Дело № 1-23/2025 УИД : 66RS0060-01-2024-000678-56

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

19 марта 2025 года п.г.т. Шаля Свердловской области

Шалинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Мироновой С.Н.,

при секретаре Рогожниковой В.А.,

с участием государственного обвинителя Вылегжаниной А.В.,

потерпевшего И.,

защитника Жингель Е.В., 

подсудимого К.С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении 

К.С.В., 

<

данные изъяты> судимого:

- 28.02.2020 приговором Шалинского районного суда Свердловской области по п. «б» ч.2 ст.158, ч. 2 ст. 162, с применением ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев; 19.10.2021 освобожден по постановлению Верхотурского районного суда от 06.10.2021 с заменой не отбытого наказания на ограничение свободы сроком на 1 год 6 месяцев 8 дней, на основании ст. 80 УК РФ; постановлением Шалинского районного суда Свердловской области от 25.04.2022 наказание заменено на лишение свободы сроком на 5 месяцев 8 дней; 30.09.2022 освобожден по отбытию срока наказания из ФКУ ИК-53 г. Верхотурье; 

мера пресечения в виде заключения под стражу с ДД.ММ.ГГГГ, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л :

К.С.В. совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в жилище, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах.

В один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у К.С.В., находящегося около 

<

адрес>, возник преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, принадлежащего И. Реализуя свой преступный умысел, с целью тайного хищения чужого имущества, К.С.В. проследовал на прилегающий к 

<

адрес> земельный участок, откуда тайно, из корыстных побуждений похитил принадлежащие И.: 3 металлических бочки объемом 200 литров каждая стоимостью 298 руб. за 1 штуку на общую сумму 894 руб. Продолжая свой преступный умысел, К.С.В. в вышеуказанное время через открытую дверь незаконно проник в помещение бани, расположенную на указанном участке, откуда тайно, из корыстных побуждений похитил принадлежащую И. чугунную плиту для печи стоимостью 1 430 руб. Далее продолжая свой преступный умысел, К.С.В. в вышеуказанное время оторвал руками деревянную доску в стене крытого двора вышеуказанного дома, после чего в образовавшийся проем незаконно проник в помещение надворных построек, откуда тайно, из корыстных побуждений похитил принадлежащее И. имущество, а именно: 4 рулона оцинкованной металлической сетки «Рабица» длинной 10 метров каждый стоимостью 1836,5 руб. за 1 штуку на общую сумму 7 346 руб.; 2 решетки для шашлыка стоимостью 428,5 руб. за 1 штуку на общую сумма 857 руб.; 15 блоков питания для компьютера на 500-700 Вт стоимостью 265,27 руб. за 1 штуку на общую сумму 3 979 руб.; бензопилу марки «Урал» в корпусе зелено-оранжевого цвета стоимостью 3 011 руб.; 2 ножовки по металлу с металлической ручкой стоимостью 593 руб. за 1 штуку на общую сумму 1 186 руб.; 2 ножовки по дереву с металлической ручкой стоимостью 454,5 руб. за 1 штуку на общую сумму 909 руб.; 6 напильников (плоские, квадратные, треугольные) стоимостью 193 руб. за 1 штуку на общую сумму 1 158 руб.; 2 головки блоков от двигателя к мотоциклу «Урал» стоимостью 6 221 руб. за 1 штуку на общую сумму 12 442 руб.; охотничий нож ручной работы стоимостью 820 руб.; набор головок для ключей стоимостью 2 289 руб. Продолжая свой преступный умысел, в вышеуказанное время К.С.В. подошел к двери в жилое помещение, используя металлический прут, вырвал металлическую петлю с навесным замком и незаконно проник в дом, откуда тайно, из корыстных побуждений похитил принадлежащее И. имущество, а именно: 4 металлических оцинкованных ведра объемом 10 л. стоимостью 511 руб. за 1 штуку на общую сумму 2 044 руб.; 2 сковородки «Тефаль» с антипригарным покрытием стоимостью 484 руб. за 1 штуку на общую сумму 968 руб.; кастрюлю из нержавеющей стали объемом 1 л. стоимостью 663 руб. С похищенным имуществом К.С.В. с места преступления скрылся, похищенным имуществом распорядился по своему усмотрению. В результате преступных действий К.С.В. И. причинен материальный ущерб на общую сумму 39 996 руб., который для последнего является значительным.

