Судья: Куксин И.С. Дело № 22-211/2026

***

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Барнаул 22 января 2026 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе: председательствующего Видюковой С.И.,

при помощнике судьи Зальцман А.Н.,

с участием: прокурора Горовой В.В.,

адвоката Евдокимовой В.А. (посредством видеоконференц-связи),

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Евдокимовой В.А. на приговор Зонального районного суда Алтайского края от 18 ноября 2025 года, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГ в 

<

адрес>, гражданка РФ, несудимая,

- осуждена по ч.1 ст.318 УК РФ к штрафу в размере 30 000 рублей.

Разрешены вопросы о мере пресечения, гражданском иске потерпевшего.

Кратко изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признана виновной в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти – сотрудника полиции В.Е.В,, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено в 

<

адрес> 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции ФИО1 вину не признала.

В апелляционной жалобе адвокат Евдокимова В.А. выражает несогласие с приговором, который считает незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить, принять решение об оправдании ФИО1

Указывает, что фактически все обвинение построено лишь на показаниях свидетеля К.И.Ю. и потерпевшего, так как иных доказательств, подтверждающих вину ФИО1 в совершении преступления, в представленных материалах дела не содержится.

Отмечает, что на момент проведения экспертизы в отношении потерпевшего каких-либо повреждений, подлежащих судебно-медицинской квалификации, у него обнаружено не было. Видеозапись регистратора в патрульном автомобиле, об изъятии которой ходатайствовала сторона защиты, не исследована.

Ссылаясь на показания свидетеля П.В.Г. и заключение эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, дает им собственную оценку и полагает, что имеет место быть подмена судебно-медицинской экспертизы свидетельскими показаниями врача. Также отмечает, что потерпевший В.Е.В. прибыл на экспертизу только через 9 дней, когда отсутствие покраснений уже можно объяснить давностью произошедшего.

Считает, что судом первой инстанции были проигнорированы нарушения, допущенные при проведении и составлении протокола проверки показаний потерпевшего на месте от ДД.ММ.ГГ и протокола проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГ с участием свидетеля К.И.Ю. Приводит содержание данных протоколов, показаний потерпевшего, свидетелей Л.Л.Н., П.А.В., Щ.О.А. в части указанных следственных экспериментов, дает им собственную оценку и указывает, что имеются основания для признания данных доказательств недопустимыми.

Обращает внимание, что судом также проигнорированы противоречия в показаниях потерпевшего и свидетелей по делу, в том числе тех, кто не являлся непосредственным очевидцем рассматриваемых событий. При этом, свидетель К.Л.И. пояснила при допросе в судебном заседании, что не давала тех показаний, которые были занесены в протокол допроса в ходе предварительного расследования.

Ссылаясь на показания свидетелей К.И.Ю. и К.В.С., указывает, что они были изменены последними с целью устранения многочисленных несостыковок и противоречий, имеющихся в материалах дела, однако суд не дал этому должной оценки.

С учетом имеющихся противоречий в показаниях свидетелей, которые положены в основу обвинения, полагает, что если свидетель К.И.Ю. и вставала на порог автомобиля, услышав крики, то увидеть ничего не могла. По меньшей мере, по мнению защитника, изложенное свидетельствует о неустранимых сомнениях в показаниях данного свидетеля.

Также считает, что судом были безосновательно проигнорированы показания свидетеля К.В.С., данные как в ходе судебного разбирательства, так и в ходе предварительного расследования ДД.ММ.ГГ. Отмечает, что при указанном допросе свидетелю пришлось самостоятельно дописывать свои показания, а именно, указание на то, что потерпевший угрожал "пристрелить" ФИО1, и она это слышала. Это же слышали и свидетели Щ.О.А. и А.. Полагает, что данные сведения намеренно не были внесены в протокол, а все, что происходило далее, подробно изложено в жалобе, с которой свидетель К.В.С. обратилась в прокуратуру 

<

адрес> и к руководству 

<

адрес>, а также ее пояснениях в ходе судебного заседания.

