Судья Агапов С.А. № 22-1693/2020

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й 

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Астрахань 30 июля 2020г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего Ковалевой О.В.,

судей областного суда Жогина А.С., Маревского Н.Э.,

при секретаре Ибрагимовой М.А.,

с участием государственного обвинителя Медведевой И.А.,

осужденного ФИО12,

защитника в лице адвоката Старостиной С.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Ильюшко И.О., апелляционным жалобам осужденного ФИО12 и его защитника – адвоката Старостиной С.Ф. на приговор Ленинского районного суда г.Астрахани от 10 марта 2020 г., которым 

ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, с высшим образованием, женатый, имеющий 2 малолетних и 1 несовершеннолетнего ребенка, работающий директором 

<

данные изъяты>», судимый:

- 20 декабря 2019 г. Ленинским районным судом г.Астрахани, с учетом внесенных в приговор изменений определением суда апелляционной инстанции Астраханского областного суда от 2 июля 2020 г., по ч.3 ст.33, ч.4 ст.160 УК Российской Федерации (далее УК РФ) к 5 годам лишения свободы, со штрафом в размере 230000, по ч.3 ст.159 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере в 50000 рублей, на основании ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок в 6 лет 4 месяца, со штрафом в размере 250000 рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; срок отбывания наказания постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок отбывания наказания время его содержания под стражей с 23 апреля 2018 г., по 20 апреля 2019 г., из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

осужден по ч.2 ст.238 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний по настоящему приговору и приговору Ленинского районного суда г.Астрахани от 20 декабря 2019г., окончательно ФИО12 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет 6 месяцев, со штрафом в размере 250000 рублей, который в соответствие с ч.2 ст.71 УК РФ, постановлено исполнять самостоятельно, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока отбытия наказания с момента вступления приговора в законную силу.

На основании ч.3.1 ст.72 УК РФ, в срок отбывания наказания время содержания ФИО12 под стражей в период с 23 апреля 2018 по 20 апреля 2019 г., с 20 декабря 2019 г. до вступления приговора в законную силу, зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Маревского Н.Э. об обстоятельствах дела, содержанию приговора, доводах апелляционного представления и апелляционных жалоб, выслушав государственного обвинителя Медведеву И.А. в поддержку доводов апелляционного представления, осуждённого ФИО12 и его защитника – адвоката Старостину С.Ф., поддержавших доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором ФИО12 признан виновным в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни потребителей, повлекшие по неосторожности смерть двух лиц, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО12 вину не признал. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ильюшко И.О., считая приговор суда незаконным ввиду нарушения норм уголовно-процессуального закона, ставит вопрос об его отмене, указав, что суд, установив нарушение ФИО12 требований Закона РФ «О защите прав потребителей» № 2300-1 от 7 февраля 1992 г., что не было вменено органом следствия при предъявлении обвинения, фактически изменил объем предъявленного ФИО12 обвинения, расширив его объем в сторону ухудшения, нарушив тем самым положения ст.252 УПК Российской Федерации (далее УПК РФ). Кроме того, считает, что суд необоснованно исключил, как неподтвержденные совокупностью доказательств, все действия ФИО12, связанные с обнаружением ФИО6 в ДД.ММ.ГГГГ года неисправности (течи) композитной полипропиленовой трубы стояка горячего водоснабжения (в ее верхней части), расположенной в ванной комнате 

<

адрес>, а также другие виды деятельности Общества и совершение им преступных действий, связанных с предоставленными услугами в 

<

адрес> в 2017 году, как не имеющие отношение к предъявленному обвинению. 

Также указывает, что в нарушение ст.308 УПК РФ, суд в описательно-мотивировочной части приговора, действия ФИО12 квалифицировал по ч.3 ст.238 УК РФ – оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни потребителей, повлекшие по неосторожности смерть двух лиц, тогда как в резолютивной части приговора суд признал подсудимого виновным по ч.2 ст.238 УК РФ. Как считает государственный обвинитель, указанные противоречия, допущенные судом при вынесении приговора являются существенными и в этой связи, не позволяют признать приговор Ленинского районного суда г.Астрахани от 10 марта 2020 г. законным и обоснованным, в связи с чем, он подлежит отмене, а осужденный ФИО12 признанию виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.238 УК РФ, с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок в 6 лет 6 месяцев лишения свободы, на основании ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний, окончательно к отбытию назначив наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом 250000 рублей, который в соответствие с ч.2 ст.71 УК РФ исполнять самостоятельно.

В апелляционных жалобах осужденный ФИО12, не согласившись с приговором, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить и вынести оправдательный приговор, поскольку предъявленное ему обвинение не соответствует УК РФ и УПК РФ и не подтверждено исследованными в судебном заседании доказательствами. Как он полагает, судом были допущены нарушения закона, которые зафиксированы в 4-х заявленных отводах судье. Обращает внимание, что из 8 заявленных стороной защиты ходатайств- 6 было отклонено, 80% вопросов, заданных стороной защиты участникам судебного заседания, были сняты судом, промежуточные решения суда по делу не вручались ему, за исключением решений об ознакомлении с материалами уголовного дела. Кроме того, на него и защитника оказывалось давление со стороны председательствующего, которым были нанесены оскорбления его защитнику. Также указывает, что суд сначала отказал ему в осмотре вещественного доказательства – фрагментов трубы горячего водоснабжения (далее ГВС), которые исследовались судом 23 января 2020 г., но 26 февраля 2020 г., вместо назначенных прений, судом, по его мнению, безосновательно было возобновлено судебное следствие и ему (ФИО28) на расстоянии 1,5 м были показаны данные фрагменты трубы, без возможности взять их в руки и рассмотреть маркировку. При этом, судебное следствие постановлением судьи от 26 февраля 2020 г. было возобновлено на основании докладной помощника судьи, что не предусмотрено ст.294 УПК РФ и свидетельствует о его незаконности.

Обращает внимание, что: фрагменты трубы, демонтированной в квартире ФИО25 15 февраля 2018 г., как указала свидетель ФИО1, фактически не изымались в этот день органами следствия, он (ФИО28) сам её принес по просьбе следователя в апреле 2018 г., а протокол выемки фрагмента трубы, в нарушении УПК РФ, был подписан задним числом 15 февраля 2018 г., при этом понятые ФИО2 и ФИО3, указанные в протоколе в качестве понятых, не принимали участие в данном следственном действии, а указанные их домашние адреса не существуют в действительности; на исследованных в суде вещественных доказательствах (фрагментах трубы) не было бирки с датой от 31 октября 2019г. и подписью ФИО26 подтверждающий показания последнего о том, что он знакомил обвиняемого и защитника с указанными вещдоками; изображения труб горячего водоснабжения в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ по виду и количеству повреждений не соответствуют фрагментам трубы, которые исследовались судом 23.01.2020г. и 26.02.2020г.; также отличаются друг от друга и фрагменты труб, исследованные экспертами ФИО27 и ФИО19 В.В.; проведёнными трассологической и судебной строительной экспертизами не были установлены точные причины аварии; в суде специалист ФИО4, указал, что прорыва трубы ГВС не было, она была повреждена либо металлическим предметом, либо сжатием, в результате чего на ней образовалась вмятина; последнему, перед проведением экспертизы не были разъяснены права, предусмотренные ст.57 УПК РФ. Как указала в судебном заседании, допрошенная в качестве специалиста ФИО5, конденсат на трубе ГВС не является аварийной ситуацией. ФИО12 считает, что ни в ходе следствия, ни в судебном заседании, вопреки требованиям ст.8 УК РФ, субъективная сторона преступления, предусмотренного ч.3 ст.238 УК РФ, не доказана, ситуация в квартире ФИО25 не подпадает под понятие «аварии», данной в ФЗ от ДД.ММ.ГГГГг. №116-ФЗ (ред.от 29.07.2018г.). Как отмечает осужденный, внутридомовые инженерные сети горячего водоснабжения в многоквартирном жилом доме должна обслуживать управляющая организация (ТСЖ), а не руководитель ООО «