В судебном заседании подсудимый К.С.В. вину в предъявленном ему обвинении признал полностью, с квалификацией содеянного согласен, принес извинения потерпевшему, иск о взыскан материального ущерба признал в полном объеме, а в части морального вреда просил применить требования разумности и справедливости, так как размер компенсации морального вреда значительно превышает размер материального ущерба. От дачи показаний отказался в порядке ст. 51 Конституции Российской Федерации, подтвердив данные им в ходе предварительного следствия показания.

В ходе предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого К.С.В. показал, что в начале сентября 2024 находился в 

<

адрес> дома. В один из первых дней сентября около 10:00- 12:00 час, находясь в огороде своего дома, увидел на соседнем огороде около дома металлические бочки, в связи с чем у него возник умысел похитить их и иной металл, который найдет в данном доме, чтобы сдать металл. Поскольку бочки большие и нести их тяжело, он одолжил мотоблок у О. и пригнал к своему дому. Сам проник в огород дома И., к крытому двору дома, откуда похитил 3 больших металлических бочки серого, желтого и синего цвета, а из бани похитил чугунную плиту. Далее он оторвал доску в стене крытого двора и проник в него, откуда похитил 4 рулона металлической сетки, металлические сетки для шашлыка. Пройдя по коридору перед входом в кладовку похитил картонную коробку, в которой лежали блоки питания от компьютеров. Далее в кладовой похитил бензопилу в корпусе оранжево-зеленого цвета, 4 ножовки по металлу и дереву, несколько напильников, 2 головки блоков от мотоцикла «Урал», охотничий нож и коробку с набором головок для ключей. Все вышеуказанное он унес к своему дому. Вернувшись, решил проникнуть в другие помещения дома для поиска и хищения металла, для чего с помощью металлического прута выломал металлическую петлю навесного замка вместе с кусками деревянной двери. Проникнув в жилые помещения дома, похитил из кухни 4 металлических ведра, 2 металлические сковороды и кастрюлю. В момент совершения кражи он убедился, что за его действиями никто не наблюдает. Погрузив весь похищенный у И. металл на телегу мотоблока, он привез имущество О., который купил у него металл за 600 руб., а также П., который приехал на своем автомобиле и забрал похищенные им металлические изделия, отдав ему 1500 руб. Вырученные деньги потратил на продукты питания и сигареты. Осознает, что совершил преступление, в содеянном раскаивается и сожалеет, готов возместить потерпевшему весь причиненный ему ущерб, с заключением эксперта по оценке похищенного И. согласен, исковые требования И. признает в полном объеме (л.д. 150-154, 166-168, 182-184).

Суд находит признательные показания подсудимого достоверными, поскольку они подтверждены им в суде, нашли свое подтверждение в показаниях потерпевшего и свидетелей, подтверждаются иными исследованными в суде доказательствами. 

Виновность подсудимого К.С.В. в инкриминированном ему деянии помимо его признательных показаний, признанных судом достоверными подтверждается и иными исследованными в суде доказательствами.

