Дело №2-1937/2020 26 февраля 2020 года

78RS0017-01-2019-006362-35

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Пешниной Ю.В., 

при помощнике ФИО1, 

рассмотрев в открытом предварительном судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском ФИО3, уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просила признать недействительным договор дарения квартиры от 15 октября 2015 года, применить последствия недействительности сделки, восстановив право собственности истца на квартиру.

В обоснование заявленных требований, истец указала, что на основании договора дарения от 15 октября 2015 года подарила ответчику квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, наб. реки Карповки, д.19, кв.32. Подписывая договор дарения истец не понимала, что её действия приведут к утрате права собственности и пользования на единственное жилое помещение. Истец полагала, что подписывает завещание, которым она согласна была передать квартиру ответчику. При заключении договора дарения ответчик ввела истца в заблуждение относительно природы заключаемой сделки, ответчик уговорила истца подписать завещание, а впоследствии истцу стало известно, что это оказался договора дарения квартиры. Ответчик обещала ухаживать за истцом, возить в больницу, покупать продукты, производить оплату коммунальных услуг и жилого помещения, однако истец самостоятельно оплачивает коммунальные платежи, несет бремя содержания квартиры. 

В судебное заседание истец не явилась, о времени и месте судебного заседания, направила в суд своего представителя – ФИО4, который поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик в судебное заседание не явилась, направила в суд своего представителя – ФИО5, который в судебном заседании просил отказать истцу в удовлетворении заявленных требований в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся участников процесса, оценив представленные в дело доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п.п. 1, 2 и 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора; стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами; условия договора определяются по усмотрению сторон кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Как следует из материалов дела, истец являлась собственником квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес> на основании договора передачи квартиры в доме-памятнике в собственность граждан от 31 августа 1998 года.

Между ФИО2 и ФИО6 15 октября 2015 года заключен договора дарения квартиры, в соответствии с которым истец подарила совей внучке – ФИО6, а ответчик приняла в дар принадлежащую истцу квартиру. 

Договор нотариально удостоверен и зарегистрирован в реестре 1О-6-5061. 

Согласно свидетельству о перемени имени от 1 июня 2017 года ФИО6 сменила фамилию на Крик. 

Государственная регистрация внесения изменений в отношении паспортных данных правообладателя – ФИО3 произведена 15 июня 2017 года. 

Ссылаясь на положения ст. ст. 166, 167, 178,179 Гражданского кодекса Российской Федерации истец просила признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, и применить последствия недействительности сделки.

Согласно п. 1,2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу положений п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Пунктом 2 ст. 168 Гражданского кодекса российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с положениями ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии с правилами ч. 6 ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в предварительном судебном заседании может рассматриваться возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права и установленного федеральным законом срока обращения в суд. При установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» в предварительном судебном заседании может рассматриваться возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока исковой давности для защиты права и установленного федеральным законом срока обращения в суд. В случае установления факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

В предварительном судебном заседании, возражая против заявленных требований, представителем ответчика было заявлено ходатайство о пропуске истцом установленного законом срока обращения в суд.

Рассматривая заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд установил следующее.

В силу ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого было нарушено.

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При этом п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор дарения заключен между сторонами 15 октября 2015 года, право собственности ответчик на квартиру было зарегистрировано 21 октября 2015 года.

Договор дарения был нотариально удостоверен, до подписания договора был прочитан вслух. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что о договоре дарения истцу стало известно 15 октября 2015 года.

Вместе с тем, с настоящим иском истец обратилась в суд только 26 октября 2019 года, то есть со значительным пропуском установленного законом срока исковой давности.

Ходатайств о восстановлении пропущенного срока истец не подавала, ошибочно полагая срок исковой давности не пропущенным.

Доводы представителя истца о том, что о заключении договора дарения ей стало известно только в июне 2019 года, подлежат отклонению, поскольку письменными доказательствами не подтверждены. 

Учитывая, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, то суд приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении требований о признании недействительным договора дарения от 15 октября 2015 года и применении последствий недействительности сделки в связи с пропуском срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд также принимает во внимание следующее. 

Как следует из пункта 7 договора дарения, право частной собственности на квартиру возникает у ответчика с момента регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Санкт-Петербурга. 

Пунктом 6 договора истец подтвердила, что она заключает договора не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне не выгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой. 

Из поступивших по запросу суда документов из Управления Росреестра по Санкт-Петербургу следует, что для государственной регистрации договора дарения и права собственности истцом и ответчиком было подписано и нотариально удостоверено заявление от 15 октября 2015 года. 

Из текста договора однозначно следует, что в ней выражена воля истца на совершение сделки – договора дарения в пользу ответчика, которая приходится истцу внучкой. Каких-либо неясностей и неточностей, а также условий, текст договора дарения не содержит. 

При таких обстоятельствах, суд отклоняет доводы истца о том, что заключая договор дарения, она не понимала, что её действия приведут к утрате права собственности. 

Также согласно представленным ответчиком документа задолженности по оплате коммунальных услуг и жилого помещения не имеется, обязанность по уплате налогов исполнена, расписками, чеками по операции сбербанк онлайн подтверждается оплата коммунальных услуг и жилого помещения стороной ответчика. 

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: 

Мотивированное решение составлено 25 марта 2020 года.