<

данные изъяты>» ФИО12 Потерпевшая ФИО6 в судебном заседании пояснила, что труба не текла, а была мокрая, что не свидетельствовало о наличии аварийной ситуации в квартире ФИО25, за день до происшедшей аварии; потерпевшая ФИО6 сама назначила дату и время прибытия в квартиру ФИО25 сантехника в 10 часов ДД.ММ.ГГГГг. Ни следствием, ни судом не установлено, кто и когда в квартире ФИО25 в месте течи трубы стояка горячего водоснабжения установил хомут, а также кто и когда в их ванной комнате менял трубы, слесари - сантехники ФИО14, ФИО17, ФИО16 и ФИО18, которые были у него, в судебном заседании пояснили, что хомут не устанавливали. Считает, что труба ГВС в ванной комнате ФИО25 была повреждена механическим внешним воздействием, а потерпевшая ФИО6 сама, закрыв ФИО25 в квартире, оставила их в опасности. Как полагает осужденный, ни следствием, ни судом не был установлен истинный виновный в гибели ДД.ММ.ГГГГг. ФИО25.

Также обращает внимание, что он женат, имеет на иждивении четверых детей, супруга страдает диабетом 2 степени и не работает, положительно характеризуется по месту работы и жительства, неоднократно поощрялся за добросовестный труд.

В апелляционных жалобах адвокат Старостина С.Ф., не соглашаясь с приговором суда, считая его незаконным и несправедливым ввиду существенного нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального права, а так же в виду не соответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит обвинительный приговор в отношении ФИО12 отменить и вынести оправдательный. Указывает, что в ходе судебного следствия 4 раза стороной защиты и подсудимым заявлялся отвод судье Агапову С.А. в связи с его незаконными действиями и косвенной заинтересованностью в исходе уголовного дела, однако в их удовлетворении было немотивированно отказано, при этом 18 февраля 2020г. такой отвод был отклонен устно, без удаления в совещательную комнату. Обращает внимание, что 75% заявленных стороной защиты и подсудимым ходатайств было отклонено, 80%, задаваемых защитой и подсудимым вопросов участникам уголовного производства были сняты судом; ни одно из промежуточных решений суда не было вручено подсудимому и защитнику, кроме ходатайств об ознакомлении с материалами уголовного дела; 26 февраля 2020г., суд без законных на то оснований, вместо прений возобновил судебное следствие, при этом не разрешил ФИО12 осмотреть фрагменты трубы ГВС и не предоставил ему возможности прочитать маркировку на трубе, запретив брать фрагмент трубы в руки.

Как отмечает защитник, квартира принадлежала погибшей ФИО10 а не ФИО6 и они не говорили в суде о наличии течи трубы. В соответствии с договором от 1 мая 2017 ФИО28 должен был проводить срочные аварийные работы, а не устранять неисправности и, что произошло в квартире ФИО25 неисправность или авария, в приговоре не указано. Судом не установлена и причинная связь между действиями ФИО28 и гибелью ФИО25; показаниям осужденного и потерпевшей ФИО6, показания которой частично искажены и не имеют отношения к делу, судом дана неверная оценка. Неверно судом оценены и показания ФИО11, который в момент аварии неоднократно звонил ФИО6 и 16 декабря 2019 г., не дававший показаний о том, что лично видел мокрой нижнюю часть трубы. Обращает внимание, что свидетель ФИО7 считала управляющей компанией - компанию ФИО28. Маркировка на фрагменте трубы, указанная в приговоре, не соответствует маркировке труб, исследованных экспертами при производстве 2-х экспертиз. Как считает защитник, судом не приведены доказательства причины разрыва трубы ГВС., как доказательства виновности ФИО12 Судом не дан анализ доказательствам и не указано на основании чего, он пришел к выводу о виновности осужденного в указанном выше преступлении. Как полагает защитник, следствием и судом рассматривалась лишь одна версия совершения преступления, не было всестороннего, полного и объективного рассмотрения дела, по её мнению, дело рассмотрено с обвинительным уклоном. Защитник считает, что суд, не желая признавать факт наличия разных труб (вещественных доказательств), при осмотре места происшествия, на 2-х экспертизах и в суде, что подтверждается разной их маркировкой, необоснованно сослался на «восприятие написания букв у всех разное».

Считает, что постановление о производстве выемки и протокол выемки от 15 февраля 2020г. фрагментов трубы, а так же связанные с ними последующие следственные действия и материалы, являются недопустимыми доказательствами, так как были составлены до возбуждения уголовного дела, и должны быть исключены из числа доказательств. Как отмечает защитник, протокол выемки трубы от 15 февраля 2018г. оформлен следователем задним числом, а само следственное действие выемка-не производилась; исследованные в судебном заседании три фрагмента трубы, не имеют ни какого отношения к вырезанному отрезку трубы со стояка горячей воды из квартиры ФИО25 что подтверждается показаниями ФИО28, ФИО21 и заключениями экспертиз, а так же отсутствием множества динамических поверхностных следов вдоль оси трубы в ходе осмотра в суде. При допросе эксперта ФИО19 17 февраля 2020г. стороной защиты было задано 22 вопроса, имеющие непосредственное отношение к доказательствам невиновности ФИО28, однако 21 из них был снят судом по надуманным обстоятельствам. Осужденному ФИО12 судом было необоснованно отказано в назначении судебной сантехнической экспертизы. Эксперту ФИО19 не были разъяснены его права и обязанности в порядке ст.57 УПК РФ, что свидетельствует о недопустимости в качестве доказательства заключения эксперта №97/18 от 13 декабря 2018 г. Следователь ФИО26, в порядке ст.217 УПК РФ, не знакомил ФИО28 и его защитника с фрагментами ГВС, поскольку на пакете с вещественными доказательствами имелась бирка с подписью следователя ФИО22 от 18 сентября 2019 г., когда ФИО28 проходил по делу в качестве свидетеля.