Из показаний потерпевшего И. в суде и оглашенных с согласия участников процесса его показаний в ходе предварительного следствия, установлено, что он приезжает пожить в принадлежащий ему д. 29 по адресу: 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ уехал из дома в Екатеринбург, все принадлежащее ему имущество в доме, во дворе и в бане было на своих местах, деревянную дверь в жилые помещения дома закрыл на навесной замок, двери крытого двора закрыл изнутри, запорных устройств на них нет. ДД.ММ.ГГГГ около 12:30 час приехав в свой дом, обнаружил, что навесной замок в жилые помещения дома поврежден, металлическая петля с замком вырвана из двери вместе с фрагментами двери. Зайдя в дом, обнаружил пропажу 4 металлических оцинкованных ведер объемом 10 л., купленных в 2023, которые оценивает в 500 руб. каждое, 2 антипригарные сковороды «Тефаль», купленные в 2023, которые оценивает в 700 руб. каждую, 1 кастрюля из нержавеющей стали объемом 1 л., купленная в 2022, которую оценивает в 400 руб. Осмотрев крытый двор, обнаружил пропажу 4 рулонов оцинкованной металлической сетки «Рабица» длинной 10 м. каждый, покупал в 2016, оценивает в 1 000 руб. каждый, 2 металлических решеток для шашлыка, куплены в 2022, которые оценивает в 200 руб. каждую. Перед входом в слесарку обнаружил пропажу 15 различных блоков питания для компьютеров на 500-700 Вт, купленных в разные года в период с 2008 по 2016, которые оценивает все в 2 000 руб., бензопилы марки «Урал» в корпусе зелено-оранжевого цвета, подаренную ему в 2022, которую оценивает в 5 000 руб.; 2 головок блоков от мотоцикла «Урал», купленных в 2014, которые оценивает в 3 000 руб. каждую; 2 ножовок по металлу с металлической ручкой, купленных в 2009, оценивает в 500 руб. каждую; 2 ножовок по дереву с металлической ручкой, купленных в 2019, оценивает в 400 руб. каждую; 6 напильников (плоские, квадратные, треугольные), купленных в 2019, оценивает в 250 руб. каждый; охотничьего ножа ручной работы, подаренный в 2019, оценивает в 600 руб.; набора головок для ключей, купленные в 2021, оценивает в 3 000 руб., 3 металлических бочек объемом 200 л. каждая, желтого, синего, и серого цвета, приобрел в 2020, оценивает в 400 руб. каждую, чугунной плиты для печи, купленной в 2021, оценивает в 800 руб. Иного имущества похищено не было. В результате хищения имущества ему причинен материальный ущерб на общую сумму 30 100 руб. который является для него значительным, поскольку он получает пенсию в размере 17 000 руб., жена получает пенсию 16 000 руб., их общий доход в месяц составляет 33 000 руб. Часть имущества сотрудниками полиции ему возвращена, а именно: 2 металлических бочки объемом 200 литров каждая, стоимостью 298 рублей за 1 штуку, на общую сумму 596 руб., 3 металлических оцинкованных ведра объемом 10 литров, стоимостью 511 руб. за 1 штуку на общую сумму 1533 руб., бензопила марки «Урал» в корпусе зелено-оранжевого цвета стоимостью 3 011 руб., две решетки для шашлыка стоимостью 428,5 руб., на общую сумму 857 руб., 9 блоков питания для компьютера на 500-700 Вт стоимостью 265,27 руб. за 1 штуку, на общую сумму 2387,43 руб., одна сковорода «Тефаль» с антипригарным покрытием стоимостью 484 руб, 4 рулона оцинкованной металлической сетки «Рабица» длинной 10 метров каждая, стоимостью 1836,5 руб., на общую сумму 7 346 руб. Ознакомлен с заключением эксперта по оценке похищенного у него имущества, с оценкой ущерба на общую сумму 39 996 руб. согласен, итого ему не возмещен ущерб в сумме 23 781,57 руб. просит взыскать указанную сумму с К.С.В. (л.д. 115-118, 124-126). Заявленным им гражданский иск о взыскании с К.С.В. в его пользу имущественного ущерба в размере 23 781,57 руб. и компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. поддержал в полном объеме. По моральному вреду указал, что в результате противоправных действий К.С.В. ему причинен моральный вред в связи с тем, что он это имущество приобретал длительное время в течение 25 лет, часть имущества ему не возвращена, с учетом возраста и состояния здоровья, наличия 3 группы инвалидности по зрению он испытывал нравственные страдания и переживания в результате виновного незаконного поведения К.С.В., который оценивает в 100 000 руб. В больницу за медицинской помощью по данному обстоятельству не обращался. Извинения, принесенные ему К.С.В. в суде, принимает, но настаивает на удовлетворении иска.

