Дело №2-6143/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2017 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Горбаконенко А.В.,

при секретаре Юсовой Е.Ю.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2, действующему за себя и несовершеннолетнюю ФИО5 о признании утратившими право пользования жилым помещением по ул. ***, не приобретшими право пользования жилым помещением по ул. ***, исключении из договора социального найма,

УСТАНОВИЛ:

Представитель истца обратился в Благовещенский городской суд с данным иском, в обоснование указав, что ФИО4 является нанимателем квартиры ***, находящейся по адресу: ***, предоставленной ей на основании договора социального найма жилого помещения № 367 от 30 сентября 2015 года, в связи с переселением из ветхого фонда на основании Постановления Администрации города Благовещенска Амурской области от 03 сентября 2015 года за № 3341.

Помимо ФИО4 на момент переселения из ветхого жилого фона по адресу: *** в квартире были прописаны ответчики, которые не являлись и не являются членами семьи ФИО4 Данные лица - это сын и внучка покойного мужа ФИО6, умершего 06 августа 2008 года.

На момент смерти ФИО6 квартира *** по адресу: *** не была приватизирована, но и договор социального найма с данными лицами также никто не заключал. Ответчики не вселялись в эту квартиру, не проживали, временно не выезжали из нее, а также не имели своих личных вещей, которые свидетельствовали бы об их постоянном проживании и пользовании данным жилым помещением.

При оформлении переселения из ветхого жилого помещения ответчики автоматически были включены в новый договор социального найма жилого помещения от 30 сентября 2015 года, хотя истица возражала против этого. Договор социального найма и акт приема передачи жилого помещения, расположенного по адресу: *** ответчики не подписывали, с постановлением Администрации г. Благовещенска от 03.09.2015 г. за № 3341 не знакомились, обязательства о сдаче предыдущего помещения не подписывали.

На момент подписания договора социального найма и по сегодняшний день в жилое помещение по адресу: *** ответчики не вселялись, вещей своих не перевозили. По данному адресу не зарегистрированы, с требованием о регистрации по месту жительства на основании договора социального найма к истцу и третьим лицам не обращались.

Бремя содержания этого жилого помещения с 30 сентября 2015 года не несут, ключей от замка входной двери в квартиру и подъезда не получали и не имеют, лицевой счет открыт на имя ФИО4 Она не создавала препятствий для проживания и вселения ответчиков в квартиру.

Просит признать ФИО2, *** г.р. и ФИО5, *** г.р.:

- утратившими право пользования жилым помещением по адресу: ***; 

- не приобретшими право пользования на жилое помещение по адресу: ***; 

- исключить ФИО2, *** г.р. и ФИО5, *** г.р. из договора социального найма жилого помещения от 30.09.2015 г. за № 367, расположенного по адресу: ***.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований, привел доводы, аналогичные изложенным в иске. Дополнительно указал, что истец проживал с ФИО6 по адресу ***, до момента его смерти в 2008 году. С 2014 года ответчик не нес бремя содержания данной квартиры, а с 2015 года - квартиры на ул. ***. Попыток вселения в спорные жилые помещения ответчики не предпринимали, препятствий со стороны истца в этом не было.

В судебном заседании ответчик ФИО2, действующий в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО5, представитель ответчика с заявленными исковыми требованиями не согласились. Представили суду письменный отзыв, в обосновании своей позиции пояснили, что с 1999 года ФИО2 был зарегистрирован по адресу: ***, в данном жилом помещении он проживал совместно со своим отцом - ФИО6, основным нанимателем этого жилого помещения. Он проживал с ФИО4, впоследствии заключившей с ним брак.

В силу ограниченной жилой площади (15,9 кв. м), так как у него имелись несовершеннолетние дети, ввиду сложившейся конфликтной ситуации между ним и ФИО4, он вынужден был временно выехать из спорного жилого помещения и арендовать другую жилую площадь. Между тем, данный выезд ответчика носил временный и вынужденный характер, другого жилого помещения в собственности или по договору социального найма не имеет, по этим причинам в спорном жилом помещении и была зарегистрирована несовершеннолетняя дочь - ФИО5

При этом следует исходить из того что, местом жительства ребенка признается место жительства его законных представителей, то есть родителей, следовательно, в отношении ребенка не действует критерий добровольного выбора места жительства, характерный для совершеннолетних граждан.