Считает, что судом не доказано наличие у ФИО28 умысла на совершение преступления, предусмотренного ст.238 УК РФ, поскольку фактически аварии не было, а наличие конденсата на трубе ГВС не свидетельствует об этом. При этом, в приговоре не указано: какое произошло событие – «неисправность» или «авария». Отсутствует, по мнению защитника, и причинная связь между общественно опасным деянием и наступившими вредными последствиями, что именно действия ФИО28 повлекли смерть ФИО25, при этом, судом не дан анализ тому, что третьи лица могли вмешаться в данную ситуацию, в том числе ФИО6, которая не должна была оставлять в закрытой квартире лежащих больных ФИО25. Не установлено следствием и то, как полипропиленовая труба стояка горячего водоснабжения от 2009г., была установлена в квартире ФИО25 в 2002-2003гг. Как считает защитник, обвинение переложили ответственность ТСЖ на руководителя ООО «

<

данные изъяты>» ФИО12

Кроме того, защитник, не соглашаясь с постановлением суда от 15 июня 2020г., о рассмотрении его замечаний на протокол судебного заседания, указывает, что в протоколе судебного заседания от 16 января 2020г. показания специалиста ФИО8 изложены, не полно и частично искажены; не указано все, что говорил специалисту председательствующий; в протоколе судебного заседания от 3 февраля 2020г. не указаны разъяснения данные председательствующим осуждённому по ст.128.1 УК РФ, а также её (Старостиной С.Ф.) вопрос следователю ФИО26 по поводу обстоятельств выполнения ст.217 УПК РФ, не указаны и слова председательствующего после этого вопроса и ответа следователя. Обращает внимание, что вопреки требованиям закона, данное постановление судом вынесено без проведения судебного заседания, так как в деле отсутствует протокол данного судебного заседания, что является существенным нарушением УПК РФ, стороны не были извещены о дате и времени рассмотрения замечаний. Считает, что протокол судебного заседания не соответствует требованиям ст.259 УПК РФ, в вязи с чем, просит постановление суда отменить, а дело направить на новое рассмотрение замечаний защитника Старостиной С.Ф. на протоколы судебных заседаний в Ленинский районный суд г.Астрахани.

На ряду с этим обращает внимание, что допрошенные в качестве свидетелей-слесари ФИО14 ФИО17, ФИО16 и ФИО18, пояснили, что дом ФИО25 был проблемный, со старым сантехническим оборудованием, однако при этом, ни какие трубы и хомуты в их квартире они не ставили и не меняли, и в договоре на аварийное обслуживание нет пункта, предусматривающего приобретение и установку нового оборудования по ГВС и отоплению, т.к. это входило в обязанности ТСЖ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приговор в отношении ФИО12, подлежащим отмене с вынесением нового обвинительного приговора, ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона 

В соответствии со ст.308 УПК РФ резолютивная часть приговора должна содержать пункт, часть и статью Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого подсудимый признан виновным. Как вытекает из смысла указанного закона, во всех случаях резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 389.18 УК РФ неправильным применением уголовного закона является применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению.

По данному уголовному делу такое нарушение закона, допущено.

Как явствует из материалов уголовного дела, органом предварительного расследования действия ФИО12 были квалифицированы по ч.3 ст.238 УК РФ. Он обвинялся в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни потребителей, повлекшие по неосторожности смерть двух лиц. Суд, в описательно-мотивировочной части приговора, нашел доказанной вину ФИО12 в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни потребителей, повлекшие по неосторожности смерть двух лиц, и квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 238 УК РФ.

В то же время, в резолютивной части приговора, признал ФИО12 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.238 УК РФ, то есть по иному преступлению и которое не вменялось осужденному.

Таким образом, постановляя приговор, суд первой инстанции, в нарушение требований п. 3 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, неправильно применил уголовный закон.

Изложенное свидетельствует о существенном нарушении судом требований закона, которое повлияло на вынесение законного и обоснованного приговора, что в соответствии с требованиями ст. ст. 389.15, 389.17 УПК РФ, является основанием для отмены решения суда первой инстанции.

Вместе с тем, отменяя приговор суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, в соответствии с полномочиями, установленными п.3 ч.1 ст.389.20, ст. 389.23 УПК РФ приходит к выводу о возможности вынесения нового приговора, поскольку нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные судом при рассмотрении дела, могут быть устранены судом апелляционной инстанции.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО12 на основании приказа №1 от 1 октября 2016 г., был назначен на должность директора общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» (далее по тексту 

<

данные изъяты>», Общество). Согласно ст.3 Устава данного Общества, утвержденного 26 сентября 2019 г., для реализации целей и задач Общество осуществляет, в том числе следующие виды деятельности: эксплуатация, ремонт и обслуживание жилого и нежилого фонда; производство изделий, выполнение работ и услуг по эксплуатации и обслуживанию жилого и нежилого фонда; текущий и избирательно-предупредительный ремонт жилого и нежилого фонда; техническое обслуживание систем инженерного оборудования зданий; осуществление ремонтно-строительных работ; выполнение сантехнических работ. Согласно ст.13 названного Устава руководство текущей финансово-хозяйственной деятельностью Общества осуществляется единоличным исполнительным органом Общества – директором.

1 мая 2017 г. между вышеуказанным Обществом в лице директора ФИО12, действующего на основании вышеуказанного Устава и уполномоченным представителем собственников многоквартирного 

<

адрес> в лице ФИО9, был заключен Договор на аварийное обслуживание этого жилого дома (далее по тексту-Договор), который образовал правоотношения между директором Общества ФИО12 и потребителями его услуг, жильцами выше указанного дома.

В соответствии с п.2.2.1 вышеуказанного Договора при получении заявки от жильцов дома 

<

адрес>, Общество в лице в лице ФИО12, обязано немедленно выслать аварийную бригаду рабочих для ликвидации аварии или неисправности, путем отключения отдельных стояков, участков или всей системы, имеющих повреждение, от общих сетей, после чего было обязано сообщить заказчику в течении 24 часов о выполненных работах и дать предложения по проведению необходимого ремонта инженерного оборудования и ликвидации последствий аварии.

Немедленность в устранении аварийных заявок, связанных с обеспечением безопасности проживания и неисправностями аварийного порядка трубопроводов горячего водоснабжения, также указана в п. п. 2.2.6 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных проставлением Государственного комитета Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу № 170 от 27 сентября 2003 г. (далее по тексту – Правил), разработанных в соответствии с Положением о вышеуказанном комитете, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 ноября 1999 г. №1289. 

В декабре 2017 г. ФИО6, являясь опекуном и дочерью собственника 

<

адрес> ФИО10, проживающей в данной квартире, совместно с ФИО11, обнаружила в композитной полипропиленовой трубе стояка горячего водоснабжения (в её верхней части), в расположенного в ванной комнате указанной квартиры, неисправность (течь), о чем 25 декабря 2017 г., сообщила ФИО12, который должных мер к устранению данной неисправности не принял.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, вновь обнаружила неисправность (течь), в другом месте (в нижней части), вышеуказанной композитной полипропиленовой трубы стояка горячего водоснабжения, расположенного в ванной комнате вышеуказанной квартиры, о чем она примерно в 12 часов 30 минут сообщила директору Общества ФИО12 и уведомила его о том, что в указанной выше квартире находятся жильцы, не способные самостоятельно передвигаться, тем самым по существу, оставив ФИО12 аварийную заявку о неисправности трубопровода горячего водоснабжения в квартире, где находились вышеуказанные потребители его услуг жильцы ФИО25, не способные самостоятельно передвигаться.