В частности, при проведении очной ставки от ДД.ММ.ГГ со свидетелем К.И.Ю., при дополнительном допросе от ДД.ММ.ГГ, в ходе проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГ, при проведении очной ставки с потерпевшим от ДД.ММ.ГГ ею не были даны показания, противоречащие первому допросу от ДД.ММ.ГГ. К.В.С. пояснила, что правдивые сведения отражены именно в ходе допроса от ДД.ММ.ГГ, когда она все хорошо помнила. Данный свидетель в тот момент была беременна, ее ничего не отвлекало, она все рассказала, как было. При этом она ходатайствовала о том, чтобы ее больше не беспокоили, так как уже находилась в состоянии беременности и понимала, что после рождения ребенка в следственных действиях ей будет участвовать трудно. Однако уже после рождения ребенка с участием К.В.С. назначались новые следственные действия, на которых она была вынуждена присутствовать с новорожденным грудным ребенком на руках, при этом указанные следственные действия были очень длительными и К.В.С. не могла внимательно читать протоколы следственных действий. Кроме того, следователь вел со свидетелем беседы на отвлеченные темы, что в совокупности, по мнению адвоката, свидетельствует о том, что это делалось намеренно, чтобы избежать со стороны свидетеля К.В.С. тщательной проверки того, что вносится в протокол.

Считает, что если бы свидетель К.В.С. действительно решила изменить показания, то она не стала бы опровергать их в своих жалобах и в суде.

Указывает, что К.В.С. в ДД.ММ.ГГ года действительно проживала в гостях у ФИО1, но уже имела и жилье в 

<

адрес>, поэтому у нее не было оснований, как указано в протоколе дополнительного допроса от ДД.ММ.ГГ, опасаться, что ФИО1 выгонит ее из своего дома. В судебном заседании также никакой зависимости К.В.С. от ФИО1 установлено не было, поэтому ничего не препятствовало свидетелю говорить правду. Отмечает, что, согласно показаниям К.В.С. в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, она была у ФИО1 в гостях, а не жила у нее. При этом, на момент допроса ДД.ММ.ГГ К.В.С. уже не находилась у ФИО1 в гостях, а проживала в 

<

адрес>, что занесено в протокол допроса.

Судом первой инстанции также не была дана надлежащая оценка вышеперечисленным обстоятельствам и необоснованно при вынесении приговора учтены измененные свидетелем К.В.С. показания, данные по прошествии 8 месяцев после произошедшего в ходе дополнительного допроса, а не те, что были даны ею первоначально и в ходе судебного разбирательства.

Указывает, что изначально ФИО1 была привлечена по ст.19.3 КоАП РФ за неповиновение?законному распоряжению сотрудника полиции. Считает, что именно таким образом необходимо квалифицировать действия ФИО1, так как в судебном заседании, равно как и в ходе предварительного расследования, она поясняла, что не имела умысла на нанесение ударов потерпевшему, пыталась вырваться от него, могла по неосторожности причинить ему физическую боль. Обращает внимание, что свидетелей нанесения осужденной ударов по ногам потерпевшего не имеется. Считает, что умысел ФИО1 на совершение преступления не установлен и является субъективной оценкой потерпевшего В.Е.В, ФИО1 пояснила, что пыталась не дать закрыть дверь автомобиля, в который ее посадил потерпевший, так как летом в полностью закрытом автомобиле душно, а открыть окно у ФИО1 не получилось бы в силу того, что на нее были одеты наручники. Свидетель К.И.Ю. в судебном заседании также пояснила, что ФИО2, сидя в автомобиле, "брыкалась", что и не отрицает ФИО1, но она пинала дверь автомобиля, выставляла свои ноги, чтобы помешать ее закрыть, а не преследуя цель нанести удар В.Е.В,

По мнению защитника, указанные действия как раз и образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ст.19.3 КоАП РФ, так как ФИО1 действительно сопротивлялась именно распоряжениям и действиям В.Е.В,, именно его физическое воздействие на ФИО1 вызывало ее сопротивление, она не подошла к нему сама с целью ударить, а пыталась вырваться и не дать закрыть дверь патрульного автомобиля, то есть субъективная сторона вменяемого ФИО1 преступления отсутствует, так как умысла на применение насилия в отношении представителя власти у нее не было, а представленные доказательства по делу не свидетельствуют об обратном.