С момента вынужденного выезда, ответчик регулярно навещал отца (который перенес тяжелые заболевания и нуждался в уходе) покупал продукты питания, вещи первой необходимости, оплачивал коммунальные платежи, приобретал за счет собственных средств (так как жилой дом не был подключен к централизованной системе теплоснабжения) уголь и дрова для отопления в зимний период времени. Неоднократно, ФИО2 пытался въехать обратно в спорное жилое помещение, однако данному намерению препятствовала ФИО4, требуя вывезти личные вещи ответчика и оставить попытки вселения.

После смерти ФИО6 в 2008 году, при очередной попытке вселится в жилое помещение (март 2009 года), ответчик обнаружил в нем посторонних лиц, которых впустила для проживания ФИО4 В связи с чем, ФИО2 вынужден был обратиться в правоохранительные органы с соответствующим заявлением, в присутствии сотрудников полиции была произведена замена дверного замка. Фактически ответчику удалось вселиться в спорное помещение, но буквально на следующий день ФИО4 (неизвестными лицами по ее поручению) дверной замок был снова заменен, а личные вещи ответчика вынесены из жилого дома.

Свидетельством того, что ответчик намерен был проживать в спорном помещении и не утратил интерес в его пользовании, являются и следующие обстоятельства: 02 февраля 2010 года он обратился с заявлением в КУМИ г. Благовещенска о заключении с ним договора социального найма на жилое помещение, расположенное по адресу: ***, однако 05 февраля 2010 года им был получен ответ о необходимости предоставления согласия ФИО4 для заключения вышеуказанного договора.

В целях урегулирования возникшего спора с ФИО4 он обращался за квалифицированной юридической помощью (дополнительное соглашение от 02 февраля 2010 года), в рамках данного обращения было подготовлено исковое заявление в суд. Однако, ввиду оказываемого давления со стороны ФИО4 и ее родственников, опасаясь угроз и не желая обострения конфликтной ситуации, предпочитая мирным путем разрешить спорный вопрос, отложил подачу искового заявления в суд.

Впоследствии, он не оставлял намерения вселиться и проживать в вышеуказанном жилом помещении, однако в последнее время ФИО4 он найти не мог, жилой дом по ул. *** с 2015 года постоянно был закрыт на замок, обнесен забором. Следует учитывать и то, что вследствие аварийного состояния дома, проживание в нем было практически невозможным и могло быть опасным для жизни и здоровья, что лишь еще раз дополнительно свидетельствует о вынужденном характере непроживания ответчика в спорном помещении. О предоставлении истцу жилого помещения по факту переселения из ветхого (аварийного) жилья ФИО2 не был поставлен в известность и узнал об этом только в августе 2017 года при получении рассматриваемого искового заявления.

При вышеуказанных обстоятельствах, с учетом того, что характер выезда ответчика из жилого помещения носил вынужденный характер, принимая во внимание многочисленные попытки вселения в спорное жилое помещение и препятствия, оказываемые этому со стороны истца, нельзя полагать ФИО2 и его несовершеннолетнего ребенка утратившими права пользования жилым помещением расположенном по адресу: ***.

Право ответчика на пользование квартирой расположенной по адресу: ***, производно от права на жилое помещение расположенного по адресу: ***, регистрацию в котором он сохраняет до сих пор.

Поскольку право пользования ФИО2 жилым помещением по адресу: *** ранее не было оспорено, он приобрел и право пользования спорным жилым помещением, предоставленным взамен прежнего жилого помещения, признанного непригодным для проживания.

К этому следует добавить, что при заключении договора социального найма истец знала и согласилась с тем, что спорное жилое помещение взамен аварийного предоставляется на трех человек, включая ФИО2 и его несовершеннолетнюю дочь.

Представитель третьего лица МКУ «БГАЖЦ», в судебное заседание не явился, представил суду письменный отзыв, согласно которому разрешение дела по существу оставил на усмотрение суда. В обосновании своей позиции пояснил, что жилое помещение - квартира № *** по ул. *** в г. Благовещенске, является муниципальной собственностью г. Благовещенска.

