УИД: 66RS0052-01-2021-000638-67

Гражданское дело 2-565/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сухой Лог 09 июня 2021 года

Сухоложский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Нестеров В.А., 

при секретаре Печенкиной Е.В.,

с участием истца ФИО1, истца ФИО2, представителя истцов адвоката Поддубного С.А., представителя ответчика ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО21, ФИО2 ФИО22 к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Сухоложская РБ» о признании приказа незаконным, отмене приказа, взыскании стимулирующих выплат, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ответчику, просят признать незаконным приказ ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» № от 29 января 2021 г., отменить применение п.1 указанного приказа в отношении ФИО1 и ФИО2, взыскать в пользу ФИО1, ФИО2 неполученную сумму стимулирующей выплаты за период с 01.01.2021 года по день вступления решения суда в законную силу, а также компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. в пользу каждого.

В обоснование иска указано, что приказом главного врача ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО24 ФИО23 от 29 января 2021 г. №далее – Приказ №) истцам, работающим водителями автомобиля отделения скорой медицинской помощи, с 01.01.2021 отменен персональный повышающий коэффициент (далее также - ППК) за нарушение санитарно-эпидемиологического режима в лечебном учреждении. Согласно тексту Приказ № издан в соответствии с Положением о выплатах стимулирующего характера работникам ГАУЗ СО «Сухоложская районная больница», утвержденного приказом главного врача от 15.08.2019г., и на основании служебной записки заведующего отделением скорой медицинской помощи ФИО28 от 25 января 2021 г. Истцы считают приказ незаконным и подлежащим отмене, поскольку не нарушали требований санитарно-эпидемиологического режима в лечебном учреждении, не нарушали введенный в лечебном учреждении масочный режим. Полагают, что лишение их права на получение ежемесячной выплаты в виде персонального повышающего коэффициента вызвано не нарушением масочного режима, а является материальным наказанием за критику действий руководителя лечебного учреждения по невыплате в 2020 году работникам бригад скорой помощи выплат стимулирующего характера за работу в особых условиях, связанных с оказанием медицинской помощи гражданам, у которых был подтвержден диагноз COVID -19. Истцы обращались с жалобами на действия руководителя к депутату Государственной Думы ФИО25., в прокуратуру. В последующем проверка данного обращения была проведена Сухоложской городской прокуратурой, которой в целях устранения нарушений прав персонала отделения скорой медицинской помощи главному врачу 21 января 2021 г. внесено представление. Кроме того, руководитель учреждения и ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» привлечены к административной ответственности. Истцы связывают вынесение оспариваемого приказа и принятие указанных мер прокурорского реагирования, поскольку в день поступления представления прокурора, 21 января 2021 г., в адрес заведующего отделения скорой медицинской помощи ФИО26 поступила докладная от старшего фельдшера ФИО27. о допущенных истцами нарушениях масочного режима, без указания даты составления докладной и даты совершения нарушений, после чего заведующий отделением скорой медицинской помощи 25 января 2021 г. обратился к руководителю Учреждения с предложением о лишении истцов за нарушение масочного режима (также без указаний даты обнаружения нарушений масочного режима) выплат стимулирующего характера, а 29 января 2021 г. года издан оспариваемый приказ. Истцы оспорили законность приказа руководителя Учреждения в государственную инспекцию труда Свердловской области, в которой им было предложно разрешить трудовой спор в судебном порядке. Ссылаясь на положения ст.ст.129, 132 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), Положения о выплатах стимулирующего характера работникам ГАУЗ СО «Сухоложская РБ», утвержденного приказом № № от 15 августа 2019 года, истцы указывают, что правовых оснований для лишения их выплат стимулирующего характера у работодателя не имелось. В связи с чем просят признать Приказ № незаконным, отменить в отношении них действие оспариваемого приказа, а также взыскать с ответчика в пользу каждого истца выплаты стимулирующего характера - персонального повышающего коэффициента за период с 1 января 2021 года по день вступления решения суда в законную силу. Также в силу положений ст.ст.3, 237 ТК РФ, ст.1 Конвенции Международной организации труда 1958 года N 111. абз.2 п.63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума №2) истцы считают, что в отношении них допущена дискриминация в сфере труда, поэтому помимо требований о восстановлении нарушенного права, полагают подлежащей взысканию в их пользу компенсации морального вреда, которую оценивают в сумме 10 000 руб. каждому.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске, дополнительно пояснил, что работает водителем отделения скорой медицинской помощи ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» с 2015 года, ППК устанавливался и выплачивался ежегодно, никому не отменялся. В 2020 году он, ФИО2 и ФИО29 обращались с требованиями производить дополнительные выплаты за выезды к больным с COVID-19 сначала к руководству РБ, затем к депутату Государственной Думы, в прокуратуру, в результате частично положенные доплаты были выплачены, однако позже именно их троих лишили ППК. Доводы о нарушении истцами масочного режима полагает голословными, замечаний по поводу несоблюдения масочного режима ни старший фельдшер, ни заведующий отделением не высказывали, каких-либо объяснений с него не требовали. Претензий по качеству выполнения дополнительных работ, которые осуществляют водители на смене и за которые установлен ППК: помощь в транспортировке больных на носилках, самостоятельный ремонт автомобилей, перевозку больных за пределами смены и пр. к нему и ФИО2 также не предъявляли. С Приказом № их ознакомили только 12.02.2021, выплаты ППК в 2021 году не производили. В связи с нарушением его трудовых прав испытал нравственные страдания, так как его унизили перед коллективом, переживал, испытал стресс, нарушился сон.

