32RS0015-01-2020-005537-96

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 июля 2021 года г. Клинцы

Клинцовский городской суд Брянской области в составе:

председательствующего судьи Кобызь Е.Н.,

при секретаре Самсоновой Е.С.,

с участием истцов ФИО2 и ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-298/2021 по исковому заявлению ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о защите чести, достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО1 о защите чести, достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истцы указывают, что ДД.ММ.ГГГГ им стало известно о том, что ФИО1 распространил видеоролик «

<

данные изъяты>» путем размещения его ДД.ММ.ГГГГ на видеохостинге «YouTube» (канал: 

<

данные изъяты>, ссылка на ролик: https://www.youtube.com/watch?v=vrzoeLx99_g). Впоследствии данный видеоролик ДД.ММ.ГГГГ был размещен на канале «

<

данные изъяты>, ссылка на ролик 

<

данные изъяты> В описании под видеозаписью имеется информация о ссылках на страницы в социальной сети «ВКонтакте» и на электронный почтовый ящик: 

<

данные изъяты> На странице «

<

данные изъяты> в разделе видеозаписи и в новостной ленте имеется данная видеозапись с аналогичным названием. Считают, что распространенный видеоролик порочит их честь, достоинство и деловую репутацию, поскольку в видеоролике звучат оскорбления в грубой форме, которые дают отрицательную оценку их деятельности и их личностей, как должностных лиц, без наличия на то оснований, а именно: сюжет смонтирован таким образом, что после видеосъемки и комментариев автора вставлены фрагменты оскорбительных и нецензурных слов и выражений из других видеороликов, которые по задуманному сюжету направлены в отношении их. Автором указанного видеоролика и его распространителем, по мнению истцов, является ФИО1, так как спорный видеоролик загружен с IP-адреса, присвоенного ФИО1, почтовый ящик, указанный на странице под видеороликом, зарегистрирован с IP-адреса ответчика, данные при регистрации указаны «ФИО1».

С учетом изложенного, истцы просят суд признать видеоролик «

<

данные изъяты>» и комментарий к нему, размещенные на видеохостинге «YouTube» ответчиком ФИО1 25.11.2020г., порочащим честь, достоинство и деловую репутацию истцов. Признать незаконным использование и распространение ФИО1 в указанном видеоролике их персональных данных. Обязать ФИО1 удалить данный видеоролик из сетевого интернет-пространства и разместить опровержение. Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 и ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей каждому.

В судебном заседании истцы ФИО2 и ФИО3 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении и пояснениях к иску.

В судебное заседание ответчик ФИО1 не явился, представил в суд ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее в судебных заседаниях ответчик ФИО1 исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении. Пояснил, что не является надлежащим ответчиком по делу, так как истцами не представлено ни одного доказательства того, что он имеет хоть какое-то отношение к созданию или распространению спорного видеоролика.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствии неявившегося ответчика.

Выслушав истцов, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Положения части 1 статьи 21, статей 23 и 34, статьи 45 и части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантируют каждому право на судебную защиту своей чести и доброго имени.

В силу предписания части 3 статьи 17, статьи 29 Конституции Российской Федерации устанавливается возможность выражения каждым своего мнения и убеждения любым законным способом, не нарушающим права и свободы других лиц. Это обязывает суд как орган правосудия при разрешении возникающих споров обеспечивать баланс конституционно защищаемых прав человека на свободное выражение взглядов и прав на защиту всеми свой чести, достоинства и деловой репутации.

Согласно ст.150 ГК РФ достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация являются нематериальными благами. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с п.1 ст.152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

По смыслу указанной нормы опровержению подлежат лишь те сведения, которые являются одновременно не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство или деловую репутацию гражданина.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 7 Постановления № 3 от 24 февраля 2005 года «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в иной, в том числе и устной форме нескольким или хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах и событиях, которые не имели места в реальности во времени, к которому относятся оспариваемые сведения. 

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В соответствии с п.п.4, 5 ст.152 ГК РФ в случаях, когда сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, стали широко известны и в связи с этим опровержение невозможно довести до всеобщего сведения, гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также пресечения или запрещения дальнейшего распространения указанных сведений путем изъятия и уничтожения без какой бы то ни было компенсации изготовленных в целях введения в гражданский оборот экземпляров материальных носителей, содержащих указанные сведения, если без уничтожения таких экземпляров материальных носителей удаление соответствующей информации невозможно. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет».

Таким образом, именно сведения в форме утверждений о фактах, касающихся неправомерной деятельности определенного лица, поддаются проверке на соответствие или несоответствие их действительности и, вследствие этого, именно они могут быть предметом опровержения в порядке статьи 152 ГК РФ.