На основании постановления администрации города Благовещенска от 03 сентября 2015 года № 3341 на имя ФИО4 заключен договор социального найма жилого помещения № 367 от 30 сентября 2015 года. При этом в качестве членов семьи в договор включены ответчики: ФИО2 и ФИО5

Данное жилое помещение было предоставлено в рамках региональной адресной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда, в том числе с учетом необходимости развития малоэтажного жилищного строительства, на территории Амурской области в 2013 -2017 годах», утвержденной постановлением Правительства Амурской области от 12.04.2013 № 157 взамен аварийного жилого помещения - квартиры № *** по ул. ***.

В связи с чем, в рамках исполнения вышеуказанного Постановления ФИО4 подписаны: акт приема-передачи квартиры № *** по ул. *** и квартиру № *** по ул. ***, а также соглашение о расторжении договора социального найма и обязательство о сдаче (передаче) жилого помещения - квартиры № *** по ул. ***. Данные документы ответчиком не подписаны.

Истец, представители третьих лиц МКУ «БГАЖЦ», Управления образования администрации г. Благовещенска в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Просили рассмотреть дело без своего участия. Суд, руководствуясь ч.5 ст. 167 ГПК РФ, определил: рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав доводы сторон, показания свидетелей, исследовав представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Согласно ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишён жилища.

В силу п. 5 ч. 3 ст. 11 ЖК РФ защита жилищных прав осуществляется путём прекращения или изменения жилищного правоотношения.

В судебном заседании установлено, что спор возник относительно права пользования ответчиками жилыми помещениями квартирами по адресу: ***.

Судом установлено и сторонами не оспаривалось, что жилое помещение по ул. *** предоставлено истцу на основании договора социального найма жилого помещения взамен аварийного жилого помещения квартиры *** по ул. ***. В качестве членов семьи нанимателя указаны ответчики: сын и внучка умершего мужа истца. 

В силу чч. 1, 2 ст. 69 ЖК РФ, к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

В соответствии с ч. 4 ст. 69 ЖК РФ, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

Согласно положений п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» 32, при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

В целях установления фактических обстоятельств дела в судебном заседании были допрошены: свидетели со стороны истца - Свидетель1, Свидетель2, Свидетель3, Свидетель4; свидетели со стороны ответчика – Свидетель5, Свидетель6

Свидетель Свидетель1 пояснил, что с 1997 года ФИО6 жил в квартире № *** по ул. *** один. Примерно через два-три года он стал жить с ФИО4 Часто заходил к ним в гости. Квартира небольшая: одна комната и кухня. О том, что у него есть сын, узнал после его смерти. ФИО4 возмущалась, что он без ее согласия прописал в квартире сына и внучку. С 2010 года попыток со стороны сына вселиться в спорное жилое помещение не было. Споров по квартире не слышал, в настоящее время дом закрыт, ключ от калитки находится у него. В квартире около трех лет не живут. Ответчика никогда не видел.

Свидетель Свидетель2 пояснила, что переехала к мужу Свидетель1 в 1997 году, в квартиру № *** по вышеуказанному адресу. В квартире № *** жил ФИО6 с мамой. В 1998 году появилась ФИО4, и мама уехала жить к дочерям. Знала, что у него есть сын, но не видела его. После его смерти ФИО4 жила в квартире до переселения одна. Со слов последней и родственников из кв. *** в 2008-2009 гг. имелись разногласия с сыном ФИО6, так как он претендовал на 1/2 или всю квартиру – более точно пояснить не смогла, завез вещи, но их выстаивли. Лично попыток вселения не видела. Полицию и МЧС тоже не видела. В настоящее время доступ в квартиру № *** ограничен, они ее охраняют, ключ от калитки находится у ее семьи. 