Истец ФИО2 в судебном заседании также настаивал на удовлетворении иска, поддержал доводы ФИО1, указал, что нарушений масочного режима не допускал, снимал маску только в столовой, как и остальные сотрудники, при приеме пищи. Каких-либо претензий по работе, в том числе по дополнительным работам, к нему не предъявляли. К дисциплинарной ответственности не привлекался. Маски на смене носили, меняли за смену раза 3-4. Вследствие указанной ситуации испытал переживания, поднималось давление, чувствовал себя униженным.

Представитель истцов адвокат Поддубный С.А. исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении по доводам, изложенным в иске, указал, что оспариваемый приказ является следствием того, что истцы отстаивали свои трудовые права. Дополнительно пояснил, что Приказ № принят 29 января 2021 г. со сроком действия с 01.01.2021, в то время как локальный нормативный акт обратной силы не имеет, по тому же основанию не могут являться основанием для лишения ППК истцов нарушения, допущенные в 2020 году. Кроме того, приказом от 31.12.2020 истцам установлен ППК, следовательно, на эту дату оснований для лишения ППК истцов работодатель не усматривал. В Приказе № и докладных не конкретизированы допущенные нарушения. Представленный ответчиком в подтверждение выявления нарушений истцов Журнал оперативных совещаний, замечаний, докладная от 28.12.2020 являются недопустимыми доказательствами, так как по понедельникам оперативки не проводятся, что подтвердили свидетели, а на докладной нет визы руководителя. ППК – это доплата за выполнение дополнительных работ водителями согласно Положению об оплате труда за функции санитара, ремонт авто и т.п. Свидетель ФИО30. показал, что по выполнению указанных дополнительных работ к истцам нареканий нет. Неношение сотрудниками масок – это нарушение охраны труда и санитарно-эпидемиологических требований, что влечет дисциплинарную ответственность, а не лишение стимулирующих выплат. В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума ВС РФ дискриминация работника является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Представитель ответчика ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО31 в судебном заседании иск не признала, просила в его удовлетворении отказать, поддержала доводы представленных письменных возражений на иск (т.2 л.д.183), указала, что между истцами и ответчиком заключены трудовые договоры, в соответствии с которыми истцы приняты на работу водителями отделения скорой медицинской помощи (далее также - ОСМП), обязаны соблюдать трудовую и исполнительскую дисциплину, несут ответственность за нарушение правил внутреннего трудового распорядка, охраны труда, техники безопасности, противопожарной безопасности и санитарно-эпидемиологического режима. Приказом ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» № № от 20 марта 2020 года «О введении ограничительных мероприятий» с 23 марта 2020 года введен масочный режим, смена масок в течение рабочей смены не менее 2-3 раза, в зависимости от продолжительности рабочей смены. На протяжении всего 2020 года, с момента введения масочного режима 23 марта 2020 года и до 12 февраля 2021 года (до момента ознакомления с приказом об отмене ППК), старший фельдшер ОСМП ФИО32. и заведующий ОСМП ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО33 неоднократно делали замечания истцам по поводу нахождения ФИО1 и ФИО2 на рабочем месте без масок, то