Отмечает, что потерпевший и свидетель К.И.Ю. то утверждали, что никакого физического воздействия на ФИО1 не было, то соглашались, что В.Е.В. ФИО1 все-таки толкнул, при этом сама ФИО1 указывала, что В.Е.В. тащил ее, взял в захват локтевого сустава за горло, толкнул с силой и даже угрожал застрелить, будучи вооруженным огнестрельным оружием.

Дает критическую оценку утверждению о том, что В.Е.В. толкнул ФИО1 с целью "прекратить противоправные действия последней", в связи с тем, что она пыталась его ударить, так как незадолго до этого, также пресекая действия ФИО1, когда она замахнулась на свою дочь, В.Е.В. просто перехватил ее руку. По мнению защитника, этот акт насилия со стороны В.Е.В, был не оправдан и ничем не обусловлен. Считает, что в данном случае кроется причина оговора ФИО1 со стороны потерпевшего, ведь она могла зафиксировать телесные повреждения, полученные в результате падения, и ссадины на запястьях, а угрозам, озвученным им в ее адрес, были свидетели, в связи с чем она обратиться с соответствующим заявлением о привлечении В.Е.В, к ответственности. Полагает, что это могло послужить мотивом составления потерпевшим рапорта о том, что, якобы, ФИО1 сама применила к нему насилие, чтобы избежать увольнения со службы в связи с совершением поступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. При том, свидетель К.И.Ю., понимая сложившуюся ситуацию, намерено выбрала своего коллегу и дала показания в подтверждение его версии событий.

Учитывая изложенное и ссылаясь на положения ст.14 УПК РФ, правовую позицию Конституционного Суда РФ, считает, что доводы защиты не были опровергнуты, а имеющиеся сомнения не устранены, в связи с чем в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ.

В возражениях на жалобу заместитель прокурора Зонального района Л.А.Ю. просит оставить ее без удовлетворения, приговор суда - без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, права на представление доказательств, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на законность и обоснованность судебного решения, ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного заседания, допущено не было. Из протоколов судебных заседаний следует, что все ходатайства разрешены судом в соответствии со ст. 271 УПК РФ, необоснованного отклонения ходатайств не установлено. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих об односторонности или неполноте судебного следствия, не имеется.

Вопреки доводам жалобы, по существу не содержащей указания на обстоятельства, которые бы не были проверены и оценены судом первой инстанции, а излагающих собственную оценку обстоятельств дела, исследованных доказательств, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, установленных приговором, основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, приведенных в приговоре, проверенных и оцененных с соблюдением требований ст.ст.87, 88 УПК РФ. При этом суд в соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ мотивировал, почему принял одни и отверг другие доказательства, все выявленные в ходе рассмотрения дела противоречия устранены, каких-либо противоречий в своих выводах суд в приговоре не допустил.

Суд апелляционной инстанции считает, что в основу обвинительного приговора правомерно положены показания потерпевшего В.Е.В, об обстоятельствах, при которых в отношении него было совершено преступление. Так, потерпевший подробно пояснил о причине прибытия по адресу проживания ФИО1, агрессивном поведении последней, визуально находившейся в состоянии алкогольного опьянения, что следовало из ее шаткой походки, запаха алкоголя; обстоятельствах, при которых осужденная ударила потерпевшего по груди своей рукой, а в последующем нанесла 2 удара своими ногами по ногам В.Е.В, с лицевой стороны. При этом, как удар в ограде домовладения по груди, так и удары по ногам В.Е.В, осужденная наносила целенаправленно, не отмахиваясь.

Доводы стороны защиты о заинтересованности потерпевшего в исходе дела в связи с желанием сокрыть его противоправные действия в отношении ФИО1 являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и были обоснованно отвергнуты как необоснованные, с приведением мотивов, оснований не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции не усматривает.