Свидетель Свидетель3 (внук истицы) пояснил, что по адресу *** жили ФИО6 и его мама, лично был у них в гостях. ФИО6 умер в 2008 году, а пока он болел и находился в квартире на ул. ***, свидетель приглядывал за домом вместе с другом. Пока присматривали за квартирой, попыток вселения со стороны ответчика не было. После его смерти, весной 2008 года в квартиру вернулась ФИО4 Ответчика видел раз пять, один раз - примерно в 2000 году. Примерно в 2008-2009 годах ответчик пытался въехать после смерти ФИО6, привез сумки с вещами, поставил их на порог, в дом не проходил, сумки никто не выбрасывал. Ему звонили несколько раз, просили их забрать. О других попытках вселения не знает.

Свидетель Свидетель4 пояснила, что ФИО4 вселилась и проживала вместе с ФИО6 по адресу ***. Его сын не появлялся в квартире до смерти отца, не помогал в содержании жилья, коммунальные услуги не оплачивал, связь с ФИО4 не поддерживал.

Свидетель Свидетель5 пояснила, что она жена ответчика. С 1995 года жили по ул. *** с бабушкой мужа. В 1996 году родился сын, стало трудно проживать вместе с маленьким ребенком, и она с ребенком переехала жить к своей маме, а ее супруг проживал с бабушкой, она же с ребенком приходила в гости. В 1998-1999 гг. вернулся ФИО6 с истицей, начали ругаться на бытовой почве, и они с мужем вынуждены были снять квартиру. Однако помогали ФИО6, приобретали дрова, уголь, но квитанции не сохранились. После его смерти в 2008 году пытались въехать в спорное жилое помещение, но завезенные вещи истица выкинула из квартиры, позвонила и сказала, чтобы мы их забрали. Осенью 2009 года они пытались вселиться в спорую квартиру, у них истек срок аренды жилья, но там жили посторонние люди, вселиться не получилось. До 2014 года дважды в год пытались въехать в спорную квартиру, однако истица препятствовала этому. Последний раз была в квартире *** по ул. *** в 2014 году, там стоял забор, их не пустили за него. Пытались решить вопрос мирным путем, но истец не отвечала на телефонные звонки. В 2010 году готовили исковое заявление в суд, но не подали его.

Свидетель Свидетель6 пояснила, что семья ответчика ФИО2 жила с 1994 по 1995 гг. на ул. *** с бабушкой. В 1996 году родился ребенок. В 1998-1999 гг. в вышеуказанную квартиру вернулся ФИО6, начались конфликты, и они были вынуждены уехать с данного адреса, жить там стало невозможно, однако ответчик привозил дрова доля отопления дома. В 1999 году ФИО6 прописал по данному адресу сына и внучку. Он заболел в 2006 – 2007 гг., умер в 2008 году. После его смерти ответчик пытался вселиться в спорную квартиру, но привезенные вещи ФИО4 выкинула на улицу, хотя отец (ФИО6) хотел, чтобы ответчик и его семья жили с ними. Знает, что ответчик и его супруга 2-3 раза в год пытались вселиться в спорную квартиру, но им отказывали в этом. Иногда по данному адресу проживали посторонние люди. В 2014-2015 гг. в газете появилось объявление о расселении, они приехали, но квартира была закрыта на замок и попасть в нее они не смогли. Ответчик вносил плату за свет в спорной квартире.

Показания свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности, принимаются судом в качестве допустимых доказательств по делу, оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется. 

Оценивая показания свидетелей, суд приходит к выводу, что выезд ответчика и его семьи из жилого помещения по адресу *** носил вынужденный характер, ответчиком предпринимались попытки вселения в него, но ему создавали препятствия в этом.

Из позиции ответчика ФИО2 и его представителя следует, что выезд из спорного жилого помещения по вышеуказанному адресу носил временный и вынужденный характер. Помимо свидетельских показаний данный факт подтверждается: заявлением ФИО2 в КУМИ г. Благовещенска от 2010 года о заключении с ним договора социального найма жилого помещения в связи со смертью отца ФИО6 и невозможностью установить место жительства ФИО4; обращался за юридической помощью для вселения в спорную квартиру, что подтверждено дополнительным соглашением от 02 февраля 2010 года, его представитель готовил документы для обращения в суд; запрашивал сведения в правоохранительных органах по поводу обращения к ним на вселение в спорное жилое помещение (запрос от 03 февраля 2010 года, ответ от 12 февраля 2010 года). 