Как указано в п. 9 постановления Пленума о защите чести и достоинства, в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в сети Интернет был размещен на видеохостинге YouTube видеоролик «

<

данные изъяты>» (канал: 

<

данные изъяты>, ссылка на ролик: 

<

данные изъяты>. 

Впоследствии данный видеоролик ДД.ММ.ГГГГ был размещен на канале «

<

данные изъяты>, ссылка на ролик 

<

данные изъяты>. 

Видеозапись имеет продолжительность 14 минут 57 секунд. Имеет 1422 просмотра.

В описании под видеозаписью имеется информация о ссылках на страницы в социальной сети «ВКонтакте» и на электронный почтовый ящик: 

<

данные изъяты>. 

На странице «

<

данные изъяты>) в разделе видеозаписи и в новостной ленте имеется данная видеозапись с аналогичным названием.

Что подтверждается протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и актом обследования Интернет-ресурсов от ДД.ММ.ГГГГ.

Так, согласно ответу ООО «В Контакте» № от ДД.ММ.ГГГГ, пользователь персональной страницы по адресу 

<

адрес> зарегистрирован на сайте под именем «ФИО11», указал сведения: номер телефона 

<

данные изъяты>, адрес электронной почты 

<

адрес>.

Согласно ответу ООО «Яндекс» № от ДД.ММ.ГГГГ, пользователь 

<

данные изъяты> зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ 13:00:28 с IP-адреса №, с указанием данных имя: ФИО4 фамилия: ФИО1.

Согласно ответу ООО «Т2 Мобайл» № от ДД.ММ.ГГГГ, абонентский № зарегистрирован на ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу г.

<

адрес> 

<

адрес>, паспорт № №.

ПАО «Ростелеком» в своем ответе от ДД.ММ.ГГГГ № (с внесенными изменениями согласно письма от ДД.ММ.ГГГГ №), сообщает, что IP-адресом № пользовался абонент ФИО1, адрес г. 

<

адрес> 

<

адрес>.

Кроме того, в материалах проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО3, имеется рапорт старшего оперуполномоченного отдела «К» БСТМ УМВД России по 

<

адрес> ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что поступил ответ ООО «В Контакте», согласно которого видеофайл «

<

данные изъяты>» был загружен ДД.ММ.ГГГГ пользователем 

<

данные изъяты>

Также в указанном материале проверки, имеется запрос УМВД России по 

<

адрес>, адресованный директору Брянского филиала ПАО «Ростелеком», о предоставлении сведений об абонентах, которым присваивались сетевые адреса, в частности IP-адрес № и IP-адрес №. Согласно полученного ответа от ДД.ММ.ГГГГ, указанные IP-адреса присваивались абоненту ФИО1, адрес установки: 243140, 

<

адрес> г. 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>.

Согласно представленной МО МВД России «Клинцовский» адресной справке на ФИО1, адресом регистрации последнего является: 

<

адрес> г. 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>.

Принадлежность ответчику ФИО1 страницы «

<

данные изъяты>» в социальной сети «ВКонтакте» и размещение им на этой странице спорного видеоролика, подтверждается собранными по делу доказательствами.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО1 является распространителем видеоролика «

<

данные изъяты>». 

Кроме того, свидетели ФИО8 и ФИО9 в судебном заседании показали, что именно ФИО1 производил видео съемку, положенную в основу видеоролика, и на крыльце здания территориального отдела Управления Роспотребнадзора по 

<

адрес> в 

<

адрес> других лиц не присутствовало.

Согласно выводов заключения эксперта ФБУ «Брянская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №, №:

-в надписи «

<

данные изъяты>», нанесенной на фотоизображение ФИО2 и ФИО3, содержащейся на заставке к видеоролику «

<

данные изъяты>», имеются лингвистические признаки унижения по отношению к ФИО2 и ФИО3M. Данная надпись используется автором ролика в отношении ФИО2 и ФИО3 для их характеристики; отсутствуют лингвистические признаки неприличной формы выражения.

-в высказывании, которое начинается со слов «

<

данные изъяты>.», а заканчивается словами «…жилось в Новом году!», которое произносит некий мужчина в видеоролике с 7 мин. 23 сек. по 7 мин. 25сек., содержатся лингвистические признаки унижения по отношению к руководителю территориального отдела 

<

данные изъяты> ФИО2 Данное высказывание используется автором ролика в отношении руководителя 

<

данные изъяты> ФИО2 для его характеристики; отсутствуют лингвистические признаки неприличной формы выражения.

- в надписи на экране «

<

данные изъяты>!», которая транслируется в видеоролике с 7 мин. 29 сек. по 7 мин. 30 сек., содержатся лингвистические признаки унижения по отношению к ФИО2 Данное высказывание используется автором ролика для его характеристики; отсутствуют лингвистические признаки неприличной формы выражения.

