дело №22-1110/2023 судья Крюков А.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

6 июня 2023 года г. Благовещенск

Амурский областной суд в составе:

председательствующего Казаковой М.В., 

при секретаре Казымовой Н.С., 

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Амурской области 

Ильяшенко Д.С., 

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Шулегиной И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Шулегина Г.Б. на приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 27 октября 2021 года, которым

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, несудимый, 

осуждён по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года 6 месяцев. 

В силу ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 1 год 10 месяцев с удержанием из заработка осужденного 15% в доход государства, перечисляемых за счет соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев. 

Срок отбытия наказания в виде принудительных работ исчислен с момента фактического прибытия к месту отбывания наказания в виде принудительных работ. 

В соответствии с ч.1 ст.60.2 УИК РФ возложена обязанность проследовать в исправительный центр к месту отбывания наказания самостоятельно за счёт государства в порядке, установленном ст.60.2 УИК РФ.

В соответствии с ч.2 ст.60.2 УИК РФ возложена обязанность на территориальный орган уголовно-исполнительной системы (УФСИН России по Амурской области) не позднее 10 дней со дня получения копии вступившего в законную силу приговора суда вручить ФИО1 предписание о направлении к месту отбывания наказания и обеспечить его направление в исправительный центр с указанием срока, в течение которого Бычков должен прибыть к месту отбывания наказания.

Мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении – оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

На основании ч.4 ст.47 УК РФ срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространён на всё время отбывания основного наказания в виде принудительных работ и исчислен с момента отбытия наказания в виде принудительных работ.

С ФИО1 в пользу Потерпевший №1 взыскана компенсация морального вреда 350000 рублей.

Арест, наложенный на денежные средства ФИО1, находящиеся на счетах в 

<

данные изъяты> - отменен. Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Апелляционным постановлением Амурского областного суда от 8 февраля 2022 года приговор оставлен без изменения.

Кассационным постановлением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 11 октября 2022 года апелляционное постановление Амурского областного суда от 8 февраля 2022 года отменено, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение. 

ФИО1 из исправительного центра освобождён, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционным приговором Амурского областного суда от 15 декабря 2022 года приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 27 октября 2021 года отменен, вынесен новый приговор.

ФИО1 признан невиновным и оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. Признано право на реабилитацию. 

В удовлетворении гражданского иска Потерпевший №1 о взыскании материального ущерба отказано.

Отменен арест, наложенный на денежные средства ФИО1, находящиеся на счетах в 

<

данные изъяты>. Разрешена судьба вещественных доказательств.

Кассационным постановлением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 24 апреля 2023 года апелляционный приговор Амурского областного суда от 15 декабря 2022 года отменен, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение.

Изложив обстоятельства дела и доводы апелляционной жалобы, выслушав выступление защитника осужденного ФИО1 – адвоката Шулегиной И.А., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, полагавшей, что с учётом решения суда вышестоящей инстанции уголовное дело подлежит возврату прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, прокурора Ильяшенко Д.С., полагавшего необходимым доводы апелляционной жалобы оставить без удовлетворений, а приговор - без изменений, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осуждён за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть Ф.И.О.5 

Согласно приговору преступление совершено 29 апреля 2020 года в г.Благовещенске Амурской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО1 – адвокат Шулегин Г.Б., выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактически установленным обстоятельствам, а также существенного нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, при этом приводит следующие доводы: 

- согласно заключению автотехнической экспертизы 

<

номер> от 

<

дата>, именно в действиях водителя Ф.И.О.5 имеется прямая причинно – следственная связи с наступившими последствиями, поскольку осуществляя поворот налево, водитель «Мицубиси РВР» Ф.И.О.5 обязан был руководствоваться пунктами 8.1 и 13.4 ПДД РФ, вместо этого, Ф.И.О.5, поворачивая налево, создал опасность для движения, помехи другим участникам дорожного движения - водителям Свидетель №10 и ФИО1, не выполнил обязанность уступить им, движущимся во встречном направлении прямо, дорогу, выехал на полосу встречного движения, где и допустил столкновение с автомобилем под управлением ФИО1, однако согласно выводам суда в описательной части приговора только действия ФИО1 и только нарушение им правил дорожного движения привели к негативным последствиям; считает, что нарушение водителем ФИО1 скоростного ограничения 60 км/ч, чего не отрицал и сам осужденный, не находится в какой-либо связи с аварией, 