Последовательные показания потерпевшего подтверждаются совокупностью других исследованных судом и нашедших отражение в приговоре доказательств, в частности:

- показаниями свидетеля К.И.Ю. - инспектора по делам несовершеннолетних 

<

адрес> о том, что причиной прибытия по адресу проживания осужденной послужило поступившее сообщение о том, что находящаяся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 бьет своего малолетнего ребенка. По прибытии, она пыталась побеседовать со старшей дочерью осужденной, для чего вывела ее из ограды, однако ФИО1 вышла к ним из ограды и замахнулась на свою дочь. В.Е.В. перехватил руку осужденной и завел ее в ограду домовладения, на что последняя отреагировала агрессивно, стала хватать потерпевшего за форму, ударила его в грудь своей правой рукой. В.Е.В. немного оттолкнул ФИО1 от себя, и она как бы присела на землю. Все это К.И.Ю. наблюдала с порога служебного автомобиля, сама лично видела один удар со стороны ФИО1 по В.Е.В, Удары осужденной ногами по потерпевшему она не видела, однако слышала его реакцию на удары ФИО1 Свидетель отметила, что в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 ведет себя агрессивно по отношению к детям и соседям, неоднократно привлекалась к административной ответственности по ст.5.35 КоАП РФ за ненадлежащее отношение к своим родительским обязанностям;

- показаниями свидетеля З.С.А., данными на стадии следствия в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, согласно которым ДД.ММ.ГГ в ДД.ММ.ГГ часов ДД.ММ.ГГ минуты в дежурную часть ОМВД России по 

<

адрес> поступил телефонный звонок от жительницы 

<

адрес> Р.Н.В., которая пояснила, что, находясь на 

<

адрес> в 

<

адрес>, она увидела, как ФИО1 ударила своего сына палкой. В этот же день в ДД.ММ.ГГ часов ДД.ММ.ГГ минут поступило сообщение от врача терапевта 

<

данные изъяты> который сообщил, что в указанное время к нему в приемный покой с осмотром обратился В.Е.В., в ходе которого у последнего были обнаружены телесные повреждения – ушиб грудной клетки, ушиб внутренних поверхностей обеих бедер;

- показаниями свидетеля П.К.В., ранее проходившего службу в должности участкового уполномоченного полиции ОМВД России по 

<

адрес>, об обстоятельствах применения насилия со стороны ФИО1 в отношении В.Е.В,, ставших известными ему со слов последнего; о характеристике осужденной, ранее известной ему в связи с злоупотреблением алкогольных напитков;

- показаниями свидетеля К.В.С., данными на стадии следствия в ходе очной ставки со свидетелем К.И.Ю. ДД.ММ.ГГ, в ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГ, в ходе проверки показаний на месте ДД.ММ.ГГ, в ходе очной ставки с потерпевшим В.Е.В. ДД.ММ.ГГ, согласно которым в день рассматриваемых событий между ФИО1 и ее дочерями произошел конфликт, при этом осужденная агрессивно себя вела, бегала вокруг автомобиля, кричала всем, чтобы никто не подписывал объяснения; В.Е.В. просил ФИО1 успокоиться, но последняя его не слушала, громко кричала, при этом применяла грубую нецензурную брань; когда В.Е.В. вел ФИО1 от автомобиля до калитки, последняя брыкалась, вертелась и своими руками пыталась снять руку В.Е.В, со своей правой руки; допускает, что, когда В.Е.В. завел ФИО1 в ограду дома, последняя могла продолжить вырываться, не исключает, что осужденная могла разозлиться, вырваться и ударить В.Е.В, При этом, свидетель пояснила, что ранее давала другие показания по причине того, что на тот момент проживала вместе с ФИО1 и была беременна, боялась за себя и будущее своего ребенка, находилась в трудном положении, так как ей некуда было идти. ФИО1 ведет себя агрессивно, находясь в состоянии алкогольного опьянения. При этом она может манипулировать, угрожать К.В.С. или своим детям. Между ФИО1 и ее дочерями Щ.О.А., Щ.А.А. постоянно происходят конфликтные ситуации, в том числе и по незначительным причинам;

