Дело № 2-926/2024 

УИД 61RS0013-01-2024-001803-73

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 июля 2024 года г. Гуково Ростовской области

Гуковский городской суд Ростовской области

в составе председательствующего судьи Козинцевой И.Е.

при секретаре Матвиевской Л.Ю.,

с участием помощника прокурора г.Гуково Черноус К.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО7 к ОАО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой профтрудоспособности, 

установил:

ФИО1 обратился с указанным иском, ссылаясь на то, что ему в период работы у ответчика в должности 

<

данные изъяты> установлено профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты>. Профессиональное заболевание возникло в результате длительной работы в организации ответчика в условиях вредных производственных факторов, а именно: длительное воздействие физических нагрузок в течение рабочей смены, нахождение в вынужденной неудобной позе, в связи со сложной горно-геологической обстановкой в горных выработках, недостаточное применение средств малой механизации, а также учитывая вредный стаж 17 лет 8 месяцев. Решением бюро МСЭ от 17.01.2024 ему впервые установлено 40% утраты профтрудоспособности и третья группа инвалидности сроком с 17.01.2024 по 01.02.2025. Ответчиком была произведена выплата морального вреда в размере 80 000 рублей. Истец полагает, что ему положена компенсация морального вреда на основании общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации и Трудового кодекса Российской Федерации, а не только на основании положений имеющегося Коллективного договора, принятого на период с 20.03.2019 по 19.03.2022, действующего (продленного) до 19.03.2025. Учитывая стаж и условия работы в организации ответчика, учитывая нравственные и физические страдания вследствие профзаболевания, с учетом принципа разумности и справедливости, истец просит суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 160 000 руб.

Представителем ответчика представлены возражения на исковое заявление, в которых полагает требования истца необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку вред здоровью истца в виде возникновения профессионального заболевания был причинен в результате выполняемых истцом работ у нескольких работодателей с аналогичными условиями труда в течение длительного времени, а также не связан с умышленными противоправными действиями АО «Донуголь» считает, что сумма компенсации морального вреда в размере 160 000 рублей, несоразмерна степени вины АО «Донуголь» в причинении вреда здоровью ФИО1, а также не отвечает требованиям разумности и справедливости, просит в иске отказать полностью. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала возражения на иск.

Выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, заключение помощника прокурора г. Гуково, полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом критериев разумности и справедливости компенсации морального вреда, изучив и оценив в порядке статьи 67 ГПК РФ представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему. 

Как следует из материалов дела, подтверждается представленными по делу доказательствами и не оспаривается ответчиком, ФИО1 длительное время работал на подземных работах, его стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 17 лет 8 месяцев. 

Вследствие трудовой деятельности в условиях длительного воздействия физических нагрузок в течение рабочей смены, нахождение в вынужденной неудобной позе, в связи со сложной горно-геологической обстановкой в горных выработках, недостаточное применение средств малой механизации в период работы у ответчика ФИО1 установлено профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты>, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от 15 ноября 2023 г. 

Решением бюро МСЭ от 17.01.2024 истцу впервые установлено 40% утраты профтрудоспособности и третья группа инвалидности сроком с 17.01.2024 по 01.02.2025. 

В силу положений Конституции Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением - здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно ч. 3 ст.55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Согласно части 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя. 

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч.1).

В случае возникновении спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяется судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).

В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ (в соответствующей редакции) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 N 81-ФЗ (в соответствующей редакции) «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций. 

Как следует из материалов дела, ОАО «Донуголь» в установленный законом срок направило в Министерство труда и социальной защиты РФ мотивированный отказ от присоединения к Отраслевому соглашению по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013 года по 31 марта 2016 года (утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 01.04.2013). 

На момент установления истцу утраты профтрудоспособности действовал Коллективный договор, одной из сторон которого является ОАО «Донуголь», регулирующий порядок и размер компенсации работнику морального вреда в случае возникновения у него профзаболевания и утраты им профтрудоспособности.

Согласно пунктам 22, 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 N 967, расследование обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором. Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Пунктом 5.2 Инструкции о порядке применения Положения N 967, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.05.2001 N 176, предусмотрено, что акт о случае профзаболевания составляется по последнему месту работы пострадавшего в контакте с вредным производственным фактором.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Актом о случае профессионального заболевания № от 15 ноября 2023 г., утвержденным и.о. главного государственного санитарного врача по г.г. Каменску-Шахтинскому, Донецку, Гуково, Зверево, Красному ФИО4, ФИО5 и Каменскому районам, у истца ФИО1 установлено наличие профессионального заболевания, которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых истец работал у ответчика. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ воздействия физических нагрузок. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что причинителем вреда здоровью истца в данном случае является работодатель – ОАО «Донуголь», во время работы у которого у истца установлена утрата трудоспособности вследствие профессионального заболевания, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для работников.

Из материалов дела следует, что ФИО1 перед принятием на работу в ОАО «Донуголь» прошел медицинское освидетельствование, в ходе которого отклонений в состоянии его здоровья не установлено.

Из акта о случае профессионального заболевания от 15 ноября 2023г. следует, что ранее у ФИО1 профессионального заболевания не имелось. 

Указание в акте на работу истца во вредных условиях труда и в иных организациях не свидетельствует о наличии вины указанных организаций в возникновении профессионального заболевания. 

То есть в судебном заседании установлено, что в результате профзаболевания истцу причинены нравственные и физические страдания, вызванные болезненными ощущениями, необходимостью периодического обращения за медицинской помощью, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности выбирать высокооплачиваемую работу по своему усмотрению.

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. 

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из материалов дела следует, что истец после установления ему утраты профессиональной трудоспособности 19.01.2024 был уволен из ОАО «Донуголь». В настоящее время, находясь в трудоспособном возрасте, он не имеет возможности продолжать работу по специальности и по состоянию здоровья, нуждается в санаторно-курортном лечении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причинения работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

Из разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года, следует, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ) (п.20). Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п.22). При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан (п.30).

Как следует из пункта 10.1.2 Коллективного договора, одной из сторон которого является ОАО «Донуголь», работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью вследствие несчастного случая (профессионального заболевания), связанного с производством, в размере 2000 руб. за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности при условии установления даты заболевания в период работы в ОАО «Донуголь».

На основании Коллективного договора и заявления истца ответчиком был принят приказ от 26.01.2024 № 317-к о выплате истцу компенсации морального вреда в размере 80 000 руб., которая произведена 06.02.2024.

С учетом степени испытываемых истцом до настоящего времени физических и нравственных страданий, учитывая то обстоятельство, что ответчиком, как работодателем, не были созданы безопасные условия труда, в результате чего наступили вышеуказанные негативные для истца последствия в виде утраты профессиональной трудоспособности, и истец продолжает испытывать нравственные и физические страдания в связи с имеющимся у него профессиональным заболеванием, суд приходит к выводу, что размер выплаченной ответчиком компенсации морального вреда истцу в размере 80 000 руб., не соответствует критериям разумности и справедливости. В связи с чем суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 160 000 рублей, находя ее разумной и достаточной для возмещения причиненного истцу морального вреда вследствие вреда здоровью и утраты профессиональной трудоспособности.

В связи с удовлетворением исковых требований и в соответствии с положениями ст. 98, 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, с ответчика надлежит взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, 

решил:

Исковые требования ФИО1 ФИО8 удовлетворить.

Взыскать с ОАО «Донуголь» (ИНН 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО1 ФИО9 (СНИЛС 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 160 000 (сто шестьдесят тысяч) рублей. 

Взыскать с ОАО «Донуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Гуковский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья И.Е. Козинцева

Решение в окончательной форме изготовлено 31.07.2024.