- моментом обнаружения опасности является время, когда Бычков обнаружил опасность в виде автомобиля «Мицубиси РВР»; ранее он эту опасность обнаружить был не в состоянии, поскольку видимость ему ограничивал другой автомобиль; момент выезда автомобиля «Мицубиси РВР» на крайнюю левую полосу встречного движения до момента столкновения занимает меньше времени, чем рассчитанное по видеозаписи и этого времени водителю ФИО1 было недостаточно для того, чтобы избежать столкновения даже при движении с максимально установленной скоростью в 60 км/ч; с учётом данных фактов, ссылаясь также на показания свидетелей Свидетель №10, Свидетель №2 и Свидетель №1, а также осужденного ФИО1, указывает, что ФИО1 не имел технической возможности избежать столкновения; 

- доводы стороны защиты и позиция ФИО1 о моменте обнаружения им опасности и все последствия, связанные с этим обстоятельством, не опровергнуты, вина ФИО1 не установлена; 

- протокол следственного эксперимента с участием свидетеля Свидетель №1 и заключение автотехнической экспертизы 

<

номер> от 

<

дата>, являются недопустимыми доказательствами; 

- судом допущены нарушения при оглашении показаний свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1, поскольку сторона защиты имела к свидетелям дополнительные вопросы, не освещенные в их показаниях; просит приговор отменить, постановить в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции защитник осуждённого ФИО1 – адвокат Шулегина И.А., поддержав доводы апелляционной жалобы, с учётом вынесенного Девятым кассационным судом общей юрисдикции кассационным постановлением от 24 апреля 2023 года, полагала, что те доводы, которые приведены в апелляционной жалобе, являются основанием для отмены приговора и возвращению уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Шулегина Г.Б., государственный обвинитель - помощник прокурор г. Благовещенска Амурской области Акимова Н.Н., считает доводы жалобы несостоятельными, просит приговор суда оставить без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Обстоятельства, при которых ФИО1 совершено преступление и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию по настоящему делу, судом установлены правильно, выводы суда, изложенные в приговоре, им соответствуют.

Нарушений уголовно-процессуального и уголовного законов, влекущих безусловную отмену приговора, не допущено, а неустранимых сомнений в виновности осужденного ФИО1 в совершении описанного в приговоре преступления не имеется.

Несмотря на непризнание ФИО1 своей вины в совершении преступления, по которому он признан виновным и осужден, его вина, подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, в частности: показаниями самого осуждённого ФИО1 (в части, принятой судом), не отрицавшего факт нарушения им скоростного режима; свидетелей Свидетель №10 (в части, принятой судом), Свидетель №3, Свидетель №1, Свидетель №2 об обстоятельствах, ставших им известных по данному уголовному, очевидцами которых они явились; фактическим данными, зафиксированными в: протоколах осмотра места происшествия от 30 апреля 2020 года (т.1, л.д.8-21, 74-79); заключении судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего Ф.И.О.5 

<

номер> от 

<

дата> о количестве, характере, локализации и степени вреда, причинённого здоровью потерпевшему Ф.И.О.5, механизме образования телесных повреждений, а также о причине его смерти (т.1, л.д. 26-38); заключениях судебной видеотехнических экспертиз 

<

номер> и 206 от 

<

дата> (т.1, л.д.86-88, 90-92); протоколе осмотра предметов от 17 июня 2020 года (т.1, л.д. 109-124); заключении судебной автотехнической экспертизы 

<

номер> от 

<

дата> (т.1, л.д.151-153); протоколе следственного эксперимента от 7 октября 2020 года (т.1, л.д. 213-218); а также в иных исследованных в судебном заседании доказательств. 

Всесторонне и полно исследовав в судебном заседании доказательства, представленные сторонами, сопоставив их друг с другом, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, правильно установил фактические обстоятельства дела, дал объективную оценку всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам в их совокупности, в соответствии с требованиями УПК РФ привёл в приговоре мотивы, по которым признал одни доказательства достоверными и допустимыми, и отверг другие (в частности показания ФИО1 и свидетеля Свидетель №10 об отсутствии у ФИО1 технической возможности избежать столкновения с автомобилем под управлением Ф.И.О.5 из-за ограниченной видимости перекрестка) в части, противоречащей фактическим обстоятельствам дела, правомерно признав их недостоверными, и, придя к правильному выводу о доказанности вины осуждённого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступного деяния.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не соглашаться с данной оценкой доказательств и выводами суда.

