Гражданское дело №19RS0№-78

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<

адрес> 09 ноября 2020 года

Аскизский районный суд Республики Хакасия в составе представительствующего судьи Райковой И.В., 

при секретарях Топоевой К.А., Мастраковой А.В.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1,

представителя ответчика Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Хакасия «Республиканская клиническая офтальмологическая больница им. Н.М. Одежкина» по доверенности ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 ФИО17 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Хакасия «Республиканская клиническая офтальмологическая больница им. ФИО8», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Хакасия «Аскизская межрайонная больница», ФИО10 ФИО18, ФИО5 ФИО19, ФИО6 ФИО20, ФИО3 ФИО21 о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с требованиями к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Хакасия «Республиканская клиническая офтальмологическая больница им. Н.М. Одежкина» (далее ГБУЗ «РКОБ им. Н.М. Одежкина»), ФИО10 ФИО22, ФИО5 ФИО23, ФИО6 ФИО24, ФИО3 ФИО25 о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 руб.

В обоснование иска истцом указано, что истец ФИО4 обратился в ГБУЗ РХ «Республиканская клиническая офтальмологическая больница им. Н.М. Одежкина» с проблемой снижения зрения на оба глаза, где с января 2005 года по май 2019 года истец проходил оперативное, стационарное лечение. Полагает, что в результате неквалифицированных действий ответчиков правый глаз перестал видеть спустя 2 года с момента операции. В справке №630 ГБУЗ «РКОБ им. Н.М. Одежкина» ставит диагноз абсолютная глаукома. Состояние левого глаза, после операции проведенной ФИО5 не изменилось, в следствие этого в 2008 году истцу повторно была проведена операция на левый глаз врачом ФИО6, однако, при повторно проведенной операции улучшение зрения не произошло. В мае 2012 года истец находился на стационарном лечении в ГБУЗ «РКОБ им. Н.М. Одежкина», была проведена операция врачом ФИО7 на левом глазу, по имплантации ИОЛ (мягкий), затем последовала еще одна операция в 2012 году, однако зрение не только не восстанавливалось, а только ухудшалось. Таким образом, неквалифицированные действия ответчиков стали причиной резкого ухудшения здоровья истца и повлекли за собой полную потерю зрения на оба глаза. Из-за потери зрения Истец испытывает нравственные и физические страдания. Полагает, что наличие причинной связи между неквалифицированными действиями врачей и последующим ухудшением зрения, а затем и стойкая его утрата явно следуют из представленных в материалы дела документов.

Определением Аскизского районного суда от 29.05.2020 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Хакасия «Аскизская межрайонная больница» (далее ГБУЗ «Аскизская МБ»).

В своем заявлении об уточнении исковых требований ФИО1 просил взыскать в пользу истца с ГБУЗ «Аскизская МБ», ГБУЗ «РКОБ им. Н.М. Одежкина» в качестве компенсации морального вреда 500000 руб.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, направил для участия в деле своего представителя ФИО1

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика ГБУЗ «РКОБ им. Н.М. Одежкина» ФИО2 по доверенности в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.

В своих возражения, описав предоставленное в ГБУЗ «РКОБ им. Н.М. Одежкина» в период с 2005 по 2019 годы ФИО4 лечение, указала на то, что ФИО4 страдает глаукомой обоих глаз с 1996 года. Развитие эпителиально-эндотелиальной дистрофии роговицы левого глаза связано с возрастным снижением плотности эпителиально-эндотелиальных клеток роговицы, длительным приемом антиглаукоматозных капель. Отсутствие зрения правого глаза, низкое зрение левого глаза у ФИО4 связано с наличием абсолютной глаукомы на оба глаза и с заболеванием левого глаза-эпителиально-эндотелиальной дистрофии. Специализированная медицинская помощь ФИО4 оказывалась своевременно по его обращаемости.

Представитель ГБУЗ РХ «Аскизская МБ» по доверенности ФИО9, в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания.

Ответчик ФИО6 просил суд отказать ФИО4 в удовлетворении исковых требований, пояснил, что в 2008 году проводил ФИО4 антиглаукомную операцию, однако глаукома, это неизлечимая болезнь, медицинские действия направлены только на снижение внутриглазного давления. В 2001 году ФИО4 проведено плановое поддерживающее лечение, однако слепой он был уже в 2008 году. Лечение проводилось по показаниям, ошибок не было. У ФИО4 прогрессирующая глаукома, которая быстро приводит к слепоте.