есть несоблюдения установленного режима. Один из таких случаев отражен в Журнале оперативных совещаний, замечаний ОСМП ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» - 18 января 2021 года на оперативном совещании заведующим ОСМП проведена беседа с ФИО2 и ФИО1 о несоблюдении ими масочного режима. Также факт несоблюдения масочного режима ФИО1 и ФИО2 обнаружен врачом-эпидемиологом ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО34 и главной медсестрой ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО35 в ходе проведения рейдовой проверки отделений ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» по соблюдению ограничительных мероприятий по COVID-19 от 22 января 2021 года, о чем составлен акт. Указанные обстоятельства легли в основу служебной записки заведующего отделением скорой медицинской помощи ФИО36. от 25 января 2021 года, в результате рассмотрения которой приказом главного врача от 29 января 2021 года № ФИО1 и ФИО2 за некачественное выполнение, порученного руководителем задания (работы) - соблюдение санитарно-эпидемиологического режима, а именно несоблюдение масочного режима водителями скорой медицинской помощи в ОСМП выплаты ППК отменены. С вышеуказанным приказом ФИО1, ФИО2 ознакомлены под подпись 12 февраля 2021 года. Депремирование, в том числе снижение или отмена выплаты ППК, не является дисциплинарным взысканием, не требует соблюдения предусмотренной ст.193 ТК РФ процедуры, в том числе истребование письменного объяснения от работника. По мнению представителя, показания допрошенных в качестве свидетелей в судебном заседании сотрудников скорой медицинской помощи не опровергают доводы стороны ответчика о том, что водителям высказывались замечания руководством по поводу неношения масок, поскольку фельдшеры и водители во время нахождения в ОСМП ожидают вызовы в разных помещениях.

Заслушав стороны и их представителей, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 2 ТК РФ, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются равенство прав и возможностей работников; обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В судебном заседании установлено и подтверждается письменными материалами дела, что между ФИО1 и ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» заключен трудовой договор № от 06.07.2015 с последующими изменениями, согласно условиям которого ФИО1 с 06.07.2015 принят на работу на неопределенный срок на должность водителя автомобиля отделения скорой медицинской помощи, работает в указанной должности по настоящее время (т.1 л.д.42-44, 51, 52, 53-54. 56-57).

Согласно приказу №№ от 01.03.2013 ФИО2 принят на работу с 02.03.2013 в соответствии с заключенным между ФИО2 и ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» трудовым договором № № от 01.03.2013 с последующими изменениями, в соответствии с которым ФИО2 принят на работу и состоит в трудовых отношениях с ответчиком в должности водителя автомобиля отделения скорой медицинской помощи (т.1 л.д.45-47, 48, 49-50, 58, 59-60, 63, 64-66). 

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Таким образом, в состав заработной платы входит не только вознаграждение за труд, но и компенсационные и стимулирующие выплаты.

Приказом главного врача ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» № от 31 декабря 2020 года с 01 января 2021 года по 31 декабря 2021 года ФИО2 и ФИО1 ППК установлен в размере 40% (т.1 л.д.70-71).