- показаниями свидетеля О.Л.А., данными на стадии следствия в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, в ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГ, согласно которым сотрудник полиции начала беседовать с Щ.А.А., Щ.О.А., К.В.С. Давление на данных лиц не оказывалось. Все они говорили, что ФИО1 вела себя агрессивно, кидалась на всех, в том числе и проявляла агрессию к сотруднику полиции В.Е.В, Более того, кто-то из дочерей ФИО1 сказал, что когда В.Е.В. и ФИО1 находились в ограде дома, то ФИО1 находилась в непосредственной близости с В.Е.В., размахивала руками, кидалась на последнего;

- показаниями свидетеля Х.И.А., данными на стадии следствия в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, в ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГ, согласно которым в ходе опроса Щ.А.А. пояснила, что ДД.ММ.ГГ мама пыталась ее ударить, но сотрудник полиции В.Е.В. не дал ей этого сделать. Кроме того, она пояснила, что мама была пьяна, и она не исключала тот факт, что ФИО1 могла ударить сотрудника полиции, так как в состоянии алкогольного опьянения ведет себя неадекватно, агрессивно. Также это подтвердила и Щ.О.А.;

- показаниями свидетеля К.Л.И., данными на стадии следствия в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, в ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГ, в соответствии с которыми она отрицательно охарактеризовала семью ФИО1, указав, что последняя часто употребляла алкогольные напитки, при этом, на протяжении всего периода проживания к ФИО1 часто приезжали сотрудники полиции, так как между ней и сожителем происходят конфликты. ДД.ММ.ГГ увидела служебный автомобиль сотрудников полиции, ФИО1 что-то кричала, как она поняла, осужденная находилась в состоянии алкогольного опьянения;

- показаниями свидетеля Щ.А.А., данными на стадии следствия в ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГ, согласно которым ФИО1 применяет по отношению к ней и Щ.О.А. физическую силу на фоне алкогольного опьянения. ДД.ММ.ГГ она видела В.Е.В, и К.И.Ю. на участке их дома, припаркованный служебный автомобиль сотрудников полиции, а также не отрицает факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения в указанный день ФИО1, которая мешала К.И.Ю. отбирать у нее объяснения;

- показаниями свидетеля П.В.Г., данными на стадии следствия в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, об обстоятельствах применения ФИО1 насилия в отношении В.Е.В,, ставших известными ему со слов последнего; телесных повреждениях, обнаруженных на теле потерпевшего в ходе осмотра, в виде стойких покраснений в области грудины (грудной клетки спереди), на внутренних поверхностях бедер правой и левой ноги, являющихся ушибами, которые могли быть причинены ударом тупым твердым предметом;

- показаниями свидетеля А.Я.Н., подтвердившего сведения, занесенные в акт освидетельствования;

- показаниями свидетеля П.А.В., данными на стадии следствия в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, подтвердившего факт своего участия в качестве понятого при проведении следственного эксперимента ДД.ММ.ГГ с участием свидетеля К.И.Ю., обстоятельствах его проведения;

- показаниями свидетеля Л.Л.Н., данными на стадии следствия в ходе допроса ДД.ММ.ГГ, аналогичными по содержанию показаниям свидетеля П.А.В.;

- показаниями свидетеля М.С.М., подтвердившей факт своего участия вместе с ФИО3 В, и К.И.Ю. в следственных действиях, обстоятельствах их проведения и отсутствия какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов на участвующих лиц;

- показаниями свидетеля М.А.В. - следователя ДД.ММ.ГГ, расследовавшего данное уголовное дело, о процедуре проведения следственных действий, в том числе с участием свидетеля К.В.С. после рождения ее ребенка, который не отвлекал свидетеля, в связи с чем она была в курсе хода следственных действий; о причинах необходимости дополнительного допроса ряда свидетелей.