Ответчики ФИО6, ФИО10, ФИО5, ФИО11 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, заявлений об отложении не представили, в связи с чем при указанных обстоятельствах, суд, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), считает возможным перейти к рассмотрению дела по существу в отсутствие не явившихся участников процесса.

Суд, заслушав пояснения явившихся лиц, исследовав, путем оглашения в судебном заседании, письменные доказательства, содержащиеся в материалах дела, и оценив их в совокупности на предмет относимости, достоверности и допустимости, приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь – комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В силу ч. 1 ст. 37 названного Закона, медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ч. 3 ст. 98 названного Закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Как следует из доводов искового заявления и содержащихся в материалах дела документов в основаниях поданного иска и доводов, озвученных представителем истца при рассмотрении дела следует, что ФИО4 заявляя требования, основывает их как на некачественно оказанной ему медицинской услуге, в результате оказания которой он утратил возможность полноценно видеть.

Согласно п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

На основании указанных норм права, при разрешении спора по настоящему делу необходимым условием для удовлетворения исковых требований должно являться установление обстоятельств нарушения прав истца как потребителя в связи с оказанием ответчиками некачественных медицинских услуг.

Для определения качества оказанной медицинской услуги в соответствии с положениями ч. 1 ст. 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», судом по ходатайству представителя истца была назначена и экспертами КГБУЗ «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки причиненного вреда.

Так, согласно выводам заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 541 от 13.08.2020, выполненного КГБУЗ «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы» следует, что в связи с отсутствием медицинских документов, высказаться о состоянии органа зрения и характере оказываемой медицинской (офтальмологической) помощи ФИО4 в период с 1996 по 2005 год не представляется возможным.

Согласно сведениям из представленных медицинских документов, при оказании медицинской (офтальмологической) помощи ФИО4 допущены нарушения:

неполное выведение хрусталиковых масс в ходе удаления катаракты (запись в медицинской карте стационарного больного № 1203 от 04.05.12);

фотодеструкция ретролентальной зрачковой мембраны (запись от28.09.12 в медицинской карте стационарного больного № 2759) / лазерная гиалоидопунктура (выписной эпикриз из истории болезни № 2759) на фоне признаков внутриглазного воспаления (увеита).

Согласно литературным данным (Ошибки и осложнения при имплантации искусственного хрусталика. ФИО12, ФИО13. 1992),

неполное выведение хрусталиковых масс в ходе экстракции катаракты, обычно влечет необходимость повторного оперативного вмешательства с целью их удаления (что соответствует записи в медицинской карте стационарного больного № 1203 от 05.05.12), а также является фактором риска развития послеоперационного факогенного увеита и в последующем эндотелиально- эпителиальной дистрофии роговицы (что соответствует записи о наличии остатков хрусталиковых масс, просматриваемых в области колобомы (отверстия) радужки и в области зрачка в амбулаторной карте № 84 от 19.09.12, 17.04.13; в медицинской карте стационарного больного № 2759 от 21.09.12).

Вместе с тем, экспертная комиссия не может однозначно высказаться лишь о факогенном происхождении увеита, так как его развитие могло быть связано, в том числе и с наличием правостороннего катарального гайморита (запись в медицинской карте стационарного больного № 2759 от 24.09.12), либо сочетаниея гайморита с остатками хрусталиковых масс в полости глаза. Внутриглазное воспаление (увеит) является противопоказанием к проведению лазерных вмешательств ввиду высокого риска обострения воспалительного процесса и, как следствие, неэффективности проведенного вмешательства. Помимо этого, лазерная дисцизия всегда сопровождается повреждением эндотелия роговицы и является существенным фактором риска развития эндотелиально-эпителиальной дистрофии роговицы, особенно на «глаукомных глазах», предполагающих исходно сниженное количество эндотелиальных клеток и их качественную неполноценность.

Непосредственной причиной полной утраты зрительных функций (потеря зрения) у ФИО4 является закономерное прогрессирование глаукомного процесса, протекавшего на фоне адекватной местной гипотензивной терапии (ВГД OS =34 мм рт. ст. от 21.10.13; 51 мм рт. ст. от 04.07.14; 31 мм рт. ст. от 07.10.14; 39 мм рт. ст. от 18.05.15 и.т.д. - записи в амбулаторной карте № 84) с исходом его в терминальную стадию.