Свидетель О., показания которого в качестве свидетеля данные им в ходе предварительного следствия с согласия участников процесса были оглашены в судебном заседании, показал, что является самозанятым, занимается сбором и приемом металлолома. ДД.ММ.ГГГГ около 16:00 час ему на телефон позвонил К.С.В. и сообщил, что прибирался во дворе у своего соседа, набрал металлолома, попросил мотоблок, чтобы загрузить металл и привезти металл для сдачи. Около 18:00 час он приехал домой, мотоблок и куча металлолома находились уже дома, за что он передал К.С.В. 600 руб. В куче металлолома находилось две 200 л бочки желтого и синего цвета, 2 мангальные решетки для жарки шашлыка, 1 металлическое оцинкованное ведро объемом 10 л., 1 металлическая сковорода, 2 головки блоков цилиндров от мотоцикла, различный металлический инструмент. ДД.ММ.ГГГГ от сотрудников полиции ему стало известно, что К.С.В. похитил данный металлолом, в связи с чем он вернул И. 2 металлических бочки желтого и синего цвета, 2 мангальных решетки для жарки шашлыка, а остальные металлические предметы он сдал в город в пункт металлоприема (л.д. 129-133).

Свидетель П., показания которого в качестве свидетеля данные им в ходе предварительного следствия с согласия участников процесса были оглашены в судебном заседании, показал, что является самозанятым, занимается сбором и приемом металлолома. В первых числах сентября 2024 к нему пришел К.С.В. и предложил принять металлолом, на что он согласился и вместе с ним подьехали к его дому. Взвесив металл, находящийся возле дома К.С.В., он забрал 4 новых рулона сетки-рабицы, 200 литровая металлическую бочку, 15 блоков питания для компьютеров; три 10л оцинкованных ведра, сковородку и кастрюлю, бензопилу, чугунную плиту и еще какой-то металл, отдал за него 1 500 руб. В последующем некоторый металл им был сдан в пункт металлоприема 

<

адрес> вместе с другим металлоломом. О том, что металлические изделия были украдены, он не знал. ДД.ММ.ГГГГ от сотрудников полиции ему стало известно, что они ищут К.С.В. по подозрению на совершение кражи металлолома у И., в связи с чем он вернул часть купленного похищенного металлолома у К.С.В., а именно: 3 три металлических оцинкованных ведра, объемом 10 литров каждый, бензопилу в корпусе зелено-оранжевого цвета, 9 блоков питания для компьютера, сковороду металлическую, четыре рулона сетки рабицы (л.д. 134-138).

Показания потерпевшего и указанных свидетелей подтверждают достоверность признательных показаний подсудимого об обстоятельствах совершения К.С.В. из корыстных побуждений тайного хищения имущества, принадлежащего И., в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с прилегающего к 

<

адрес>, земельного участка, из бани на указанном участке, из помещения надворных построек, из дома, в которые проник незаконно, сломав запорное устройство, наименования и стоимости похищенного имущества, о способе распоряжения К.С.В. похищенным имуществом у И., размер материального ущерба, а так же значительность этого ущерба для потерпевшего.

Квалифицирующие признаки: с незаконным проникновением в жилище, с незаконным проникновением в помещение, а так же причинение значительного ущерба гражданину, нашли свое подтверждение исследованными доказательствами в их совокупности.

Помимо этого виновность подсудимого К.С.В. в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждается и другими исследованными в суде доказательствами.

Рапортом ОД МО МВД России «Шалинский» К. от ДД.ММ.ГГГГ о поступлении сообщения от И. о повреждении запорного устройства и похищении инструментов со двора, из котельной (т.1 л.д. 5).