Оспариваемым приказом главного врача ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» от 29 января 2021 года № с 01.01.2021 истцам, работающим водителями автомобиля отделения скорой медицинской помощи, отменен ППК за нарушение санитарно-эпидемиологического режима в лечебном учреждении. Наряду с истцами отменен ППК также водителю ФИО37

Оценивая доводы сторон о законности вынесения приказа №, суд приходит к следующему.

В силу ст. 132 ТК РФ запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменений условий оплаты труда. 

В соответствии с ч. 3 ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Под дискриминацией в сфере труда по смыслу статьи 1 Конвенции Международной организации труда 1958 года N 111 относительно дискриминации в области труда и занятий и статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации следует понимать различие, исключение или предпочтение, имеющее своим результатом ликвидацию или нарушение равенства возможностей в осуществлении трудовых прав и свобод или получение каких-либо преимуществ в зависимости от любых обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (в том числе не перечисленных в указанной статье Трудового кодекса Российской Федерации), помимо определяемых свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловленных особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите.

Оценив совокупность представленных доказательств, суд не может признать установленным, что вынесение оспариваемого приказа о лишении истцов стимулирующих выплат явилось следствием дискриминации работников по смыслу вышеуказанных норм. 

В то же время суд приходит к выводу о том, что вынесенный в отношении истцов приказ № не соответствует требованиям трудового законодательства и условиям заключенных с истцами трудовых договоров по следующим причинам.

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Также ст.135 ТК РФ установлено, что условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, указанные нормы закона устанавливают приоритет установленных трудовым договором условий, которые не могут быть ухудшены локальными нормативными актами.

Как следует из дополнительных соглашений от 29.09.2017 к трудовым договорам, заключенным с ФИО2 и ФИО1, заработная плата водителя отделения скорой медицинской помощи состоит из оклада, выплат компенсационного характера, выплачиваемых на основании Положения об оплате труда работников ГАУЗ СО «Сухоложская РБ», и ежемесячных выплат стимулирующего характера, регламентируемых Положением о выплатах стимулирующего характера работникам ГАУЗ СО «Сухоложская РБ». В состав заработной платы водителя входят, в числе прочих, безусловные выплаты стимулирующего характера, гарантированные работнику, в том числе Персональный повышающий коэффициент, в отношении которого в качестве условий назначения его выплаты указано, что он устанавливается за качественное выполнение следующего дополнительного объема работ: 1. Обеспечение технически исправного состояния автомобиля своими силами; 2. Оказание помощи медицинскому персоналу в сопровождении больных, переноска медицинской аппаратуры. (т.1 л.д.56-57, 59-60)

Статьей 144 ТК РФ предусмотрено, что системы оплаты труда (в том числе тарифные системы оплаты труда) работников государственных и муниципальных учреждений устанавливаются в федеральных государственных учреждениях коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с указанными нормами законодательства приказом № от 15 августа 2019 года в ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» утверждено Положение о выплатах стимулирующего характера работникам ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» (далее также – Положение о стимулировании) (т.1 л.д.182-198).

Согласно гл. 3 п. 3.1 Положения о стимулировании - «в целях стимулирования работников учреждения к повышению квалификации в рамках выплат за качество выполняемых работ устанавливаются следующие виды выплат: 2) персональный повышающий коэффициент» (ППК).

В соответствии с п. 3.3 Положения о стимулировании - ППК устанавливается работнику за качественное выполнение дополнительного объема работ с учетом уровня профессиональной подготовленности, сложности, важности выполняемой работы, степени самостоятельности и ответственности при выполнении поставленных задач, стажа работы в учреждении. ППК устанавливается работникам на определенный период времени, но не более чем на один год в течение соответствующего финансового года. Аналогичные положения содержатся в п.5.6 Положения об оплате труда работников ГАУЗ СО «Сухоложская РБ», утвержденного приказом № от 21 июня 2019 г. (т.1 л.д.199-248)

Пунктом 3.3 Положения о стимулировании также установлено, что выплата ППК может быть отменена или изменена в размере. Основанием для назначения ППК является решение главного врача об установлении ППК. Главный врач имеет право самостоятельно или с учетом представления руководителя структурного подразделения изменить ППК либо полностью отменить его выплату при условии некачественного или несвоевременного выполнения, порученного руководителем задания (работы).