Доводы защитника, связанные с анализом представленных суду доказательств, являются несостоятельными, поскольку правильные по существу выводы суда оспариваются стороной защиты исключительно путем переоценки в выгодную для осужденного сторону тех же доказательств, которые исследованы судом и положены в основу приговора. При этом не приводится каких-либо существенных обстоятельств, не учтенных или оставленных без внимания судом.

Тот факт, что данная судом оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для изменения или отмены состоявшегося по делу решения. 

Каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих об оговоре вышеуказанными свидетелями осуждённого ФИО1 представленные материалы уголовного дела не содержат и стороной защиты не представлено.

Доводы жалобы защиты о том, что суд необоснованно принял решение об оглашении показаний свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №1 не свидетельствуют о нарушении требований ст. 281 УПК РФ, поскольку в результате принятых мер установить их место нахождение для вызова в судебное заседание не представилось возможным. При этом показания данных свидетелей не являются основополагающими по делу и единственными доказательствами, которыми подтверждается виновность осужденного. Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств явилась достаточной для принятия объективного и обоснованного решения по делу.

Что же касается довода апелляционной жалобы об отсутствии у стороны защиты возможности задать данным свидетелям дополнительные вопросы, не освещенные ими в их показаниях на предварительном следствии, то после ознакомления в порядке ст. 217 УПК РФ с показаниями Свидетель №2 и Свидетель №1, ФИО1 и его защитник о проведении очных ставок обвиняемого с этими свидетелями (а с Свидетель №1 в том числе и по обстоятельствам проведения следственного эксперимента с его участием) не ходатайствовали и не просили о проведении дополнительных следственных действий с участием названных лиц.

Анализируя заключения экспертов суд обоснованно указал, что они соответствуют положениям ст. 204 УПК РФ и требованиям, которые предъявляются к автотехническим экспертизам, содержат подробные данные, расчеты, формулы, которые положены в основу их выводов. При этом выводы экспертов непротиворечивы, научно обоснованы, объективно подтверждены доказательствами, которые непосредственно исследовались в судебном заседании. Заключения экспертов не вызывают сомнений и суда апелляционной инстанции, равно как и не вызывает сомнение их компетентность.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО1 не имел технической возможности предотвратить ДТП, так как обзор ему ограничивал автомобиль «Лексус» под управлением Свидетель №10, противоречат изложенным в приговоре доказательствам, а потому не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции. 

Так, при анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в момент возникновения опасности для движения в виде встречного автомобиля, приступившего в зоне перекрёстка к выполнению маневра поворота налево через полосы встречного движения следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктами 10.1 и 10.2 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.

Из разъяснений, содержащихся в п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 (в редакции от 24 мая 2016 года) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» следует, что при решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

В своих показаниях сам осужденный ФИО1 не отрицал, что он и Свидетель №10 поехали по ул. Ленина от улицы Первомайской в сторону улицы Лазо (Свидетель №10 по левой полосе, а он по правой стороне чуть позади) со скоростью 80 км/ч; на перекрестке Ленина-Лазо горел зеленый сигнал светофора, и они, не сбавляя скорости, решили пересечь перекресток, а также, что столкновение с автомобилем «МИЦУБИСИ РВР» произошло на его полосе. 

Из показаний свидетеля Свидетель №10 также следует, что он и ФИО1 ехали с одинаковой скоростью около 80 км/ч, при этом он примерно на корпус или полтора находился впереди ФИО1; он двигался по левой полосе, Бычков по правой, примерно на корпус-полтора позади него; так как на светофоре, установленном на перекрестке ул. Ленина-Лазо горел зелёный разрешающий сигнал светофора, они, не снижая скорости, продолжили движение к перекрестку; подъезжая ближе, он увидел, что во встречном направлении, по левой полосе к перекрестку с ул. Лазо приближается автомобиль «МИЦУБИСИ РВР», который не останавливаясь перед перекрестком стал выполнять манёвр поворота налево на ул. Лазо и выехал на его полосу; в то время он и Бычков ехал с той же скоростью около 80 км/ч; для того, чтобы избежать столкновения, он выкрутил рулевое колесо влево и объехал автомобиль «МИЦУБИСИ РВР» по встречной полосе; при этом автомобиль «МИЦУБИСИ РВР» не останавливался и продолжил выполнять манёвр поворота, выезжая при этом на полосу, по которой ехал Бычков; объехав встречный автомобиль, он стал возвращаться на свою полосу и в это время услышал сильный удар;