Протоколом осмотра места происшествия 

<

данные изъяты>

Протоколом осмотра места происшествия 

<

данные изъяты>

Протоколом осмотра предметов 

<

данные изъяты>

Протоколом осмотра предметов 

<

данные изъяты>

Заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на ДД.ММ.ГГГГ рыночная стоимость имущества с учетом износа составляет: 4 металлических оцинкованных ведра объемом 10 литров - 2 044 рубля, 2 сковороды «Тефаль» с антипригарным покрытием - 968 рублей, одна кастрюля из нержавеющей стали, объемом 1 литр - 663 рубля, 4 рулона оцинкованной металлической сетки «Рабица» длинной 10 метров каждая - 7346 рублей, 2 решетки для шашлыка - 857 рублей, 15 блоков питания для компьютера на 500-700 Вт - 3979 рублей, бензопила марки «Урал» в корпусе зеленооранжевого цвета - 3 011 рублей, 2 головки блоков от двигателя к мотоциклу «Урал» - 12 442 рубля, 2 ножовки по металлу с металлической ручкой - 1186 рублей, 2 ножовки по дереву с металлической ручкой - 909 рублей, 6 напильников различной формы (плоские, квадратные, треугольные) - 1158 рублей, охотничий нож ручной работы - 820 рублей, набор головок для ключей - 2 289 рублей, 3 металлических бочки объемом 200 литров каждая - 894 рубля, чугунная плита для печи - 1 430 рублей. Итого 39 996 руб. (т.1 л.д. 83-108). Указанное заключение никем не оспорено, К.С.В. и И. в суде согласились с указанной оценкой, которая принята судом при определении размера материального ущерба, причиненного подсудимым потерпевшему в результате указанного преступления.

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд находит их допустимыми, достоверными и достаточными, а вину К.С.В. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, доказанной.

Все приведенные доказательства обвинения отвечают требованиям закона, являясь допустимыми, взаимно обуславливают и взаимно дополняют друг друга и приводят суд к убеждению об их достаточности для разрешения дела.

Оснований сомневаться в достоверности исследованных доказательств у суда не имеется, поскольку они убедительны и логичны, внутренне взаимосвязаны.

При оценке доказательств суд полностью доверяет последовательным и непротиворечивым показаниям потерпевшего и свидетелей, из объяснений которых суд подробно и достоверно восстанавливает обстоятельства преступления, совершенного К.С.В., и не усматривает с их стороны признаков оговора подсудимого.

Показания допрошенных потерпевшего и свидетелей согласуются с письменными доказательствами.

Исследованными доказательствами подтверждается, что К.С.В. реализуя возникший у него преступный умысел на тайное хищение имущества, принадлежащего И., действуя из корыстных побуждений, умышленно, в один из дней в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ незаконного проникнул в жилище, незаконно проникнул в помещение, расположенные по адресу: 

<

адрес>, откуда похитил имущество, принадлежащее И., на общую сумму 39 996 руб., чем причинил значительный ущерб гражданину; с похищенным имуществом с места преступления скрылся, распорядившись похищенным имуществом по своему усмотрению.

На основании совокупности исследованных доказательств, суд считает, что действия К.С.В. следует квалифицировать по п. «а» ч.3 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в жилище, с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер, степень общественной опасности совершённого преступления, обстоятельства его совершения, и личность К.С.В., который характеризуется по месту жительства отрицательно, а по месту предыдущего отбывания наказания – положительно, 

<

данные изъяты> к административной ответственности не привлекался (т.1 л.д. 197-198, 200-202, 210-211).

Совершенное К.С.В. преступление, является умышленным и отнесено ч.4 ст.15 Уголовного кодекса Российской Федерации к категории тяжких преступлений. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает активное способствование раскрытию и расследованию преступления в результате указания К.С.В. в объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 49-51) обстоятельств совершения им данного преступления, которые способствовали установлению обстоятельств по делу; по п. «к» ч.1 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает действия К.С.В., направленные на заглаживание вреда потерпевшему в виде частичного возвращения похищенного имущества и принесения извинений, которые приняты потерпевшим. И такими обстоятельствами в соответствии с ч.2 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает полное признание К.С.В. своей вины и раскаяние в содеянном. 

Обстоятельством, отягчающим наказание К.С.В. в соответствии с п. «а» ч.1 ст.63 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает наличие в его действиях рецидива преступлений, который в соответствии с п. «б» ч.2 ст.18 Уголовного кодекса Российской Федерации является опасным, так как данное умышленное тяжкое преступление им совершено в период неснятой и непогашенной судимости за совершение умышленного тяжкого преступления, наказание за которое было назначено в виде реального лишения свободы. 