В соответствии с положениями ст. 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

Суд исходит из того, что неиспользование спорного жилого помещения для проживания ответчиком обусловлено обстоятельствами объективного характера, а именно: прекращением семейных отношений с истцом, которая возражала против проживания ответчика в спорной квартире, отсутствием места для проживания, сложными отношениями с супругой отца, что подтверждается материалами дела, в связи с чем он вынужден был жить в съемном жилом помещении вместе со своей семьей.

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривается, что в собственности ответчика имеется земельный участок и жилой дом с декабря 2014 года в с. ***, но как указал истец, в нем невозможно проживать в зимнее время. 

Довод стороны истца о том, что ответчик не нес бремя содержания спорного жилья, в частности не производил оплату за жилищно-коммунальные услуги, судом не принимается, поскольку последним представлены оригиналы квитанций об оплате электроэнергии за 2010, 2016 гг. 

Кроме того, намерение ответчика пользоваться спорным жилым помещением подтверждается также обстоятельством регистрации по спорному адресу несовершеннолетней дочери ответчика- ФИО5

В силу ч.3 ст. 83 ЖК РФ договор социального найма на спорное жилое помещение считается расторгнутым с 30 сентября 2015 года, поскольку в этот день между МКУ «БГАЖЦ» и ФИО4 заключен договор социального найма на квартиру *** по ул. ***, взамен аварийного жилого помещения – квартиры № *** по ул. ***.

О предоставлении жилья по ул. *** взамен аварийного ответчик узнал в августе 2017 года, доказательств иного суду не представлено, соответственно, не имел возможности решить вопрос о вселении в него.

Учитывая это, оснований для признания ответчика утратившим право пользования прежним жилым помещением по расторгнутому договору социального найма и не приобретшим право пользования жилым помещением по заключенному договору социального найма, нет. В период действия прежнего договора социального найма истец не обращалась с указанным заявлением. 

Согласно ст. 65 Семейного кодекса Российской Федерации обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов (п. 2 ст. 20 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2). Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения (ч. 3).

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, могущего возникнуть независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение и проживание.

При этом закон не устанавливает какой-либо срок, по истечении которого то или иное лицо приобретает право пользования жилым помещением.

Само по себе непроживание ребенка и его родителя в жилом помещении, являющемся местом жительства, которое определено ребенку соглашением родителей, не может служить основанием для признания его утратившим право пользования жилым помещением, нанимателем которого является один из его родителей, признававший ребенка членом семьи при заключении договора социального найма.

Из материалов дела видно, что несовершеннолетняя ФИО5 не проживает в спорной квартире по независящим от нее обстоятельствам, в силу несовершеннолетнего возраста не может самостоятельно реализовать свои жилищные права и обязанности, поэтому проживание ребенка с родителями в ином жилом помещении не может служить основанием для признания ее утратившей право пользования спорным жилым помещением, к тому же на которое договор социального найма расторгнут с декабря 2015 года.

Учитывая изложенное, исковые требования о признании утратившим права пользования и не приобретшим право пользования несовершеннолетней ФИО5, удовлетворению не подлежат, поскольку родителями ребенка определено место его жительства и в силу своего несовершеннолетнего возраста ребенок не может самостоятельно реализовывать свои жилищные права.

Также суд не находит оснований для удовлетворения требования истца об исключении ответчиков из договора социального найма от 30 сентября 2015 года, поскольку в соответствии со ст. 86 ЖК РФ в случае, если дом, в котором находится жилое помещение, занимаемое по договору социального найма, подлежит сносу, выселяемым из него гражданам органом государственной власти или органом местного самоуправления, принявшими решение о сносе такого дома, предоставляются другие благоустроенные жилые помещения по договорам социального найма. Обратного стороной истца в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать ФИО4 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, действующему за себя и несовершеннолетнюю ФИО5, о признании их утратившими право пользования жилым помещением по ул. ***, не приобретшими право пользования жилым помещением по ул. ***, исключении из договора социального найма от 30 сентября 2015 года по ул. *** г. Благовещенска.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья А.В. Горбаконенко

Решение в окончательной форме принято 26 сентября 2017 г. А.В. Горбаконенко