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №3 29 апреля 2020 года в вечернее время он вместе со своими знакомыми Свидетель №1 и Свидетель №2 на автомобиле «LEXUS LS600hl» около полуночи ехали по ул. Ленина, по направлению от ул. Пушкина в сторону ул. Первомайская; Свидетель №1 сидел на переднем пассажирском сиденье, он на заднем, Свидетель №2 управлял автомобилем; в этот момент он обратил внимание, как со скоростью более 80 км\ч их обогнали два автомобиля «LEXUS GS450h» и «ЛЕКСУС LS460»; доехав до ул. Первомайская, они развернулись и поехали в обратном направлении; проезжая напротив магазина «Ням-Ням», расположенного по ул. Ленина между ул. Партизанская и ул. Лазо, их обогнал автомобиль «LEXUS GS450h», а следом другой автомобиль «ЛЕКСУС LS460» по правой полосе; оба автомобиля ехали с одинаковой скоростью более 80 км/ч, между ними была дистанция примерно корпус; это были те самые автомобили, которые обогнали их накануне; после, автомобиль «LEXUS GS450h» перестроился в левую полосу, а автомобиль «ЛЕКСУС LS460» продолжил движение по правой полосе в сторону перекрестка с ул. Лазо; подъезжая к перекрестку, он увидел, что по встречной полосе едет автомобиль «МИЦУБИСИ РВР»; выехав в зону перекрестка, этот автомобиль стал выполнять манёвр порота налево на ул. Лазо, в непосредственной близости от обогнавшего их автомобиля, который ехал по левой полосе; для того чтобы избежать столкновения автомобиль «LEXUS», выехал влево и по встречной полосе объехал автомобиль «МИЦУБИСИ РВР»; далее автомобиль «МИЦУБИСИ РВР» не останавливаясь, со скоростью 15-20 км/ч продолжил выполнять манёвр поворота налево на ул. Лазо, выехал на правую полосу, по которой ехал второй автомобиль «LEXUS»; так как у автомобиля «LEXUS» была большая скорость, избежать столкновения не удалось; 

В показаниях свидетеля Свидетель №1 также указано, что 

<

дата> в вечернее время он вместе со своими знакомыми Свидетель №3 и Свидетель №2 на автомобиле «LEXUS LS600hl» под управлением последнего около полуночи ехали по ул. Ленина, по направлению от ул. Пушкина в сторону ул. Первомайская; в этот момент он обратил внимание, как со скоростью более 80 км\ч их обогнали два автомобиля «LEXUS GS450h» и «ЛЕКСУС LS460»; доехав до ул. Первомайская, они развернулись и поехали в обратном направлении; проезжая напротив магазина «Ням-Ням», расположенного по ул. Ленина между ул. Партизанская и ул. Лазо, их обогнал автомобиль «LEXUS GS450h», а следом другой автомобиль «ЛЕКСУС LS460» по правой полосе; оба автомобиля ехали с одинаковой скоростью более 80 км/ч, между ними была дистанция примерно корпус; это были те самые автомобили, которые обогнали их накануне; после, автомобиль «LEXUS GS450h» перестроился в левую полосу, а автомобиль «ЛЕКСУС LS460» продолжил движение по правой полосе в сторону перекрестка с ул. Лазо; при этом скорость они не сбавляли, это было видно по динамики движения; приближаясь к перекрестку с ул. Лазо, он увидел, что во встречном направлении, намереваясь повернуть налево на ул. Лазо, в зону перекрестка въезжает автомобиль «МИЦУБИСИ РВР» с ближним светом фар и включенным левым указателем поворота; данный автомобиль у стоп-линии не останавливался и на перекресток выехал со скоростью около 20 км/ч; когда автомобиль «МИЦУБИСИ РВР» выехал на их полосу, автомобиль «LEXUS GS450h», который был в непосредственной близости, объехал по встречной полосе, после чего вновь перестроился на свою полосу и продолжил движение; далее автомобиль «МИЦУБИСИ РВР» не останавливаясь, продолжил поворачивать на ул. Лазо; когда данный автомобиль выехал на правую полосу, по которой ехал автомобиль «ЛЕКСУС LS460», практически сразу произошла авария.