Таким образом, исходя из буквального содержания заключенных с истцами трудовых договоров, а также Положения о стимулировании, ППК, являясь частью заработной платы работника, причем согласно трудовым договорам относящейся к безусловным выплатам стимулирующего характера, гарантированным работнику, не может быть отменено произвольно по инициативе работодателя.

Согласно ст.72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В противоречие с указанной нормой Приказом №, как следует из формулировки его п.1, истцам отменен ППК, установленный соглашением сторон в трудовом договоре как его отдельное условие об оплате труда работника. При этом каких-либо доказательств того, что такое фактическое изменение условий трудового договора принято по соглашению сторон трудового договора, суду не представлено.

Кроме того, суду стороной ответчика в нарушение ст.56 ТК РФ не представлено и доказательств наличия у работодателя императивно предусмотренных п.3.3 Положения о стимулировании оснований для отмены выплаты ППК истцам с 01.01.2021 – фактов некачественного или несвоевременного выполнения, порученного руководителем задания (работы), за которую в соответствии с трудовым договором работнику выплачивается ППК (1. Обеспечение технически исправного состояния автомобиля своими силами; 2. Оказание помощи медицинскому персоналу в сопровождении больных, переноска медицинской аппаратуры.).

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля заведующий ОСМП ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» ФИО38., являющийся непосредственным руководителем истцов, показал, что каких-либо претензий к истцам относительно выполнения указанных видов работ у него не имелось. Свидетели – фельдшеры выездных бригад также не указали на то, что истцами нарушались обязанности по оказанию помощи при выездах.

В то же время, как следует из пояснений свидетеля ФИО39 сторон спора, а также текста Приказа №, фактическим основанием для принятия главным врачом ФИО40 решения об отмене истцам ППК явились доводы о нарушении указанными в приказе водителями ОСМП санитарно-эпидемиологического режима в учреждении, то есть не предусмотренные п.3.3 Положения о стимулировании основания для отмены выплаты ППК, изложенные в служебной записке заведующего отделением ФИО41 от 25 января 2021 г.

Как следует из указанной служебной записки (докладной) ФИО42 (т.1 л.д.68), со ссылкой на докладную записку старшего фельдшера ОСМП ФИО43 (т.1 л.д.69), до сведения руководителя доведена информация о том, что водители ФИО1, ФИО2, ФИО44 игнорируют замечания руководителя, ст.фельдшера о несоблюдении масочного режима, введенного в учреждении, в связи с чем заведующий ОСМП на основании Положения о стимулировании просил снизить указанным водителям за несоблюдение санитарно-эпидемиологического режима в лечебном учреждении, установив его в размере 0%.

Судом установлено, что согласно приказам ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» № от 10 февраля 2020 года, № от 20 марта 2020 года «О введении ограничительных мероприятий» в целях реализации мер по профилактике и снижении рисков распространения новой коронавирусной инфекции принятых во исполнение приказа Министерства здравоохранения РФ № от 19 марта 2020 года «О временном порядке организации работы медицинских учреждений в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19» с 23 марта 2020 года в ГАУЗ « Сухоложская РБ» вводятся ограничительные мероприятия до особого распоряжения. В соответствии с п.3.1 Приказа в учреждении с 23 марта 2020 года введен масочный режим, смена масок в течение рабочей смены не менее 2-3 раза, в зависимости от продолжительности рабочей смены.