С учетом указанных обстоятельств, личности подсудимого, его имущественного положения и состояния здоровья, общественной опасности содеянного им, влияния назначенного наказания на его исправление и условия его жизни, в целях восстановления социальной справедливости, а так же в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, а так же того, что данное умышленное корыстное тяжкое преступление им совершено в период неснятой и непогашенной судимости за совершение двух умышленных преступлений, одно из которых средней тяжести, а второе тяжкое преступления, и того, что ранее назначенное наказание оказалось недостаточным для его исправления, суд считает, что К.С.В. не целесообразно назначать наказание в виде штрафа, так как у него постоянного места работы и источника дохода не имеется, а так же не целесообразным назначать иной вид, наказания, не связанный с лишением свободы, так как К.С.В. данное тяжкое преступление совершено в период неснятой и непогашенной судимости при наличии рецидива преступлений, поэтому счел необходимым назначить ему наказание в виде лишения свободы, так как его исправление не возможно без изоляции от общества. 

С учетом обстоятельств совершения преступлений, данных о личности К.С.В. и санкции статьи, учитывая дальнейшую социальную адаптацию в обществе после освобождения из мест лишения свободы, суд счел необходимым назначить ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы, противопоказании к назначению которого у него не имеется. 

При определении срока наказания суд учел личность подсудимого, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а так же положения ч.2 ст.68 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При определении вида исправительного учреждения суд учел положения п. «в» ч.1 ст.58 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку К.С.В. осуждается за тяжкое преступление, в его действиях имеется опасный рецидив преступлений, ранее он отбывал лишение свободы.

Судом не установлены обстоятельства, которые являются исключительными для подсудимого позволяющими применить к нему положения ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, с учетом личности подсудимого, обстоятельств и тяжести совершенного им преступления, суд не находит оснований для изменения категории инкриминированного ему в вину преступления на менее тяжкое в соответствии с ч.6 ст.15 Уголовного кодекса Российской Федерации, а так же для применения положений ст. ст. 53.1, 62 ч.1, 68 ч.3, 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Оснований для освобождения К.С.В. от уголовной ответственности и наказания не установлено.

Гражданский иск, заявленный потерпевшим И. о взыскании с К.С.В. материального ущерба в размере 23 781, 57 рублей (л.д. 147) подлежит удовлетворению в полном объеме в соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежат возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Кроме того, подсудимый К.С.В. в этой части исковые требования признал в полном объеме.

При разрешении требований о компенсации морального вреда суд руководствуется следующими положениями закона.

Любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 1999 года N 1-П и от 2 июля 2013 года N 16-П).

В соответствии с Конституцией Российской Федерации к числу основных прав и свобод человека и гражданина относится и право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2). С учетом этого любое преступление против собственности (обладая - как и всякое преступление - наибольшей степенью общественной опасности по сравнению с гражданскими или административными правонарушениями, посягающими на имущественные права) не только существенно умаляет указанное конституционное право, но и фактически всегда посягает на достоинство личности. В то же время - при определенных обстоятельствах - оно может причинять потерпевшему от преступления как физические, так и нравственные страдания (моральный вред). Вместе с тем сам факт причинения потерпевшему от преступления против собственности физических или нравственных страданий не является во всех случаях безусловным и очевидным. К тому же характер и степень такого рода страданий могут различаться в зависимости от вида, условий и сопутствующих обстоятельств совершения самого деяния, а также от состояния физического и психического здоровья потерпевшего, уровня его материальной обеспеченности, качественных характеристик имущества, ставшего предметом преступления, его ценности и значимости для потерпевшего и т.д. В этом смысле реализация потерпевшим от преступления против собственности конституционного права на компенсацию причиненного ущерба может включать в себя и нейтрализацию посредством возмещения морального вреда понесенных потерпевшим физических или нравственных страданий, но лишь при условии, что таковые реально были причинены лицу преступным посягательством не только на его имущественные права, но и на принадлежащие ему личные неимущественные права или нематериальные блага, среди важнейших из которых - достоинство личности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года N 45-П).

Общий принцип компенсации морального вреда (в том числе потерпевшему от преступления) закреплен в части первой статьи 151 ГК Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2016 года N 1171-О, от 11 октября 2016 года N 2164-О и от 24 декабря 2020 года N 3039-О).

Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", гражданский иск о компенсации морального вреда может быть предъявлен по уголовному делу в тех случаях, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.). В то же время исходя из положений части первой статьи 44 УПК Российской Федерации и статей 151 и 1099 ГК Российской Федерации в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судами и в тех случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия) (пункт 13).

Согласно п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 этого Кодекса.