ФИО12, являясь директором Общества и будучи обязанный, на основании Устава выше указанного Общества - осуществлять руководство его текущей хозяйственной деятельностью, в соответствии с требованиями п.2.2.6 Правил и п.2.2.1 Договора – при получении заявки немедленно выслать аварийную бригаду рабочих для ликвидации аварии или неисправности трубопровода горячего водоснабжения, путём отключения отдельных стояков, участков или всей системы, имеющих повреждение, от общих сетей, после чего сообщить заказчику в течении 24 часов о выполненных работах и дать предложения по проведению необходимого ремонта инженерного оборудования и ликвидации последствий аварии, в нарушении вышеуказанных его обязанностей согласно Договора и Устава, а также Правил, осознавая, что возникла неисправность либо аварийная ситуация трубопровода горячего водоснабжения, которая создала реальную опасность для жизни и здоровья потребителей ФИО10 и ФИО11, находившихся в кв.

<

адрес>, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде их смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, грубо игнорируя выше указанные свои обязанности, имея умысел на оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, не принял мер для незамедлительного устранения вышеуказанной неисправности композитной полипропиленовой трубы стояка горячего водоснабжения, расположенного в 

<

адрес>, а лишь через слесаря ФИО14, указав в Журнале учёта аварийных заявок, что в 

<

адрес> "капает труба", - сформировал заявку о направлении аварийной бригады на 10 часов ДД.ММ.ГГГГ 

В результате невыполнения директором Общества ФИО12 обязанности немедленно выслать аварийную бригаду рабочих для ликвидации аварии (неисправности) путем отключения отдельных стояков, участков или всей системы, имеющих повреждение, от общих сетей, при оказании им услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 3 до 6 часов, ввиду несоответствия недостаточных физических характеристик, параметров использованной в эксплуатации композитной, полипропиленовой трубы с фактическими физическими параметрами теплоносителя, подаваемым ООО "Астраханские тепловые сети" произошел разрыв указанной трубы, расположенной в ванной комнате кв

<

адрес>, из которой произошла утечка горячей воды в эту квартиру, от чего наступили общественно опасные последствия в виде смерти в указанный период времени находившихся в данной квартире ФИО10 и ФИО11.

Смерть ФИО10 наступила от ожогового шока, развившегося при термическом ожоге паром головы, туловища, конечностей 2-3 степени площадью около 85%. 

Смерть ФИО11 наступила от ожогового шока, вследствие термических ожогов горячей жидкостью 1-2-3 степени и паром головы, шеи и туловища, верхних и нижних конечностей общей площадью поражения 80%.

Действия ФИО12, связанные с оказанием услуг жильцам дома 

<

адрес>, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, невыполнение обязанностей по договору, заключенному 1 мая 2017 г., между ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО12, действующего на основании Устава, и уполномоченным представителем собственников указанного многоквартирного дома в лице ФИО9, на аварийное обслуживание жилого дома и не исполнение им указанных выше требований Правил, состоят в прямой причинно - следственной связи с наступившими тяжкими последствиями в виде смерти двух лиц, ФИО10 и ФИО11

В суде первой и апелляционной инстанций ФИО12, несмотря на непризнание, им вины в указанном преступлении вместе с тем указал, что с 2015 г., являясь учредителем и директором ООО «

<

данные изъяты>), основным видом которого за вознаграждение или на договорной основе, являлось управление недвижимым имуществом и аварийное обслуживание многоквартирных домов, 1 мая 2017 г. с представителем собственников многоквартирного 

<

адрес>, ФИО9, заключил договор на аварийное обслуживание указанного дома, который действовал на момент рассматриваемых событий. Согласно данному договору ООО «

<

данные изъяты>», при получении заявки, обязано срочно обеспечить проведение аварийных работ. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 13 часов ему позвонила ФИО6, и сообщив о том, что она является жильцом 

<

адрес>, в которой также проживают не способные самостоятельно передвигаться жильцы, а так же, что в их квартире «мокрая труба» горячего водоснабжения, попросила его прислать мастера. Однако, исполнение данной заявки было отложено на ДД.ММ.ГГГГ на 10 часов, о чем, по его просьбе ФИО14, было указано в журнале приема аварийных заявок, но ДД.ММ.ГГГГ до 5 часов 25 минут в указанной квартире произошла авария. О значительном износе внутридомового инженерного оборудования, он знал. 

Оценивая позицию ФИО12 отрицания вины в предъявленном обвинении, занятую им как в суде первой, так и апелляционной инстанциях, суд апелляционной инстанции считает, что его виновность в инкриминируемом преступлении, подтверждается собранными органами предварительного расследования и всесторонне исследованными в судебном заседании доказательствами.

При этом его утверждение о невиновности в совершенном преступлении, как и своей роли по обстоятельствам содеянного, суд апелляционной инстанции расценивает в качестве способа защиты от предъявленного обвинения, цель которого избежать уголовной ответственности за совершенное им противоправное деяние.

Данные утверждения ФИО12 в этой части опровергаются, а его вину суд считает установленной, следующими доказательствами:

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9, сообщила, в связи со значительном износом внутридомового инженерного оборудования, с ней, как представителем ТСЖ ООО "

<

данные изъяты>", директором которого являлся ФИО12, 1 мая 2017 г. был заключен договор, действовавший на момент рассматриваемого события, в соответствии с которым, при обнаружении течи или иной неисправности трубы центрального горячего водоснабжения ФИО12, должен немедленно выслать аварийную бригаду для устранения неисправности или аварии, поэтому при возникновении неполадки или аварии на инженерном оборудовании внутри квартир, их жильцы звонили непосредственно ФИО12, и тот принимал заявки, а затем направлял работников для устранения неисправностей. Накануне трагедии ФИО6, сообщила ей, что она уведомила ФИО29 о том, что в её квартире образовалась течь из трубы горячего водоснабжения и просила его, поскольку в тот момент она находилась в квартире, сразу же приехать и устранить неисправность, но он предложил ей прислать мастеров лишь 14 февраля.

Как указала представитель потерпевшей ФИО6, потерпевшие ФИО10 и ФИО11, проживали совместно, в выше указанной квартире и поскольку самостоятельно не могли передвигаться, она осуществляла за ними уход. ДД.ММ.ГГГГ она на стояке горячей воды, в ванной комнате, обнаружила не исправность, которую в последующем устранили. Однако в феврале 2018 года, на этой же трубе, вновь появилась неисправность в виде «течи», с целью устранения которой она в 12.30 часов позвонила ФИО12 и просила его направить к ней соответствующих специалистов, но он сообщил ей, что они могут прийти лишь на следующий день в 10 часов. Вечером она заходила кормить потерпевших и видела, что «течь» из трубы продолжалась, но не предполагала, что её прорвет, т.к. «течь» была не большой и при этом она полагала, что получив заявку, позже этот стояк перекроют. ДД.ММ.ГГГГ, она могла бы дождаться слесарей, однако ФИО12, предложил ей устранить неисправность только ДД.ММ.ГГГГ

Представитель потерпевшего ФИО13 сообщил, что примерно в начале 6-го позвонил его отец – ФИО11, который проживал вместе с женой ФИО10 в указанной выше квартире и т.к. потерпевший говорил плохо, он смог разобрать лишь только слова что "... вода сломана". Приехав в квартиру, в которой проживали потерпевшие ФИО13 и открыл дверь в квартиру, он обнаружил, что туда было невозможно зайти, так как в ней находилась горячая вода. До аварии, он видел, в нижней части трубы влажные образования, о чем он сообщил ФИО6 и от неё, узнал, что ДД.ММ.ГГГГ она подала заявку на ремонт этой трубы. 