В соответствии с разделом 4 пунктом 4.2 Должностной инструкции водителя отделения скорой медицинской помощи водитель несет ответственность за нарушение правил внутреннего трудового распорядка, охраны труда, техники безопасности, противопожарной безопасности и санитарно-эпидемиологического режима.

Пунктом 6.8 Коллективного договора ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» на 2021 – 2023 г.г., утвержденного представителями работодателя и работников 30 декабря 2020 г. (далее – Коллективный договор), установлены обязанности работника в области охраны труда, в числе которых на работника возложена обязанность правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты. Аналогичные обязанности работника по соблюдению требований по охране труда и обеспечению безопасности труда, производственной санитарии, гигиене труда, пользованию необходимыми средствами индивидуальной защиты предусмотрены п.3.2. Правил внутреннего трудового распорядка. (т.2 л.д.16-29) 

Согласно п.6.9 Коллективного договора за нарушение работником или работодателем требований по охране труда они несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации (т.2 л.д.1-15).

В соответствии со ст.214 ТК РФ также предусмотрены обязанности работника в области охраны труда, в том числе соблюдать требования охраны труда, правильно применять средства индивидуальной и коллективной защиты.

Таким образом, указанные положения локальных нормативных актов, а также нормы трудового законодательства предусматривают за нарушение правил охраны труда дисциплинарную ответственность работника, которая предполагает установленный законом порядок и индивидуализацию оснований привлечения к ней работника (ст.ст.192 – 193 ТК РФ). Фактически работодателем в нарушение указанных требований к истцам применен иной вид ответственности (материальной) за вменяемое в вину нарушение правил охраны труда.

Суд также соглашается с доводами стороны истца о том, что ни оспариваемый Приказ № ни служебные записки заведующего отделением и старшего фельдшера не содержат конкретизированных обстоятельств совершения нарушения (даты, места, времени, обстоятельств его совершения). При этом последовательность вынесения приказов (№ от 31 декабря 2020 года о назначении ППК и от 29 января 2021 года № о его отмене) приводит суд к выводу о том, что основания для применения избранной работодателем меры ответственности в отношении истцов возникли в период с 01 по 25 января 2021 года, однако каких-либо достаточных и достоверных доказательств допущенного ими нарушения суду в нарушение требований ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Записи в Журнале оперативных совещаний, замечаний, о проведенной с истцами беседе сами по себе не являются доказательством, подтверждающим наличие факта нарушения, поскольку также не содержат сведений о времени, месте и обстоятельствах нарушения. Показания свидетелей ФИО45 старшего фельдшера ОСМП ФИО46 ФИО47., являющихся представителями работодателя по отношении к истцам, акт проведенной проверки соблюдения санитарно-эпидемиологического режима также не содержат конкретных сведений, позволяющих установить обстоятельства вмененных в вину нарушений и их характер. Кроме того, как следует из показаний иных допрошенных свидетелей – сотрудников ОСМП ФИО48., ФИО49 ФИО50., ФИО51 последние не наблюдали неоднократного нарушения истцами введенного в учреждении масочного режима.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, невыполнение трудовых функций, то есть за дисциплинарный проступок. Согласно разъяснению п.35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил). Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий или бездействия работника означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям. 

Согласно ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Конкретные нормы локального либо ведомственного нормативного акта, регламентирующего поведение сотрудника Учреждения, которые были нарушены истицами, ни в оспариваемом Приказе, ни в объяснениях должностных лиц работодателя, ни в пояснениях стороны ответчика по иску не названы. 

При таких обстоятельствах содержание оспариваемого приказа, относящееся к действиям истцов, не позволяет установить, в чём именно заключается вмененное истцам нарушение трудовой дисциплины. Между тем, как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 15.03.2005 N 3-П, применение дисциплинарных взысканий за совершение виновных действий (бездействие) не может осуществляться без указания конкретных фактов, свидетельствующих о неправомерном поведении работника, его вине, без соблюдения установленного законом порядка применения данной меры ответственности. Иное вступало бы в противоречие с вытекающими из ст. ст. 1, 19 и 55 Конституции Российской Федерации общими принципами юридической ответственности.

