверждается, что ФИО3 перечислил ООО «

<

данные изъяты>» задаток за участие в торгах по продаже имущества ООО «

<

данные изъяты>» (л.д. 51). По платёжному поручению от 15.11.2016 года № 909027 ФИО3 произвёл оплату остатка по договору от 24.10.2016 года (л.д. 52).

По договору уступки прав (цессии) от 02 ноября 2016 года, заключённому между ФИО3 и ФИО1, цедент – ФИО3 уступает, а цессионарий – ФИО1 принимает в полном объёме права и обязанности по договору купли-продажи от 24.10.2016 года, заключённому между ФИО3 и ООО «

<

данные изъяты>». Пунктом 1.4. договора уступки прав (цессии) закреплено, что общая цена имущества определяется в соответствии с п. 4.1 договора купли-продажи от 24.10.2016 года. Согласно п. 3.1. договора уступки прав (цессии) в счёт уступаемых прав и обязанностей цессионарий уплачивает цеденту денежные средства в соответствии с п. 4.1 договора купли-продажи от 24.10.2016 года (л.д 7). В то же время пункт 4.1. договора купли-продажи от 24.10.2016 года содержит наименование подраздела «Права и обязанности Продавца» (л.д. 5).

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании утверждает, что в п. 1.4 и п. 3.1. договора уступки прав (цессии) от 02.11.2016 года допущена опечатка, и следовало понимать отсылку не к п. 4.1. договора купли-продажи от 24.10.2016 года, а к п. 2.1 этого договора. Ответчик ФИО3 настаивает, что цена договора цессии в самом договоре отсутствует, и что устно они с ФИО1 договорились о сумме 4500000 рублей, а по расписке он получил от истца 3500000 рублей.

Разрешая спор, суд руководствуется положениями ст. 431 ГК РФ о том, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Анализ содержания пунктов 1.4 и 3.1. договора уступки прав (цессии) от 02.11.2016 года в совокупности с положениями договора купли-продажи от 24.10.2016 года приводит суд к выводу о том, что цена имущества, обусловленная в договоре купли-продажи оборудования от 24.10.2016 года, не равна цене, закреплённой в договоре уступки прав (цессии) от 02.11.2016 года. Объяснения представителя истца о том, что в п. 1.4. и п. 3.1 договора уступки прав (цессии) допущена опечатка, ничем не подтверждаются, исправления лицами, подписавшими договор, не вносились и отдельным документом не оговорены.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания заявленных исковых требований и выдвигаемых против этих требований возражений.

Доводы представителя истца о том, что ФИО3, купив имущество у ООО «

<

данные изъяты>» за 789898 рублей, и продав его ФИО1 за 3500000 рублей, неосновательно обогатился на сумму 2710102 рубля, никакими доказательствами не подтверждаются. 

Исходя из ч. 1 ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Поэтому суд не усматривает законных оснований считать, что ФИО3, который приобрёл имущество у ООО «

<

данные изъяты>» за 789898 рублей по договору купли-продажи, обязан был заключить с ФИО1 договор уступки прав (цессии) именно на 789898 рублей. Имеющаяся в деле расписка подтверждает, что ФИО1 уплатил ФИО3 3500000 рублей в счёт оплаты за материалы ООО «

<

данные изъяты>» по договору, заключённому между ФИО3 и ООО «

<

данные изъяты>» (л.д. 43). Содержание расписки стороны не оспаривают, и у суда сомневаться в относимости и подлинности данной расписки оснований нет.

При таких обстоятельствах суд отказывает ФИО1 в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика ФИО3 денежных средств в размере 2710102 рубля.

В силу ч.1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований истцу отказано, суд не находит оснований для взыскания с ФИО3 в пользу истца расходов по уплате госпошлины.

Кроме этого, в соответствии со ст. 144 ГПК РФ, обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. Судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. 

Учитывая, что исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения, суд оснований к дальнейшему сохранению обеспечительных мер не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО10 к ФИО3 ФИО11 о взыскании неосновательного обогащения, а также расходов по уплате госпошлины – отказать в полном объёме.

Отменить меры по обеспечению иска, принятые на основании определения Кировского районного суда г. Красноярска от 30 августа 2017 года, в виде наложения ареста на имущество ответчика ФИО3 ФИО12, проживающего по адресу: г.Красноярск, ул. 

<

данные изъяты>, д. 53, кв. 29, в пределах суммы исковых требований – в размере 2710102 рубля.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме (04 сентября 2017 года), путём подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Красноярска.

Судья Г.С. Гарбуз