Свидетель ФИО14, указал, что ДД.ММ.ГГГГ, в точности как указал ФИО12, он записал в журнале учёта аварийных заявок, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов, получена заявка о том, что в 

<

адрес> «капает труба», исполнение намечено на 10 часов ДД.ММ.ГГГГ Кроме того он указал, что протечка трубы является аварийной ситуацией и если поступает такая заявка, то слесаря должны сразу выехать для её устранения, однако решение по выезду на место определял руководитель, в данном случае ФИО12 

Свидетель ФИО15, который непосредственно, по указанию ФИО12, устранял в указанной выше квартире аварию, сообщил, что сразу войти в квартиру и отключить горячую воду было не возможно, так как была горячая вода, которая обжигала ноги, поэтому он в подвале перекрыл центральные задвижки горячей воды и отопления. Войдя в квартиру, увидел, лежавшую на медицинской кровати мертвую женщину, а на диване мертвого мужчину. Осмотрев пластиковую трубу горячего водоснабжения, понял, что авария произошла в результате образовавшейся на ней, примерно сантиметров 60 - 70 от пола, трещины длинной около 5 сантиметров. О том, что сантехническое оборудование в доме было в аварийном состоянии, ФИО12 знал.

На эти же обстоятельства указал и свидетель ФИО16, который вместе с ФИО15, участвовал в устранении аварии.

Свидетель ФИО17, сообщив, по сути те же, что и свидетели ФИО15 и ФИО16, обстоятельства, кроме того указал на значительный износ труб стояка горячего водоснабжения и запорной арматуры указанного дома, он видел что трещина на трубе находилась ближе к полу.

На значительный износ труб стояка горячего водоснабжения и запорной арматуры указанного дома указал и свидетель ФИО18 

Допрошенная в качестве специалиста начальник отдела службы жилищного надзора Астраханской области ФИО7, сообщила, что согласно п.п. 2.2.6 правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда утвержденным постановлением Госстрой России № от ДД.ММ.ГГГГ, аварийные заявки устраняются в сроки указанные в приложении № 2, т.е. немедленно и директор ООО "

<

данные изъяты>", в соответствии с данными правилами и договором, который был заключён между собственниками и обслуживающей компанией, в вышеуказанной ситуации, при поступлении заявки от жильцов дома о необходимости прибытия для устранения неисправности на трубе горячего водоснабжения, должен был незамедлительно направить специалистов для её устранения. Как ею указано, «течь», «капельная течь», на инженерных сетях горячего водоснабжения, относится к аварии, т.е. к опасному происшествию, создающему угрозу жизни и здоровью людей.

Как следует из показаний специалиста ФИО4, при обнаружении на полипропиленовой трубе горячего водоснабжения видимых повреждений, из которых имеется «течь» воды либо образование вздутий, её дальнейшая эксплуатация, в том числе путём ликвидации «течи» хомутом, не допускается и она подлежит замене.

Согласно показаниям специалиста ФИО5 - мастера группы по техническому обслуживанию тепловых сетей ООО "Астраханские тепловые сети" следует, что «влажной» труба горячего водоснабжения, не должна быть, т.к. она не может «потеть» или выделять конденсат. Он так же считает, что при поступлении заявки, с указанием на «течь» или протечки из трубы горячего водоснабжения, директор ООО "Центр управления многоквартирными домами" принявший данный вызов, должен был немедленно выслать слесаря для проверки наличия аварийной ситуации и при подтверждении, на месте устранить неисправность или для предотвращения аварии, отключить стояк подачи горячего водоснабжения. Невыполнение указанных выше действий, привело к аварии. Как, он считает, «протечка» воды из трубы горячего водоснабжения, является аварийной ситуацией и в целях предотвращения тяжких последствий, требующая внимание специалистов и её незамедлительного устранения. 

Виновность ФИО12, в совершении преступления при выше установленных в судебном разбирательстве обстоятельствах также подтверждается совокупностью других доказательств исследованных по делу:

Согласно журнала учёта аварийных заявок от 12 октября 2017 г., в нем от ДД.ММ.ГГГГ имеется запись, в соответствии с которой в 16 часов принята заявка, о том, что по адресу: 

<

адрес> «капает труба», выполнение которой, в соответствии с записью, запланировано на ДД.ММ.ГГГГ на 10 часов. ( т.1 л.д.14, 112-114, т.4 л.д.74-84) 

Как следует из акта аварийного вызова, по поступившему в 5 часов 25 минут ДД.ММ.ГГГГ звонку от жителя 

<

адрес> о «течи» горячей воды в 

<

адрес>, прибывшая на место аварийная служба ООО "

<

данные изъяты>", в ходе обследования выявила «течь» горячей воды в 

<

адрес>. (т.1 л.д.15, 244)

В соответствии п.2.2.1, действующего на момент аварии договора от 1 мая 2017 г., ООО "

<

данные изъяты>" в лице ФИО12, при получении заявки от жильцов дома д.

<

адрес>, обязуется немедленно выслать аварийную бригаду рабочих для ликвидации аварии или неисправности, путём отключения отдельных стояков, участков или всей системы, имеющих повреждение, от общих сетей. (т.1 л.д.16 - 17, 140 - 141, т.4 л.д.90 - 92),

Согласно протоколу осмотра места происшествия 

<

адрес> и фототаблицы к нему от ДД.ММ.ГГГГ, обнаружены и осмотрены трупы ФИО11 и ФИО10, а также установлено затопление указанной квартиры горячей водой, из поврежденной трубы горячего водоснабжения, находившейся в ванной комнате. (т.1 л.д.20 - 38),

В соответствии с актами от ДД.ММ.ГГГГ в кв.

<

адрес>, для проведения экспертизы, демонтирован стояк горячего водоснабжения (т.1 л.д.246) и произведена замена участка трубы горячего водоснабжения. (т.1 л.д.247),

Протоколом выемки, в соответствии с которым, 15 февраля 2018 г., у ФИО12 изъята ранее демонтированная в кв.

<

адрес>, труба (т.1 л.д.62 - 66).

Протоколом № 1 общего собрания учредителей ООО "

<

данные изъяты>" от 26 сентября 2016 г., согласно которому принято решение о назначении ФИО12 директором указанного общества (т.1 л.д.175 - 177, т.2 л.д.160).

Приказом № от 1 октября 2016 г., о назначении ФИО12, с 1 октября 2016 г., директором ООО "ЦУ МКД". (т.4 л.д.85),

Уставом Общества от 26 сентября 2016 г., согласно ст.3 которого, для реализации целей и задач указанное общество осуществляет, наряду с другими, указанными в статье видами деятельности, выполнение сантехнических работ, а согласно ст. 13 Устава, руководство текущей финансово - хозяйственной деятельностью данного общества осуществляется единоличным исполнительным органом указанного общества - директором (т. 1 л.д.152 - 167, т.2 л.д.157 - 159, т.4 л.д.29 - 47),

Листом записи ЕГРЮЛ, согласно которому в ЕГРЮЛ в отношении юридического лица ООО "

<

данные изъяты>" 30 сентября 2016 г. внесена запись о создании юридического лица (т.1 л.д.168 - 170, т.4 л.д.48 - 53, 54), лицензией № 030- 000139 от 23 ноября 2016 г. предоставленной ООО "

<

данные изъяты>" на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами. (т.1 л.д.171) и свидетельством о государственной регистрации юридического лица, согласно которому в ЕГРЮЛ в отношении юридического лица ООО "

<

данные изъяты>" 30 сентября 2016 г. внесена запись о создании юридического лица (т.1 л.д.173, т.2 л.д.162).