Кроме того, суд отмечает, что в тексте Приказа № отсутствует индивидуализация дисциплинарного проступка, совершенного каждым из привлечённых к ответственности работников, в то время как из разъяснений п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 следует, что работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Также обоснованным признаёт суд довод истца о противоречии приказа № положению ст.12 ТК РФ о том, что локальный нормативный акт вступает в силу со дня его принятия работодателем либо со дня, указанного в этом локальном нормативном акте, и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие, - в Приказе № содержится положение о распространении его действия на возникшие до его вынесения правоотношения (с 01.01.2021). 

Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что Приказ № об отмене стимулирующих выплат в отношении истцов ФИО1, ФИО2 вынесен незаконно и необоснованно, подлежит в указанной части отмене. В то же время, поскольку указанный приказ, помимо истцов, содержит распоряжения работодателя в отношении иного лица, которым приказ не оспорен, оснований для признания незаконным всего приказа у суда не имеется, в связи с чем требование иска о признании Приказа № незаконным подлежит частичному удовлетворению.

В связи с тем, что в результате исполнения признанного незаконным в части, затрагивающей интересы истцов, Приказа № истцам не были выплачены стимулирующие выплаты (ППК), установленные приказом работодателя за отработанный период с января по апрель 2021 года (дата получения зарплаты за май 2021 года на момент рассмотрения дела не наступила), указанные суммы выплат подлежат взысканию с ответчика в пользу истцов в размерах, рассчитанных работодателем и не оспоренных сторонами: в пользу ФИО2 – в общей сумме 20 111,18 руб. (т.1 л.д.79), в пользу ФИО1 – в сумме 18 587,58 руб. (т.1 л.д.101). С учётом отмены судом приказа в отношении истцов дальнейшее начисление и выплата ППК регламентируется действующим приказом ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» № от 31 декабря 2020 года о назначении ППК и не требует вынесения судом решения о продолжении начисления и выплат истцам указанной стимулирующей выплаты.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда в соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Учитывая, что судом установлено нарушение трудовых прав истцов в виде незаконного лишения стимулирующих выплат, с учётом не опровергнутых доводов о характере испытанных каждым истцом нравственных переживаний, с учетом принципа разумности и справедливости суд определяет к взысканию с ответчика ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» в качестве компенсации морального вреда 5000 рублей в пользу каждого из истцов.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета городского округа Сухой Лог подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2 746 руб. 84 коп.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковое заявление удовлетворить частично. 

Признать незаконным и отменить приказ Главного врача ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» № от 29 января 2021 года в части отмены с 01.01.2021 выплаты персонального повышающего коэффициента за нарушение санитарно-эпидемиологического режима в лечебном учреждении водителям автомобиля отделения скорой медицинской помощи ФИО1, ФИО2

Взыскать с ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» в пользу ФИО1 ФИО52 неполученную сумму стимулирующей выплаты - персонального повышающего коэффициента за период работы с января по апрель 2021 года в размере 18 587 руб. 58 коп., компенсацию морального вреда - в размере 5000 руб., всего взыскать 23 587 руб. 58 коп. 

Взыскать с ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» в пользу ФИО2 ФИО53 неполученную сумму стимулирующей выплаты - персонального повышающего коэффициента за период работы с января по апрель 2021 года в размере 20 111 руб. 18 коп., компенсацию морального вреда - в размере 5000 руб., всего взыскать 25 111 руб. 18 коп. 

Взыскать с ГАУЗ СО «Сухоложская РБ» государственную пошлину в доход бюджета городского округа Сухой Лог в размере 746 руб. 84 коп.

Решение в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Сухоложский городской суд.

Решение в окончательном виде изготовлено 16 июня 2021 года.

Судья Сухоложского городского суда

Свердловской области В.А. Нестеров