Существенных противоречий по юридически значимым обстоятельствам, которые могли бы повлиять на оценку их достоверности, в показаниях указанных лиц, положенных в основу приговора, не содержится, они одинаковым образом описывают происшедшие события.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы жалобы об оговоре осужденной со стороны потерпевшего и свидетеля К.И.Ю., поскольку эти доводы не подтверждены объективными данными, с достоверностью свидетельствующими о наличии у указанных лиц оснований для оговора осужденной и дачи заведомо ложных показаний суду. То обстоятельство, что потерпевший и некоторые свидетели являются сотрудниками полиции, не свидетельствует о подложности их показаний. У суда не имелось объективных оснований сомневаться в достоверности их показаний, поскольку они согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе и между собой.

Таким образом, оснований не доверять данным показаниям свидетелей обвинения суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку указанные лица допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением их прав и обязанностей, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, протоколы допросов оформлены в соответствии с требованиями ст.ст.166, 190 УПК РФ, ими зачитывались, были удостоверены собственноручной подписью, подтверждающей правильность изложенного и отсутствие замечаний, обстоятельств, указывающих на заинтересованность кого-либо из них в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, их оговор, в том числе, связанный с профессиональной деятельностью должностных лиц, а также существенных противоречий в их показаниях, которые влияли бы на выводы о виновности осужденной, не выявлено.

Вопреки доводам жалобы, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции, соглашаясь при этом с критической оценкой суда показаниям, данным свидетелями К.В.С., Щ.А.А., Щ.О.А. в судебном заседании, и мотивами, по которым предпочтение отдано показаниям свидетелей К.В.С. и Щ.А.А. в ходе следствия, согласующимся с другими доказательствами. Свои выводы в этой части суд мотивировал должным образом, оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не имеет.

Противоречия в показаниях свидетелей Л.Л.Н. и П.А.В., данных в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, судом надлежаще выяснены и устранены. Основания для переоценки выводов суда в этой части также отсутствуют.

Принимая изложенное во внимание, каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего и свидетелей стороны обвинения, ставящих под сомнение сам факт совершения преступления осужденной и правильность квалификации ее действий, вопреки доводам стороны защиты, суд апелляционной инстанции не усматривает. При этом, указанные в жалобе обстоятельства не являются достаточным основанием признания показаний потерпевшего и свидетелей, положенных в основу приговора, не соответствующими действительности.

При таком положении, показания вышеуказанных лиц судом правильно оценены как логичные, последовательные, согласующиеся между собой, а также с исследованными письменными доказательствами:

- протоколом следственного эксперимента с участием свидетеля К.И.Ю.;

- медицинскими документами от ДД.ММ.ГГ;

- актом *** от ДД.ММ.ГГ медицинского освидетельствования, согласно которому у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения;

- иными материалами дела, содержание которых полно и правильно приведено в приговоре.

Все доказательства, на которые ссылается сторона защиты, в том числе об отсутствии у В.Е.В, в ходе производства судебно-медицинской экспертизы подлежащих судебно-медицинской квалификации повреждений, о противоречии при проверке показаний на месте потерпевшего ДД.ММ.ГГ при описании действий участвующих лиц и фотоизображения, о неверном пространственном расположении служебного транспорта при проведении следственного эксперимента, в том числе в связи с наличием снежного покрова, являлись предметом исследования суда первой инстанции и получили в приговоре надлежащую оценку. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны тем, что были представлены защитой в ходе судебного разбирательства, сводятся к анализу тех доказательств, которые уже получили оценку суда в обжалуемом решении. При этом суд апелляционной инстанции считает, что доводы и ссылки адвоката на исследованные материалы дела и показания допрошенных лиц не отражают в полной мере существо этих доказательств и оценены автором жалобы в отдельности друг от друга, тогда как исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства необходимо рассматривать и оценивать в их совокупности, что и сделано судом первой инстанции в приговоре.

В свою очередь, совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, является достаточной для разрешения уголовного дела, установления виновности осужденной в совершенном ей преступлении.