Протоколами осмотра предметов от 15 октября 2019 г., которыми установлено исходя из детализации исходящих телефонных соединений ФИО6 и ФИО12, что ФИО6, 7, 9 ноября, 25 декабря 2017 г. и в 12 часов 30 минут 13 февраля 2018 г., звонила на рабочий номер ФИО12 (т.4 л.д.208 - 211),

Заключением судебно-медицинской экспертизы № 25 от 15 июля 2018 г., из которого следует, что смерть ФИО11 наступила от ожогового шока, вследствие термических ожогов горячей жидкостью 1-2-3 степени и паром головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей общей площадью поражения 80%. Смерть ФИО11 наступила в пределах одних суток к моменту исследования трупа в морге. На трупе обнаружены прижизненные, повреждения в виде термических ожогов горячей жидкостью 1-2-3 степени и паром головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей общей площадью поражения 80 %, которые образовались от воздействия горячей жидкости и пара, незадолго до наступления смерти. Повреждения в виде термических ожогов горячей жидкостью 1-2-3 степени и паром головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей общей площадью поражения 80 %, являются опасными для жизни и соответствуют тяжкому вреду здоровью. Эти повреждения стоят в прямой причинной связи с наступившей смертью. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО11 этиловый спирт не обнаружен (т.3 л.д.105 - 110).

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы № 26 от 12 июня 2018 г., установлено, что смерть ФИО10 наступила от ожогового шока, развившегося при термическом ожоге паром головы, туловища, конечностей II - III степени площадью около 85 %. С момента смерти ФИО10, до исследования её трупа в морге прошло около 1 - х суток. Телесные повреждения, обнаруженные при экспертизе трупа ФИО10 - термический ожог паром головы, туловища, конечностей II - III степени площадью около 85 %; возникли от термического воздействия пара, незадолго до наступления смерти, являются прижизненными, опасными для жизни и соответствуют тяжкому вреду здоровья, стоят в прямой причинной связи с наступившей смертью. Телесные повреждения, обнаруженные при экспертизе трупа ФИО10, не могли быть получены "от ударов". После получения обнаруженных при экспертизе трупа ФИО10 телесных повреждений, она могла совершать какие - либо самостоятельные действия в течение времени, достаточного для развития осложнения (ожогового шока), приведшего к смерти. В крови из трупа ФИО10 этиловый спирт не обнаружен. Телесные повреждения, обнаруженные при экспертизе трупа ФИО10 - возникли от термического воздействия пара. (т.3 л.д.121 - 126),

Как следует из заключения эксперта № 97 от 1 апреля 2018 г., на фрагменте трубы PPR-AL-PE dn32 PN2.0 Т

<

95 С ACCORDING ТО DIN STANDARD DECEMBER 31.2009 на расстоянии 578 мм от тройника трубы, выявлено сквозное щелевидное отверстие протяженностью 41 мм., с признаками разрыва полимерного материала и металла стенки трубы. (т.3 л.д.88 - 95),

В соответствии с заключением эксперта № 97/18 от 13 декабря 2018 г., представленная на исследование, демонтированная из ванной комнаты 

<

адрес> полипропиленовая труба PPR - AL - РЕ dn32 PN2.0 Т

<

95С ACCORDING ТО DIN STANDARD DECEMBER 31 2009, для горячего водоснабжения ООО "Астраханские тепловые сети", с указанными на ней параметрами, не предназначена, т.к. не соответствует техническим условиям, требованиям ГОСТ, СНИП, СанПин РФ и иным нормативно правовым актам Российской Федерации для эксплуатации. Нанесенная на ней маркировка PPR - AL – РЕ, указывает, что слой полиэтилена в трубе обычный, который не предназначен для термического на него воздействия. Кроме того, экспертом указано, что при постоянных деформационных колебаниях и не соответствующих нормативным параметрам физических характеристик материала трубы, она разрушается. Причиной «разрыва» указанной выше трубы, является её не соответствие физическим характеристикам и параметрам, фактическим параметрам теплоносителя подаваемого ООО "Астраханские тепловые сети".

Образование конденсата и иных влажных образований на поверхности, не поврежденной полипропиленовой трубы, во время прохождения по ней горячей воды при внешних условиях комнатной температуры не возможно (т.3 л.д.139 - 224). 

Допрошенный в судебном разбирательстве эксперт ФИО19 - специалист в области сантехнического оборудования, а также внутренних и наружных инженерных сетей, полностью подтвердил выводы, изложенные в вышеуказанной экспертизе. 

Анализируя вышеизложенные показания потерпевших, свидетелей, специалистов и экспертов, а так же другие вышеизложенные доказательства, суд не усматривает в них каких - либо существенных противоречий, в том числе и обстоятельств, опровергающих предъявленное ФИО12 обвинение. Указанные выше лица подробно и логично сообщили о ставших им известных обстоятельствах касающихся данного дела. Существенных противоречий в них судом не обнаружено. Свидетели и специалисты, показания которых, были даны ими в ходе предварительного расследования и изложены выше, как явствует из протоколов судебного заседания, ими подтверждены в судебном разбирательстве, как наиболее соответствующие событиям происшедшего. Их показания, стороной защиты не опровергнуты и как считает судебная коллегия, являются достоверными и допустимыми, а в совокупности с другими указанными выше допустимыми доказательствами, полностью подтверждающими виновность ФИО12 в совершении им вышеуказанного преступления при вышеизложенных в приговоре обстоятельствах.

Оценивая и анализируя показания эксперта ФИО8, данные им в судебном заседании, с учетом правильности указанных защитником замечаний на протокол судебного заседания и сопоставляя их с его выводами, изложенными в заключении, суд не находит в них каких - либо существенных противоречий. Свидетель в судебном заседании и в экспертном заключении, подробно и последовательно обосновал свои выводы о причине единственного «разрыва», на изъятой из ванной комнаты 

<

адрес> и представленной ему на исследование, композитной, полипропиленовой трубы, PPR - AL - РЕ dn32 PN2.0 Т

<

95С ACCORDING ТО DIN STANDARD DECEMBER 31 2009. Кроме того, им указано и на невозможность, при внешних условиях комнатной температуры, образования на поверхности, аналогичной, не поврежденной полипропиленовой трубы, при прохождении по ней горячей воды, как конденсата, так и иных влажных образований, чем, по сути, опроверг доводы защиты о наличии на исправной трубе горячего водоснабжения, неопасного для её использования конденсата и иных влажных образований. Кроме того, он фактически подтвердил и обоснованность опасений потерпевшей ФИО6 о возможных неблагоприятных последствиях для потерпевших ФИО25, когда та звонила ФИО12, с указанием на вышеуказанное обстоятельство. Ссылка защиты о наличии на трубе трещин, не противоречит описанию, изложенному в заключении эксперта, однако все они расположены не на наружном, а внутреннем полиэтиленовом слое трубы. 