-в высказывании, которое начинается со слов «

<

данные изъяты>», а заканчивается «

<

данные изъяты>?», которое произносит некий мужчина, видеоизображение которого транслируется в видеоролике с 12 мин. 02 сек. по 12 мин. 04 сек., содержатся лингвистические признаки унижения по отношению к ФИО2, а также имеются лингвистические признаки неприличной формы выражения. Данное высказывание используется автором ролика в отношении ФИО2 для его характеристики. 

- в высказывании ведущего телевизионного канала НТВ «

<

данные изъяты>?!», видеоизображением которого транслируется в видеоролике с 10 мин 49 сек. по 10 мин. 50 сек., содержатся лингвистические признаки унижения по отношению к ФИО3 и используется автором для ее характеристики; отсутствуют лингвистические признаки неприличной формы выражения.

Таким образом, из вышеизложенных выводов эксперта следует, что только высказывание, которое начинается со слов «

<

данные изъяты>…», а заканчивается «

<

данные изъяты>?», которое произносит некий мужчина, видеоизображение которого транслируется в видеоролике с 12 мин. 02 сек. по 12 мин. 04 сек., и используемое автором в отношении ФИО2 для его характеристики содержит лингвистические признаки неприличной формы выражения и признаки унижения по отношению к ФИО2 

Оскорбление же нецензурной бранью не может являться распространением сведений, порочащих честь и достоинство истцов, поскольку образуют состав административного правонарушения в форме оскорбления.

Так, определением от ДД.ММ.ГГГГ, заместитель прокурора 

<

адрес> рассмотрев материалы проверки по совместному заявлению начальника 

<

адрес> 

<

адрес> в 

<

адрес>, 

<

адрес> и 

<

адрес>х ФИО2 и начальника отдела защиты прав потребителей Управления Роспотребнадзора по 

<

адрес> ФИО3 о привлечении к административной ответственности по ч. 1 и ч. 2 ст. 5.61 КоАП РФ ФИО1, в связи с оскорблениями в их адрес, содержащимися в размещенном ДД.ММ.ГГГГ в сети «Интернет» на общедоступном видеохостинге «YouTube» видеоролике «

<

данные изъяты>», на основании заключения эксперта ФБУ «Брянская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №, отказал в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 статьи 5.61 и ч. 2 статьи 5.61 КоАП РФ в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24.56 КоАП РФ, в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Данное определение не обжаловалось.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ, заместитель прокурора города Клинцы Брянской области рассмотрев материалы проверки по совместному заявлению начальника 

<

адрес> 

<

адрес>х ФИО2 и начальника отдела защиты прав потребителей 

<

адрес> 

<

адрес> ФИО3 о привлечении к административной ответственности по ч. 1 и ч. 2 ст. 5.61 КоАП РФ ФИО1, в связи с оскорблениями в их адрес, содержащимися в размещенном ДД.ММ.ГГГГ в сети «Интернет» на общедоступном видеохостинге «YouTube» видеоролике «

<

данные изъяты>», на основании заключения эксперта ФБУ «Брянская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ № отказал в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 и ч. 2 ст. 5.61 КоАП РФ в отношении неустановленного лица по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 24.56 КоАП РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. 

Из данного определения следует, что в действиях неустановленного лица, смонтировавшего и разместившего указанный видеоролик, усматривается состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ, в действующей на момент размещения видеоролика редакции, - оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, в отношении руководителя 

<

адрес> 

<

адрес> ФИО2

Кроме того, в видеоролике имеется высказывание «

<

данные изъяты>..», которое истцы считают, не соответствует действительности. 

Текст в описании под видеороликом следующего содержания: «

<

данные изъяты>» истцы также находят несоответствующим действительности.

Учитывая положения ст. 10 Конвенции, гарантирующие каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, правовые позиции Европейского Суда при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Из приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что при рассмотрении дел о защите чести и достоинства юридическое значение имеет характер распространенной информации - является ли эта информация утверждением о фактах, либо оценочным суждением.

Определяя наличие признаков, в сведениях, порочащих, по мнению истцов, их честь и достоинство, деловую репутацию, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой, закрепляет принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд, давая оценку изложенным в видеоролике фразам, заставке на видеоролике, носят ли они порочащий характер, исходит из разъяснений в п.7 приведенного выше постановления, где указано, что порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, которые умаляют честь и достоинство гражданина. 

Исследовав фразы на предмет наличия (отсутствия) в их содержании и форме изложения сведений, порочащих честь и достоинство, деловую репутацию истцов, суд делает вывод о том, что фразы в видеоролике не носят порочащего характера, поскольку они не свидетельствуют о совершении истцами каких-либо конкретных недостойных поступков, нарушений закона либо этики. Изложенная ответчиком информация, воспринятая истцами как негативная, имеет субъективно-оценочный характер, носит форму критики и выражена не в форме утверждения о каких-либо фактах, а в форме субъективного мнения ответчика о деятельности истцов как должностных лиц. Одновременно, доказательств тому, что ответчик распространил об истцах какие-либо конкретные не соответствующие действительности сведения о совершении ими противоправного или асоциального поступка, и порочащие вследствие этого честь и достоинство истцов, не представлено.