В п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Пунктом 2 этой статьи установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, являющегося пенсионером по старости и инвалидом 3 группы, его материальной обеспеченности, качественных характеристик имущества, ставшего предметом преступления, его ценности и значимости для потерпевшего.

Судом установлено, что в результате виновных противоправных действий К.С.В. потерпевшему И. причинены нравственные страдания, нарушающие его личные неимущественные права (право на неприкосновенность жилища в котором он зарегистрирован и проживал 25 лет, а так же хранил, собранные в указанный период времени принадлежащие ему и ставшие для него ценными вещи, похищенные в результате данного преступления). 

С учетом изложенного иск И. о взыскания с К.С.В. в пользу потерпевшего компенсации за причиненный моральный вред, подлежит удовлетворению.

При определении размера, подлежащего взысканию компенсации морального вреда, суд исходил из степени страданий И., фактических обстоятельств их причинения, и последствий для него, как потерпевшего. С учетом указанных обстоятельств, исходя из требований разумности и справедливости, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, степени его физических и нравственных страданий, суд определил подлежащим взысканию с К.С.В. компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего И. в размере 5 000 рублей.

Вещественные доказательства по делу (т.1 л.д. 56) в порядке п.3 ч.3 ст.81 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, переданные на ответственное хранение потерпевшему - подлежат возвращению ему, как законному владельцу, а хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств – подлежат уничтожению, как не представляющие ценности их законному владельцу. 

Процессуальные издержки - расходы на оплату адвоката в период предварительного следствия в размере 7 918 рублей 90 копеек (т.1 л.д. 220), подлежат взысканию с К.С.В. в полном объеме в соответствии со ст. 132 ч.ч.1, 2 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением сумм, выплаченных переводчику и защитнику в случаях, предусмотренных частями четвертой и пятой данной статьи. Процессуальные издержки могут быть взысканы и с осужденного, освобожденного от наказания.

В части четвертой вышеуказанной статьи указано, что если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, то расходы на оплату труда адвоката возмещаются за счет средств федерального бюджета. Как видно из материалов уголовного дела, подсудимый от услуг адвоката в ходе следствия не отказывался, и тот участвовал при проведении с ним следственных действий на стадии предварительного следствия. 

Судом не установлено, что подсудимый является имущественно несостоятельным лицом, либо что это взыскание может существенно отразиться на материальном положении лиц, находящихся на его иждивении. 

Судом оснований для освобождения подсудимого от взыскания процессуальных издержек не установлено. Заявленная сумма в полном объеме подлежит взысканию с К.С.В.

При решении вопроса о мере пресечения до вступления приговора в законную силу, суд считает необходимым меру пресечения К.С.В. в виде заключения под стражу, оставить без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 303-304, 307-309 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л :

К.С.В. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 6 (шесть) месяцев.

Установить К.С.В. на период исполнения им наказания в виде ограничения свободы следующие ограничения: не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы; с установлением обязанности - один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Меру пресечения К.С.В. в виде заключения под стражу, оставить без изменения.

Срок наказания К.С.В. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации время нахождения К.С.В. под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления настоящего приговора в законную силу подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с К.С.В. (паспорт №) в пользу И. (паспорт №) материальный ущерб, причиненный преступлением, в размере 23 781 (двадцать три тысячи семьсот восемьдесят один) рубль 57 копеек, а так же компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

Вещественные доказательства по делу, переданные на ответственное хранение потерпевшему - подлежат возвращению ему, а хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств – подлежат уничтожению. 

Взыскать с К.С.В. в бюджет Российской Федерации процессуальные издержки по уголовному делу: расходы на оплату адвоката в период предварительного следствия в сумме 7 918 (семь тысяч девятьсот восемнадцать) рублей 90 копеек.

На приговор может быть подана апелляционная жалоба, принесено представление в Свердловский областной суд через Шалинский районный суд Свердловской области в течение пятнадцати суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня получения приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции с участием защитника по соглашению либо по назначению, о чем должен указать в своем заявлении в суд.

Приговор изготовлен в оригинале в совещательной комнате и провозглашен 19.03.2025 года.

Председательствующий судья С.Н. Миронова