Как следует из экспертизы, выполненной экспертом ФИО19, ему перед проведением экспертизы, в соответствии со ст.14 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ”, разъяснены права и обязанности, также предупрежден он и об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В судебном заседании, после разъяснения ему прав, предусмотренных ст.57 УПК РФ и предупреждения об уголовной ответственности, он выводы, изложенные в экспертизе, подтвердил. В связи с чем, оснований для удовлетворения доводов защиты и исключения данной экспертизы из числа допустимых доказательств, не имеется. Неточность в указанном экспертом названии фирмы производителя трубы, с учетом исследования им непосредственно структуры самой трубы и правильно указанных им параметров трубы, которые непосредственно повлияли на его выводы, также не является основанием для признания экспертизы проведенной экспертом ФИО19 не допустимой. 

При проведении криминалистической экспертизы № 97 и строительно- технической № 97/18 эксперты, одинаково описали одни и те же фрагменты трубы, указав на имеющуюся на них надпись: PPR-AL-PE dn32 PN2.0 Т

<

95 С ACCORDING ТО DIN STANDARD DECEMBER 31.2009.

Сам ФИО12, никогда не отрицал, что именно фрагмент трубы, которой был демонтирован из ванной комнаты 

<

адрес>, он передал следователю, а из других материалов дела, следует, что именно этот фрагмент трубы был осмотрен следователем и передан для проведения соответствующих экспертиз.

Довод же ФИО12, об изъятии следователем указанной трубы в апреле 2018г., противоречит, как показаниям следователя ФИО20, так и дате проведения соответствующей судебно-криминалистической экспертизы, с 5 марта по 1 апреля 2018г. ( т.3 л.д.88-95), к показаниям же допрошенного в качестве свидетеля ФИО21, с учетом указанного им на трубе количества повреждений, не соответствующих ни одному из выше указанных доказательств, а также обстоятельств установленных в судебном заседании, стоит относиться как не подтверждающим вышеуказанный довод ФИО12

Вопреки доводам защиты, суд апелляционной инстанции находит, что представленные стороной обвинения доказательства получены, с соблюдением требований уголовно - процессуального закона, в связи с чем, они признаются достоверными, допустимыми, а в своей совокупности, достаточными для разрешения уголовного дела.

Данных о нарушении прав ФИО12 в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, представленные материалы уголовного дела, не содержат.

Как следует из показаний, допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей - следователей ФИО20, ФИО22 и ФИО23, все обстоятельства, указанные ими в процессуальных документах, отражены так, как они имели место в действительности. Кроме того, протоколы следственных действий, проведенных с участием ФИО12, также подписывались последним и, в большинстве, его защитником.

При таких обстоятельствах и выявленных в судебном заседании, оснований, для проверки подлинности указанных понятыми в протоколе выемки адресов, не имелось.

Доводы защиты о том, что ФИО12 лично не видел вышеуказанную маркировку трубы, являются несостоятельными, т.к. в судебном заседании от 23 января 2020 г., был произведён осмотр фрагментов указанной трубы, которые стороной защиты обозревались с разных сторон и соединялись между собой.

С учетом изложенного, оснований для назначения по делу дополнительной экспертизы, исследования вышеуказанной трубы, не имеется.

Доводы стороны защиты о незаконности проведения до возбуждения уголовного дела, выемки у ФИО12 трубы и указанных выше экспертиз, являются необоснованными, поскольку приведены без учета нормы ст.144 УПК РФ, в соответствии с которыми, допускается до возбуждения уголовного дела проведение указанных процессуальных действий.

Указание защиты на признание судом ненадлежащего выполнения ТСЖ 

<

адрес>, своих обязанностей, приведены вопреки норме ст. 252 УПК РФ и обстоятельств, установленных в судебном заседании.

Ссылка стороны защиты на показания свидетеля ФИО14, как подтверждающие показания ФИО12, о назначении ФИО6 временя прибытия мастера, является не обоснованным, поскольку об этом он узнал от ФИО12, поручившему ему записать в журнал аварийных заявок, что в квартире ФИО6 "капает труба".

Вместе с тем, с учётом установленных судом обстоятельств совершённого ФИО12 преступления, из предъявленного его обвинения, как неподтверждённое совокупностью доказательств, подлежат исключению все его действия, вмененные ему органом предварительного следствия, связанные с обнаруженной ФИО6, в декабре 2017г., в кв.

<

адрес>, неисправности полипропиленовой трубы, стояка горячего водоснабжения.

Как установлено в судебном разбирательстве, данную неисправность ФИО6 в декабре 2017 г., устранила без участия ФИО12

Доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО12 состава указанного выше преступления, с учетом изложенного, судом признаются необоснованными.

Как установлено в судебном заседании и это не отрицается самим ФИО12, он, получив от одного из потребителей его услуг, ФИО6 сообщение, требующие, по её мнению, вмешательство специалиста, контролируемого лично ФИО12, в сфере его вышеуказанных договорных обязательств на аварийное обслуживание дома, то есть, признавая наличие «неисправности трубы горячего водоснабжения», в доме с изношенным инженерным оборудованием, которое ФИО12, по сути, было верно определено и по его указанию, сообщение ФИО6 было занесено именно в журнал учета аварийных заявок, с указанием на «капание из трубы», однако выслать слесаря для проверки наличия аварийной ситуации и при подтверждении, на месте устранить неисправность или для предотвращения аварии, отключить стояк подачи горячего водоснабжения.

Кроме того, в судебном разбирательстве ни одним из доказательств, в том числе и представленных стороной защиты, не было опровергнуто, что в соответствии Договором на аварийное обслуживание, как в случае аварии, так и при неисправности, аварийная бригада рабочих высылается немедленно, для их ликвидации, в том числе и путем отключения, как отдельных стояков, участков, так и всей системы.

Таким образом, получив от ФИО6 сообщение, о неисправности трубы горящего водоснабжения, требовавшее немедленного устранения, ФИО12, вопреки п.2.2.1 Договора, не выслал аварийную бригаду рабочих для проверки наличия аварийной ситуации и при подтверждении, на месте устранения неисправности или отключения стояка подачи горячего водоснабжения, а отложил это на следующий день.

Доводы же ФИО12, о невозможности немедленного принятия им мер по устранению, указанной ФИО6, неисправности трубы горячего водоснабжения, являются не состоятельными и противоречат показаниям ФИО6, а так же имевшейся возможности предотвращения аварии иным способом, на который было указано, как потерпевшей, так и свидетелями - путем перекрытия стояка горячего водоснабжения, что ДД.ММ.ГГГГ, до открытия квартиры, было осуществлено работниками ООО "

<

данные изъяты>", под руководством самого ФИО12, однако уже после того, как произошла авария и наступила смерть потерпевших. Из чего следует, что препятствий для выполнения ФИО12, после получения им от ФИО6 заявки о неисправности трубы горячего водоснабжения, аналогичных действий, в том числе и при отсутствии в квартире жильцов, не имелось. 

Оснований не доверять показаниям ФИО6, с учетом исследованных по делу доказательств и их совокупности, не имеется, в связи с чем они признаются достоверными, а показания ФИО12 и ФИО24 несостоятельными, поскольку опровергнуты добытыми по делу доказательствами.