Невыясненных обстоятельств, установление которых могло бы иметь существенное значение при постановлении приговора, не было, как и неустранимых сомнений, истолкование которых необходимо в пользу ФИО1 Суд учел все обстоятельства, которые могли бы существенно повлиять на его выводы, и в приговоре дал надлежащую оценку имеющимся в деле доказательствам.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в суде первой инстанции, недоказанности виновности осужденной, существенном нарушении уголовно-процессуального закона.

Позиция защитника в целом сводится к необходимости дачи данным доказательствам иной оценки, чем та, что изложена в приговоре. При этом, новых доводов в опровержение выводов суда о виновности осужденной, которые не являлись бы предметом проверки суда, в апелляционной жалобе не приведено.

Собственная оценка, данная в жалобе показаниям потерпевшего и свидетелей, иным доказательствам по уголовному делу, выдвинутая версия развития событий, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления не опровергает, направлена на переоценку доказательств по делу.

Данных о том, что предварительное расследование и судебное разбирательство проводились предвзято, либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтения какой-то одной из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Иные доводы, на которые обращено внимание в жалобе, при наличии совокупности вышеуказанных доказательств, исследованных судом, свидетельствующих о виновности осужденной в инкриминируемом преступлении, не влияют на законность и обоснованность состоявшегося судебного решения, не дают основания сомневаться в виновности осужденной, поэтому судом апелляционной инстанции отклоняются как несостоятельные.

Основываясь на положениях Федерального закона РФ «О полиции», выписке из приказа о назначении на должность и должностной инструкции, постовой ведомости расстановки нарядов по сменам ОМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ, суд первой инстанции правомерно установил, что в момент рассматриваемых событий В.Е.В. являлся представителем власти и исполнял должностные обязанности, насилие к нему со стороны осужденной было применено в связи с исполнением им служебных обязанностей.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции, оценив представленные сторонами и исследованные доказательства, приходит к убеждению в том, что во время рассматриваемых событий ФИО1, игнорируя требования сотрудника полиции В.Е.В,, полностью соответствующие положениям закона, действуя умышленно, способами, описанными в приговоре, причинила ему физическую боль. Отсутствие у потерпевшего телесных повреждений по результатам судебно-медицинской экспертизы факта применения к нему насилия со стороны ФИО1 не опровергает, поскольку это подтверждается другими доказательствами, в том числе показаниями потерпевшего и свидетеля К.И.Ю., медицинской документацией от ДД.ММ.ГГ.

При таких обстоятельствах суд обоснованно признал не соответствующими действительности показания осужденной о непричастности к совершению инкриминируемого преступления и критически расценил их как обусловленные желанием умалить степень своей вины и избежать ответственности за содеянное, так как они опровергаются всей совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия осужденной по ч.1 ст.318 УК РФ. Оснований для иной квалификации действий ФИО1, прекращения уголовного преследования в отношении осужденной, в том числе оправдания, не имеется.

Наказание осужденной назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о ее личности, смягчающих обстоятельств, влияния назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Установленные по делу смягчающие обстоятельства судом при назначении наказания учтены надлежащим образом. Оснований для признания смягчающими иных обстоятельств суд апелляционной инстанции, также как и суд первой инстанции, не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

В приговоре в достаточной степени мотивированы выводы о необходимости назначения ФИО1 за совершенное преступление наказания в виде штрафа, а также об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ, ст.64 УК РФ, ч.1 ст.62 УК РФ.

Назначенное осужденной наказание суд апелляционной инстанции считает справедливым и соразмерным содеянному, оно назначено в пределах санкции уголовного закона, полностью соответствует положениям ч.2 ст.43 УК РФ и ст.60 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшего обоснованно разрешен в соответствии с положениями ст.ст. 151, 1064 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, приговор, постановленный в отношении ФИО1, суд апелляционной инстанции признает законным, обоснованным и справедливым, не находя оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не выявлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Зонального районного суда Алтайского края от 18 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного постановления и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Председательствующий С.И. Видюкова