Таким образом, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, просмотрев в судебном заседании спорный видеоролик, суд приходит к выводу, что изложенные в видеоролике умозаключения, являются сугубо личным суждением автора относительно деятельности ФИО2 и ФИО3, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являются выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, и не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Кроме того, суд также отмечает, что оскорбительные высказывания, о признании не соответствующими действительности которых просят истцы, в силу действующего законодательства не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Следовательно, требования истцов о признании видеоролика «

<

данные изъяты>» и комментарий к нему, размещенные на видеохостинге «YouTube» ответчиком ФИО1 25.11.2020г., порочащим честь, достоинство и деловую репутацию истцов, обязании ФИО1 удалить данный видеоролик из сетевого интернет-пространства и разместить опровержение, в соответствии со ст. 152 ГК РФ удовлетворению не подлежат.

Разрешая требования истцов о признании незаконным использование и распространение ФИО1 в указанном видеоролике их персональных данных суд приходит к следующему. 

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что без согласия гражданина обнародование и использование его изображения допустимо в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ, то есть когда имеет место публичный интерес, в частности если такой гражданин является публичной фигурой (занимает государственную или муниципальную должность, играет существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области), а обнародование и использование изображения осуществляется в связи с политической или общественной дискуссией или интерес к данному лицу является общественно значимым.

Вместе с тем согласие необходимо, если единственной целью обнародования и использования изображения лица является удовлетворение обывательского интереса к его частной жизни либо извлечение прибыли.

Суд, руководствуясь положениями пп. 1 п. 1 ст. 152.1 ГК РФ и разъяснениями, содержащимся в п. 44 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", приходит к выводу о том, что согласия ФИО2 и ФИО3 на обнародование их изображений в виде фотографий, вопреки их доводам, в рассматриваемой ситуации не требовалось.

Суд учитывает, что истцы по делу: ФИО2 замещает должность начальника 

<

адрес>х 

<

адрес>, а ФИО3 замещает должность начальника отдела защиты 

<

адрес> 

<

адрес>, являются публичными фигурами, интерес к указанным лицам является общественно значимым.

При этом в материалы дела не представлено доказательств того, что единственной целью обнародования и использования их изображений являлось удовлетворение обывательского интереса к их частной жизни либо извлечение прибыли.

На основании изложенного, требование истцов о признании незаконным использование и распространение ФИО1 в указанном видеоролике персональных данных ФИО2 и ФИО3 удовлетворению не подлежит.

Вместе с тем, суд учитывает, что честь и достоинство (доброе имя) гражданина - нематериальные блага, принадлежащие ему от рождения, которые он имеет право защищать (часть 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации). Способом защиты является, в том числе и заявление требования о компенсации морального вреда, что предусмотрено статьей 12 ГК РФ.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Согласно ст. 5.61 КоАП РФ оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме. 

Учитывая, что содержащиеся в указанном видеоролике высказывание, которое начинается со слов «

<

данные изъяты>…», а заканчивается «

<

данные изъяты>?», которое произносит некий мужчина, видеоизображение которого транслируется в видеоролике с 12 мин. 02 сек. по 12 мин. 04 сек., и используемое автором в отношении ФИО2 содержит оскорбление, суд приходит к выводу о том, что истец ФИО2 вправе требовать защиты его личных неимущественных прав на основании ст. ст. 150, 151 ГК РФ, в том числе требовать компенсации причиненного ему морального вреда.

В связи с этим требование ФИО2 в части компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, поскольку ФИО2 ссылался на причинение ему нравственных страданий оскорблением со стороны ответчика ФИО1, а факт оскорбления установлен судом и подтвержден имеющимися в деле доказательствами, в частности заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, также в судебном заседании было установлено, что именно ФИО1 распространил указанный видеоролик. 

Учитывая степень нравственных страданий истца ФИО2, характер допущенного ответчиком ФИО1 нарушения, степень его вины, а также требование принципа разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей. 

Поскольку факт оскорбления ФИО3 в указанном видеоролике не установлен, то оснований для удовлетворения требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, суд не усматривает.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Следовательно, с ответчика ФИО1 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в пользу ФИО2 в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о защите чести, достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 3000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении требований ФИО2 в остальной части, отказать.

В удовлетворении требований ФИО3 к ФИО1 о защите чести, достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в суд апелляционной инстанции - судебную коллегию по гражданским делам Брянского областного суда в месячный срок с даты изготовления судом решения в окончательной форме с подачей жалобы через Клинцовский городской суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 06 августа 2021 года.

Судья Е.Н. Кобызь