С учетом изложенного, оценки и анализа исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, суд апелляционной инстанции действия ФИО12 квалифицирует по ч.3 ст.238 УК РФ как оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни потребителей, повлекшие по неосторожности смерть двух лиц.

Как установлено судом ФИО12, на основании Договора от 1 мая 2017 г. оказывая потребителям д.

<

адрес> услуги по аварийному обслуживанию их дома, зная о изношенном состоянии инженерных сетей дома, в том числе и стояка горячего водоснабжения, не выполнил обязанностей, предусмотренных п.2.2.1 указанного Договора, в соответствии которым по получении заявки немедленно должен был выслать аварийную бригаду рабочих для ликвидации аварии или неисправности, путем отключения отдельных стояков, участков или всей системы, имеющих повреждения, от общих сетей, п.п. 2.2.6 Правил, касающиеся необходимости оказания потребителям услуг, которые должны отвечать требованиям безопасности их жизни, однако оказываемые им потребителям вышеуказанные услуги не отвечали требованиям безопасности их жизни, поскольку получив от представителя потерпевшей ФИО6, которая в соответствии с Законом Российской Федерации " О защите прав потребителей" № 2300 - 1 от 7 февраля 1992 г., являлась потребителем его услуг, сообщение (заявку) о неисправности («течи») трубы стояка горячего водоснабжения, расположенного в квартире, в которой находились, не способные самостоятельно передвигаться, жильцы ФИО25 при наличии реальной опасности в причинении тяжкого вреда здоровью или смерти человека оказываемой им услуги, ФИО12, в нарушении вышеуказанных норм, немедленно не выслал аварийную бригаду рабочих для ликвидации вышеуказанной неисправности, в результате произошёл «разрыв» выше указанной трубы горячего водоснабжения, из которого произошла утечка горячей воды в квартиру № 

<

адрес>, где находились не способные самостоятельно передвигаться ФИО10 и ФИО11, в результате смерть ФИО10 наступила от ожогового шока, развившегося при термическом ожоге паром головы, туловища, конечностей 2-3 степени площадью около 85%., смерть ФИО11 наступила от ожогового шока, вследствие термических ожогов горячей жидкостью 1-2-3 степени и паром головы, шеи и туловища, верхних и нижних конечностей общей площадью поражения 80%.

Данные последствия состоят в прямой причинно-следственной связи с вышеуказанными действиями ФИО12, связанными с невыполнением им обязанностей, предусмотренных нормами Договора, Правил, Уставом и оказанием потребителям услуг, не отвечающих требованиям безопасности их жизни.

В соответствии с п. 1.1,5 ст.4, п.1,4 ст.7, п.1 ст.27 Закона РФ " О защите прав потребителей", исполнитель обязан оказать услугу, качество которой должно соответствовать Договору, при этом, если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к услуге, исполнитель обязан оказать услугу, соответствующий также этим требованиям. Кроме того потребитель имеет право на то, чтобы услуга при обычных условиях её использования была безопасна для жизни потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность услуги для жизни потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке. Кроме того исполнитель обязан осуществить оказание услуги в срок, установленный как правилами оказания отдельных видов услуг, так и Договором об оказании услуг, в котором может также предусматриваться срок оказания услуги, если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами.

Оснований для квалификации действий ФИО12 по другой норме закона, не имеется.

При назначении ФИО12 наказания в силу ч.3 ст. 60 УК РФ, суд апелляционной инстанции, учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание и отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств смягчающих наказания, суд признает, что ФИО12 впервые привлекается к уголовной ответственности, является главой многодетной семьи, имеет на иждивении 2 малолетних и 1 несовершеннолетнего ребенка, двое детей семьи ФИО12 являются учащимися. Суд так же учитывает состояние здоровья ФИО12 (

<

данные изъяты>), находящуюся на его иждивении супругу, положительные характеристики по месту работы и жительства, неоднократные поощрения грамотами и благодарностями за активное участие в общественной жизни г.Астрахани.

Обстоятельств, отягчающих ФИО12 наказание, не имеется.

Вместе с тем, учитывая приведённые выше обстоятельства, в совокупности с тяжестью, обстоятельствами и общественной опасностью совершённого ФИО12 преступления, исходя из целей назначения наказания по перевоспитанию осуждённого и предупреждению совершения им новых преступлений, суд апелляционной инстанции приходит к убеждению, что ФИО12 должно быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, его ролью, поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого ФИО12 преступления, и позволяющих применить правила ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ, не установлено.

Учитывая осуждение ФИО12 по приговору Ленинского районного суда г.Астрахани от 20 декабря 2019 г., с учетом внесенных в него изменений определением суда апелляционной инстанции Астраханского областного суда от 2 июля 2020 г., окончательное наказание ему подлежит назначению, в соответствии с ч.5 ст. 69 УК РФ.

Отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО12, в силу ст.58 УК РФ назначить в исправительной колонии общего режима.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ с вещественных доказательств по делу, находящихся в камере хранения вещественных доказательств ОП №2 УМВД России по г.Астрахани снять ограничения, связанные с рассмотрением уголовного дела: фрагменты трубы белого цвета со стояка горячей воды из кв.31 д.68 «а» по ул. Зелёная Ленинского района г.Астрахани – уничтожить, журнал учёта аварийных заявок, должностную инструкцию ФИО12, приказ №1 о назначении ФИО12 на должность, договор на обслуживание от 1 мая 2017 г., хранить в материалах уголовного дела, другие изъятые документы финансово-хозяйственной деятельности возвратить по принадлежности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.31-389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П Р И Г О В О Р И Л:

Апелляционное представление государственного обвинителя Ильюшко И.О., удовлетворить, частично.

Приговор Ленинского районного суда г. Астрахани от 10 марта 2020г. в отношении ФИО12 отменить.

Признать ФИО12 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.238 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок в 6 лет 6 месяцев.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний по настоящему приговору и приговору Ленинского районного суда г.Астрахани от 20 декабря 2019г., окончательно ФИО12 назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет 4 месяца, со штрафом в размере 250000 рублей, который в соответствие с ч.2 ст.71 УК РФ, исполнять самостоятельно, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с исчислением начала срока отбытия наказания с момента вступления приговора в законную силу, с 30 июля 2020 г..

На основании ч.3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 г. №186-ФЗ), время содержания ФИО12 под стражей с 23 апреля 2018 г. по 20 апреля 2019 г., с 20 декабря 2019 г. по день вступления приговора в законную силу 30 июля 2020 г., зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

В соответствии со ст. 81 УПК РФ с вещественных доказательств по делу, находящихся в камере хранения вещественных доказательств ОП №2 УМВД России по г.Астрахани снять ограничения, связанные с рассмотрением уголовного дела: фрагменты трубы белого цвета со стояка горячей воды из кв

<

адрес> – уничтожить, журнал учёта аварийных заявок, должностную инструкцию ФИО12, приказ №1 о назначении ФИО12 на должность, договор на обслуживание от 1 мая 2017 г., хранить в материалах уголовного дела, другие изъятые документы финансово-хозяйственной деятельности возвратить по принадлежности.

Приговор вступает в законную силу с момента его вынесения и может быть обжалован в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ.

Председательствующий О.В. Ковалева

Судьи А.С. Жогин

Н.Э. Маревский