Нарушения, допущенные при оказании медицинской (офтальмологической) помощи ФИО4, перечисленные в пункте 1, и их последствия в прямой причинно-следственной связи с потерей зрения ФИО4 не состоят. Однако эти нарушения обусловили понижение остроты зрения в послеоперационном периоде.

Экспертная комиссия обращает внимание, что, согласно сведениям из представленных медицинских документов, ФИО4 страдал заболеванием (глаукома обоих глаз; катаракта правого глаза), возникшим до начала оказания ему офтальмологической помощи и при своем закономерном течении, ведущем к потере зрения, при этом отказывался от оперативного лечения на начальных этапах, т.о. ухудшение зрения ФИО4 связано с характером имевшейся у него офтальмологической патологии (повышение внутриглазного давления; катаракта, глаукома).

В соответствии с п.24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом МЗиСР РФ от 24.04.2008г № 194н, ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью заболевания, поздними сроками начала лечения - не рассматривается как причинение вреда здоровью.

Указанное заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 541 от 13.08.2020, выполненное КГБУЗ «Красноярское краевое Бюро судебно-медицинской экспертизы», суд признает допустимым доказательством по делу, поскольку заключение является достоверным, данная экспертиза проведена на основании определения суда, экспертное исследование полностью соответствует требованиям гражданско-процессуального закона, выполнено специалистами, квалификация которых сомнений не вызывает, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу ложного заключения, не заинтересованы в исходе дела, заключение основано на материалах гражданского дела и медицинских документах ФИО4, на все поставленные вопросы даны ответы, выводы экспертов оформлены надлежащим образом, научно обоснованы, представляются ясными, понятными и достоверными.

К тому же, никакими объективными доказательствами выводы заключения судебной медицинской экспертизы, со стороны истца, опровергнуты не были.

Как разъяснено в абз. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами. При этом на потерпевшего возложена обязанность по доказыванию обстоятельства, подтверждающего факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Анализ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, а также об ответственности за вред, причиненный здоровью граждан, указывает на то обстоятельство, что обязательным условием наступления ответственности за нарушение медицинскими работниками прав граждан в области охраны здоровья являются факт причинения вреда и наличие причинной связи виновных действий с наступившими неблагоприятными последствиями.

Рассматривая заявленные истцом требования суд также исходит из представленных доказательств по делу, которые оценивает по правилам ст. ст. 12, 55, 69, 71, 86 ГПК РФ, в том числе учитывает выводы заключения экспертов в совокупности с иными представленными доказательствами, а в связи с чем приходит к выводу о том, что в действиях лечебных учреждений не установлено виновных действий (бездействий), которые можно было расценить как некачественное оказание медицинских услуг, повлекшее причинение вреда здоровью ФИО4, поскольку дефект медицинской помощи предполагает противоправность действия (бездействия) медицинского работника и установление виновности конкретного лица в неблагоприятном исходе лечения, а отсутствие вины является основанием для освобождения ответчика от ответственности.

На основании изложенного суд полагает, что поскольку не установлена причинно-следственная связь между действиями ответчиков и причинением истцу вреда здоровью, то у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований ФИО4 и возложения на ответчика обязанности компенсации морального вреда.

Каких-либо достоверных и достаточных доказательств наличия врачебной ошибки, халатности или небрежности медицинского персонала, иных недостатков оказанной услуги, в деле не имеется.

Таким образом, основываясь на конституционном принципе состязательности сторон и обязанности предоставления сторонами доказательств в обоснование заявленных требований и возражений, оценив доказательства каждое в отдельности и в их совокупности, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований истца ФИО4 не имеется.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь ст.ст. 193-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО4 ФИО26 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Хакасия «Республиканская клиническая офтальмологическая больница им. Н.М. Одежкина», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Хакасия «Аскизская межрайонная больница», ФИО10 ФИО27, ФИО5 ФИО28, ФИО6 ФИО29, ФИО3 ФИО30 о взыскании компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение месяца с момента его вынесения в окончательном варианте путем подачи апелляционной жалобы через Аскизский районный суд Республики Хакасия.

Мотивированное решение изготовлено 10 ноября 2020 года. 

Председательствующий И.В. Райкова