Дело № 2-2441/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Белгород 13 декабря 2017 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Лукьяновой Л.Н.

при секретаре Подорога Ю.В.

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором просит взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей. В обоснование иска сослалась на то, что 17 июня 2017 года около 08 часов 30 минут на ул. Кирова, в п. Октябрьский возле ее дома и дома ФИО2, с последним произошел конфликт, в ходе которого он ее оттолкнул, в результате чего она упала, и при падении об забор из металлопрофиля порезала три пальца на левой руки. В связи с чем она испытывала физическую боль и дискомфорт.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 иск не признал, и пояснил, что в тот день никакого конфликта между ним и истицей не было, он ее не толкал, телесных повреждений не причинял.

Представитель прокурора Белгородского района, извещенный о судебном разбирательстве дела, в судебное заседание не явился, сведений о причинах неявки в адрес суда не поступило.

Заслушав стороны, и исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1101 ГК РФ характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная семейная тайна).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с раскрытием врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина. При определении размера компенсации суд учитывает обстоятельства причинения вреда, объем и характер причиненных повреждений, тяжесть причиненного вреда здоровью, его последствия. Необходимым условием для компенсации морального вреда, является наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действительно претерпело моральный вред (физические или нравственные страдания), действия причинителя вреда явились неправомерными, между неправомерными действиями причинителя вреда и моральным вредом имеется причинная связь.

В обоснование заявленных требований истица ссылается на то, что 17 июня 2017 года около 08 часов 30 минут на ул. Кирова, в п. Октябрьский возле ее дома и дома ответчика, с последним произошел конфликт, в ходе которого он ее оттолкнул, от чего она упала, и при падении об забор из металлопрофиля порезала три пальца на левой руки.

Согласно заключению специалиста № 2029 от 19 июня 2017 года на основании данных судебно-медицинского обследования ФИО1, у последней имели место быть (информация скрыта), на фоне которой кровоподтек, которые образовались от воздействия твердых предметов, индивидуальные признаки которых в подтверждениях не отобразились. Вышеописанные повреждения образовались в срок, который может соответствовать 17.06.2017г. Определить тяжесть вреда, причиненного ФИО1, не представилось возможным.

Постановлением должностным лицом ОМВД России по Белгородскому району от 18 ноября 2017 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по ст. 116 УК РФ отказано на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления. 

Данных о том, что указанное постановление отменено, в материалах дела не имеется. Более того, обстоятельства причинения истицы телесных повреждений установлены данным постановлением со слов истицы. При этом данное постановление не имеет преюдициального значения при рассмотрении дела.

Оснований полагать, что причинение телесных повреждений, и обращение истицы к врачу за медицинской помощью, отраженные в представленных медицинских картах, явились следствием противоправных действий ответчика, у суда не имеется. 

То обстоятельство, что медицинская документация содержит сведения о причинении истицы телесных повреждений ФИО2, не могут являться основанием для удовлетворения требований, поскольку указанные сведения записаны врачом со слов самой истицы.

При этом ответчик отрицает причинение истице телесных повреждений, и наличие самого конфликта между ними 17.06.2017г.

Истицей не представлено доказательств причинения ей телесных повреждений именно ответчиком, что именно в результате его действий ей были причинены телесные повреждения в виде пореза трех пальцев на левой руке, в результате чего у нее произошло ухудшение состояния здоровья, а равно как и не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчика и причиненными телесными повреждениями, физическими и нравственными страданиями истца.

Европейский Суд в Постановлении от 26 июля 2007 года по делу «Махмудов против Российской Федерации» отметил, что оценивая доказательства, следует, руководствоваться принципом «бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том, кто его отрицает». Доказывание может вытекать из осуществления достаточно надежных, четких и последовательных предположений или аналогичных нерушимых презумпций фактов.

Непредставление доказательств в обоснование исковых требований противоречит требованиям ст.ст. 12, 56, 67, 195 и 198 ГПК РФ, а также ст. 35 ГПК РФ, предусматривающей наступление последствий, установленных законодательством о гражданском судопроизводстве при неисполнении лицами, участвующими в деле, процессуальных обязанностей. 

При таких обстоятельствах, с учетом приведенных положений закона и в виду доказательств обратного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО1 

Что касается уплаты ФИО1 государственной пошлины при подаче иска в размере 300 руб., то суд отмечает, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) истица освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче иска, и в силу ст. 333.40 НК РФ, она не лишена возможности обратиться с заявлением о возврате указанной суммы.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд.

Судья Л.Н.Лукьянова

Решение в окончательной форме изготовлено 09 января 2018 года.