Аналогичные показания были даны свидетелем Свидетель №2. 

Согласно заключению судебной видеотехнической экспертизы 

<

номер> от 10 июня 2020 года, средняя скорость движения автомобиля «ЛЕКСУС LS460» государственный регистрационный знак 

<

***> rus перед дорожно-транспортным происшествием составляла около 83,4 км\ч. 

Факт превышение осужденным ФИО1 скоростного режима стороной защиты не оспаривается. 

Из заключения судебной видеотехнической экспертизы 

<

номер> от 10 июня 2020 года следует, что водитель автомобиля «МИЦУБИСИ РВР» государственный регистрационный знак 

<

***> 28rus преодолевает расстояние с момента выезда на встречную полосу до момента столкновения за 1,875 сек. 

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы 

<

номер> от 3 июля 2020 года, водитель автомобиля «ЛЕКСУС LS460» под управлением ФИО1 в случае движения с максимально разрешенной на данном участке проезжей части скорости – 60 км/ч, имел техническую возможность избежать столкновения с автомобилем «МИЦУБИСИ РВР» мерами торможения, так как остановочный путь автомобиля «ЛЕКСУС LS460» при скорости 60 км/ч составляет 41,6 м, что меньше расстояния, на котором находился данный автомобиль от места столкновения в момент возникновения опасности, которое составляет 43,4 м. Остановочный же путь автомобиля «ЛЕКСУС LS460» при скорости 83,4 км/ч составляет 68,9 м. 

Таким образом, судом обоснованно отвергнута версия стороны защиты об отсутствии у ФИО1 технической возможности избежать столкновения с автомобилем «МИЦУБИСИ РВР» под управлением Ф.И.О.5.

При этом момент возникновения опасности для движения автомобиля под управлением ФИО1 установлен судом на основании исследованных в судебном заседании доказательств и в данном случае определен, как верно указал суд, моментом выезда автомобиля «МИЦУБИСИ РВР» под управлением Ф.И.О.15 на полосу встречного движения. Утверждение же стороны защиты о неверном определении момента возникновения опасности для ФИО1, поскольку видимость ему ограничивал другой автомобиль, обоснованно отвергнуто судом, с приведением убедительных мотивов, связанных в том числе и с выводами проведенного по уголовному делу следственного эксперимента. Проверяя данную версию стороны защиты суд также дал надлежащую оценку и показаниям осужденного ФИО1, а также свидетеля Свидетель №10 (двоюродного брата осуждённого) в указанной части, обоснованно признав их ни чем иным, как выбранным ими способ избежать ФИО1 уголовной ответственности за содеянное. С данной позицией суда согласен и суд апелляционной инстанции. 

Не может согласиться суд апелляционной инстанции и с доводами жалобы адвоката Шулегина Г.Б. о том, что исследованный в судебном заседании протокол следственного эксперимента от 7 октября 2020 года не дает полной картины и тех исходных данных, которые необходимы для установления и исследования всех обстоятельств ДТП от 29 апреля 2020 года.

Как следует из материалов уголовного дела, следственный эксперимент проводился с целью определения видимости с места водителя ФИО1, управляющего автомобилем «ЛЕКСУС LS460», в условиях дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 29 апреля 2020 года, в районе перекрестка улиц Лазо-Ленина г. Благовещенска, в результате которого погиб Ф.И.О.5.

Данное следственное действие проводилось 7 октября 2020 года в условиях темного времени суток – с 19 часов 45 минут до 20 часов 10 минут (ДТП, как установил суд, произошло 29 апреля 2020 года около 23 часов 51 минуты), ясной погоды и без осадков с использованием автомобилей «ЛЕКСУС LS460», аналогичного по кузову и комплектации автомобилю, которым управлял ФИО1 и «ЛЕКСУС GS300», аналогичному по кузову и комплектации автомобилю, которым управлял Свидетель №10. 

В ходе проведения следственного эксперимента автомобиль «ЛЕКСУС LS460» был выставлен на правой полосе проезжей части ул. Ленина на расстоянии 42,7 м от места столкновения, а автомобиль «ЛЕКСУС GS300» установлен на левой полосе проезжей части ул. Ленина перед автомобилем «ЛЕКСУС LS460» на расстоянии 6,7 м. При этом расстояние между автомобилями корректировалось свидетелем Свидетель №1, который являлся одним из очевидцев ДТП. 

По результатам проведенного следственного действия установлено, что видимость проезжей части с места водителя автомобиля «ЛЕКСУС LS460», в условиях дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погиб Ф.И.О.5 не ограничена; перекрёсток ул. Ленина-Лазо г. Благовещенска просматривается полностью.

Проведение следственного эксперимента с участием свидетеля Свидетель №1 (очевидца происшествия) в отсутствии обвиняемого ФИО1, на что указывает защитник в апелляционной жалобе, требованиям ст. 181 УПК РФ не противоречит, и не является основанием к признанию сведений, содержащихся в указанном следственном действии, недопустимым доказательством. 

Исходя из перечисленных, а также иных исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, суд обоснованно установил, что ФИО1 нарушил требования п.1.5, п.10.1 и. п.10.2 ПДД РФ, поскольку, осуществляя движение со скоростью около 83,4 км/ч, которая значительно превышает установленное ограничение максимальной скорости на данном участке проезжей части - 60 км/ч, в момент возникновения опасности для движения в виде встречного автомобиля «МИЦУБИСИ РВР», приступившего в зоне перекрёстка ул. Ленина - Лазо к выполнению маневра поворота налево на ул. Лазо через полосы встречного движения, не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки, продолжил движение в прямом направлении, выехал в зону перекрёстка, и допустил столкновение с автомобилем «МИЦУБИСИ РВР» под управлением Ф.И.О.5, при этом располагая технической возможностью предотвратить столкновение мерами торможения при движении с максимально разрешённой скоростью 60 км/ч.

Таким образом, вопреки утверждению стороны защиты об обратном, выводы суда о том, что нарушение ФИО1 п.п. 10.1 и 10.2 ПДД находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями – смертью водителя автомобиля «МИЦУБИСИ РВР» Ф.И.О.5 являются обоснованными, подтвержденными исследованными в судебном заедании доказательствами. Оснований ставить их под сомнения суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что именно в действиях Ф.И.О.5, который нарушил п.п.8.1 и 13.4 ПДД, имеется прямая причинно-следственная связь с наступившими последствиями, не могут быть приняты во внимание, поскольку согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, в связи с чем в рамках настоящего уголовного дела суд не вправе обсуждать вопрос о виновности других лиц.

При этом судом обоснованно учтено в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденного – противоправное поведение потерпевшего, что соответствует разъяснениям п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 года N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения", согласно которым, если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные в статье 264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил (например, переход пешеходом проезжей части с нарушением требований пункта 4.3 Правил), эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание.

Принимая во внимание все обстоятельства дела и исследованные в судебном заседании в соответствии с УПК РФ доказательства, суд дал правильную юридическую оценку действиям осужденного ФИО1 по ч.3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, надлежаще мотивировав свои выводы.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по доводам защитника, указанным в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не имеется. 

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, состояние здоровья осуждённого, данные о его личности, согласно которым он ранее не судим, характеризуется положительно, на учёте в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит; смягчающие наказания обстоятельства – частичное признание вины, противоправность поведения потерпевшего, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также учёл влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Новых данных, способных повлиять на вид и размер назначенного наказания, суду апелляционной инстанции не представлено.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после его совершения, а также иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого деяния, являющихся основанием для назначения наказания с применением ст.64 УК РФ, по делу не имеется.

Суд также обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. Вывод об этом мотивирован в приговоре, с ним соглашается и суд апелляционной инстанции.

Принимая во внимание обстоятельства дела и данные о личности ФИО1, суд пришел к правильному выводу о том, что его исправление возможно без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, в связи с чем заменил ему назначенное наказание в виде лишения свободы принудительными работами.

Суд обоснованно назначил осуждённому также и дополнительное наказание, которое по отношению к ч.3 ст. 264 УК РФ являющееся обязательным.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 разрешен в соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства. 

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Благовещенского городского суда Амурской области от 27 октября 2021 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу его защитника - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в течение шести месяцев в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший приговор, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ. 

В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ. 

В соответствии с ч.5 ст.389.28 УПК РФ осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий М.В.Казакова